Корпоративная этика

      — За это ты будешь должна мне до конца своей жизни, — проговорил Ода, и в его голосе, обычно таком ровном и бесстрастном, проскользнула едва уловимая нотка усталости.       Он хмуро поправил пальцами чёрный галстук, который, казалось, с каждым часом этой поездки затягивался туже, словно петля. Всё это — и внезапный отъезд, и вынужденный внеплановый отпуск — доставило ему немало хлопот. Даже сейчас, стоя здесь, он мысленно прокручивал в голове список неотложных дел, оставленных в спешке, и предвкушал неизбежные вопросы, которые ему предстояло выслушать по возвращении.       Госпожа Ханако, конечно, не отказала ему — она редко отказывала тем, кого уважала. Но когда узнала истинную причину его внезапного исчезновения, на мгновение застыла, будто столкнулась с чем-то настолько неожиданным, что даже её железная выдержка дала крошечную трещину.       — Ты прям так ей и сказал? «Ви позвала меня своим компаньоном на свадьбу друзей в Найт-Сити»? — Хихикала Ви, лениво потягивая шампанское из бокала. Её глаза блестели с неподдельным весельем, будто вся эта ситуация была для неё отличным анекдотом.       Ода лишь тяжело выдохнул, скрестив руки на груди. Его тёмный костюм идеально сидел на нём, но в этот момент он казался ему неудобным, словно доспехи, в которых застрял по чужой прихоти.       — Не смешно, — его голос звучал сухо, но в нём читалось лёгкое раздражение. — Госпожа остаётся на попечении Горо и службы охраны. Твоё счастье, что она ближайшие несколько недель никуда не улетает.       Ви лишь отмахнулась, делая очередной глоток.       — Ода, брось. Сколько ты не был в отпуске? Одну жизнь? Две? — она игриво приподняла бровь. — А тут целая свадьба! Может, наконец-то развеешься.       — Я прекрасно «развеиваюсь» с тобой, — проворчал Ода, машинально поглаживая коленку Ви, словно пытаясь унять собственное раздражение. Его пальцы слегка сжали ткань её платья, затем разжались — жест привычный, почти рефлекторный, как будто он проверял, не растворится ли всё это в дымке неоновых огней за окном. За стеклом ави проплывали высотки Найт-Сити, подсвеченные алыми и синими неоновыми всполохами. Рекламные голограммы мелькали, как мираж: «Олл фудс». Знай, что ты ешь!», «Мистер Уайти «Жизнь слишком коротка, чтобы быть медленным». Город жил, не зная пауз, не признавая тишины.       Через несколько минут они должны были приземлиться на входе Компэки Плаза. Это было его единственное условие, когда он узнал, какой кошмар его ждёт: «Заселиться в нормальном отеле. Не в подпольном убежище, не в конспиративной квартире — в чём-то, что хотя бы отдалённо напоминало цивилизацию».       Ви было плевать на это условие. В конце концов, она даже не удосужилась подумать о собственном жилье в Найт-Сити — зачем, если она прилетела сюда максимум на пару дней? Отель, квартира друга, задняя комната в баре — всё сгодится, лишь бы было где принять душ и пару часов вздремнуть между прогулками.       Она наблюдала, как в окне ави мелькают рекламные голограммы, мельком думая о том, как скоро упадёт в мягкую кровать, но тут же забывала об этом. Гораздо больше её занимало, как Ода будет выглядеть на свадьбе — в своём вечном чёрном костюме, с каменным лицом телохранителя, окружённый весёлыми пьяными Валентинос. Это просто в голове не укладывалось. Падре с Джеки обещали, что в сторону её «телохранителя» не будет косых взглядов.       — Эй, а ты вообще умеешь танцевать? — вдруг спросила она, коварно прищурившись.       Ода лишь тяжело выдохнул и посмотрел на неё тем особым взглядом — в котором усталость граничила с игривой угрозой.       «Сколько же неприятностей может принести одна эта девушка?» — промелькнуло у него в голове, но губы сами потянулись в едва заметную ухмылку.       Ави плавно приземлилось у парадного входа Компэки Плаза. Ви выпрыгнула первой, вдохнув полной грудью знакомый коктейль выхлопов, морской соли и чего-то неуловимо-родного. Она прикрыла глаза, позволяя бризу поиграть с прядями волос. Где-то вдали кричали чайки, смешиваясь с гудками машин — музыка Найт-Сити, которую она не слышала… сколько? Пять лет?       «Как же тут всё… прилизано», — мелькнуло разочарованно в голове, когда она окинула взглядом сверкающий фасад отеля. Настоящий город прятался глубже — в переулках, где пахло жареным стрит-фудом и дымом, где неоновые вывески мигали, как живые. И она знала, как туда вернуться. Идея уже пустила корни — нужно лишь подождать, пока Ода расслабится за бокалом вина.       В холле их встретили стерильным холодом кондиционеров и настороженными взглядами. Проход через сканеры был формальностью — до тех пор, пока система не выделила контуры кибернетики Ви красными тревожными сигналами. Охранники замерли. Тот, что справа, непроизвольно коснулся рукояти пистолета — его пальцы дрогнули, будто он держал раскалённый уголь.       — Мы рады принимать в Компэки Плаза таких… известных гостей, — администратор сделал паузу, подбирая слова, — и рассчитываем, что вы воздержитесь от применения боевых имплантов в стенах отеля.       Его улыбка была профессионально-безупречной, но взгляд скользил по хромовым вставкам на её руках — свидетелях нахождения под ними опасных клинков.       Ви рассмеялась — звонко, искренне:       — Естественно! Я же не психопатка.       Она нарочито медленно развела руки в стороны, будто демонстрируя безобидность, но в уголке рта играл тот самый опасный огонёк, который Ода знал слишком хорошо.       Ода покачал головой — этот жест говорил одновременно и «ну конечно», и «как же хочется в душ». Он шагнул под лазерные лучи сканера, зная заранее, что произойдёт.       Система повторила всё то же, что и с Ви. Охранник слева непроизвольно икнул, как будто перед ним внезапно материализовался боевой дроид.       Администратор открыл было рот, чтобы произнести заученную фразу про «политику отеля», но Ода опередил его, бросив через плечо, не останавливаясь:       — Можешь не повторять.       Его голос звучал как скрежет лезвия по камню — ровно, без эмоций, но с неоспоримым финалом их диалогов. Администратор замер с открытым ртом, словно рыба, внезапно выброшенная на берег.       