Hollow Knight: Other

            — Хэй-хэй-хэй! Вы любите представления? Обожаете шоу? Если да, то у вас появилась уникальная возможность! — весело и быстро говорил тот. Жук был одет в чёрный костюм, а на шее красовался небольшой алый мех. Но что больше бросалось в глаза – это белая маска с чёрными впадинами на местах для глаз, через которые проходили чёрные полосы. — Сегодня у вас есть уникальная возможность посетить невероятное представление в нашем ужасающем шатре! Будем очень рады вас там видеть! — весельчак протянул три листовки.       После того, как Октавиан взял их, жук тут же направился со следующей лавочке и проговорил то же самое. Когда тот убежал раздавать их дальне Нил подошёл к ним.             — Мне одному этот чудик показался странным?.. — почесав голову, сказал Нил.             — Мне тоже, — согласилась Астрид. — Что ещё за представление?             — Каждый такой праздник, сюда приезжает Мрачная труппа. Эдакие циркачи, но не обычные, — ответил Октавиан.             — Не обычные? В каком это плане? — решила разузнать Астрид.             — Каждый, кто состоит в мрачной труппе можно сказать, – проклят. — резко заговорила Хорнет, скрестив руки на груди.

Песня не имеющая конца и начала... Повествующая о жизни, смерти и перерождении. Любой кто решается идти за алым пламенем, Обречён вечно идти за ним.

            — Если войти в Мрачную труппу, ты не сможешь выйти из неё. По крайней мере, как мне известно, — дополнила Хорнет.             — А почему это так? — присоединился к разговору Нил.             — Жуки подчиняются Бледному свету, а у Мрачной труппы свой король и властелин. Гримм, он же сам Король кошмаров. Не люблю, когда они приходят в город, спать совершенно не возможно, — проворчала Хорнет.             — Король кошмаров?             — Бог кошмарных грёз, — сказал Октавиан. — Давным-давно, грёзы были едины, но в последствии поделились на Грёзы и Кошмары, а всё из-за Лучезарности.

Одно из высших существо света, похожего на Сущность, но гораздо ярче.

Бывалая чума, что заражала всех помнящих о ней – безумием.

А ныне... Утратила всю свою силу и влияние.

Бледный свет перекрыл обжигающий свет.

