первая любовь, первая страсть

Чимин и Чонгук были безумно красивой парой: нежный и заботливый омега, милый на лицо и с прекрасной фигурой, и сильный, благородный альфа, обеспеченный деньгами и готовый отдать жизнь за своего любимого. Даже в самой слащавой сказке не встретился бы такой безупречный, чистый союз двух юных сердец. Они были друзьями с начальной школы, играя вместе в школьном дворе, сидя за одной партой тогда, когда позволял учитель, и гуляя до самого вечера на каникулах. В компании Чонгука Чимин всегда чувствовал себя в полной безопасности, уюте и абсолютном душевном равновесии. То же касается и Чона, который, хоть никогда об этом не говорил, был по-детски трепетно и невинно влюблён в друга-омегу. Вероятно, оба они были немного влюблены друг в друга, оттого и дружба их была такой крепкой и счастливой. В старшей школе Чонгук наконец осмелился признаться Чимину в чувствах и получил долгожданную искреннюю взаимность и согласие стать его первой парой. Для Пака этот опыт также был самым первым и особенно щепетильным, трогательным и по-юношески неловким. Тем не менее, действительно ценным. Они часами болтали на самые разные темы, ходили, держась за руки, обнимались и изредка, только в самых редких случаях, переходили некоторую черту и целовались, едва касаясь друг друга губами. В таких маленьких, несмелых поцелуях раскрывалась вся затаённая в двух сердцах нежность. Чимин мог сказать, что с Чонгуком чувствовал себя по-настоящему счастливым. Омега с удовольствием уплетал кимпаб, слушая рассказ Чона о недавнем походе в кинотеатр. Столовая уже понемногу пустела, до звонка оставалось около трёх минут. — Финал отвратительный, моё фанатское сердце разбито, — драматично схватился за сердце альфа, от чего Чимин задорно хихикнул. — Отцу тоже не понравилось, хоть он и не то чтобы поклонник. В следующий раз пойдём на какой-нибудь второсортный триллер, хоть посмеёмся немного. — Ты ходил с отцом? — удивился Пак, уставившись на возлюбленного с набитым ртом. Чонгук кивнул. — У него нечасто есть свободное время, он в основном занят бизнесом, но разок в месяц он находит часик и мы с ним едем в кино. У него на днях была какая-то новая сделка и он сказал, что теперь у него появится больше времени на меня. Сегодня отец заберёт меня из школы, — с мягкой улыбкой сказал альфа, очевидно очень довольный этим фактом. Чимин улыбнулся и переплёл свои пальцы с пальцами Чона. — Это очень здорово, я рад за тебя. И я наконец увижу твоего отца, который воспитал такого чудесного альфу. Чонгук широко улыбнулся до мимических морщинок в уголках глаз, показав милые крупные передние зубки, за которыми едва заметно прятались молодые клыки, только недавно прорезавшиеся. Чимин подумал о том, что хотел бы получить метку от Чона во время их первого раза вместе. Это было бы идеально. Прозвенел звонок и Чонгук, схватив омегу за руку, понёсся в кабинет математики, прихватив оба их портфеля. Недоеденный кимпаб остался на столе.