Ви, уже прошедшая вперёд, обернулась и фыркнула, наблюдая эту сцену:       — Ты сам настаивал на этом отеле! — Ви пожала плечами, подходя ближе к ресепшену. — Я предлагала нормальные апартаменты в центре. Другой вид, зато нет такого напряга.       Ода провёл рукой по лицу, и на секунду в его глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление.       — Меры предосторожности. — Он поправил воротник рубашки. — Ничего страшного. Просто устал от дороги.       — Ни-че-го, — растянула Ви, подходя к стойке ресепшена и намеренно опираясь локтями на полированную поверхность. — Закинем вещи в номер — и в бар.       Ода медленно подошёл сзади, его тень накрыла Ви, как плащ.       — Боюсь, до бара мы доберёмся не скоро, — его губы искривились в той самой хитрой ухмылке, которая всегда предвещала что-то интересное.       Хромированная золотом девушка-администратор склонилась в идеально выверенном поклоне.       — Ода-сан, мисс Ви, — её голос звучал как сладкий мед, — благодарим вас за выбор Компэки Плаза! Ваш люкс «Прибрежье» в пятьсот сороковом номере готов к заселению. Багаж будет доставлен в течение пяти минут.       Она плавным жестом указала на голографическую панель идентификации, её позолоченные пальцы оставили в воздухе мерцающий след. Ода первым приложил ладонь к сенсору. Система пропищала, экран загорелся зелёным, считав его биометрию за доли секунды. Ви последовала его примеру.       — Благодарим за терпение! — хромированная девушка вновь склонилась, её улыбка не дрогнула ни на миллиметр. — Наш лаунж-бар открыт для вас круглосуточно. Все напитки — за счёт заведения.       Ода ответил сухим кивком, достойным самурая, а Ви едва заметно подмигнула администраторше, провожая взглядом её неестественно идеальные черты лица.       Когда они отошли к лифтам, Ви драматично вздохнула, бросая тоскливый взгляд в сторону бара:       — Эх, у нас ещё был шанс урвать пару бокалов… — её голос звучал как капризный ребёнок, лишённый игрушки.       Ода устало потёр переносицу, нажимая кнопку вызова лифта:       — Закажешь шампанское в номер. Я мечтаю только о горизонтальной поверхности и шести часах забытья.       Лифт бесшумно закрылся и двинулся вверх.       — Чем ты планируешь заняться в моё отсутствие завтра? — спросила она, лениво крутя в пальцах пропуск-карту.       Ода замученно вздохнул, его мысли непроизвольно коснулись списка задач на день. Но сейчас там была только пустота.       — Не знаю, — он пожал плечами, и это движение выглядело неестественно для его обычно собранной фигуры. — Честно? Не знаю. Впервые за… сколько лет… У меня всегда была работа.       Ви повернулась к нему, приподняв бровь.       — Неужели в Найт-Сити не знаешь, чем занять себя? — в её голосе звучало неподдельное изумление.       Уголок рта Оды дрогнул.       — Предложи варианты, — он скрестил руки на груди, явно готовясь к худшему.       — Нуууу… — Ви закатила глаза к потолку, театрально задумавшись. — Экскурсия по разрушенной Арасака Тауэр… — её первый палец щёлкнул.       Ода лишь закрыл глаза, будто молясь о терпении.       — Чпок-стрит — прекрасный район для культурного отдыха… — второй палец. — Можешь попытать счастья пробиться в Лиззис…       Она украдкой взглянула на него, оценивая степень его «закипания». Лицо Оды напоминало каменную маску, но висок слегка подрагивал.       — …Нет? Не нравится? — Ви сделала наигранно-невинное выражение лица, будто предлагала прогулку по парку. — Могу по старой дружбе позвонить Евродину.       Лифт мягко остановился. Двери открылись, впуская прохладный воздух кондиционированного коридора.       — Знаешь что? — Ода шагнул вперёд, намеренно растягивая слова. — Я, пожалуй, выберу… вариант «заказать стейк в номер и не отвечать на твои звонки».       — Ох, ну раз ты хочешь, устрою тебе экскурсию по полной! — Ви театрально вытерла слезинку от смеха. — Сначала Джингуджи за костюмами, потом к маме Уэллс, ещё парочка магазинов… А, и Виктор давно просил доехать до него…       — Я не против, — спокойно ответил Ода, поправляя манжету.       Ви резко повернулась к Сандаю с вопросительным взглядом:       — Ты… серьёзно? — в её голосе смешались недоверие и детский восторг.       Ода повернулся к ней, и его обычно каменное лицо смягчилось. Он прикоснулся к её щеке:       — Почему нет? — Его голос звучал непривычно тихо. — Я ведь приехал с тобой на свадьбу твоих друзей. По своей воле.       Ви открыла было рот, чтобы возразить:       — Но для тебя же вся эта шумиха как…       — Ви. — Он перебил её, и в его глазах читалось что-то новое — не служебную строгость, а… усталую нежность. — Не беспокойся об этом. — Ода продолжил, глядя куда-то поверх её головы. — Да, я не в восторге от перспективы дышать выхлопами Найт-Сити. И от возможных встреч с местной… фауной.       Потом его взгляд вернулся к Ви, и он улыбнулся по-настоящему — той самой улыбкой, которую она видела так редко за всё время их знакомства:       — Но ты будешь рядом. У меня не было возможности просто… быть человеком. Не телохранителем, не оружием — просто человеком. Думаешь, я упущу такой шанс?       Ви замерла, и в её обычно насмешливом взгляде появилось что-то новое — может быть, понимание. А может — обещание. Она внезапно поднялась на носочки, её хромированные пальцы впились в рукав его пиджака для баланса. Ощущение её губ на кончике его носа было до смешного нежным для киберниндзя.       Ода улыбнулся той самой редкой улыбкой, которая делала его лицо моложе на десять лет.       — Обещаю, местная фауна будет держаться от тебя подальше, — заверила Ви, представив реакцию местных Валентинос на известного во многих кругах телохранителя дочери "арасачьего" Императора.       Ода пожал плечами, его голос звучал спокойно, как поверхность озера перед бурей:       — Мне всё равно. Я не боюсь их.       Ви провела пальцем по его нахмуренным бровям, словно пытаясь разгладить складки:       — Я знаю. Но попробую сделать так, чтобы ты меньше напоминал натянутую тетиву.       Внезапно в его глазах вспыхнул тот самый опасный огонёк, который Ви знала слишком хорошо:       — Не откажусь от массажа… с продолжением, — произнёс Ода с подчёркнуто невинным выражением лица, будто говорил о прогнозе погоды.       Ви фыркнула, мягко толкнув его плечом:       — В тебе я никогда не сомневалась.

