Пытки смертью

      Сделав над собой усилие и кое-как приоткрыв глаза, Сейя увидел склонившуюся над ним Усаги, у которой выражение лица было такое, будто бы Сейя обратился в призрака. — Слава Богу, оклемался! — шептала лунная воительница, заботливо обвив своими руками шею метеора и прижимая его к себе; целуя его разодранные в кровь щеки, вспотевший лоб, и конечно, обветрившиеся губы, на которых тоже виднелись засохшие пятна крови. — Мой Сейя! Дорогой мой, любимый… — Куколка… — негромко прошептал брюнет, обнимая её в ответ и с ужасом смотря на её рваную форму, многочисленные гематомы, ссадины и глубокие царапины.       Особенно Сейю ужаснула длинная и глубокая царапина на спине Сейлор Мун, кровью которой насквозь пропиталась её форма. — Рану надо промыть! — с трудом поднимаясь на ноги, произнёс Сейя, и пытаясь помочь Усаги подняться на ноги, но девушка так и не смогла это сделать. — Сейя! — Усаги отстранилась от парня и отвела взгляд в сторону. — Не имеет смысла зря тратить своё время на то, чтобы промывать мою рану, мы всё равно умрём… — Не говори глупостей, милая! — вполголоса сказал Сейя, беря свой хеншин и превращаясь в Воина. — Раздевайся! Снимай своё фуку, и я промою твои раны…       Следующие десять минут показались Сейлор Мун настоящей пыткой — мышцы всего её тела ужасно ныли и болели, на правой руке практически не было живого места, так как она вся была в жутких отметинах от кнута; вся спина девушки тоже была сильно изувечена и мксимум, что смогла сделать блондинка — только лишь расстегнуть свою грязную, запятнанную кровью, форму. — Не могу снять… — голос лунной принцессы дрогнул. — Мышцы спины очень болят, мышцы шеи…даже…повернуться…не могу нормально… Каждая попытка хоть как-то повернуться в бок причиняла девушке неимоверно сильную боль — ей казалось, будто бы все мышцы и суставы медленно разрываются прямо изнутри, слишком сильно Усаги оказалась измотана.       Воин, видя напрасные мучения любимой, взяла всё в свои руки и сама плавно начала раздевать возлюбленную. Брюнетка не торопилась, делала всё очень аккуратно и нежно, боясь лишний раз причинить Усаги боль. — Спасибо, любимая… — с чувством благодарности сказала Усаги, после того как Сейлор Воин освободила девушку от формы. — Но, боюсь, что уже нет смысла промывать раны, кровь ведь уже запеклась. — Не говори таких вещей, Оданго! — возразила старлайт, разрывая и так уже изрядно порванную трёхцветную юбку Сейлор Мун и делая из неё тряпки. — Раны нужно промыть, чтобы грязь не попала! А иначе… — Пришлось порвать её, — пояснила брюнетка, обмакивая ткань юбки в холодную воду ручья, — мои шорты не особо то и годятся на это, да и рвать там особо уже нечего! А теперь, Усаги, сядь ровно и позволь мне промыть твои раны! — придвинувшись к лунной принцессе, старлайт стала делать своё дело, и Усаги поморщилась, чувствуя неприятную ноющую боль. — А побыстрее нельзя? — наморщила носик Усаги, слегка приспуская тонкие бретели белого бюстгальтера. — Больно же… — Потерпи, куколка! — брюнетка продолжала промывать ссадины и глубокие царапины на спине златовласки. — Если их не промыть, раны могут загноиться.       Несмотря на тот факт, что ей было больно и раны ныли и зудели, лунную воительницу очень растрогало такое трепетное отношение кинмокской воительницы к ней и её забота.       Они с Сейей практически всегда понимали друг друга с полуслова, вот и сейчас им и не нужны были некакие слова, чтобы продемонстрировать друг другу все свои чувства; Усаги прекрасно понимала, почему брюнетка это делает, Усаги очень тронула забота любимой и она попыталась обнять Воина, пока та промывала водой её глубокую царапину на ключице, но руки златовласки дрожали и не слушались.       