Белые Лилии

      Сердце щелкнуло. Наран ощутила сама как дрогнула от его вопроса, пронзающие черные глаза, которые не сводили с неё взгляда, которые ждали ответа. Саске с замиранием смотрит как он разглядывает её костяшки… Голову бьет внезапная резанная боль, лишь на мгновение, мимолетным импульсом, который коснулся нервных окончаний и пропал. Нахмурившись, она касается свободной рукой виска, и невольно делает шаг назад, но вторая рука Сано придерживает ее и с волнением осматривает побледневшую девушку. Боль отпустила, но на смену пришли мысли, которые уничтожали разум, которые вытесняли здравый смысл, и губили её личность.       — Нара?       — В Синдзюку очень сильный ветер, — девушка раскрывает свои помутневшие зеленые глаза и смотрит на парня сквозь какую-то пелену, которая не позволяла ей видеть краски, и жизнь, — Школа, в которой я писала Олимпиаду, находится возле порта, — прошептала Наран, чувствуя как дрожат её ноги, как сердце разрывается на части от постоянной лжи, — Ты же знаешь, что у меня очень чувствительная кожа, прогулялись по берегу, потрогала воду, а потом их обдул сильный ветер, — она улыбается как в последний раз, как будто больше никогда не сможет этого сделать.       — Вот оно что, а я то подумал, что ты дралась с кем-то, — его чистый и такой искренний смех разрезал уши девушки. Она не заметила как её лицо потемнело, как эмоции пропали, и на смену пришло опустошение. Звуки мира заглушались, все пропало, был только бархатный смех Сано, который дробил её тело, её кости и сердце, разрывал на части невинную душу, которая металась из стороны в сторону, ударяясь об невидимые стены реальности, — Многое произошло за эти два дня, — внезапно парень перестал смеяться и повернул голову в сторону, — Мы с Кен–чином, больше не общаемся.       Девушка дрогнула. Все вновь переменилось. Перед ней открылся Майки во всех цветах, мир принял прежний вид. Казалось, ничего и не происходило, не было вины, которая душила, не было внутренних тревог. Услышав это, она не поняла как переключилась. Её свет, её радость в жизни, Майки мог спасти её и погубить… Они поругались? Но как? Почему? Саске не знала даже как реагировать. Они постоянно вместе вот уже несколько лет. Именно благодаря Дракену они сейчас вместе, именно Дракен помогал им и подталкивал, а сейчас они не общаются? Как это понимать?       — Что случилось, Майки? Как…       — Па–чина посадили, — перебив девушку, Майки убирает от неё руки и опускает их на свой байк, делая опору, смотря куда-то в сторону, он окрасился печалью, — Ты же знаешь, что Мёбиус напали на друга Па, а тот оказался членом Якудза, многое произошло, и в конце концов, Па посадили, — он сократил рассказ, убрал ужасные подробности, которые изредка вставали перед глазами. Безумная Госпожа, которая мстила за своего товарища, которая отстаивала честь Якудза, и ясно дала понять, что к ним только с самыми добрыми намерениями. То как она дробила его тело, как искупалась в его крови и плоти, как смеялась тогда, — Кен–чин, считает, что решение Па нужно уважать и дождаться пока он выйдет, я считаю, что его нужно вытаскивать от туда, — проговорил парень и опустил голову вниз, смотря на белоснежные босоножки Наран.       Всё это произошло через восемь часов после ухода Белых Лилий. Они успели разругаться с Дракеном, и разделить Тосву на две стороны, которые придерживались мнения командиров. Белые Лилии, которые вмешались в конфликт, и поставили свою кровавую точку. У парней до сих пор перед глазами то тело стояло, избитое до такой степени, что смотреть было просто невозможно. Он был уже мертв когда прибыла скорая. Все четыре парня погибли самым ужасным способом, а те, кого избил отряд Самоубийц, с тяжелыми травмами ушли от туда. Если Майки расскажет об этом Наран, которая очень негативно ко всему этому относилась, то спать не будут все. Ей будет страшно оставаться одной после услышанного. Сано не мог поступить так с ней, поэтому лучше ей подробностей не знать.       — И? — девушка не могла понять причины ссоры, было жалко, что Па посадили, но он рано или поздно выйдет и всё будет относительно хорошо, поэтому сейчас она больше зациклена на ссоре Майки и Дракена. Её названный брат и парень поругались... Как между двух огней.       — Поехали, я отвезу тебя домой, — Майки ничего не ответил, а лишь отошел от байка и, перекинув через него ногу, выжидающе посмотрел на свое солнце. Длинные черные волосы, эти невинные зеленые глазки, и добрая улыбка. Белоснежное платье, сумка, и босоножки, которые добавляли ей росту.       Наран молча села на байк и тут же прильнула к спине Майки. Обвив его корпус руками, она вжалась в него как в спасательный круг... Нет, он им и был, наверное, если бы не Майки она бы сошла с ума, он не позволяет ей отклониться от выбранного пути, не позволяет сгнить в мыслях. Она постоянно была с ними, всегда старалась держаться рядом, потому что свет, который проникал от них в неё, был самым теплым, уничтожающим всё плохое внутри. Прижавшись щекой к широкой спине она прикрыла глаза, на языке стал чувствоваться привкус металла, самой настоящей крови. Сведя брови к переносице, она отключила чувства, позволяя себе насладиться моментом с Майки. Как он мимолетно касается её рук на своем животе, и тут же включает зажигание.       — Моё имя – Найс и от имени Белых Лилий, мы готовы вытащить Па из тюрьмы, — Найс, который выследил Майки, медленными шагами приближался к нему. Манджиро покосился на красноволосого парня, который ухмылялся, — Госпожа предлагает загладить конфликт, и с нашей стороны мы поможем тебе вытащить его из тюрьмы, — Госпожа уже отсутствовала, ей стало плохо и она покинула ряды Лилий раньше остальных, оставив все дела на Найса, который всё знал, — А ты, как глава Токийской Свастики, можешь попросить чего угодно в замен.       — Не трогайте Наран, — Майки был настроен серьёзно, мало того, что Па арестовали так ещё и на Наран нацелились, от этой мысли его сердце трещало. Он не мог позволить, чтобы она пострадала. Перед глазами возникала её улыбка, в голове звучал нежный смех, а руки помнили тепло её тела. Она была той, ради которой он был готов на всё, — Саске Наран, она неприкосновенна, я защищу её, но если вы просите чего-то взамен, я прошу её неприкосновенности, что бы она не сделала, — он увидел как глаза Найса расширились от удивления, парень ощутил эту злость, эту ненависть и желание укрыть её от всего. Эту девушку, Саске Наран.       — Мы гарантируем её неприкосновенность, а ты подумай над нашим предложением. Белые Лилии очень много наследили там, пусть Па и правда виноват, но не во всем, — из-за избитых парней, над которыми поработали Самоубийцы, это повесили на парня, который тут ни при чем, Госпожа не могла оставить это просто так и отправила Найса договариваться, — Из-за нас твоего дурга приговорят к большим годам, из-за нашего прокола, мы гарантируем что вытащим его от туда.       Ему было страшно. Та девушка, которая кажется даже не ощутила четырёх парней, она была опасна, для Наран так точно. Они ещё могли разобраться с ней, но устои парня не могли позволить ему ударить девушку. Это противоречивое чувство, но, даже так... Манджиро Сано не мог позволить обидеть её, и неважно кто это будет, он остановит главу Якудза чего бы ему этого не стоило. Наран никто не тронет пока он жив, даже если они расстанутся, он будет защищать её. Если она придет к нему вся в ранах, он обязательно найдет ублюдков, которые с ней это сделали и покажет какого это трогать маленькую Наран.       Саске видела кровь на своих руках, чувствовала стекающую жидкость на щеках и сердце её умирало. Каждый раз перед глазами возникали картинки, кровавые руки и ноги, и слезы, которые текли по её лицу. Прижимаясь к нему сильнее, она пыталась отгородить себя от реальности мира, от жестокости, в которую сама себя загнала. Пока с ней её близкие люди, она не могла сломаться, не могла шагнуть за черту и очернить все хорошие воспоминания. Пятнами крови, которые медленно бы закрывали всё, которые уничтожали всё хорошее. Как она стирает его кровь с лица, так и он сотрет кровь с её рук, смоет теплой водой, намажет мазью, обнимет крепко-крепко, чтобы ей не было страшно, чтобы она не боялась.       — Такемучи завтра выписывают, хочу сходить к нему в гости, — остановившись возле её дома, Майки оповестил Наран чем будет завтра заниматься. У него был друг, и остается, его надо бы навестить, — А ты чем будешь заниматься, Нарочка? — парень проследил за тем как она встала с байка, и обойдя его, встала перед ним. Взяв девушку за руки, он вновь кинул взгляд на шершавую кожу, она была слегка красной, почти невидной.       — Сейчас приберусь дома, да спать пойду, а завтра думаю Такаши к себе позвать, ты не против? — девушка сжала пальцы на руках Майки и улыбнулась ему, на что Майки мгновенно потеплел, помотав головой, он дернул её на себя. Обвив талию девушки своими руками, он прижался ухом к её животу. Вжимаясь всё сильнее, он улыбался, а сердце его расцветало. Теперь то он может быть спокоен, она здесь рядом, он может присматривать за ней и защищать.       — Мицуя не тот урод, который позвал тебя смотреть на его драку, поэтому я не могу быть против, — честно признался Майки и в ту же секунду девушка рассмеялась. Майки ревновал, и до сих пор помнил о том, кто позвал её смотреть на драку. С одной стороны это очень умиляло, а вот с другой было даже немного страшно за судьбу того парня, если вдруг Майки узнает, — Я позвоню тебе, Нарочка, — прошептал парень и, ощутив холодные пальцы в своих волосах, засветился ещё больше.       Он мог вечность говорить о Наран, о том какая она милая, добрая и красивая, но ещё больше он мог говорить о том как сломает шею любому, кто посмеет обидеть её. Девушку, в которой он души не чаял, парень начал ловить себя на мысли, что уже не видел будущего, где Наран не рядом с ним. Всегда, когда он представлял будущее, Нарочка рядом с ним, обнимает и целует так нежно и сладко, что на душе от этих мыслей становилось так тепло и уютно, что не хотелось выныривать из этих мыслей. Он знал, что с если Наран с ним, то ему ничего не страшно, ни огонь ни вода, любые препятствия пройдет, слыша её голос и чувствуя её руку, крепко сжимающую его.       — Будь аккуратней, Майки.       