Дождь

Дождь казался ему спасением. Не просто спасением - защитой, старшим братом, близким человеком. Ему объяснить это было сложно. Но дождь с улицы людей всех прогонял, оставляя темные от набежавших туч переулки пустыми. А Дракену люди не нравились, ну от слова совсем. Глупые, неправильные, они норовили причинить боль слабым, обидеть тех, кто был неспособен ответить. Дракен боялся порой этого осознания. Ведь он также понимал краем мыслей, потому что отгонял их от себя постоянно.. Люди могут убить. Просто так из собственной прихоти, по веселой шалости, из-за шутки или проигранного спора. И именно это пугало до глубины души, заставляя сердце внутри заходиться мелкой дрожью. Людьми нельзя управлять, людям нельзя объяснить, их бесполезно умолять. Единственное, что может обезопасить его жизнь и жизнь его близких людей - это власть. Но от таких мыслей становилось еще более тошно, уподобляться пешкам и пресмыкаться перед кем-то ради мнимой власти над кучкой жалких и трусливых /сволочей/ людей ему не хотелось. /Внушать кому-то страх, иногда тоже.. / Дождь смывал все. Заботы, страхи, проблемы, смывал, оставляя после себя чистый нетронутый человеческой рукой лист. И Дракену было проще, просто бродить по пустым улицам, подставлять голову под косые, но тяжелые капли дождя и позволять себе не улыбаться постоянно, налево и направо. За стеной дождя его лицо все равно не видно, хоть слезы лей, все равно никто не увидит. Впрочем при свете солнца так-то тоже, но проще делать вид, что это не так, и люди внимательней и заботливей, чем есть на самом деле. Вот только во снах дожди не шли. Он нутром чуял, что у соулмейта, связанного с ним по рукам и ногам, дожди шли вечно и постоянно. И кажется, ему абсолютно не нравились. Ему при мысли о соулмейте как-то сразу Майки вспоминается. Почему на месте своей пары он видит этого неугомонного хулигана с растрепанной копной пшеничных волос он не знает. Но в груди при мысли о нем каждый раз теплеет. Прямо сильно-сильно теплеет, как будто Майки не просто в его голове, а рядом стоит и прижимается со спины, обнимая, прикаясь своими сильными, но миниатюрными руками к выпирающим ребрам. Он бы нежно-полюбовно провел дорожку поцелуев от кромки светлой футболки до уха, прикусывая его мочку и вывел бы языком контур его татуировки. У Дракена мурашки по всей коже от таких похабных мыслей.. Но о них же никто не знает, значит ничего такого, с поличным не пойман же, носом, как котенка в такие вещи не тыкнет никто и можно дальше краснеть пока никто не видит. Дождь все усиливается и Кен понять одного не может. На улице пусто, прямо пусто-пусто, как при зомби-апокалипсисе и он усмехается слабо, чувствуя в груди жгучее желание сделать как-нибудь глупость. Все равно никто не видит, все равно никто не спросит.. Все это уже на сон больше похоже, потому что все-таки даже проливной ливень его от бесконечного потока людей не особо спасает.. А сейчас, можно кроссовки стянуть, да на плечо закинуть и босыми ногами по лужам шлепать, морщась от мелких камней, болезненно врезающихся в ступни. Но он улыбается, цитируя одно из последних заданных стихотворений в школе по памяти. Вокруг магазины пустые, дома размыто-серые, блеклые, как отражения в луже, безликие, как люди всегда куда-то бегущие. Дракен заглядывает в магазины, смотрит по сторонам, смотрит все дальше, активно пытаясь что-то найти, и чувствует почти физически, что Майки рядом. И не сбежит от него никуда, не денется больше никогда. Поэтому он не торопится. В любви спешка карается отсутствием поцелуев и секса по пятницам. Поэтому он просто шагает дальше, подставляя лицо под косые капли дождя, а кроссовки бросает, всего лишь легко разжимая пальцы. Во сне неважно, что ты сделаешь, во сне неважно кто ты. Единственное, что его сейчас волнует это его соулмейт, истинный, любимый и неповторимый. А в том, что это Сано он больше не хочет сомневаться.. Потому, что "кажется" в груди сердце при мысли о нем сбивается со спокойного ритма и чужие бледные губы влекут сильнее всего вокруг. Он слабее этого и давно признал свое полное поражение