***

      Ви радовало, что с высоты их номера Найт-Сити казался почти тихим. Шум мегаполиса сюда не долетал — только глухой гул систем кондиционирования да редкие всплески сирен где-то вдали. Ода, всё ещё не оправившийся от дурного настроения после перелёта, предпочёл скрыть вид на океан. Он активировал голограмму — Альпийские вершины, неестественно ровные и живописные, растянулись во всю стену. К ночи изображение потемнело, синхронизировав изображение с реальным временем.       Они отказались от ужина в ресторане, выбрав тишину и уединение люкса. Разговор то и дело возвращался к городу — его контрастам, его безумию. Ви в очередной раз убедилась: Сандаю, как и Горо, терпеть не мог уличную еду. Для неё же еда Токио, натуральная, сбалансированная, казалась пресной. В Найт-Сити даже синтетические специи жгли по-особенному. В этом был свой мазохистский прикол — зная, что потом будет болеть живот, всё равно заказывать самый острый рамен у бродячих торговцев.       Утро началось с привычного для их дуэта дисбаланса. В то время как Ода проснулся ровно в 6:00 без будильника, провел сорокаминутную тренировку, уделил несколько минут Горо по холо и даже успел поприставать к Ви, после чего убедившись что она проснулась, сходил с ней в душ во второй раз.       Вода оказалась прекрасным мотиватором. Особенно когда струи прохладной воды сменились на горячие, а заспанные пальцы Ви автоматически потянулись к шампуню — не для себя, а для упрямых черных прядей Оды.       «Завтрак» как концепция их объединил лишь условно — он методично уничтожал белковый омлет, она ковыряла вилкой в экзотических фруктах, периодически закидывая в рот куски его тоста с какой-то невероятно острой пастой из мини-бара. Компэки Плаза встречал их тихим звоном фужеров и абсолютным равнодушием к тому, что в стороне от общего шума гостей атриума за одним из крайних столов «притаилось» возможно двое самых известных убийц Арасаки. Среди завтракающих гостей пробежала волна узнавания, но каждый воспринимал эту пару по-своему. Обычные посетители видели лишь элегантного японца в стального цвета рубашке, ведущего под руку эффектную девушку с модельной внешностью. Корпоративные сотрудники, мельком взглянув, тут же отводили глаза — на горле мужчины был выведен логотип его принадлежности Арасаке.       Те же, кто действительно знал Найт-Сити, замирали на мгновение, заметив Ви. Их пальцы непроизвольно сжимали столовые приборы, а взгляды становились намеренно нейтральными. Слухи до родного города доходят быстро. Настоящее представление начиналось для обладателей сканирующей оптики. Их взоры выхватывали «арсеналы», скрытые под кожей и тканью. Реакции варьировались от мгновенного отвращения до попыток бросить вызов. Группа японских наёмников у дальнего стола сначала ухмылялась, пока Ода не повернул голову в их сторону, после чего самый дерзкий внезапно увлёкся изучением меню. Бизнесмен в дорогом костюме резко закашлялся, делая вид, что подавился.       — Ну что, напугал местных? — Ви улыбаясь сжала его руку, чувствуя, как напряглись его пальцы.       Ода лишь провёл пальцем по краю бокала, оставляя идеально ровную каплю конденсата:       — Они сами напугали себя. Люди всегда видят то, чего боятся.       Ви лениво перекатывала кусочек груши по тарелке, пока сладкий мед стекал на белоснежный фарфор.       — Ну что, с чего начнем? — спросила она, наблюдая, как светились глаза Оды, который изучал новостные сводки города.       — Думаю, сначала стоит заглянуть к Вику, — ответил он, не отрываясь от сообщения о ночной перестрелке где-то в Хейвуде. — Ты вчера отмечала его больше, чем бутик Джингуджи.       — Ах да, его клиника… — Ви умышленно сделала паузу, наслаждаясь моментом, — в самом сердце Уотсона. Тебе там… ну, очень понравится.       Ее губы растянулись в хитрой ухмылке, когда вилка снова погрузилась в сочную мякоть фрукта.       Ода наконец оторвался от новостей и поднял на нее взгляд, в котором читалась привычная смесь скепсиса и усталого принятия своей судьбы.       — Почему-то мне кажется, ты снова приукрашиваешь действительность, — произнес он, делая глоток кофе из фарфоровой чашки, чьи стенки мерцали мягким голубым свечением.       — Ой, да брось! — Ви фыркнула, размахивая вилкой, — Это же прекрасный район! Полон… местного колорита.       — У нас с тобой, дорогая, радикально разные представления о прекрасном, — ответил Ода, но уголки его губ дрогнули в почти незаметной улыбке.       За окном утреннее солнце Найт-Сити начинало разогревать неоновые вывески, предвещая очередной хаотичный день в городе возможностей.       — Так на чем кататься будем? Возьмем «Эксельсиор» у Деламейна? Пусть возит нас целый день.       Ода нахмурив серебристые брови отставил кофейную чашку.       — Нет, сегодня я сам за руль сяду, — его голос оставил место для дискуссии ровно ноль процентов.       Губы Ви растянулись в лукавой ухмылке. Она закусила нижнюю губу, брови игриво поползли вверх:       — Ну что ж… Мне нравится наблюдать, как ты ведешь машину. Особенно когда сосредоточен — морщинка между бровями появляется вот тут, — показала пальцем на себе.       — Ага, прямо как в нашем первом «совместном» задании? — Ода усмехнулся, вспоминая тот бешеный заезд, когда Ви впервые побывала на его коленях.       — Ой, да ну тебя! — фальшиво возмутилась Ви, но в уголках глаз уже собирались смешинки. Серьезно обижаться она не могла — те лихие времена и она вспоминала с теплом. Да и сейчас, глядя на его уверенные движения, когда он отодвигал стул, она понимала — сегодняшний день обещал быть не менее интересным. — Ну если не Деламейн, тогда что? — Не унималась она. Её каблуки звонко стучали по мраморному полу, нарушая чопорную атмосферу ресторана.       — Терпение — явно не твоя сильная сторона, — усмехнулся Ода, ловко лавируя с ней между столиками. Он прекрасно чувствовал, как десятки глаз следят за их парой — одни с любопытством, другие с пренебрежением. Не останавливаясь он повернулся к Ви и страстно поцеловал её в щеку.       — Не зазнавайся, — прошептал он, заметив её удивлённый взгляд. — Это для одной особе в углу. В своё время она буквально охотилась за моим вниманием.       — Не зная тебя, я бы решила, что ты самоубийца, — рассмеялась Ви, цепляясь за его руку сильнее. Её пальцы впились в рукав его пиджака.       Лифт на подземную парковку двигался мучительно медленно. Ви всё ещё сонно зевала, прислонившись головой к его плечу, в то время как Ода изучал отражение в зеркальной стене. Когда двери наконец открылись, прохладный воздух парковки встретил их запахом бензина и металла. Где-то вдалеке эхом раздавался рёв чьего-то двигателя. Ви зажмурилась от внезапного яркого света фар — кто-то явно спешил уехать.       — Ну что, покажешь свою новую игрушку? — Нетерпеливо дёрнула она его за рукав, пытаясь разглядеть в полумраке парковки обещанный сюрприз. Ода лишь загадочно улыбнулся, глаза его вновь загорелись голубым, активируя автопилот. В темноте раздалось низкое урчание двигателя, и из тени медленно выкатился…       — Да ну нахер?! — Увидев черную морду авто, выкатившуюся из полумрака парковки, Ви присвистнула, непроизвольно сжав кулаки. — Калибрун, блядь!       — Мне задолжал его один недалёкий корпорат. — Уголки губ Оды дрогнули, наблюдая, как её глаза загораются знакомым ему азартом. Он намеренно медлил, давая девушке вдоволь налюбоваться машиной. — Напомнил и не зря. Как раз перед его срочным отлётом в Париж.       — Чёрт, я наслышана про неё! — Ви закружила вокруг Калибруна, как хищница, пальцы дрожали, когда она провожала ладонью по холодному капоту. — Максимальную скорость набирает за пять секунд, да?       — Ты заберёшь её с собой в Токио. — Его голос звучал ровно, но в глазах читалось редкое для него оживление.       Она резко подняла голову, слюна поперла в горло, а в глазах слегка потемнело:       — Что ты сказал? — Голос Ви сорвался на хрип, глаза округлились до предела. — Ты же… я ведь до сих пор торчу тебе Аутло!       Ода лишь усмехнулся:       — Ты — исключение. — Свечением оптики он передал девушке, как управление, так и владение авто.       Где-то в темноте парковки грохнул упавший инструмент — кто-то слишком увлёкся их разговором. Но Ви уже не обращала внимания. В уголках её губ играла та самая улыбка, которую Ода видел так редко — искренняя, почти детская.       — Ода, я тебя обожаю!!! — вырвалось у Ви прежде, чем она осознала, что кричит. Бросилась к нему, едва не сбив с ног.       Сандаю рассмеялся — редкий, грудной смех — и ловко подхватил её под бёдра. Сжал так, что рёбра затрещали, а дыхание перехватило.       — Не забывайся, — прошептал он ей в волосы, но голос дрогнул, — я всё равно за рулём буду.       — Да какая разница! — Ви откинула голову назад, глаза сияли как неоновые вывески Найт-Сити. — Ты подарил мне чёртов бет-мобиль!!!       Она не заметила, как его пальцы впились в её кожу чуть сильнее — будто боялся, что если разожмёт руки, она растворится в этом безумном городе. Как всегда растворялось всё настоящее.