Зайдя в дом и кинув сумку на пол, Саске скинула обувь, от той атмосферы не осталось и следа. Девушка не смогла пройти и метра, ведь упала плечом на стену, девушка опустила голову на стену с характерным звуком и уставилась в одну точку. Она не могла моргнуть, не могла двинуться, душа вышла из тела, а теплые руки Сано, которые кажется должны были впитаться в неё, потеряли свое тепло, оставляя лютый холод. Наран была подобна призраку, лицо побледнело, а глаза потускнели, превращаясь в болотно-зеленый, такой грязный и мерзкий. Руки безвольным весом висели вдоль тела, а она сама копалась в себе, в своих грязных мыслях, которые постепенно брали вверх. Произошедшее с ней вновь оставило черный след, вновь омрачило её.       Дом, который достался ей после смерти родителей, был напоминанием о том, что она лживая тварь, которая не может прямо посмотреть в глаза Манджиро и Кена, да признаться во всем. Ей казалось, что как только она оставалась одна, то прям чувствовала как эти черные щупальца обвивали её плечи и спину, как засасывали в черный омут, не позволяя взглянуть на солнце, не позволяя ей вдохнуть свежий воздух и скинуть груз с плеч. Словно робот, она дерганными движениями опускает голову вниз и поднимает руки, чтобы увидеть там кровь. По локоть в крови. Где-то ошметки человеческого мяса. Густые капли опускались на пол, впитываясь в дерево и исчезая там. Смотря на свои ладони она видела как кровь набиралаь в них, как мерзким водопадом протекала сквозь пальцы. Так она и стояла, смотря на свои чистые руки, с которых капала кровь.       Она была на грани истерики. Камни, которые она повесила на свою спину, ужасно сильно давили и тормозили каждый её шаг, заставляли задумываться над каждым словом. Стоя сейчас в темном коридоре она пыталась вспомнить руки Сано, его смех и голос, то с какой нежностью он прижимал её к себе, как обнимал и целовал. Не могла. Перед глазами плясала кровь и смерть в обнимку, она видела и чувствовала запах, ощущала холодные железные объятья костлявой, которая не хотела отпускать её, которая пыталась сжать сильнее, тем самым убив. Майки. Майки. Майки. Она должна вернуться мыслями к нему, должна перебороть себя, она сильная, она справиться со всем сама, она улыбнется... Она сама снимет этот груз когда-нибудь, и никто об этом не узнает. Она продолжит жить как раньше без тревожных мыслей в голове, без кричащего внутреннего голоса, который почти сорвался на хрип, и она еле слышала его. Она сильная. Она справится.       Из комнаты послушалось протяжное: " Мяу " и девушка дрогнула как от огня. Она поднимает голову в сторону и видит угольно-черного кота, который выходил из спальни девушки. Его ярко-голубые глазки смотрели на неё с любовью, хозяйка наконец вернулась. Он прямо как почувствовал, что с ней что-то случилось. Сорвавшись на бег, он прижимается головой к её ногам и начинает тереться, вызывая у девушки влагу в глазах. Наран смотрит на своего кота, и чувствует как начинает дрожать её нижняя губа. Кот трется об неё своей мягкой шерсткой и ждет когда хозяйка хотя бы улыбнется, хотя бы погладит его и даст понять, что любит, что здесь, что с ней всё хорошо. Она подобрала его на улице. Сильный проливной дождь, собаки, которые нацелились на маленького побитого школьниками котенка. Сколько она плакала тогда. Ей было так жалко его, что она забрала с собой.       — Райфу, малыш, — Саске делает шаг в сторону и скользит спиной по стене. Она оставила Райфу на Дракена, который кормил его и убирал лоток, с Майки у него отношения не зародились, поэтому просить его она не стала, — Мой маленький... — она не сдержалась, взяв кота под лапы она переносит его к себе на грудь и плавно опускает. Прижавшись к коту, она тихо заплакала, слушая как мурчит кот, как нежно выпускает когти на её руку, показывая так ласку и заботу.       Саске заскулила, из её тела то и дело рвались всхлипы да стоны, она втягивала носом сопли, громко шмыгая. Райфу в её руках не понимал, что случилось с хозяйкой и пытался всеми силами помочь ей. Облизывал руки, лицо, куда только мог дотянуться. Слизывая соленые капли слез, он вызывал у Наран куда большую истерику. Поглаживая его. Она ждала, что Райфу сбежит от неё в истерике, но нет, черный малыш смиренно сидел на её груди и мурлыкал, облизывал, терся, лишь бы ей стало легче. Но она всё плакала. От безнадежности, лила свои кровавые слезы, окрашивая свою жизнь красным цветом. Что-то шепча своему коту, которому от силы был год, она была благодарна всем богам за свое доброе сердце, которое не позволило ей пройти мимо избитого и зашуганного котенка. Подарив ему дом и семью, она стала чаще улыбаться дома, ведь пушистый друг никогда одну её не оставлял.       — Ты голоден, пойдем я покормлю тебя, — прошептала Саске, опуская свою руку на его голову, аккуратно погладив, она увела пальцы в сторону, почесав за ушком и взглянув на то как голубые глазки прикрылись от наслаждения, она улыбнулась, а из тела вышел нервный смешок, — Райфу, спасибо тебе, — кот не понимал её, но она искренне была ему благодарна, хоть немного, но он смог избавить её голову от плохих мыслей.