            — Всё же, Бледный свет взошёл над пустотой, — вздохнул древний.             — О! А давайте сходим на их выступление! — заговорил Нил, тянув Астрид за её накидку. — Больше ведь не сможем посмотреть! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!       К этому времени к ним подошёл Призрак с Сириусом и спросили, что за шум. Узнав, что сегодня будет выступать мрачная труппа, они выразили своё желание сходить на их выступление. Однако Октавиан сказал, что сядут они подальше от самой сцены, мотивируя это ради безопасности от огня. Даже при том, что участники труппы следят за тем, что бы никто не обжегся. Так как последствия от ожога не особо приятные. В знак согласия, все дружно кивнули. Они были немного разочарованы, что не смогут наблюдать за представлением с первых рядом. Но всё же, с задних рядов можно было лучше наблюдать за общим зрелищем, не отвлекаясь на отдельные детали. Даже если древний согласился бы на то, что они сядут рядом со сценой, то с большой долей вероятности все передние ряды давно заняты.       По мере того, как они продвигались к месту, где стояли шатры мрачной труппы, на глаза попадалось всё больше жуков в довольно заурядной, местами пёстрой одежде и однотипных масках. Довольно не многословные. Через какое-то время, как показались верхушки алого полотна, послышалась мелодия аккордеона. Яркий свет местных фонарей постепенно сменялся на мягкое и завораживающее сияние красных ламп. Красный свет, исходящий от фонарей, заполнял пространство вокруг, окрашивая всё в оттенки алого и бордового. Он мягко обволакивал всё вокруг, придавая каждому предмету и каждому существу загадочный, почти мистический вид. Когда они подошли ближе, перед ними предстало зрелище шатра мрачной труппы во всей его красе. Огромное алое полотно шатра переливалось, как живое, его волны дышали в такт музыке. Вокруг шатра было множество красных фонарей, каждый из которых излучал тёплое, но тревожное сияние. Этот свет делал окружающее пространство одновременно уютным и загадочным, как будто каждый уголок мог скрывать свои тайны. «Выглядит завораживающе... Даже часть этой площади специально переделана под них», — Астрид была заворожена всели этими красными фонарями, свет которых красиво переливался на фоне всех прочих огней, что окружали шатры мрачных путников. Нил всё время тянул руку сестры, прося идти быстрее. Но они сюда пришли не одни, к тому же не стоит уходить далеко. По мере того как они подходили к главному шатру, музыка аккордеона становилась всё громче, а жуков всё больше. Было видно, что они все собирались на предстоящее представление. На входе в шатёр стоял довольно крупный жук, шею и плечи которого покрывал густой алый мех. Тот играл на аккордеоне, который и издавал интенсивную мелодию.             — Мр-м-м. Заходите... Заходите, Маэстро ожидает всех. — слегка грубоватым тоном сказал тот.             — Он какой-то странный... — потянув Астрид, шёпотом сказал Нил. На что музыкант повернул к нему голову. Заметив это, Нил сделал вид, что с интересом рассматривает ткань, из которой был сделан шатёр. Октавиан указал рукой какие места им следует занять. В итоге, они заняли предпоследний ряд, сев с края, что бы потом по быстрому выйти из шатра.             — Жаль, что мы сели не у самой сцены. Так хотелось почувствовать себя в практически в центре действия. — слегка вздохнул Сириус.             — И так вполне нормально. Глаза и так будут болеть из-за всего этого света, — скрестив руки на груди, слегка проворчала Хорнет. По всей видимости, та не особо любила мрачную труппу, что она и не скрывала.             — Но не интересно, — быстро сказав это, мотылёк резко отвернул голову в сторону, так как Хорнет резко повернулась к нему, прищурив глаза.             — Перестаньте уже пререкаться между сбой. Ваши споры ни к чему не приведут. — не став терпеть очередной спор, тот слегка рявкнул на них, попутно прожигая их своим взглядом. Даже при том, что его лицо не выражало никаких эмоций, но в голосе прекрасно читалось всё его недовольство. Сириус и Хорнет мельком между собой переглянулись и в конце концов, сели прямо. — Вот и прекрасно.       Зрительские места в шатре быстро заполнились. Все оживлённо вели разговоры и обменивались мнениями о предстоящем представлении. По их лицам было видно, что они уже в нетерпении. Мрачная труппа не так часто приезжает в Халлоунест и то, каждый раз находятся где-то рядом с главным городом, а сегодня – они практически в самом сердце королевства. Однако эти разговоры продолжались не долго, когда в зрительском зале не осталось ни одного свободного места, в шатре резко пропал весь свет и все тут же замолкли. Неожиданно зажглись красные факела, что были расположены на самой сцене. Сама же сцена, находилась на достодочно высокой высоте.             — Добро пожаловать, добро пожаловать! — громкий голос раздался из центра сцены, и все головы повернулись в его сторону. На сцене появился высокий жук, облачённый в одежду мрачной труппы. Тот держал длинный посох, на конце которого горел яркий, красный огонь. — рады приветствовать вас, в нашем чудном шатре. Мы подготовили для вас невероятное шоу, полное чудес и ужасов! Зрители зааплодировали, и музыка аккордеона стала ещё громче. Жук в чёрном костюме поднял руки, призывая всех к тишине.             — Итак, без дальнейших церемоний, позвольте представить вам нашего первого артиста! — он сделал широкий жест рукой. На сцене появились два жука в красных костюме с черными полосами. Те начал выполнять сложные акробатические трюки, прыгая и кувыркаясь под музыку. Далее на сцене появился жук-иллюзионист, который показывал удивительные фокусы с огнём и дымом. Зрители были поражены его ловкостью и сноровкой. Огонь принимал различные формы и образы, от самых незначительных, как обычные фигуры, так и до самых жутких, как образы неведомых существ. Которые улыбались? Ко всем этим фокусам, присоединились другие акробаты, которые как-либо взаимодействовали с этими огнями. При этом задорная музыка всё не прекращалась. Каждый раз, как происходило что-то грандиозное, по всему залу разливался звук аплодисментов.