Когда Сейлор Мун развернулась лицом к кинмокской воительнице, то встретилась с её слабой улыбкой — несмотря на страшную ситуацию, в которой они оказались, Воин всё ещё старалась держаться, делая вид, что всё ещё наладится и шансы есть всегда. Ей было ради кого быть сильной и сопротивляться прессингу со стороны Галаксии; Воин делала всё возможное, чтобы Усаги не заметила, насколько ей тяжело. — Ты единственная, кто у меня есть! — прошептала брюнетка, легонько касаясь губами руки лунной принцессы. — Я люблю тебя! — Я тоже тебя люблю… — светло-синие глаза Усаги излучали любовь и нежность, а её нежные, хоть и все в синяках и ссадинах, руки, обвились вокруг шеи старлайта, притягивая ту к себе. — Надо поспать, любимая… Надо восстановить силы! — Ты права! — согласилась с ней брюнетка, нежно прижимая к себе дрожащую от холода Усаги, которая сейчас была практически раздетой — лишь в одном нижнем белье. — Нам надо найти место, где более-менее будет удобно спать.       Поиски подходящего места заняли не меньше часа. Ходить они могли где угодно, прекрасно понимая, что сбежать от Галаксии не только не получится, но ещё и выйдет им боком, и тогда он может разгневается ещё больше и убить кого-то из них. — Я нашла кое-какие завалы, Усаги… — грустным голосом произнесла Сейлор Воин, каждой своей клеточкой ощущая пронизывающий и жуткий холод, хотя на Земле сейчас было лето. — Там мы хотя бы от ветра будем надёжно защищены. — Да, Воин. Ты абсолютно права — лучше этого места нам всё равно не нойти, — опечаленно произнесла Усаги, которой каждый лишний шаг давался трудом. Все мышцы её тела ныли, многочисленные синяки и ссадины отзывались на каждое её движение неприятной тупой болью, спутанные и слипшиеся волосы в её золотистых хвостах мешались — постоянно цепляясь за какие-нибудь оголённые ветви кустов и причиняя девушке боль. «Лучше уж умереть, чем и дальше так мучаться…» — Усаги закашлялась и запнувшись о корягу, почти уже упала, но её вовремя подхватила кинмокская воительница, вид у которой был не лучше. — Куколка… Тебе плохо? — с беспокойством в голосе спросила у неё Воин, поддерживая свою любимую и помогая той встать на ноги. — Терпимо, — стиснув зубы, произнесла блондинка, медленно шагая вперёд. — Главное, что ты рядом! Остальное не столь важно, Сейя… — Усаги! — голос старлайтов звучал устало и приглушённо, так как та тоже была измучена. Брюнетка взяла спутницу за руку и притянув к себе, приобняла, так как заметила, что тело Усаги пробрала лёгкая дрожь и девушка начинает замерзать.       Вскоре они устроились в полуразрушенной темной пещере, где также было очень холодно и две девушки буквально вжались друг в друга, чтобы немного согреться. — Тебе холодно, любимая? — поинтересовалась Сейя, крепко обнимая лунную воительницу. — Давай, я тебя согрею. — Мы всё равно умрём, Воин. И ты это знаешь, — еле сдерживая слёзы, прошептала Усаги, прижимаясь к брюнетке всем своим существом, — рано или поздно — нас всё равно не станет. Ведь Хаос уже победил, можно сказать.       Широко распахнув свои ярко-синие бездонные глаза, старлайт удивилась отчаянию лунной принцессы, ведь ещё совсем недавно её любимая девушка рьяно верила в то, что им удастся спасти этот мир. А теперь…беззвучно плакала у неё на плече, беспомощно хватаясь своими холодными тонкими пальцами за руку Сейлор Воина и это сильно подрывало уверенность последней.       С каждым днём, да что там днём — с каждым часом старлайт и сама начинала поддаваться отчаянию, умом понимая, что им с Сейлор Мун уже точно не победить — слишком грозная противница у них оказалася. Сама же Галаксия похоже решила сделать передышку в своих издевательствах над пленными и на некоторое время скрылась из виду. — Обними меня, — голос лунной воительницы звучал приглушённо и немного прерывисто, а её холодные бледные пальцы медленно перебирали чёрные пряди волос кинмокской воительницы. Другая девушка тут же поспешила выполнить эту небольшую просьбу своей возлюбленной, обнимая её так крепко, насколько это было возможно.       Вот так, обнявшись друг с другом, две заплаканные и израненные девушки сидели на развалинах города, отчаянно пытаясь согреться и думая лишь о том, как бы им хоть чуть-чуть восстановить свои силы. Усаги вся дрожала, ведь она была лишь в одном нижнем белье, а холод медленно проникал в её тело, просачиваясь через каждую клеточку и вызывая неприятную дрожь, а также ощущение лёгкого озноба.       Прошло некоторое время, и Сейлор Мун уснула в объятиях своей любимой девушки, забывшись на время. Воин сидела практически неподвижно, боясь нарушить сон златовласки, однако усталость брала своё — и вскоре она тоже уснула.