      

***

      Как и думала Ви, Ода был «под впечатлением».       Ей было забавно наблюдать, как его пальцы то и дело сжимались на руле, когда они проезжали особенно колоритные районы. Как напрягалась челюсть при виде уличных торговцев, разложивших свой сомнительный товар прямо на открытых прилавках посреди улицы. Антисанитария. Как веко слегка подрагивало, когда мимо проходили слишком громкие компании, размахивающие бутылками с дешёвым синтолом.       Особенно доставало его местное радио — бесконечный поток сленга, перебиваемый рекламой сомнительных клиник по увеличению «перчика». Ода терпел ровно три минуты, прежде чем хмуро переключился на инструментальный джаз, отрезав:       — Я явно не был к такому готов. — Он провёл свободной рукой по лицу. — Клиника Вектора близко?       — Ты огромный молодец! — Ви лучезарно улыбнулась, специально растягивая слова, будто разговаривала с ребёнком. Её пальцы постукивали по его колену в такт уличному шуму.       — Скоро? — Он всё же позволил себе лёгкую улыбку, игнорируя её поддразнивание. — Я хочу сгинуть под землю и выдохнуть. Хотя бы на минуту.       — О, тогда у Виктора тебе точно понравится! — Ви радостно хлопнула в ладоши, словно предложила прогулку в парк.       — Kuso… — Ода закатил глаза, но напряжение в плечах слегка ослабло.       — Да брось! — Она ловко поймала его ладонь, и прежде чем он успел отреагировать, их пальцы сплелись в тёплый замок. — Вик тебе понравится. Гарантирую.       Её большой палец провёл по его костяшкам — нежно, почти неслышно. Ода не ответил, но и не отнял руку. За окном мелькали вывески Уотсона, а двигатель Калибруна урчал ровно, как довольный зверь.       Остановившись в квартале Маленького Китая, они двинулись в узкий переулок. Народ расступался перед ними, бросая на Оду пренебрежительные взгляды — «пиджаков» здесь не жаловали.       Внезапно из толпы послышался голос бородатого мужика в очках и в потрёпанном плаще.       Он размахивал руками и орал:       — А я отвечу: нет! Арасака — не обычный клан! Они вообще не люди! Они все… ВАМПИРЫ!       Ода замер, пальцы непроизвольно сжались в кулаки.       — Их тела никогда не стареют! Глаза у них мёртвые и холодные! — Конспиролог тыкал грязным пальцем в сторону Оды. — Сабуро спит в гробнице и пьёт кровь слуг!       — Ооо, чёрт! — Ви закатила глаза и резко дёрнула Оду за руку. — Я думала что Гэри давно упекли в дурку или он сторчался. Не ведись, это... местный дурачок!       Но Ода уже представлял, как его клинок рассекает этого психа пополам. Глаза сузились до опасных щелей, в висках застучала кровь.       — …техно-некроманты с Альфы Центавра! — орал безумец, брызгая слюной.       Ви, не теряя ни секунды, буквально втянула Оду в ближайший дверной проём. Дверь захлопнулась, оставляя за спиной безумные крики. В полумраке комнаты, освещённой множеством свечей только слышалось её шёпот:       — Дыши. Это всего лишь ещё один городской сумасшедший.       Ода резко выдохнул, разжимая кулаки. Где-то в глубине комнаты раздался приятный женский голос:       — Ви, у вас всё в порядке?       Мисти вышла из-за стойки, её тёмные брови встревоженно сдвинулись. Она осторожно приблизилась, внимательно изучая пару — особенно напряжённое лицо Оды и неестественно бодрую улыбку Ви.       — Мисти! — Ви стремительно развернулась и обхватила подругу в крепких объятиях, заставив ту слегка ахнуть и прижать девушку в ответ. — Не переживай, это всё Гэри. Ты же знаешь его — он любого встречного до нервного тика доведёт.       Мисти освободилась из объятий, её взгляд скользнул к Оде.       — Тут не «первый встречный», — мягко заметила она, изучая японца с профессиональным интересом.       Ода не выдержал этого аналитического взгляда — слишком уж он напоминал взгляд врача перед процедурой. Он резко склонился в вежливом поклоне:       — Сандаю Ода.       Лицо Мисти внезапно просветлело.       — Я о вас наслышана, Сандаю! — Она неожиданно ответила ему точно таким же поклоном, выполнив его безупречно — будто тренировалась.       У Оды дрогнула бровь. Он успел стереть удивление с лица раньше, чем подруга Ви это заметила.       — Вот ты и познакомился с невестой, Ода! — Ви радостно хлопнула в ладоши, наблюдая, как оба собеседника застыли в неловком молчании.       Ода и Мисти снова переглянулись — на этот раз с одинаковым выражением «спаси-избавь» на лицах.       — Виктор как раз свободен, — поспешно сказала Мисти, жестом указывая на дверь вглубь клиники. Её голос звучал неестественно бодро. — Лучше не задерживайтесь… Скоро успеем познакомиться лучше.       Ода кивнул с плохо скрываемым облегчением, когда Ви, хихикая, потянула его за руку через крохотную комнатушку. Его глаза скользили по полкам, уставленным десятками восковых свечей с застывшими подтёками, буддийскими статуэтками и странным гибридом алтаря и рабочего стола с кучей заметок в центре которого стояла большая золотая фигура божества.       «Фанатка… Настоящая фанатка», — подумал он, украдкой разглядывая Мисти.       Но когда их взгляды случайно встретились снова, Ода почувствовал, как по спине пробежал холодок. Эти глаза — слишком проницательные, слишком… знающие. Он резко отвернулся, мысленно понадеявшись на то, что у Ви больше не будет друзей с таким гипнотическим взглядом.       Выйдя за спиной Мисти через узкий проход, они оказались в грязном проулке, где на корточках и в странных позах застыли местные торчки. Ода замер, его пальцы непроизвольно сжались — привычка оценивать угрозы сработала автоматически. Он не понимал, как они с ней тут оказались.       Ви, чувствуя его напряжение, уверенно сжала его ладонь:       — Сейчас будет лучше, — прошептала она, и в её голосе звучала та самая смесь азарта и бесшабашности, которая обычно предвещала либо нечто гениальное, либо полный коллапс.       Ода бросил взгляд на её сияющие глаза — если бы он не знал её так хорошо, то решил бы, что она окунула его в самый лютый трип всей его жизни и сейчас демонстрировала ему брейн, записанный на самых низких кругах ада. Но нет, это был просто её обычный «я знаю, что делаю» — взгляд, который он научился читать ещё в Токио.       Они шагали по скользкому тротуару, обходя лужи сомнительной жидкости и спящие тела. Где-то впереди тускло светилась вывеска, но разобрать буквы было невозможно — кто-то давно выбил половину лампочек.       — Это что, кот? — Ода замер, разглядывая дрожащее лысое тельце, прижавшееся к мусорному контейнеру.       