💞

— Какая у твоего отца машина? — поинтересовался омега, заинтересованно бегая глазами по парковке. Чонгук шёл рядом и, будучи выше на голову, щурился, высматривая знакомый автомобиль. Вдруг альфа оживился и помахал рукой, потягиваясь на носках и улыбаясь. Чимин взглянул в сторону, куда смотрел Чон, и на мгновение потерял связь с реальностью. Синий Лексус в лучах солнца казался каким-то внеземным, будто фантастический зверь с другой планеты, как в «Аватаре». Рядом с ним стоял мужчина в белой рубашке, с шоколадного цвета галстуком, брюками и сигаретой в руках. Увидев Чонгука, он приветливо улыбнулся и перевёл взгляд на Чимина, слегка изменившись в лице. Чон взял Пака за руку и повёл к машине, и по мере приближения Чимин всё чётче видел чужое лицо и всё чётче ощущал ускоряющееся биение собственного сердца. Отец Чонгука был мужчиной лет тридцати пяти, чуть выше своего сына, но с такими же мягкими, тёплыми чертами. Спокойные кофейные глаза со свойственной зрелым мужчинам каплей усталости с небольшим удивлением смотрели на юного омегу, от чего тот чувствовал незнакомую сладкую дрожь по всему телу. Кожа альфы отливала здоровым бронзово-золотистым цветом, у уголков губ и между бровей заметны были небольшие возрастные морщинки, добавлявшие мужчине особой статности. В отличие от Чонгука, который хоть и был отлично сложен и очень красив, но оставался немного неловким и неуверенным, как любой подросток, его отец выглядел как человек, полностью устроивший свою жизнь и совершенно уверенный во всём, что делает. Аромат горького шоколада Чимин невольно вдыхал вместе с запахом сигарет и дорогого парфюма, инстинктивно принюхиваясь. Его омежья сущность трепещала от одного взгляда на состоятельного взрослого альфу. — Пап, это Чимин, мой омега, — представил Пака Чонгук. Взгляд его отца стал мягче и на мгновение Чимину даже показалось, что в нём промелькнуло нечто, похожее на восхищение. То же, что в настоящий момент испытывал сам омега. — Здравствуйте, — негромко произнёс Чимин и смущённо улыбнулся, поклонившись. — Здравствуй, Чимин. Рад познакомиться, — сказал альфа, а Пак от глубокого, низкого, бархатистого голоса чуть не потерял сознание, ощутив, как мурашки пробежали там, где их вообще не должно быть. — За тобой заедут или тебя подвезти? Омеге понадобилось с десяток секунд, чтобы понять сказанное. Он чувствовал себя пьяным, с затуманенным, плохо соображающим мозгом, и ответил не сразу. — Ну… если вам не трудно… — глупо улыбнулся Чимин, перебирая сложенными на животе пальчиками. Мужчина улыбнулся и галантно открыл заднюю дверь автомобиля, от чего прядь волос упала на золотистый лоб альфы. Пак смотрел на это, как на восьмое чудо света. — Б-большое спасибо, — прошептал он и сел в машину, тут же откинувшись на спинку сидения и закрыв руками нос. Рецепторы были жестоко атакованы запахом горького шоколада и сигарет, которым был насквозь пропитан весь салон. Чимину показалось, что он в один присест вдохнул целый пакетик героина. Чонгук, заняв переднее пассажирское место, принялся рассказывать родителю о том, как прошёл его день, но Чимин не слышал ничего из того, что говорил возлюбленный. Омега вожделенно следил за руками альфы, сжимающими руль, сильными, загорелыми, с изящными тонкими пальцами с длинными ногтями. Он любовался и упивался восхитительным ароматом, а когда Чонгук наконец завершил свой рассказ и воцарилась минута тишины, едва ворочая языком, будто пьяный, спросил: — А как… как вас зовут? Старший альфа чуть ухмыльнулся, взглянув на Пака в зеркало заднего вида. Чимин от взгляда тёмных глаз почувствовал, как всё его тело трепетно содрогнулось. — Ким Тэхён. Можешь звать меня просто Тэхён. — Хорошо, Тэхён-щи. Чимину казалось, что Чонгука он даже не чувствует — настолько силён во всех отношениях был Ким. Сидя за ним на заднем сидении и созерцая слегка небрежно отрощенные тёмные волосы, змейками спадающие на карамельную кожу шеи, омега испытывал огромное желание коснуться их, вдохнуть терпкий аромат, зарыться рукой и наблюдать, как выгибается, обнажая острый, содрогающийся при сглатывании кадык, шея. — Можно я открою окно? — слабым голосом попросил омега. Оба альфы обернулись на него с обеспокоенным выражением лица. — Конечно. Тебе нехорошо? — спросил Ким, открыв окно Чимина при помощи кнопки на дверце. Пак высунул голову в окно, тут же получив порцию прохладного свежего воздуха. Сознание прояснилось, и сейчас Чимин понимал, насколько грязными и не допустимыми были его мысли. Он взглянул на Чонгука и тепло ему улыбнулся, получив такую же любимую улыбку в ответ. — Нет, всё в порядке. Просто немного укачало. — Хорошо. Говори, если что-то нужно. — Да. Спасибо за беспокойство. — Пап? — неожиданно обратился к отцу Чон, положив руку тому на колено. — А Чимин… можно, чтобы он зашёл к нам в гости? Прямо сейчас, если его родители не против. Омега в удивлении уставился на парня, но увидев чужой просящий взгляд, понял — такая удачная возможность предоставляется не каждый день. Это отличный момент, чтобы впервые посетить дом Чонгука и заодно ближе познакомиться с его отцом.  Тэхён улыбнулся и согласно кивнул, а Чимин искал номер папы, чтобы позвонить. Омега мысленно к чему-то готовился, сам не понимая, к чему.