***

      На следующий день, стоя на кухне в домашних шортах и футболке Манджиро, Наран наливала чай да накладывала еду в тарелку. К ней приехал Мицуя, написав ему сообщение, парень не заставил себя долго ждать и примчался к своей подруге. Сидя сейчас за столом он наблюдал за тем как Саске накладывает еду, как аккуратно ставит в сторону, чтобы закрыть кастрюлю, а после повернуться к нему. Черные волосы были убраны в хвост, а зеленые глазки смотрели на него с радостью. Горели, сверкали, но этот огонь казался Мицуе каким-то угасающим. Парень всё понимал и знал. Улыбнувшись девушке он с голодными глазами принял тарелку, и проследил за тем как Нара уселась напротив, поджав под себя одну ногу, вторую она поставила на стул, прижимаясь грудью к коленке.       — Что там с ребятами из Тосвы? — спросила девушка, глотая рис и запивая его водой, попутно складывая на ложку кусочки курицы и капусту. Раз Майки и Дракен поругались, то и в самой Тосве не должно быть всё тихо и спокойно. Мицуя, который жевал быстрее Наран, проглотил ложку риса и поднял на неё лавандовые глаза. Он примчался к ней потому что примерно понимал её состояние. Ему всё рассказали во всех подробностях и невозможно было описать шок Такаши.       — Никак. Тосва раскололась надвое, — проговорил парень, стоя между двух огней, он был одним из основателей Тосвы и ему было тяжело принять тот факт, что Па посадили, — Кто-то стоит за Майки, а кто-то за Дракена, все поругались вслед за ними, и неизвестно чем всё закончится, — Мицуя заметил как загрустила девушка. Один был её парнем, а второй братом, ей наверное было тяжелее. Она не могла принять ни сторону Майки, ни сторону Дракена, — Майки хочет вытащить Па из тюрьмы с помощью Белых Лилий, а Дракен уважает выбор Па, — девушка подняла глаза на Мицую когда речь зашла о Белых Лилиях.       — Он принял предложение?       — Не знаю, — парень дернул головой как бы скидывая с себя эту тему, вновь закладывая в рот рис, он жевал и смотрел на Наран, которая заметно помрачнела, — Все мертвы, а парня не смогли даже опознать в морге, — внезапно проговорил Мицуя, вынуждая Наран зажаться сильнее, она отложила ложку в сторону и откинулась на спинку стула. Опрокинув голову назад, она тяжело вздохнула начиная изучать собственный потолок, тяжелый взгляд зеленых глаз бегал по идеальному потолку в поисках изъяна, за который можно было зацепиться.       — Заслужил, — буркнула девушка, начиная изучать люстру. Красивая. Опекуны привезли её из заграницы, она очень хорошо помнила все детали этой люстры, ведь когда они умерли, эта люстра окрасилась их кровью, и сквозь слезы, Наран мыла её своими руками, до сих пор помня ощущение их крови на своих пальцах.       — Да. Но не смерти, по крайней мере не такой жестокой, — он понял, что Саске не особо интересно говорить о Белых Лилиях и о смерти того парня и решил перевести тему в сторону, — Луна и Мана скучают по тебе, когда приедешь в гости? — девушка вздрогнула и подняла свою голову, уже с улыбкой смотря на Такаши. Луна и Мана всегда были рады видеть её, и очень часто звали в гости. Её глаза вновь изменились, а внутри два чувства столкнулись лбами и пытались перетянуть сторону на себя.       — Только они меня в гости и ждут, эх...       — Ну че ты всё перевернула то?       Кухня залилась добрым смехом Наран, а Мицуя неожиданно для себя облегченно выдохнул. Когда он приехал к ней, на девушке лица не было, бледная с синяками под глазами. Немного поговорив с ним, Наре стало лучше и легче, и вот наконец он смог вызвать её смех, чистый и искренний. Так редко можно было его услышать, а тем более увидеть эту широкую улыбку, которая кажется могла порвать её рот. Мицуя принялся доедать свою порцию, дабы она не остыла и Наран не нашла ещё одну причину докопаться до него, мол: " Не вкусно, вот ты и не ешь". Часто она так делала. Для Мицуи, Наран была очень близкой подругой, и что больше всего радовало, что Майки не ревновал, понимал, что общаются они с самого детства и ревновать нет причины. Такаши ей хвостики делал, а она косички плела на его коротких волосах.       — Как позовешь так и приду, — наконец просмеявшись ответила девушка и смахнула слезу, которая выступила от смеха, — Почему бы тебе не взять их с собой и придти как-нибудь ко мне, они давно просятся ко мне в гости, да и Райфу думаю понравится им, — кинув взгляд на кота, который пил воду из миски и, услышав свое имя, тут же вскочил на лапы и рванул к хозяйке. Остановившись перед стулом, он прицелился и тут же прыгнул прямо ей на ноги, устраиваясь на одном её колене.       — Смотри, как бы они его не замучили до смерти, — зная своих сестер и любовь к животным, бедный Райфу будет носиться по двухэтажному дому только так от них, ища спасения в лице своей хозяйки, которая была слаба перед сестричками Мицуя, — Я думаю они будут не против, эй, Райфу, а ты как? Не против? — кот сладко мурлыкал под рукой Наран и плевать ему было кто придет, а кто уйдет, главное, чтобы его спасительница была рядом, чтобы он мог прижаться к ней и забрать всё плохое, что её мучает, — Посмотрим на тебя потом, — нервно посмеявшись, он уже боялся за кота Наран, который даже не представлял, что его ждет.       — Такаши, а ты...       — О, это Майки, — Такаши перебил девушку, и достав из кармана свой телефон, тут же ответил на звонок, оповестив девушку, кто ему позвонил, — Да, Майки, — Сано знал, что сейчас Мицуя у Наран и так как не смог дозвониться до девушки, у которой вечно телефон на беззвучном режиме, он решил позвонить тому, кто вероятнее всего ещё не ушел.       — Ты ещё у Нары? — получив на свой вопрос согласное мычание, Майки выдохнул, всё-таки Белые Лилии не оставляли его в покое, вытаскивать Па–чина из тюрьмы он отказался и неизвестно, что теперь будут делать Лилии, — Мы сейчас с Кен–чином и Такемучи на футбольной площадке, сможешь подбросить её туда? — не мог он отпускать её одну, пока угроза Белых Лилий была, он не мог подвергать её опасности, пройдет немного времени, всё поутихнет и может они забудут о Наран, которая вообще не должна иметь никакого отношения к ним и к их зарождающемся конфликту.       — Конечно, — сбросив вызов, Мицуя захлопнул телефон и поднял глаза на Наран, которая была полностью увлечена своим котом, — Нара, Майки попросил подбросить тебя к нему, едешь? — глупый был вопрос, конечно она поедет, нежели останется в четырёх стенах со своими мыслями одна. Уж лучше она будет с Майки, который не позволит ей уйти в себя и полностью сожрать изнутри.       — Конечно, только давай я соберусь.       Прошло около часа. Мицуя успел изучить по десятому кругу дом Наран, поиграть с Райфу, накормить его в тихушку от Наран, и даже посмотреть телевизор. И вот наконец, свершилось. Черные волосы были убраны в красивую пышную косу, упокоившись на её плече, а на голове появились солнцезащитные очки. Домашняя одежда сменилась на полуширокие джинсы светло-голубого оттенка на завышенной талии, а так же белоснежной блузкой с коротким широким кружевным рукавом. На плече черная небольшая сумка куда был уложен телефон, помада, духи, зеркальце, и деньги на всякий случай, а так же упадут туда и ключи от дома. Такаши проследил за тем как Наран достает из встроенного шкафа коробку с обувью и видит черные босоножки на каблучке.       — Я теперь понял почему Майки постоянно опаздывает на собрания, — буркнул Мицуя, прекращая начесывать живот Райфу, который наслаждался такой жизнью в роскоши, заботе и постоянном внимании, не только своей хозяйки, но и её друзей, — Теперь ты готова? — увидев недовольный взгляд девушки, он быстро всё понял и просто кивнул, выйдя в прихожую, парень быстро зашнуровал свои кроссовки и выпрямился смотря на то как Саске застегивает свои босоножки, и поправляет в нужных местах.       — Поэтому Майки начинает свои сборы примерно через полчаса как я начинаю свои, — проговорила девушка и выпрямилась, посмотрев в зеркало, которое висело на стене, она поправила пышную косу, очки и, достав духи, несколько раз пшикнула ими на себя. Лотос и сакура. Она очень любила этот запах, потому что он напоминал ей о Майки, который только учуяв его искал глазами Наран. Полюбился он ей из-за Манджиро, который не мог пройти мимо, чтобы не втянуть этот запах в себя, — Я готова, идем?       — Неужели, ты сказала это... Райфу, пока-пока, ещё увидимся, — помахав рукой коту, который себя вылизывал, Мицуя вышел из дома, вдыхая свежий воздух и чувствуя палящее солнце. Пока Наран будет прощаться со своим котом, он успеет завестись, уместиться, ещё и Майки позвонить, но нет... — Райфу разве не занимает около двадцати минут твоего выхода? — с иронией спросил парень и тихо посмеялся, увидев её недобрый взгляд, который не предвещал ничего хорошего.       — Решила, что ещё больше не буду тебя задерживать, просто поцеловала его и ушла, — закинув в сумку ключи от дома, Такаши вновь обвел её глазами и улыбнулся. Совершенно другой человек. Убедившись, что Наран нормально уместилась и дождавшись, когда она обхватит его корпус руками, он завел мотор байка и, подбив ногой подножку, он стал выезжать из двора Наран.       Рёв мотора и обволакивающий все тело теплый ветер. Саске не боялась ездить с Майки, Дракеном или Такаши, ведь знала, что аккуратнее их никого не найти, и она могла отпустить их корпус и откинувшись назад, не бояться упасть. На губах теплая улыбка, она не видела Майки со вчерашнего дня и кажется смогла даже забыться. Когда случались такие дни, она теряла себя, медленно, но верно. Этого же касались Дракен и Мицуя, она не могла долго оставаться одна, казалось, что если она ещё немного пробудет в одиночестве, то конкретно свихнется, хотя всеми силами старалась держать себя в руках. Переплетя свои пальцы на его животе, Наран резко рассмеялась, прямо на встречу ветру, откидываясь немного назад и вызывая дрожь по телу Мицуи, она смеялась.       — Наран, не делай так, упадешь ведь... — взволнованно проговорил парень, кидая взгляды на девушку, которая всё ещё держалась за него, но так смеялась, так откидывалась назад, что сердце в пятки уходило. Но эта её улыбка. Парень запечатлел её в своей памяти, когда в следующий раз он увидит её в подавленном состоянии, он обязательно вызовет точно такую же улыбку, от которой слепило, настолько она была яркой.       — Если я совсем свихнусь, Мицуя Такаши, ты бросишь меня? — прокричала девушка, пытаясь докричаться до парня через шум мотора. От вопроса Наран, Мицуя дрогнул и ощутил как мурашки пробежались по телу, почему она задала такой вопрос? Почему именно сейчас, когда откидывалась назад, когда рядом неслись машины, когда она могла вильнуть в сторону и попасть под колеса. Такаши сглотнул, чувствуя как замок из пальцев на его животе растягивается, вот-вот и совсем распустится, отпустив девушку в свободный полет.       — Нет, Саске Наран, если я тебя брошу, Луна и Мана изобьют меня до смерти! — парень с доброй улыбкой посмотрел на неё, попутно следя за дорогой. От его ответа, Наран хмыкнула и вернулась обратно, вырывая у Такаши нервный вдох, — Пока мы с тобой, ты не свихнешься, ни я, ни Майки, ни Дракен не допустят этого, — это было правдой, и понимал это не только Такаши, но и Наран, которая только за счет них и держалась на плаву.       Завернув на футбольную площадку, парень оставил Наран и поехал домой к сестрам, которые ждали его дома. А Саске тем временем пыталась привести себя в чувства. Она сильная девушка, которая справится с чем угодно. Рёв мотора удалялся и становился всё тише и тише, а она стояла на месте, смотря на то как ребята играли в футбол. Теплый ветер приятно обдувал тело, а она собирала себя в одну кучу. Той, какой её видел Мицуя, не видел ни Дракен, ни Майки, только Мицуя и Райфу, да её отражение, которое смотрело на неё с неприязнью. Каждый раз смотря на себя в зеркало, она видела зеленые глаза полные отвращения, полные злости и непринятия. Долго так она не протянет, – на задворках где-то кричала её душа, тихими отголосками стучась в её разум.       Наран делает глубокий и тяжелый вдох, чтобы потом резко выдохнуть весь воздух и бодрым шагом с доброй улыбкой двинуться к ребятам, которые её ждали. Убрав прядь волос за ухо, она подошла к ребятам, а если быть точнее, к Такемичи с Хинатой и Эмме. Майки и Дракен играли с друзьями Такемичи в футбол, пока ещё не видя её. Эмма, которой сообщили, что Наран тоже приедет, очень обрадовалась приезду подруги, а вот Хината всё ещё побаивалась Саске, которая готова была тогда избить её за то, что она сделала. Вспоминая тот дикий взгляд зеленых глаз и смотря на неё сейчас, она не могла найти схожести, не могла найти того безумного взгляда. Эмма подрывается с места и тут же подбегает к Наран, аккуратно обхватывая её руки и светло улыбаясь ей.       — Нарочка, так рада видеть тебя, — Сано быстро обнимает свою подругу и косится в сторону Дракена и Майки, которые носились с мячом, — Ты посмотри, убить друг друга были готовы, а сейчас уже вместе играют, словно ничего и не было, — Наран шокировано переводит взгляд на Майки и Дракена и глупо хлопает глазами, — Да-да, они помирились!       — И правда... — Саске не замечает как улыбка на губах расцветает, ну всё, главное, что всё хорошо закончилось и они помирились в итоге, — Привет, Такемучи, Тачибана, — выглянув из-за плеча Эммы она махнула им рукой, останавливая взгляд на довольном Такемичи, который не сводил с неё взгляда. Он помнил, что глава Белых Лилий упомянула её, помнил, что Саске была задушена, помнил, что её ещё нужно спасти от смерти, дабы изменить будущее и спасти Хину.       — Привет, — проговорил Ханагаки поднимая руку и маша ей в ответ. Девушки сели рядом с ними, они смотрели на игру парней, которые в их жизни были самыми важными, и не могли передать свою радость, что они помирились, — Саске, а ты пойдешь на фестиваль с Майки? — спросил Такемичи и увидел как её брови взлетели вверх. Она об этом даже не задумывалась, совсем скоро фестиваль, но она и не думала пойдут они с Майки или нет, одну он её не отпустит, и либо она пойдет с Эммой и Дракеном, либо с Майки, либо не пойдет вообще.       — Не знаю ещё, мы не говорили об этом, — честно ответила девушка и неловко улыбнулась ему, — А вы идете? — все трое как по щелчку кивнули и Наран ощутила себя обделенной. Из-за дел она и забыла какого это просто отдыхать, вот так сидеть с друзьями под лучами уходящего солнца, смотреть на игру человека всей жизни и просто наслаждаться моментом, а не сжирать себя день изо дня.       — Сейчас и спросим, Майки! Нара приехала! — прокричала Эмма, привлекая внимание Майки и Дракена, которые тут же повернули головы в сторону и увидели Наран, которая сидела вместе с Эммой и улыбалась им, маша рукой. Сано улыбнулся, когда увидел девушку, — Майки, почему ты ещё не пригласил мою Нару на фестиваль?! Она грустит из-за тебя! — Наран пропустила пару смешков, она всегда была такой прямолинейной, доброй, и родной. Саске хорошо общалась со всей семьей Сано, и с покойным Шиничиро тоже была знакома.       Услышав крик сестры, Майки очень обрадовался, когда увидел Наран в целости. Прекрасная девушка с доброй улыбкой, но стоило Эмме напомнить про фестиваль, на который он не особо хотел идти, а после добить грустью Наран из-за него, парень решительно двинулся в их сторону. Следом за ним двинулся и Дракен, который был бы не против видеть на фестивале ещё и Майки, ведь он уже согласился пойти с Эммой и избежать этого никак не получится. Смотря на свою лучезарную сестру, которая сейчас смеялась, сидя с Эммой, которая выглядела ещё ярче. Пока сердце Майки пропускало удары от улыбки Наран, его сердце замирало от улыбки Эммы. Улыбка возникла неосознанно.       — Моя Нара, убери руки, Эмма, даже не претендуй! — оказавшись рядом с Наран, парень схватил её за руку и дернул на себя, тут же заключая в объятья и показывая сестре язык. Эмма рассмеялась, а Наран уткнулась в его шею своим носом крепче обвивая шею своими руками, — У тебя всё хорошо? Мицуя уехал? — крепче прижав её к себе, он опустил подбородок на её плечо, не видя своей глупой улыбки со стороны. Запах её духов дурманил разум, все перед глазами кружилось, а от ощущения её тонкой талии в своих руках, все тело напрягалось, а губы начинало сушить.       — Да, а Мицуя помчался домой к сестрам, — проговорила Саске, улыбаясь. Два сапога пара: Дурацкие улыбки всегда были с ними, когда они попадали в объятия друг друга. Но такие счастливые, что некоторым становилось тошно, — Так что, ты пойдешь со мной на фестиваль? — она услышала как тяжело вздохнул парень, но ощутив её пальцы, которые бегали по оголенной шее и зарывались в волосы, он быстро сдался.       — Да.       — Обещаешь?       — Обещаю, — сквозь добрый смех ответил Майки.       — А чего ты ждала Наран? Вы вообще-то встречаетесь... У него выбора нет... — буркнула Эмма, которая прекрасно знала, что Майки пойдет с Наран на фестиваль и даже не думала об обратном.       — Эмма, отвали.

3 августа 2005 года.