Ви резко развернулась, её глаза загорелись:       — Это же мистер Брайтман! — Она буквально рухнула на корточки рядом с животным, протягивая руку. — Привееееет, старичок! Я думала, ты уже сгинул!       Сфинкс поднял морщинистую морду, в его жёлтых глазах вспыхнуло что-то вроде узнавания.       — Ты его… помнишь? — Ода медленно присел рядом, изучая странное существо.       Он видел животных, конечно. Но кот… обычный (если так можно назвать сфинкса) кот, проживший дольше года в этом аду. Это нарушало все его представления о Найт-Сити.       Мистер Брайтман вдруг потянулся, обнажая рёбра под тонкой кожей, и ткнулся лбом в ладонь Ви.       — Он главный по району, — шепотом сообщила Ви, почесывая кота за ухом. — Мисти уже лет восемь точно кормит его. Надеялась сбагрить старичку Вику, но у него аллергия.       Ода задержался на секунду, раздумывая, не погладить ли странное создание, но встретив его пронзительный, почти человеческий взгляд, резко передумал. Он молча последовал за Ви по холодной лестнице, ведущей в подвал. Железные решётки двери противно скрипнули, когда их отодвинули в сторону. Розовый неон вывески освещал потрескавшиеся стены, в полумраке мерцал экран старого телевизора с боксерским поединком. В углу стояло массивное кресло рипера, выглядевшее холодно в этой обстановке.       Виктор сидел сгорбившись перед экраном, его голова тяжело опиралась на кулак. Он явно клевал носом, убаюканный грохотом ударов и рёвом толпы из динамиков. Над ним на полках пылились кубки и статуэтки — немые свидетельства былой славы. Тишину нарушал только хриплый голос комментатора.       Ода замер на пороге клиники старого боксёра, осматриваясь. Воздух пах антисептиком, железом и чем-то ещё — возможно, воспоминаниями.       Ви стараясь не пугать дремлющего мужчины, ловко и бесшумно подкралась сзади. Её ладони мягко легли на его плечи. Виктор дёрнулся, сначала уставившись на Оду в дверном проёме, и лишь потом сонно повернул голову.       — Сюрприиииз, Вики! — Ви уже обвивала его шею руками, оставляя громкий поцелуй на щетинистой щеке.       Ода наблюдал за сценой с неожиданной тяжестью в груди. Здесь, среди розового неона и серых стен, Ви преображалась.       — Чёрт возьми, малыш, ты же чуть не довела меня до инфаркта! — Виктор отстранился, щурясь.       Но в его низком голосе не было злости. Только усталая теплота, знакомая Оде по голосу старых солдат.       Ода молча стоял в дверях, отмечая, как Ви буквально светится в этой обстановке. Совсем не та сдержанная особа, которую он знал в Токио.       — Ты не поверишь, как я рада тебя видеть! — Ви обошла мужчину и встала перед ним, бросая Оде выразительный взгляд.       — Я тоже, Ви! — Виктор улыбнулся, и в его глазах вспыхнуло что-то тёплое. — Это были очень долгие годы. — Его взгляд скользнул за спину девушки. — А как зовут твоего друга?       — Сандаю Ода, Виктор-сан. — Ода сделал шаг вперёд, слегка склонив голову, прежде чем пожать протянутую руку.       Виктор сжал его ладонь с силой опытного боксёра, оценивающе ухмыляясь:       — Здравствуй, Сандаю! Вы с Ви из Токио вместе прилетели?       — Да. — Ода кивнул. — И она сразу заявила, что мы едем к вам.       — Можно на «ты», — Виктор хрипло рассмеялся, отпуская его руку. — Я не настолько древний, как эта непоседа тебе могла нашептать.       Усевшись на чем попало — Ви в риперском кресле, Ода прислонившись к стене, а Виктор подкатившись на всё том же кресле, поближе к Ви — они болтали минут двадцать, прежде чем перешли к обсуждению предстоящего торжества.       — Ладно, вам надо обсудить детали, — Ода поднялся, ловя одобрительный кивок Виктора. — Я осмотрюсь если вы не против.       Пока он неспешно изучал клинику, за его спиной продолжался разговор:       — У тебя же есть костюм? — допытывалась Ви, болтая ногами.       — Конечно, — Виктор гордо выпрямился, доливая кипяток в её чашку с чайным пакетиком. — В этом костюме я был на трёх вручениях… — Он задумался, перебирая в памяти события. — А ещё на день рождения Гвадалупе три года назад.       — Он хоть не рассыпался, пока висел в ожидании этого дня? — Ви скривилась, пробуя слишком горячий чай.       — Ох, Ви, обижаешь, — Виктор хрипло рассмеялся, поправляя очки. — Подключись к компу, хочу осмотреть, что в тебя вставили, — Виктор потянулся к своему монитору.       Ви без лишних слов нажала на ладонь — с лёгким щелчком из запястья выскользнул кабель. Она ловко поймала его пальцами, растянула до нужной длины и воткнула в порт системного блока.       — Ну-ка, покажи, из какого конструктора ты сейчас собрана, — Виктор придвинул экран, его пальцы уже бежали по пожелтевшим клавишам.       Монитор вспыхнул, выдавая строки информации. Виктор склонился, его брови поползли вверх по мере прокрутки данных:       — Ох, ты… — Виктор покачал головой, не отрываясь от экрана. — Апогей? Милитеховская модель? Как Арасака вообще пропустила такое к тебе?       — Ви предпочитает последнее время самостоятельные метаморфозы, — с ехидной улыбкой заметил Ода, подходя ближе и бросая взгляд на монитор. — Последний год она сама решает, что себе ставить, после формальных консультаций с нашим рипером.       Виктор прокрутил ещё пару строк данных, его пальцы замерли над клавишами.       — А у вас, я смотрю, ей почти все органы поменяли, — пробормотал он, не отрываясь от экрана. — Так же вижу знакомую модель клинков, лодыжки и... «Дозор»? — Он поднял взгляд на Ви с лукавой улыбкой.       — Ну а что, если старая уже приелась? — Ви хохотнула, развалившись в кресле. — Нравится?       — Набор серьёзный, конечно, — Виктор пролистал данные о нейрооткликах и химическом составе крови, и его лицо внезапно стало строгим. — Чем подавляешь отторжение? Седативы пьешь? Витамины?       — Зачем? — Ви искренне удивилась, подняв бровь.       Виктор медленно перевёл взгляд на Оду, и в его глазах читалось что-то между удивлением и тревогой.       — Как это «зачем»? — его голос стал резче. — Такой объём хрома нужно поддерживать блокаторами, Ви. Это же не шутки.       Ода, до этого момента лишь наблюдавший со стороны, внезапно напрягся. Его осанка изменилась — плечи расправились, взгляд стал пристальным, потеряв прежнюю расслабленность.       — Что ты имеешь в виду? — спросил он тихо, но так, что даже Ви на секунду замерла.       Виктор откинулся в кресле, скрестив руки.       — У неё почти восемьдесят семь процентов замены, Сандаю. — Он ткнул пальцем в экран, где мигали показатели. — Нейронная нагрузка начнёт зашкаливать, химия крови — как у киберпсиха будет на грани. И если она ничего не принимает для стабилизации…       «Ей просто сорвёт крышу»       Он не договорил, но Ода и так понял. Воздух в клинике вдруг стал густым, будто заряженным статикой перед бурей.       