Растопим между нами лёд

      Время в поездке тянулось крайне медленно. Голова и мысли Антона были заняты одним голубоглазым брюнетом, в глазах которого то Байкал, то черти пляшут. Он был неоднозначен. «Наши взаимоотношения с ним очень изменились, — думалось Шастуну, — они не похожи на отношения преподавателя и ученика». Вопросов было много, но ни одного ответа. Антон терпеть не мог такие ситуации, ведь гадать он не очень то любит...

***

      Голова и мысли одного голубоглазого брюнета были заняты высоким и слегка неуклюжим юношей, в чьих глазах развевались на ветру свежие зелёные листья и лес оживал. От него исходила какая-то совсем детская невинность и наивность, доброта и уют, но в тоже время парень любил показывать свой непростой характер.       Сам Арсений не понимал, когда Антон начал занимать все его мысли и время, отведённое для сна. Это происходило как-то само. Иногда ему хотелось помочь и поддержать, но как только Шастун показывал свой характер, это желание испарялось и Попов возвращался на Землю.       Вопросов тьма, а ответа ни одного, и это больше всего беспокоило Арсения Сергеевича. Гадалка из него не очень то хорошая, временем проверено.

***

      Совершив ещё несколько остановок и заехав перекусить в какую-то ближайшую забегаловку, класс и учителя доехали до отеля. Эта поездка безусловно давалась с трудом. Они ехали в автобусе порядка двух дней с учетом остановок. Много кому становилось плохо, но все это поправимо.       Антону же поездка не казалась столь трудной или изматывающей. Он все время слушал музыку, смотрел в окно, рисовал какие-то геометрические фигуры или перечитывал любимые книги, одной из которых оказалась «Мастер и Маргарита» Булгакова. В общем, оригинальностью он не отличался.       А вот Арсению Сергеевичу и Павлу Алексеевичу эта поездка далась крайне сложно. Преподаватели были вынуждены постоянно пересчитывать учеников после каждой остановки, контролировать их состояние, писать отчеты учителям, которые иногда спрашивали про поездку или подолгу гуглить маршрут и как можно его срезать или объехать. Учителя были вымотаны как морально, так и физически. А физик ещё и не мог собрать мысли в кучу, но в скором времени у него это получилось и он стал также сосредоточен и пунктуален.

***

— Поднимаемся на свои затёкшие ноги и выпрямляем болящие спины, мы приехали, шкеты! — уж крайне радостно прокричал Воля, вздергивая руки к небу и радуясь так искренне, словно маленький ребёнок. Арсений же напротив, только закатил глаза, взял в руки свой чемодан и вышел из автобуса.       Свежий воздух с едва различимым запахом моря заполнял организм. По набережной ходили люди, активно что-то обсуждая. Ларьки со всякой-всячиной также стояли вдоль набережной, которая тянулась и тянулась в длину. Несколько отелей находились прямо на набережной, рядом стояли продуктовые магазины, аптеки, фруктовые палатки и пара автобусных остановок.       Город был обычный. Нет, не каким-то безумно красивым, что падала челюсть. Каждый город красив по-своему. Красив своим населением, природой, климатом, архитектурой. Безусловно, здесь красиво по-своему. Тут также размеренно текла жизнь, кто-то гулял, кто-то работал, а кто-то только начинал познавать жизнь.       Тем временем ребята и словесник вылезли (вывалились) из автобуса. Антон, Серёжа и Дима уже крутили головами по сторонам, а физик заметив, подошёл к компашке и сложив пальцы в определенную позицию щелкнул. Парни сфокусировали внимание на ждущем их классе и преподавателей, которые скрестили руки на груди. — Итак, мы дождались, пока наша троица насмотрится на местность, поздравляю, — слишком радостно, скорее саркастически сказал Воля и медленно прищурил глаза, — Пойдём до отеля пешком, чтобы вы хоть чуть-чуть выстроили в своей голове карту местности. Арс, замыкай строй и про Антона не забудь, — хихикнул Павел Алексеевич. Арсений цокнув подошёл к зеленоглазому и взял его за запястье. — Арсений Сергеевич? — прошептал Антон. — Что? — устало спросил физик. — Вы же говорили, что по городу я буду ходить сам, — напомнил Антон, а Арсений вздернул бровь, — Ну когда мы по лесу ходили и Вы взяли меня за руку, Вы сказали, что это только до конца прогулки, а по итогу таскаетесь со мной и по Крыму. — А тебя что-то не устраивает? — поставил в тупик юношу голубоглазый. — Все меня устраивает, — фыркнул Шастун. — Вот и славно, тогда поплёлся быстро за всеми, — рыкнул Арсений Сергеевич, а юноша впал в ступор, — Я не правильно изъясняюсь, — прошептал на ухо мальчишке преподаватель, вгоняя младшего в краску, а после с ухмылкой добавил, — Шастун, я говорил, что ты очаровательно краснеешь?       Шастун сглотнул вязкий ком в горле и перехватив ручку чемодана в другую руку, пошёл следом за классом, обдумывая произошедшее. Этой ночью явно будет то, над чем следует подумать.

