Становление фальшивого шинигами.

Отогакуре но Сато. Лаборатория. Змеиный саннин уже битый час сверлил спину своего помощника. Орочимару сидел в удобном кресле, закинув ногу на ногу. Ожидание сводило с ума. « Да-а, мы с Кабуто Якуши затеяли грандиозный проект. Хотя, когда мои проекты были не грандиозными? Они всегда такими были! Кровавыми, запретными, непостижимыми, амбициозными, несущими силу»! Ученый облизнулся в предвкушении. «Терпение. Только терпение… и она будет моей… Сила сродни Ооцуцуки, надо будет только расшифровать эту клятую печать»! Казалось бы, с чего все началось? Со старинных свитков, описывающих события двух тысячелетней давности. Появление в этом мире Кагуи Ооцуцуки, пришелецы из другого мира, наполненного силой граничащей с божественной. Все, что тогда нашел в свитке саннин казалось вымыслом. Настолько нереалистичным казалось описанное на хрупкой истлевшей бумаге. Но Орочимару не был бы собой если бы не нашел зерна истины в ворохе вымысла и откровенной лжи. Картина же была таковой. Кагуя прибыла в этот мир не сама, ее прислали. Она должна была охранять Божественное древо Земли, собирать урожай, что давал Силу Богов, но не удержалась — съела плод сама, став в последствии Богиней. Но не суть… важно, что в месте «падения звезды» образовался контур призывной печати. Этот-то контур и зарисовали на множестве свитков, которые попали к нему. К Орочимару. Сама печать была очень детальной. Неведомый художник на славу постарался. Правда, было «но»… и не одно, свитки сильно пострадали, некоторые символы не читались. Значение же большинства требовалось выяснить опытным путем. Они с Кабуто уже не один месяц над расшифровкой головы ломали. Начинать приходилось с нуля, но… так было даже интересней. Нукенин поймал себя на том, что давно его так не интересовал какой-либо проект. — Ага! — раздался ликующий возглас Якуши. Саннин моментально вскочил на ноги, перемещаясь за спину помощника, пристально вглядываясь в результат. — Что там? — мужчина облизнулся в предвкушении. Он знал, что со стороны этот жест смотрелся отвратительно, но это был рефлекс, который Орочимару даже не пытался контролировать, за ненадобностью. — Вот. Эти символы, — Кабуто обвел карандашом группу схожих крестообразных символов, — Скорее всего, это духовные характеристики. Пол, возраст, — он по очереди указывал на знаки тыльной стороной карандаша. — Это… скорее всего, что-то вроде мощи души, жизненный опыт, упорство, мотивация… или что-то тому подобное. - Неуверенно протянул Кабуто. — Мне надо знать точно! — сжимая кулаки от досады, хрипит саннин. Эта сила, которой владеют иномиряне, была хорошей альтернативой ширингану, такому же желанному и… такому же пока недоступному. «Как долго, как тяжело идут исследования. Но если удастся привести вторую Кагую в этот мир, то уж точно найду способ вытянуть из нее все! А пока»…

***

Отогакуре но Сато. Лаборатория. Полгода спустя. В след за улетевшим креслом, в стену врезались еще двое лаборантов, неудачно попав саннину под горячую руку. Кабуто за свою жизнь переживал значительно меньше, но благоразумно зашел за приборную панель, сейчас дымящуюся, тревожно мигающую лампочками. Все шло хорошо, символы были расшифрованы, энергетические контуры настроены, фуин-ловушки расставлены, но… вместо полноценного человека прибыла лишь, некая энергетическая субстанция, которую накрыло печатью-ловушкой. Сила, исходящая от этой бестелесной, но явно разумной и агрессивной сущности была колоссальной. Орочимару уже приступил было к исследованиям, но энергия, не взирая на печати и сдерживающие контуры рассеялась. Не просуществовав в этом мире и часа. — Проклятье! — ученый выискивал что бы еще запустить в многострадальную стену. — Орочимару-сан, — Кабуто все же рискнул вылезти из своего укрытия, — отрицательный результат, тоже результат. Я перепроверю все еще раз, сделаю другие корректировки… — Нет. — Выбросил руку в останавливающем жесте саннин. Вспышка гнева прошла. Он думал. В лихорадочно горящих глазах ученого отображалась напряженная работа мысли. — Мы сделаем по другому. Ты ведь не ликвидировал те искусственно выращенные тела, что использовал для тренировки вживления геномов? — Кабуто отрицательно кивнул. — Отлично. Попробуешь соединить эту субстанцию с теми подопытными. И не бери с слишком высокими характеристиками. Что-нибудь попроще. Не бойся ошибиться. — он улыбнулся. — Я на тренировку. Саске ждать не любит. Кабуто кивнул. С появлением Учихи, конкретно эти исследования стали не столь актуальны, но ученный все же не любил проигрывать. Значит, пока саннин нянчится с носителем ширингана, вся ответственность полностью ложиться на его Кабуто плечи. Правда, это и означало полную свободу действий. — Ладно, приступим. — Якуши с жадностью потер руки. Он постарается доказать, что является достойным учеником гения.