Ви, видя их выражения, лишь махнула рукой:       — Ой, да ладно вам! Я же в порядке! Импланты не с чёрного рынка ведь.       Но Ода уже подошёл к экрану, его пальцы сжались в кулаки.       — Нет, Ви. — Виктор покачал головой, сдвинув очки на переносице. — Лицензия или контрабанда — хром всегда берёт свою цену. Чем больше в тебе металла, тем выше ты за неё платишь. Мы же обсуждали это ещё когда тебе первые импланты ставили.       Ода молча наблюдал, скрестив руки. Его взгляд скользил между Ви и рипером. Странно, что он раньше не замечал — ни пузырьков с блокаторами в её вещах, ни малейших признаков того, что она вообще задумывается о последствиях.       — Ты же сам видишь — пока всё в порядке, — Ви улыбнулась, но в её глазах мелькнуло что-то уклончивое. — Я сканирую себя каждое утро, консультируюсь с риперами в Токио. Если что-то пойдёт не так — начну принимать блокаторы. Или… уменьшу нагрузку.       Виктор сжал губы, его пальцы постукивали по столу.       — Уменьшить хром сложнее, чем кажется, Ви. — Его голос стал тише, но твёрже. — Это не просто «снять лишнее». Ты уже подсела. Тело привыкло.       — Вик, со мной всё в порядке! — Она ткнула пальцем в монитор. —Ты же сам это видишь!       — Именно поэтому я и волнуюсь. — Виктор снял очки, протирая их краем рубашки. — Ты каким-то образом держишь показатели на грани… и радуешься этому.       Ви рассмеялась, откинувшись в кресле:       — Потому что я сильнее тех, кто на таком же уровне прокачки! Большинство просто сходит с ума, а я у тебя сильная!       Вик устало улыбнулся, понимая, что дальше спорить бесполезно. Его ладонь легла на плечо девушки, слегка сжимая его. Он поставил перед ней пузырёк с лекарством в качестве подарка.       — Надеюсь, ты не только пообещаешь, но и начнёшь принимать их прямо сегодня, — произнёс он, глядя ей прямо в глаза.       — Договорились! — Ви бодро кивнула, ловко переключая тему. — Джеки сейчас где, не в курсе?       Виктор вздохнул, но ответил:       — Был в Глене. Ты ведь заскочишь к Гвадалупе?       — Конечно! — Она закатила глаза, будто это было само собой разумеющимся. — Просто ты по пути оказался ближе.       — Хорошо, — Виктор покачал головой, но улыбка не сошла с его лица. — Тогда бегите по делам, а то тут совсем зачахнете от скуки со мной.       — Нет, Вик! — Ви спрыгнула с кресла и внезапно обняла его, прижавшись щекой к его плечу. — Ты лучший.       Ода наблюдал за этой сценой, стоя у выхода. Его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах мелькнуло что-то тёплое — может, благодарность за то, что кто-то ещё беспокоится о Ви по-настоящему.       Виктор фыркнул, но не стал отстраняться.       — Ладно, ладно, хватит лить воду. — Он аккуратно высвободился из её объятий. — И не забудь про блокаторы.       — Не забуду! — Ви уже мчалась к выходу, хватая Оду за рукав. — Ода, пошли!       Дверь клиники захлопнулась за ними, оставив Виктора одного среди склянок, мониторов и тихого жужжания оборудования. Он потёр переносицу, глядя на флакон блокаторов, который она «случайно» оставила на столе.       — Враньё, — пробормотал он, но улыбка всё ещё играла на его губах.       Наверху мистер Брайтман шуршал в мусоре, будто соглашаясь с ним.       — Ви, насчёт блокаторов… — начал Ода, но девушка уже прижалась губами к его щеке, перебивая поцелуем.       — Давай сначала поедим, а потом в бутик! — её глаза сияли так, что он лишь вздохнул, откладывая разговор.       В бутике Ви моментально преобразилась. Она буквально влетела в зал, хватая за руку удивлённого консультанта.       — Нам нужен идеальный крой для императорского телохранителя!       Час спустя Ода стоял перед зеркалом, напоминая измученную манекенщицу. Его отражение в иссиня-чёрном костюме-тройке с безупречной белой рубашкой оценивали две пары глаз: профессиональный — Джаггера и оценивающий — Ви.       — Мне кажется, в талии жмёт? — Ви сделала глоток шампанского, обводя бокалом его силуэт.       — Боги, Ви… — Ода закатил глаза, чувствуя, как бабочка душит ему шею.       — Позволь не согласиться, — Зейн приблизился, проводя рукой по безупречному крою пиджака. — Это идеальная посадка для типа фигуры твоего безупречного.       Ви нахмурилась, поднося бокал к губам:       — Отлично!       Ода выдохнул с облегчением, уже представляя, как наконец снимет этот душный костюм.       Но его счастье длилось ровно три секунды.       — Теперь давай подберём что-нибудь мне! — Ви звонко щёлкнула пальцами, и в её глазах вспыхнул тот самый опасный блеск как у любой красавицы, которая пришла за самым лучшим нарядом.       Зейн оживился, как робот после перезагрузки:       — Для вас у нас как раз поступила новая коллекция от…       Ода медленно опустился на бархатный пуф, чувствуя, как бабочка продолжает медленно душить его. Где-то за стойкой закрытого бутика открыли вторую бутылку шампанского — видимо, персонал тоже понимал, что это будет долго.       Ви уже исчезла в примерочной с охапкой платьев, а Ода поймал себя на мысли, что смотрит на часы с редкой для него надеждой — может, сегодня повезёт, и хотя бы одно из этих платьев окажется без выреза до пупка?       Наивный.       Но к удивлению Оды, Ви управилась гораздо быстрее него. С третьей попытки она нашла то самое — и теперь кружилась перед ним, заставляя перья на плечах мерцать в свете софитов, а Зейна аплодировать в восхищении.       — Я думал, ты выберешь платье, — Ода склонил голову, изучая её костюм. Тот переливался глубоким зелёным, словно шкура мифического змея, а персиковые перья на плечах будто светились изнутри.       — Надоели платья, — Ви сделала финальный пируэт и замерла перед ним, подбоченившись. — Ну как?       Она приблизилась, не дав ему и секунды на ответ, и вновь закружилась на месте, словно боялась, что он не разглядел все детали. Ода протянул руку, поймав её за талию, чтобы остановить этот вихрь.       — Ты потрясающая, Ви… — Ода произнёс тихо, не отрывая взгляда от её глаз.       Джаггер, стоявший рядом, вдруг сжал губы и поспешно вытер пальцем предательскую слезинку.       — Как это… трогательно, — прошептал он, делая вид, что попала соринка.       Ода покачал головой и выдохнул, но в уголках его губ дрогнуло что-то, что Ви тут же поймала. Она рассмеялась, звонко и беззаботно, и вдруг потянулась, чтобы поправить его бабочку, хотя та и так сидела идеально.

