В гостях у сказки

      Как я уже говорила, война не щадит никого. Мы с подругами наивно полагали, что никто из нас не станет очередной жертвой и смерть обойдёт нас стороной. Что ж, не повезло. Я бы даже сказала не повезло в квадрате. Умереть, воскреснуть, вновь умереть. Прекрасно.       Однако, во второй раз всё было иначе. Нет, конечно, это всё ещё был Загробный мир, на мне вновь были обычные тёмные легенсы и тёмно-фиолетовая туника с кедами. Но всё это не так важно, потому что ощущения изменились. Сейчас во всём теле, если можно так выразиться, присутствовала лёгкость и спокойствие. Старая, потрёпанная мельница, уступила место самому обычному двухэтажному домику. На небольшой веранде, на которую вели три широкие ступени, стоял небольшой и низкий стол. А также несколько глиняных горшков с яркими цветами. Плетёная скамейка с парой подушек постельных тонов так и манила к себе, приглашая присесть.       Первый этаж занимала гостиная и маленькая кухня. Есть мы, конечно, не готовили и голода не ощущали, но несмотря на это, из раза в раз мы каждое утро собирались на веранде, чтобы встретить рассвет и позавтракать. Это помогало сохранить видимость нормальной, привычной нам ранее, жизни.       На втором этаже расположились три спальни и ванная комната. К слову, туалета здесь не было, ведь в нём не было необходимости. Это плюсы загробной жизни.       – Варя.       Открываю глаза, выныривая из своих мыслей, и поворачиваюсь к дому. Возле открытой задней двери, что вела на кухню, на небольшом крылечке метр на метр стол мой отец. Его некогда строгое морщинистое лицо, заросшее колющейся бородой, сейчас разгладилось и часто озарялось хоть и не широкой, но такой искренней улыбкой. Тёмные волосы, доходившие до плеч, были собраны в низкий хвост. Их, так же, как и бороду, тронула благородная седина. Глубокие глаза стали смотреть на дочь в разы теплее, а обычные рубашка и широкие штаны, сменившие королевское одеяние, делали его похожим не на великого мага ветра, а на обычного смертного. Кем он, впрочем, и оказался в итоге, как и я.       При взгляде на отца мои губы сами собой расплываются в тёплой улыбке.       – Дочка, – такое желанное с детство, но не привычное обращение, греет душу, – так и знал, что найду тебя здесь.       – Мне нравится вид, который открывается с этого места на восходящее солнца, – моя улыбка становится шире, а взгляд возвращается к горизонту, что раскинулся за широким зелёным полем, который находился позади дома. – Именно тут и именно на восходе оно кажется таким…       Замолкаю, пытаясь подобрать нужные слова, не замечая, как подходит отец и становится рядом, тихо произнося:       – Таким настоящим.       Несколько долгих секунд мы стоим в полной тишине и просто наблюдаем, как яркое светило, названное нами солнцем, подымается из-за горизонта. Отец приобнимает меня за плечи одной рукой и невесомо целует в висок.       – Скучаешь?       – По настоящему солнцу? Нет. Я скучаю по ветру, на который здесь и намёка нет, – грустно усмехнувшись, я продолжаю. – Но даже по нему я не скучаю так, как по друзьям. По маме. Надеюсь, она справится.       – Это же твоя мама. Кто как не она может справиться, – папа сильнее прижимает меня к себе. – А теперь давай вернёмся в дом и позавтракаем, пока бабушка сама не пришла за нами.       Тихо хохотнув, мы с отцом возвращаемся в дом, а после следуем на веранду, где уже ждёт бабушка.       Спокойствие, что окутывает меня, приятной негой расползается по телу. Тёплый чай, приятная беседа, лёгкий смех – наверное это и есть загробное спокойствие. Только я, папа, бабушка, наш небольшой дом и вечная тишина, которую нарушает лишь еле слышимый топот копыт.       Именно топот заставляет нас замолчать и повернуть свои головы на дорогу, что уходила в густо растущий лес, окружавший наш дом. Стук становится громче и вот, спустя несколько секунд, к дому из-за ближайших деревьев, выходит белая кобылка. Сразу разглядеть всадника мне не удалось, но неведение длилось недолго. Остановившись в пол сотни метрах от дома, всадник спрыгнул на землю и внутри меня всё похолодело.       – Влад.       Мой тихий шёпот достиг слуха парня, не смотря на отсутствие ветра. Медленно поднимаясь на ноги, я следую вперёд. Когда до парня осталось всего несколько метров, я срываюсь на бег и со всей силы врезаюсь в грудь брюнета, крепко обнимая того за шею. Сильные мужские руки опоясывают меня со всех сторон, а я начинаю дрожать. Резко отстраняюсь от Влада и заглядываю в ясные, небесные глаза.       – Ты…       – Умер? Да, как бы прискорбно это не звучало. Хотя должен признать, Загробный мир куда лучше, чем я представлял.       – Если ты… – я не в силах была произнести это вслух. – Значит девочки… Они…       – С ними всё в порядке. Мы победили.       Пальцы молодого человека несильно сжимают мою талию, а тугой узел, что завязался где-то в грудной клетке, начинает ослабевать. Я невольно начинаю ощупывать мускулистые мужские плечи, взгляд блуждает по лицу.       – Эй, Колючка, всё в порядке, – шершавая ладонь ложится на мою щёку. – Смотри на это позитивнее, теперь тебе не будет так скучно.       Широкая, ехидная улыбка озаряет лицо парня, от чего на душе становится спокойнее, а внутренний холод отступает. Ладонь со щеки перемещается на мой затылок и легонько надавливает, и парень вновь утягивает меня в тёплые объятия, от которых по всему телу проходит электрический разряд.       – Милый дом, – произносит Влад, чуть отстраняясь. – Но быть может ты бы хотела прогуляться и посмотреть, что здесь ещё есть?       Смотрю на него в полном непонимании, ведь точно знаю, что уйти отсюда невозможно. Этот дом, всё что есть.       – Влад, – чуть качаю головой, немного отходя от парня. – По Загробному миру нельзя путешествовать. Ещё тогда, когда я оказалась тут впервые, мы со Снежкой пытались уйти, но любая наша попытка была провальной. Каждый раз мы выходи обратно к мельнице. И было не важно, в какую сторону мы двигались, результат был одним. Это замкнутый круг, из которого невозможно выбраться.       – Но ведь я здесь как-то оказался, – лукавый взгляд смотрит пристально и с толикой усмешки. – Ты не думала, что все ограничения лишь в твоей голове?       – А парень дело говорит, – тихо подошедший сзади отца вёл под уздцы моего вороного красавца. – Ничего страшного не произойдёт если вы попытаетесь. А мы с бабушкой будем ждать здесь.       Оставив коня в метре от меня, папа возвратился обратно на веранду, где с лёгкой улыбкой за нами наблюдала бабушка. Я смотрела ему вслед и вдруг почувствовала его. Лёгкий, еле ощутимый ветер ласково погладил моё лицо. Вернув свой взгляд на Влада, я раздумывала всего пару секунд, а после уголки моих губ медленно поползли вверх. Глухой щелчок пальцев и легенсы с туникой меняются на чёрный спортивный костюм, что плотно облегаю моё тело.       – Как ты это сделала?       Удивление на лице парня заставляет меня улыбнуться шире. Не знаю, как описать все те чувства, что я испытала, когда почувствовала прилив собственной магии. Точно так же, как не знаю почему она вообще вернулась. Да и в этот самый момент думать об этом совершенно не хотелось. Делаю ещё один щелчок и вот я уже сижу в седле своего коня, что в нетерпении бьёт копытом.       – Хочешь узнать, как мне это удалось? Что ж, попробуй догони, и тогда я, возможно, открою тебе парочку своих секретов.       Резко бью коня по бокам и он, словно только этого и ждал, пускается галопом прямо в сторону леса. Улыбка на лице парня не заставляет себя ждать. Влад быстро и умело запрыгивает в седло, пуская свою кобылку в галоп.       В этот момент я впервые так отчётливо чувствую ласковый ветер в этом месте. Он играет в моих волосах, колышет листья на ветвях деревьев, развивает гриву Грома. И пусть я не знаю куда меня… Нет, куда нас приведёт эта поездка, да и приведёт ли куда-либо. Но сейчас я по-настоящему счастлива.