***

      Сейя проснулась первой и обнаружила, что Усаги всё ещё спит, плотно прижавшись к ней и периодически всхлипывая. Она больше не была такой холодной и изнеможденной, как сутками ранее — сон определённо пошёл ей на пользу. Было ещё очень рано — солнце едва начинало показываться из-за горизонта, но старлайта это не особо радовало. Она с каждым днём всё больше и больше впадала в отчаяние, тем более, видя подавленное состояние своей возлюбленной, которая и сама уже утратила всякую надежду.       Через некоторое время проснулась и Сейлор Мун, чьё настроение было всё таким же подавленным и разбитым. Её единственной радостью был только Сейя, и она очень сильно боялась потерять самого близкого и дорогого ей человека. Она готова была сама погибнуть, лишь бы он жил, хотя девушка прекрасно осознавала, что без неё он не захочет жить. — Ты как? — заботливо поинтересовался брюнет, прикрывая оголённые плечи девушки своим красным пиджаком. — Я не знаю, насколько хватит моих сил, чтобы продержаться, но я буду держаться до последнего. Я вытерплю любые пытки, лишь бы эта мерзавка Галаксия не тронула тебя. — Терпимо, любимый. Странно, что Галаксия не объявляется уже третий день подряд и не издевается над нами. — Да, очень странно. — Согласился метеор и вдруг почувствовал характерный урчащий звук желудка. — Блин, уже почти неделю ничего не ел. Похоже, мы быстрее от голода помрём, нежели от пыток этой дуры. За неимением альтернативных вариантов, Сейя предложил Усаги прогуляться по городу и поискать какое-нибудь пропитание, и лунная воительница нехотя согласилась — ведь особого выбора у них не было. «Тут либо помирай, либо сам себе ищи пропитание… И Сейя, похоже прав… Теперь прежней жизни больше никогда не будет.»       Несмотря на то, что ноги с трудом держали её, Усаги сделала над собой усилие и вскоре они с Сейей выбрались из завалов помещения «Галакси Нетворк» наружу и сразу же ужаснулись столь резким и страшным переменам.       Казалось, весь город будто вымер — вокруг не было ни души, лишь многочисленные разбитые автомобили, останки одежды людей, множество разбросанных предметов обихода — разбитые телефоны, порванные кошельки и бумажники, и прочее, свидетельствовали о том, что в городе ещё не так давно кипела жизнь. И теперь не было ничего и никого. Все магазины и торговые центры были разрушены и обесточены, больницы и другие учреждения также оказались неработающими. Усаги едва смогла сдержать рвущийся наружу вопль ужаса — настолько ей подурнело. — Это просто ужасно… — слова сами сорвались с обветренных губ девушки и она отвернулась в сторону, не желая созерцать столь ужасные последствия от разрушений Галаксии. — Все погибли, — негромко, но отчётливо произнёс Сейя, прекрасно понимая, что их с Усаги смерть — лишь вопрос времени и она неизбежна.