Спустя полтора часа...

      Задорный звук аккордеона постепенно стихал, а все артисты один за другим стали исчезать в лёгкой тёмной дымке. Казалось, что представление подходило к концу, но это было далеко не так. Такт музыки сменился на более медленный и мрачный. Вдруг, на сцене появился туман, который стал быстро сгущаться и принимать форму. Посередине сцены появился сам маэстро, – Гримм. Его тело было покрыто длинным, черным плащом, который был подобен крылу ночи, что окутывало всё его тело. Лицо Гримма было скрыто под маской, которая казалась вырезанной из самого мрака. Маска была столь же простой, сколько и загадочной, и она казалась единственным источником света в этом мрачном обличье. Глаза Гримма, которые блестели в темноте, были подобны двум ярко-алым огням. Тот стоял, не шевелясь, осматривая полный гостей шатёр.             — Сколько же ликов собралось сегодня! — удовлетворённым и бархатистым тоном, прогремел он. — Я благодарю вас всех за то, что вы пришли на сегодняшнее представление, — раскинув руками, сказал он. — А для заключительного представления, мне понадобиться один доброволец из зала. Есть ли тут самые смелые? Зрители начали колебаться. Им хоть и нравились представления труппы, но это был первый раз, когда выйдя на сцену, маэстро заявил, что ему потребуется один из зрителей. Гримм не говорил ни слова, лишь с довольной ухмылкой на лице, прищурив глаза, осматривался по сторонам. Маэстро немного надеялся, что кто-нибудь сам соизволит выйти к нему на сцену, но... Никто так и не решался.             — Что? Никто не желает? — с лёгким смешком говорил тот, словно ненароком усмехаясь над остальными, мол: „Неужели, все так сильно боитесь?” — В таком случае... Мне придётся самому выбрать. Наворотив пару кругов вокруг себя, его взгляд остановился в стороне ребят. Хорнет недовольно пожмурилась, всем своим видам говоря, что она будет крайне не рада, если маэстро укажет на неё. Другие, наверное, побоялись бы позволить себе подобное поведение, но не Хорнет. Которая можно сказать, была лично знакома с ним. Однако даже так, она не позволяла везти себя крайне дерзко и небрежно по отношению к нему, а так, такой лёгкий негатив от неё, – забавлял его. Решив в лишний раз не трепать той нервы, тот перевёл взгляд на рядом сидячую ней Астрид. От чего та немного дёрнулась.             — Ах, вот и нашлась одна смелая душа! — в голосе Гримма прозвучала нотка удовольствия. — Девушка, с предпоследнего ряда! Да-да, я про вас! Не стесняйтесь, выйдите к нам! Астрид, почувствовав на себе взгляд маэстро, слегка смутилась и замялась. Ей совсем не хотелось выходить на сцену, но Гримм уже указывал на неё пальцем, а все остальные перевели на неё свой взгляд, отказаться было бы неудобно. Октавиан слегка и очень тихо прорычал. Этого он никак не ожидал.             — Нет-нет, не стоит стесняться! — Гримм сделал приглашающий жест рукой. — Вы никак не пострадаете, обещаю.       Когда Астрид попыталась вновь отказаться, в голове послышался странный шопот нескольких голосов, который раздавался эхом, иногда в некоторых местах обрывая свою речь. Они призывали её подойти к нему. В один момент, Астрид автоматически встала со своего места. Она не помнила, как она это сделала, но она знала, что она должна была это сделать. Её ноги начали двигаться сами по себе, и она начала идти к сцене. И даже у Октавиана не получилось остановить его. Если бы он попытался сделать это, – грубо. То это привлекло бы лишнее внимание. Её сердце билось быстро, и она чувствовала, что все взгляды в зале устремлены на неё. В груди всё сжалась от неизведанности, что могло бы произойти. Странные голоса всё не утихали. Она отчётливо ощущала мрачную ауру, что исходила от маэстро. Девушка подошла к одному краю сцены около которого уже стоял Гримм. С протянутой рукой тот спокойно ждал свою помощницу. Всё так же немного колеблясь, но Астрид всё же взяла того заруку. Маэстро помог ей подняться на сцену. Они вместе дошли до самой середины. И после этого вокнуг них возник круг высокого, алого пламени. Астрид не на шутку напугалась и хотела отдёрнуть свою руку от Гримма, но тот наоборот сжал покрепче.             — Не советую перебегать через пламя, насколько быстрой ты не была, огню хватит времени, что бы причинить вред. — спокойный тоном сказал Гримм. Огонь слегка притих и уже горел не так яростно, как в первые секунды. В свободной руке на пару секунд, вспыхнула небольшая дымка, которая переливалась алым и чёрным цветом. После того, как она исчезла, в его руке возникла маска, что была похожа на все маски его мрачной труппы. — Наверное, всем в этом зале было интересно посмотреть на действие магии алого пламени? Что ж, сегодня у вас появилась данная возможность. Октавиан смотрел на это и старался не проявить свои зрачки и рот, дабы не показать свой оскал. Он прекрасно опнимал, что он сейчас хочет сделать.       Когда маска была надета, Астрид ощутила странную волну холода, которая постепенно перерастала в жар. Под ней неожиданно вспыхнуло алое пламя, посностью охватив её. Одежда началась меняться, накидка становилась чуть длинее, ровно так же, как и её штаны, которые меняли свой цвет на боле мночный тон. А волосы становились более длинными и чёрными, и они начали двигаться как будто они живые. Астрид почувствовала, что она теряет свой облик, что она становится кем-то другим. Она начала чувствовать себя как будто она принадлежит к этому мрачному миру, как будто она всегда была частью труппы. Вместе с этим, она начала видеть мрачные грёзы, тона которых имели чуть ли не все оттенки красного цвета. Она увидела тёмные тени, которые двигались и извивались вокруг неё, и услышала страшные звуки. Невольно переведя свой взгляд на Гримма, она увидела, что его облик так же изменился. Ей показалось, что маэстро стал намного выше, а всё его одеяние приняло ярко-алые оттенки. Тот с весьма довольной ушмылкой ссмотрел на неё. «Что... Что тут вообще твориться? Почему...» — тень почувствовала, что начинает забываться. Она уже позабыла для чего она пришла сюда и, что делала до этого. Пока её волосы полностью не окрасились в чёрный, детали окружения резко изменились. Ярко-красные тона слегка притупились, становясь более холодными и теряя свой цвет, становясь чёрными. Все звуки полностью притихли. Вскоре перед глазами возник тёмный огромный четырёхрукий рогатый силуэт с восьмью глазами.             — Кошмары могут ужасать, но они никогда не смогут возвыситься над созданиями пустоты. Они всего лишь тени, брошенные нами. — его голос раздался протяжным эхом в её ушах. После чего всё погрузилось со мрак. «Я... Я не могу... Нет... НЕТ!» — сама себе, прокричала та, после чего исчезла. Она стояла всё на той же сцене, однако огонь в которой она стояла попросту исчез, посторонние голоса пропали, а её внешний облик сменился на прежний.       Решив, что представление окончено, зал шатёр вновь залился гулом аплодисментов. Астрид стянула с себя злощавую маску. Её дыхание было учещённым, она смотрела на маску и пыталась понять, что же всё таки произошло. Стоявлий рядом Гримм, был не на шутку удивлён таким исходом событий, но старался не показать это. Вскоре, маска попросту растворилась в лёгкой, но густой дымке.             — Кхм... Чтож, мои дорогие зрители! На этом, наше представление подходит к концу! — быстро собравшись с мыслями, воскрикнул тот. Все уже стали собираться на выход, попутно обсуждая между обой увиденное представление. Астрид мигом метнулась со сцены обратно к ребятам. Которые уже ждали её у выхода из шатра. Вместе с головной болью появилось лёгкое головокружение. Выходя из шатра, Октавиан бросил свой взгляд на одиноко стоящего на сцене Гримма, который так же смотрел на него.