***      

      Ода не понимал, почему Ви так упорно медлила везти его прямиком к миссис Уэллс. То придумывала срочные дела в Джапанатауне и висела на лавке закусок, то внезапно вспоминала о «важном звонке» Горо, который удивился, когда Ода спросил зачем он её тревожит. Он уже успел пожалеть, что уступил девушке руль.       Её рассказы о семье Уэллс всегда звучали тепло — слишком тепло для Найт-Сити.       В который раз, когда Ви завела речь о той злополучной тусовке у Евродина, Ода не выдержал и накрыл её ладонь своей:       — Остановись. Прошу.       Машина резко дернулась, когда Ви отвлеклась от дороги. Она повернулась к нему, пухлые губы приоткрыты от удивления, ресницы трепетали как крылья бабочки.       — Что?..       — Что тебя тревожит? — его пальцы слегка сжали её руку.       Ви заморгала быстрее:       — Не понимаю тебя…       — Ви. — Ода показал подбородком на улицу за окном. — Мы плутаем здесь уже час. Я успел обгореть.       Они как раз проезжали мимо террасы Милагро — пустынного участка с прямой как стрела дорогой и мрачноватым колумбарием по левую сторону. Ви нервно прикусила губу.       — Эээм… — она промычала, внезапно сфокусировавшись на дороге. — Я просто… задумалась.       Сандаю прекрасно понимал, почему Ви вдруг замкнулась, когда они проезжали мимо колумбария. Он видел, как её пальцы судорожно сжали руль, как голос стал на октаву выше, как она вдруг начала лихорадочно вспоминать все городские сплетни подряд.       Но он лишь прикрыл глаза, делая вид, что дремлет под её болтовню, позволяя ей этот нервный монолог. Иногда пальцы его правой руки слегка сжимали её колено — молчаливая поддержка без лишних слов.       Ви между тем уже трещала о чём-то пятом, десятом, когда Ода приоткрыл один глаз, наблюдая, как солнце играет в её растрёпанных прядях, как губы продолжают шевелиться, хотя взгляд упёрся куда-то вдаль — туда, где за высокими стенами колумбария покоились те, о ком она боялась говорить вслух.       — Мм-хм, — промычал он в такт её речи, прекрасно зная, что она сейчас не слышит собственных слов.       Главное было дать ей этот момент — притвориться, что веришь в её внезапную увлечённость пустыми разговорами. Потому что иногда молчание ранит куда сильнее, чем любая фальшивая болтовня.       И когда Ви наконец замолчала, Ода просто взял её руку в свою, не задавая вопросов.       — Припаркуйся здесь.       Ода указал на злополучную остановку напротив колумбария. Ви резко вдохнула, её пальцы вцепились в руль так, что костяшки побелели.       — Я…       — Заглуши мотор, — сказал он мягче.       Машина замолчала. Ви опустила голову, её волосы скрыли лицо, но Ода видел, как дрожат её плечи.       — Я ведь не глупый, Ви, — он осторожно коснулся её руки. — Если не хочешь идти со мной — сходи сама. Я подожду.       — Я боюсь, — наконец выдохнула Ви, и это прозвучало так по-детски, что у Оды сжалось сердце.       Он повернулся к ней, осторожно приподняв её подбородок пальцем.       — Мертвецы не кусаются, — пробормотал он, стараясь, чтобы это прозвучало как шутка.       — Прости, — Ви прошептала, её голос дрогнул на последнем слоге.       Ода повернулся к ней. Солнце падало на её лицо, освещая то, что она так старалась скрыть — дрожащую нижнюю губу, морщинки у глаз, которые появлялись только когда она по-настоящему страдала.       — За что? — он осторожно спросил, хотя уже знал ответ.       Ви кинула взгляд ко входу колумбария, её пальцы сжали руль так, что суставы побелели.       — Там… — она глотала воздух, словно тонула, — он.       Один слог. Одно слово. Целая вселенная боли.       — Не дай своему прошлому разрушить твоё будущее, Ви.       Девушка повернула голову в его сторону, но взгляд так и не подняла. Её пальцы нервно перебирали край рукава, когда она снова отвернулась к колумбарию.       — Я не знаю… — её голос был едва слышен.       — Я знаю. — Ода открыл дверь машины, держа её одной рукой. — Выходи. Я буду с тобой.       Ви уткнулась лбом в руль, и резкий гудок клаксона разорвал тишину. Она не двигалась, пока дверь со скрипом не открылась снова, и тёплая ладонь не легла на её плечо.       — Ви…       Копы у ворот колумбария переглянулись, один уже положил руку на электрошокер.       Ода резко швырнул скрипт на приборную панель — пронзительный гудок оборвался, оставив после себя гулкую тишину. В салоне повисло только тяжелое дыхание Ви, ее лицо все еще прижатое к холодному кожаному рулю, пальцы сведенные судорогой. Его рука замерла в воздухе — ладонь раскрыта, но не навязчива, словно предлагая выбор, а не требуя подчинения.       — Хорошо! — Ви дернулась всем телом, как марионетка по команде. Ее движение было резким, почти механическим — она буквально выстрелила из машины, оставив после себя запах дорогих духов и легкий дрожащий отпечаток ладоней на руле.       Асфальт под ее ногами казался горящим, когда она маршировала к воротам колумбария — шаг в шаг, с неестественной для нее выправкой. Ода скриптом закрыл машину, замок щелкнул как последний затвор перед казнью. Не отводя глаз от ее спины — этой внезапно окаменевшей, неестественно прямой спины — он двинулся следом. Не спутником, не защитником — тенью, готовой раствориться, если она оглянется, но и не дать упасть, если споткнется.       Зайдя на территорию колумбария под пристальные взгляды двух копов, лениво потягивающих синтокофе у своего патрульного авто, Ви и Ода начали медленное движение вдоль рядов. Ви шла, обхватив себя руками — пальцы впивались в собственные локти, оставляя красные отметины даже через ткань рубашки. Ее шаги были неестественно осторожными, будто она боялась разбудить спящих. Взгляд скользил по табличкам, выхватывая имена — где-то задерживаясь на секунду дольше, где-то сразу отводя глаза.       Ода держался в двух шагах позади. Он мог бы взять ее за руку, сказать что-то — но выбрал молчание. Иногда лучшая поддержка — это просто быть рядом, не нарушая ход ее мыслей. Его тень, длинная и четкая в предвечернем свете, ложилась перед Ви, когда они поворачивали за угол — будто незримый проводник.       