💞

Чимин впервые переступал порог квартиры своего альфы, и пусть Чонгук время от времени упоминал о чём-то, что говорило о размере и дороговизне их с отцом апартаментов, омега всё равно был в приятном шоке. Пять спален, три ванных комнаты, огромная столовая и терраса — всё это в одном жилище Пак видел впервые. — Ты голоден, Чимин? — поинтересовался старший альфа, вытирая руки полотенцем после посещения уборной. — Я могу что-нибудь приготовить. — Да, спасибо. Я бы скушал что-нибудь лёгкое, — улыбнулся омега. Трезвость рассудка вернулась к нему полностью, и хоть квартира альфы также была полностью окутана его запахом, Чимин просто этим наслаждался, невольно заглядываясь на широкую спину, чувственные губы с опущенными вниз уголками, элегантные и мужественные руки с дорогими часами на одной из них. — Мы пойдём в мою комнату, — сказал Чонгук и взял Пака за руку, переведя его внимание на себя. Юный альфа нежно улыбнулся и Чимин, чуть покраснев, ответил ему тем же. Комната Чонгука была просторной и приятной, выполненной в сине-бежевых тонах. На односпальной кровати лежало смятое одеяло, не первой свежести футболка и вывернутый наизнанку носок, а на тумбочке, помимо тетради и пары ручек, красовался джойстик от приставки, который сразу привлёк внимание Пака. — У тебя пятая ПлейСтэйшн?! — воскликнул омега, схватив вещицу и принявшись с изумлением её рассматривать. Альфа гордо сложил руки на груди. — Ага. Подарок отца на день рождения. Хочешь поиграть во что-нибудь? — Конечно! — Чимин радостно захлопал в ладоши, плюхнувшись на мягкую кровать Чона. — Как насчёт Киберпанка? — Чонгук достал из ящика тумбочки второй джойстик, включил приставку и сел рядом с Паком, глядя на заставку на широком плазменном экране . — Отлично, — улыбнулся омега и мягко клюнул альфу поцелуйчиком в щёку, заставив покрыться багровыми пятнами от смущения. За следующую пару часов Чимин с Чонгуком успели до боли в глазах наиграться в Киберпанк, подраться подушками, полежать в обнимку и поиграть в слова, неловко попытаться поцеловаться и в итоге просто перепачкаться в слюне друг дружки. Омега ещё больше начал чувствовать особую связь между ними, потому чувствовал себя просто счастливым, как ребёнок. — Чимин-а, — Чон провёл ладонью по мягким волосам Пака, вдохнув их любимый аромат, — может быть, мы попробуем… зайти немного дальше? Если ты понимаешь, о чём я. Омега тихо рассмеялся, прижавшись ближе к тёплому боку альфы под футболкой. — Мы только что друг другу показали, насколько неопытны во всём этом, — улыбнулся Пак. — Честно говоря, я думаю, что ещё не готов к этому. Нам ведь и так хорошо, правда? Чонгук улыбнулся и нежно поцеловал Чимина в макушку, от чего тот мило хихикнул. — Конечно. Я подожду, когда ты будешь готов. Для меня это тоже будет первый опыт, и я хочу разделить его с тобой. Телефон Чонгука, оставленный на столе на время их игр, завибрировал, и альфа нехотя выбрался из объятий омеги, поднявшись с кровати. Звенел будильник и на экране красовалась крупная надпись, очевидно оставленная Чонгуком для самого себя же:

«У ТЕБЯ ТРЕНИРОВКА ЧЕРЕЗ ДЕСЯТЬ МИНУТ, ИДИОТ!»