      Стоя в доме Сано, Наран гневно сжимала кулаки, смотря на то как Майки собирается. Поджимая губы и чуть ли сдирая с них кожу от злости, Майки изредка кидал на неё взгляды понимая, что она очень сильно обиделась на него и заслужить прощение будет очень трудно, но сейчас был вопрос жизни и смерти и он уже объяснил Наран всё. Девушка с красивыми черными волнами, которые она делала половину дня, в прекрасном белом платье с вышитыми цветами по пошиву, а так же туфлями, стояла сейчас как брошенная собака. Майки уезжал. Ему позвонил Пэян... Подробностей она не знала, но видимо это было куда важнее, чем пойти с ней на фестиваль, что ранило ещё больнее.       — Майки... Ты ведь обещал мне, сказал, что мы пойдем на этот фестиваль, — девушка еле держалась, чтобы не заплакать, парень надевал шлепки и косился в сторону Наран. Ему самому было неприятно так поступать, он правда пообещал ей, но дело было срочное, он не мог не поехать туда, — Неужели тебе важнее звонок Пэяна?! — внезапно прокричала девушка, стягивая губы в одну тонкую полоску. Она стала медленно подходить к двери, собираясь бежать куда подальше лишь бы он не видел её слез, — Ты прекрасно знаешь как сильно я хотела прогуляться с тобой, Эммой и Дракеном, но всё равно уходишь?! Эмма и Дракен тоже ждут тебя! Почему ты так поступаешь, Майки? Неужели нельзя перенести встречу на завтра, или встретится через несколько часов, после фестиваля!?       — Нара, нет, я не могу, подожди, давай мы...       — Отвали, Майки, видеть тебя не хочу, — она так хотела пойти с ним на этот фестиваль, и буквально за пять минут до выхода к остальным, он говорит, что поедет к Пэяну, потому что тот позвонил. Кинув: " Извини" он принялся собираться к Пэяну куда бодрее чем с ней на фестиваль. Слезы всё-таки вырвались из девичьих глаз, и девушка выбежала с территории дома Сано. Наран бежала на всех порах, каблуки звонко стучали по асфальту, а сама она плакала, и почти ничего не видела перед глазами, — Одна пойду на этот чертов фестиваль... — плача шептала девушка, всё ещё пробегая мимо домов и людей.       Саске было так обидно, но в душе она понимала, что перед тем как перебивать его и убегать куда глаза глядят, можно было хотя бы дослушать. Сейчас уже ничего не исправишь, и это вина Майки. Они могли просто пойти на этот чертов фестиваль, и все было бы хорошо, но он предпочел Пэяна, который мог бы сказать всё по телефону, а не дергать его. Саске начинает стирать пальцами слезы, чтобы не испортить легкий макияж, и пытается успокоиться, поплакать она может и дома вечером. Капли слез застыли на ресницах, когда она подняла глаза и увидела молодую пару, которые вместе шли на фестиваль. Красиво одетая девушка, и парень, который смотрел на неё, как на божественное великолепие. Если бы только Наран знала, что взглядом глубже, на неё смотрел Майки, наверное, она бы не начала вновь плакать.       — Эмма, я приду одна, Майки уехал... — подняв трубку он быстро ответила на знающие вопросы и тут же сбросила звонок, чтобы успокоиться. Схватившись за сумку, она достала зеркало и сухие салфетки от туда и отойдя в сторону, ближе к заборам, она принялась вытирать потекшую тушь. Смотря на свои зеленые заплаканные глаза, она ощутила вибрацию в сумке и вновь полезла в неё, открыв телефон, она увидела имя звонящего контакта.

" Манджиро"

      Сбросив звонок, она упрямо убрала телефон обратно в сумку и продолжила заниматься своим внешним видом. Собирались тучи, кажется скоро пойдет дождь, но она должна успеть до его начала. Эмма предлагала ей надеть красивое кимоно, но девушка отказалась, ей казалось, что когда она надевала кимоно, которое полностью сковывало её движения, то она становилась совсем беспомощной. А когда её руки и ноги были свободны, ничто их не стягивало, то и чувства были другие. Вновь телефонный звонок, вынимая телефон и раскрывая его она увидела вновь то же имя и решила принять звонок. Нажав на кнопку и приложив его к уху, она сложила зеркало и убрала его в сумку.       — Наран, почему ты сбрасываешь звонки? Неужели так трудно было дослушать меня? — вот и Майки разозлился. Они в отношениях уже почти полгода, и за это время он так и не смог отучить её от привычки всех перебивать и додумывать за других, чтобы потом обидеться. Саске закрывает сумку и переходит на плавный шаг в сторону фестиваля, — Наран? — более требовательно позвав её, она решила сдаться.       — Чего? Разве я непонятно сказала, Майки... Ммм...       Девушка не договорила в ту же секунду её телефон выпадает из рук, а на её рот и нос ложится чья-то широкая ладонь, зажимая её нижнюю часть лица. Глаза расширились, Саске почувствовала как стало бешено биться её сердце, а новый прилив паники настал тогда когда её талию обвили рукой и стали куда-то тащить. Брыкаясь из стороны в сторону, пытаясь ударить нападавшего головой в нос, махая ногами назад, у Саске ничего не выходило. Получилось только вывернуть руку, но она ничего не успела сделать, как рука с талии пропадает и в ту же секунду, та, что была на её лице тут же, швыряет её в металлический забор, прикладывая с силой затылком. От первого удара Саске сознание не потеряла, но перед глазами стало всё кружиться, голова стала отдавать тупой ноющей болью, а тело превратилось в вату.       — У тебя проблемы?       — Наран! Наран! Что произошло? Где ты? — из упавшего телефона слышался дикий крик Майки, который уже десять раз пожалел о принятом решении. Сердце разрывалось, он не знал куда убежала Наран и где её сейчас искать.       — Нет, — девушка смутно видит как парень наклоняется, а после размыто видит перед глазами руку, в которой был огромный булыжник, которая замахивается в сторону, Наран ощутила как расширились её глаза и в ту же секунду получает камнем куда-то в область виска. Из тела успел вырваться только хрип, как она потеряла сознание. И вот наконец тело девушки заваливается в сторону, а голова с тупым звуком опускаясь на асфальт оставляет после себя капли крови, которые следовали за ней по пятам капая из раны в голове и на виске, — Теперь никаких проблем, Саске Наран у нас.