Ви проходила словно змейка между каменными плитами, вчитываясь в знакомое имя. И через минут пять она остановилась перед одной из плит, ее дыхание на мгновение участилось — вот оно, место, которого она так боялась увидеть.       Ода остался стоять сзади, дав ей пространство. Ветер шевелил его волосы, срывал с деревьев последние листья — они падали на плиты, как немые свидетели этой встречи.       Перед ними, словно последний аккорд в давно затянувшейся мелодии горя, мерцала голубая неоновая табличка: «МАЙКЛ РАМЗИ Его страсть — путешествия. Они же — его последний маршрут.»       Ода уловил едва слышный всхлип — звук, оборвавшийся ещё в горле. Ви резко сжала ладони, ногти впились в кожу, оставляя полумесяцы на белых ладонях. Кулаки исчезли под мышки, будто она пыталась спрятать даже саму возможность дрожи. Её плечи напряглись, став неестественно прямыми, а взгляд упёрся куда-то за табличку — в пустоту, где, казалось, она надеялась найти ответы на вопросы, которые так и не успела задать.       Остальной мир перестал существовать. Даже шелест листьев под ногами Оды звучал теперь как осквернение тишины. Он замер, чувствуя, как холодный ветер треплет его галстук, но не сделал ни шага вперёд — это был её момент, её боль, её прощание.       Где-то вдали заплакали две женщины, скорбя так же как и Ви. Но звук не достиг её. Она стояла, превратившись в статую скорби, где каждая деталь — от сжатых кулаков до слишком ровной спины — кричала о боли громче любых слов.       — Он был очень крутым нетраннером, — начала Ви, и Ода почувствовал незримый мостик между ними — разрешение подойти ближе. — Настолько крутым, что его буквально разрывали фиксеры, — её голос дрогнул от странной гордости. Пальцы разжались, повиснув в воздухе, будто пытаясь нащупать невидимые нити воспоминаний. — У него были мечты… и он исполнял их. Главную — достиг.       Она замолчала, глядя на голубые буквы имени, и Ода видел, как в её глазах отражаются неоновые блики — словно слезы из электричества.       — Я надеюсь на это… — Ви внезапно обхватила себя за плечи, будто ей стало холодно.       — Ты перестала злиться на него? — Ода спросил осторожно, как будто разговаривал с раненой птицей, готовой в любой момент взмыть в небо.       — За то, что он убил себя? — Ви резко повернула голову, её глаза сверкнули в свете неоновой таблички. Она даже не дождалась его ответа. — Конечно нет!       Она пнула камешек, который покатился по плитам, нарушая торжественную тишину колумбария.       — Он мог добиться большего, будучи живым. Если это всё из-за меня… — её голос дрогнул, но тут же окреп, — то он настоящий дурак.       Ви резко вытерла ладонью щёку, оставив на коже влажный развод от туши, но тут же улыбнулась — горько, но искренне.       — Но он никогда не перестанет быть моим другом.       Ода молча кивнул. Он не стал говорить, что понимает, или предлагать пустые утешения. Просто стоял рядом, пока ветер играл её растрёпанными волосами, а неоновая вывеска мерцала, как далёкая звезда, освещающая путь домой. Где-то вдали запели цикады, будто пытались заполнить тишину, которая повисла между ними. Но в этой тишине не было неловкости — только понимание, что некоторые раны никогда не заживут полностью, и это нормально.       Ви глубоко вздохнула и выпрямила плечи.       — Ладно, хватит нытья. Пошли отсюда, а? — Она уже повернулась к выходу, но на секунду оглянулась на плиту. — Спокойной ночи, Майк.       И Ода последовал за ней, зная, что сегодня она сделала шаг, на который не могла решиться весь день. А значит, завтра, возможно, станет чуточку легче.       Выходя на центральную аллею, они продолжили медленный путь между рядами. Ода шёл, засунув руки в карманы брюк, его взгляд был устремлён куда-то внутрь себя, в пространство собственных мыслей. Ви же, напротив, внимательно изучала каждую табличку, каждый памятник — её пальцы иногда задерживались на холодном камне, будто пытаясь прочесть историю, скрытую за именами.       — «Не уходи безропотно во тьму», — прочитала она вслух, остановившись перед мемориальной доской незнакомой девушки, имя которой было Альт Каннингем. Губы её искривились в полуулыбке. — Хм… красиво звучит.       Чуть дальше её внимание привлекла другая надпись, выгравированная на чёрном граните:       — «Сукин сын, который никогда не сдавался. Легенда Найт-Сити», Роберт Джон Линдер, - кивнув своим мыслям, девушка добавила, - а вот это даже круто. Правда я этого Роберта не слышала нигде. Интересная легенда.       - Это - Сильверхенд, - отозвался Ода.       - Серьёзно? - Воскликнула Ви.       - Странно что тебе в разведке об этом не рассказали.       Она повернулась к Оде, глаза её блестели в свете лучей закатного солнца:       — Я надеюсь, что в конце моего пути мне напишут что-то подобное. Что-то… эпичное.       Ода лишь покачал головой, но в уголках его глаз заиграли тёплые морщинки. Этот странный, немного чёрный юмор Ви — знак того, что она потихоньку возвращается к себе. Возможно, именно так она и справлялась с болью — прикрывая её остротами, как броней.       Они прошли ещё несколько метров, когда впереди показалась их машина, окружённая парой любопытных зевак. Но внезапно Ода осознал, что больше не слышит за спиной лёгких шагов Ви. Он обернулся и увидел её застывшей посреди аллеи, будто вросшей в каменные плиты. Её стеклянный взгляд был прикован к одной из табличек. Сандаю медленно подошёл ближе и, взглянув поверх её головы, сначала не понял, почему это имя кажется ему знакомым.       Но через секунду его тело сжалось, будто под ударом тока. Сандаю машинально протянул руку, нащупывая её пальцы — холодные, дрожащие. Ви даже не заметила этого жеста. Её глаза были широко раскрыты, а по щеке скатилась единственная предательская слеза, упавшая на губы и оставившая солёный вкус.       — Какого… хера?.. — вырвалось у неё с выдохом, больше похожим на стон. Её голос звучал так, будто кто-то перерезал ей горло. «Хранил верность корпорации до конца. АРТУР ДЖЕНКИНС».