— Ох, чёрт, совсем забыл, — выругался альфа и выхватил из-под стола тренировочную сумку, приготовленную заранее. — Прости, Чимини, я как всегда. Подождёшь меня? Это часа на полтора, не больше. — Конечно, — улыбнулся Пак, поднявшись с кровати следом и прижавшись к груди альфы, обнимая его. — Удачи тебе. — Спасибо. Пока! Чон захлопнул за собой дверь, а Чимин ещё несколько секунд смотрел вслед. Наконец, он сдвинулся с места и покинул комнату следом. От Чонгука остался только шлейф горьковатого аромата смолы, а самого альфы уже след простыл. Омега спускался вниз по лестнице, и чем ближе он подходил к кухне, тем отчётливее становился сочный аромат жареной говядины и насыщенный, крепкий запах шоколада, исходящий, конечно, не от горячего напитка. Тэхён в строгом чёрном фартуке поверх рубашки и с закатанными рукавами нарезал овощи, пока на плите жарилось мясо. Чимин тихо подошёл и встал рядом, наблюдая за ловкими манипуляциями альфы. Ким, заметив омегу, мягко улыбнулся.  — Чонгук ушёл на тренировку, — уведомил Пак. — Сказал, это часа на полтора. — Ах, да, точно, у него сегодня бокс, — кивнул мужчина, высыпав овощи с разделочной доски на сковороду. Еда шумно зашипела и Чимин принюхался, но не к аромату мяса или свежих овощей, а к другому яркому запаху. По телу пробежали мурашки, и омега, закрыв глаза, против воли приблизился к альфе, уткнувшись носом в его лопатки и на носках поднимаясь выше. Тэхён замер, словно окаменевший, и медленно перевёл бесстрастный взгляд на Чимина, уже мало осознающего, что делает. Пак обвил руками чужую крепкую талию и упивался насыщенным, терпким запахом, чувствуя, как жар разливается внизу живота. — Господин Ким… — прошептал Чимин, сладко причмокнув губами. Его запах, ещё совсем юный и слабый, в этом возрасте только-только раскрывался. Альфа осторожно принюхался и почуял тонкий аромат груши, которую точно в последнее время не покупал. Тэхён вздрогнул, когда омега потёрся бёдрами о его ногу. — Чимин, с-сколько тебе лет? — спросил мужчина, сжав челюсти от напряжения. Пак томно приоткрыл глаза, заволоченные пеленой похоти, и, недолго переваривая вопрос, ответил: — Шестнадцать… через пару дней исполнится… Тэхён утробно прорычал и резко развернулся в объятьях омеги, прижав Чимина к стене. Тот ахнул и пьяно улыбнулся, когда альфа вжался в его шею, жадно ловя только-только проклёвывающийся аромат сочной груши.  — Боже, ты… что ж ты делаешь, Чимин… — низко прошептал Ким, сжав в широких ладонях талию омеги. Пак хихикнул и прижал альфу к себе, чувствуя всю силу взрослых феромонов и сдерживаемого возбуждения. Чимин переложил чужие ладони на свои бёдра и сладко простонал. Тэхён прорычал и посмотрел омеге в глаза, где по-прежнему не было ни капли осознанности. Пак просто был под влиянием сильных феромонов и возможной скорой течки. — Ты парень моего сына. Какого чёрта мы с тобой делаем? — попытался вразумить подростка Ким, но Чимин прижал палец к горячим губам альфы и следом сам прижался к ним, целуя смело и влажно, но неопытно. У Тэхёна окончательно сорвало тормоза. Он приподнял омегу под ягодицами, заставив обхватить себя ногами, и грубо ворвался языком в жаркий рот Пака. Чимин крепко перехватил чужие плечи и простонал от неожиданности, но быстро расслабился и позволил ладоням альфы сминать его мягкие полные ягодицы, а языку — изучать свой рот и глотать, как прохладную воду из горла бутылки, полный наслаждения сахарный голос. Для Тэхёна Пак весил как домашний кот, потому ему не составило труда перенести омегу и плюхнуть уже собственноручно обнажённой попкой на гладкую столешницу. Чимин притянул к себе альфу и вновь увлёк в поцелуй, часто дыша и постепенно избавляя мужчину от одежды — на пол упал фартук, а следом и рубашка. Подросток возбуждённо заскулил, созерцая чужое поджарое, мощное тело, руки с бугрящимися мышцами и выпуклыми венами. На медовую шею Тэхёна небрежно спадали отросшие тёмные волосы, а омега нетерпеливо со скрипом потирался текущей задницей о столешницу, пытаясь унять желание и оставляя влажные пятна. — Не шевелись, — грубо приказал альфа и повалил Чимина на стол, заставив опереться о локти и шире, насколько возможно, раздвинуть ноги. Тэхён сорвал с узких ступней обувь, стянул носки и штаны с нижним бельём, обнажив стройные бледные ноги. Альфа опустил руку к ширинке своих брюк и, шипя от нетерпения, вытащил крупный эрегированный орган. Чимин сглотнул