***

      Сам отель был скорее похож на лагерь. В одной комнате располагалось три кровати, да и само помещение было рассчитано на троих. Одна ванная на троих, пара тумбочек, шкаф (очевидно слегка доисторический) и стол со стульями. «Ну что же, в принципе то больше ничего и не нужно, — думал Антон, который без сомнений заселился с Димкой и Серёжей».       Правда всегда и везде есть свои нюансы, и эта ситуация не стала исключением. За стенку от номера ребят располагался номер Арсения Сергеевича. М-да, получается даже музыку громко не послушаешь, то что тут уже говорить о посиделках с одноклассниками, некоторые из которых провезли алкоголь. «Ну умеет же этот физик обламывать все, иногда даже не задумываясь об этом, — вздыхал в мыслях Шастун».       В прочем то, Антон Шастун был бы не Антоном Шастуном, если бы его что-то останавливало. Шастун, Позов и Матвиенко зная расположение их номера, решили все-таки рискнуть. Ребята договорились в конце сегодняшнего дня собраться в их номере и культурно выпить (нифига не культурно) с одноклассниками. «А почему же качественному алкоголю пропадать? — Да, Шасту было откровенно поебать на физика. Он будет ловить момент до последнего».       Ну, а пока не вечер, юноша достал из рюкзака недавно купленную на заправке двухлитровую бутылку кока-колы и начал пить из горла, толком то его и не волновало это. Голова забита другим. Соседом за стенкой.       «Взаимодействия физика и меня сильно изменились. Нет, безусловно Арсений Сергеевич продолжал подстебывать меня, но сейчас не об этом. Но учитывая то, что в первые дни я люто ненавидел физика, а сейчас вполне хорошо отношусь к нему, иногда в голове даже проскакивало желание проводить с ним больше времени. Это странно.       Случай, который произошел в лесу. Само предупреждение и сама угроза были неоднозначны. Взять за руку, потому что отставал? Ладно, может это и не так странно, но все же. Зато мы выяснили, что своё слово мужчина держать умеет. Арсений правда взял меня под руку, но то, что мы переплели пальцы никого не смутило? — вёл дискуссию в своей голове Шастун, — Почему моя рука так правильно смотрелась в его руке? Почему он вообще захотел взять меня за руку? Почему он ходит за руку со мной до сих пор, мы же не в лесу?! Это странно (2.0).       Тогда, в поездке, когда мы остановились на ночь, он укрыл меня своим пальто и вытащил наушники из ушей. Он же обо мне позаботился, хотя мог позаботиться абсолютно о любом ученике. Когда мы выходили на Крымском мосту, он накинул на меня своё пальто, а сам вышел просто в толстовке. Хотя, рядом с ним всегда крутятся девчонки, но позаботился он обо мне. Почему? Это странно (3.0).       Иногда я ловлю себя на том, что часто залипаю на него. На его профиль, бездонные глаза, стиль одежды, манеру речи, особенности. Ловлю каждый его жест. Он часто склоняет голову в бок, когда о чем-то думает или слушает кого-то, часто активно жестикулирует, когда объясняет что-то. Я все время смотрю на его внешность, вены на руках, яркую улыбку, что так гармонично сочетается с голубыми глазами, запоминаю изгибы его тела. Я считаю его гребаной моделью, идеальным человеком, а иногда просто хорошим собеседником или другом. Это странно (4.0).       Когда он общается со мной, я хочу смотреть в байкальские глаза. Я хочу разговаривать с ним долго и про все. Я хочу узнать о нем что-то новое, то, что не знает никто и буду знать только я один. А что если я... Черт... Этого не может быть... Его люблю? Нет, нет, нет...       Сегодня же спрошу у Димы, а сейчас мне нужно просто отвлечься...»

***

— Дим? — М? — Как понять, чувствуешь ты к человеку что-то или нет? — спросил Шастун, лениво ковыряя пюре. Они с классом пошли на обед в ближайшее кафе в пяти минутах ходьбы от отеля. — Ого, наш мальчик влюбился, — весело хохотнул Сергей. — Для начала пойми, точно ли ты уверен что что-то чувствуешь конкретно к этому человеку, — начал рассуждения Позов, поправляя очки. — Я хочу с этим человеком проводить все свободное время, слушать его истории и советы, носить его одежду, чувствовать его заботу. А ещё я понял, что конкретно залипаю на профиль этого человека и тону в его глазах... — О, не продолжай, — выставил вперёд руку Дмитрий, — Тут все понятно. Ты правда влюбился. Но в чем же проблема, мой юный друг? — Мне кажется, что он меня ненавидит, — как-то по-детски вздохнул Антон, — А ещё у нас совсем разные социальные статусы. — Он президент что ли? — засмеялся Серый. — Нет... — Значит все может быть. — Успокоил, — закатывает зелёные глаза. — Знаю, умею, практикую, — подмигнул хвостатый. —Тох, тот, кого ты любишь, к тебе сам не придёт, — Дима отпил чая и поморщился от сахара, которого пересыпал, — Добейся! — Ладно... Спасибо, — советы друзей правда вселяли веру в юношу, поэтому он обещал подумать об этом всерьёз.