и облизнул пухлые губы. — Ты девственник? — спросил Ким удивлённо, будто бы только сейчас задумался о возможности подобного. Омега уверенно кивнул, но в противовес словам шире развёл ноги и уткнулся собственным членом в член альфы, огромный по сравнению с его. — Я хочу тебя… здесь и сейчас, — простонал Пак и коснулся маленькими толстенькими пальчиками себя там, где сейчас был чувствительнее всего, испачкав их в прозрачной липкой смазке. Тэхён встряхнул головой, от чего его волосы ещё небрежнее разлетелись по голове, и притянул омегу к себе, пристраиваясь розовой головкой к пульсирующему проходу. Чимин выдохнул и запрокинул голову, чтобы вскрикнуть, когда альфа резким толчком зашёл внутрь на треть. — Больно? — взволнованно спросил альфа, на что Пак, закусив губу, покачал головой и придвинулся ближе, оказавшись почти на краю столешницы. Чужой орган был в омеге наполовину, но этого Чимину казалось мало. Он был возбуждён до предела и готов самостоятельно повалить отца Чонгука на постель, чтобы оседлать его восхитительный член и отрываться, как в последний раз. — Похуй. Трахни меня или я отброшу копыта здесь же, — грубо ответил омега, удивив альфу так, что тот даже взглянул Паку в глаза, не ожидая подобного совершенно. Чимин немного покраснел от желания, поэтому его смущения Тэхён не заметил, усмехнувшись и толкнувшись на всю длину. Подросток ахнул и сжал ладони в кулаки, но был на удивление решителен в желании испытать первый и лучший в своей жизни настольный постельный опыт с альфой.  Тэхён подхватил Пака под коленями и принялся втрахивать в столешницу, выбивая из порочных уст стоны удовольствия. Вспотевшая кожа Чимина со скрипом двигалась по лакированной поверхности и омега приподнялся на руках, от чего угол проникновения стал ещё удобнее. Пак закатил глаза и приоткрыл рот, паточно вздыхая и стоная каждый раз, когда альфа метко попадал по простате. Тишину столовой разрушали частые шлепки друг о друга двух тел, рычание и паточные стоны. — Блядь, — выругался Тэхён, на секунду остановившись и переводя дыхание. —  Пойдём в спальню, здесь ужасно неудобно. Чимину было плевать, где. Он готов был трахаться хоть на полу, лишь бы получать и получать желаемую стимуляцию. Потому Пак кивнул и позволил взять себя на руки, продолжая насаживаться на стоящий член и постанывать на ухо альфе. Тэхён отнёс омегу в спальню и уложил на широкую кровать, нависнув сверху. Чимин заметил то, как явно увеличились чужие клыки. — Встань на четвереньки, — не попросил — приказал альфа, и омега, ощутив новую волну возбуждения, без слов выполнил приказ. Ким надавил на его поясницу, заставив развести ноги и выгнуть спину, и спустился линией маленьких поцелуев от загривка до лопаток. Чимин жалобно проскулил, когда сильные ладони впились в ягодицы, а альфа лёг грудью на его спину и вошёл по самое основание, вновь начав безжалостно срывать с приоткрытых губ жаркие возгласы. Омега упёрся ладонями в постель и запрокинул назад голову, выдохнув и толкнувшись задницей назад, навстречу движениям альфы. Тэхён собственнически прорычал и навалился на Пака сверху, прижав его к постели всем весом и продолжая вбиваться в чувствительное тело, пока Чимин задыхался, предчувствуя скорую развязку. Ким прижался губами к чужой яремной вене, жадно поглощая сладкий аромат, и омега вздрогнул. Тэхён что-то невнятно прошептал, оскалился и вонзил клыки в бледную шею, заставив Чимина вскрикнуть и выпустить слезу, одновременно мокро кончив на одеяло под собой. Альфа мгновенно излился следом, крупными толчками выплёскивая сперму внутрь дрожащего омеги, и вынул окровавленные клыки из шеи только тогда, когда окончательно набух внутри Пака узел. — Блядь... — Тэхён уткнулся лбом во влажную спину Чимина, и чем быстрее прояснилось сознание, тем больнее становилось понимание происходящего. Омега, всё ещё опьянённый и порядком измученный, чувствовал, как слипаются глаза, хотя в нём всё ещё находился чужой увеличившийся член.  Пак осторожно опустился животом на постель, игнорируя пятно собственной спермы, и положил голову на сложенные руки. Мужчина осторожно лёг сверху, упираясь на колени и локти, чтобы не раздавить омегу. Чимин уснул почти моментально, вымотанный, а Тэхён наблюдал за его мирным, совершенно юношеским лицом в течение всех нескольких минут сцепки. — Прости меня... — прошептал альфа, оставив нежный поцелуй на тонком розовом плече.