Совсем другая жизнь

— … возвращаюсь завтра утром, — не дожидаясь ответа, Луссурия сбрасывает звонок. Пусть именно Козенца считался полностью подконтрольным Варии, но это не исключало возможности быть подслушанным хоть кем-то из Триады, хоть из Вонголы. Слухи, непонятно кем пущенные, утверждали, что Занзас собирается сместить Тимотео с должности дона. Не стоит привлекать ненужное внимание. Луссурия оперативно отключил телефон и, неторопливо прогуливаясь по базару с крикливыми торговцами, незаметно оставил его в отделе с косметикой. Он ведь любит менять имидж, поэтому легко может отмазаться от нежелательных вопросов на следующем сборе альянса. Осталось только достать фотоаппарат и наделать кучу снимков, как можно дольше плутая по городу, путая возможных наблюдателей. У него резко появилось новое хобби. Но вдруг кто-то несильно подергал его за край куртки и тихо прошептал: — Дяденька, пожалуйста, помогите. Луссурия моментально отметил, что с ним заговорили на японском языке. Обернувшись он увидел совсем крошечную девочку с обугленными почти до кости руками. Она едва стояла на ногах, волосы были сильно спутаны, кожа была бледной, а под глазами залегли синяки. Но толпа туристов вокруг словно не замечала едва живого ребенка, просто чуть обходила стороной, словно здесь стоял фонарный столб или камень, преграждавшие путь. — Как тебя зовут? Что с тобой произошло? — Луссурия очень смутно помнил переговоры с Якудза несколько лет назад, а другого общения с японцами до этого дня у него не наблюдалось. Однако помнил язык достаточно неплохо, чтобы немного расспросить странного ребенка. Облегченно вздохнув («Явно не знает итальянского или плохо понимает» — отметил Луссурия), девочка начала объяснять: — Меня зовут Тсунаеши. Папа с дедушкой сказали, что у братика мало сил и я должна ими поделиться, но они врали. Я знаю. А потом они читали какой-то ри-ту-ал и из меня начал выходить огонь. Было больно и я захотела спрятаться, чтобы меня не могли найти. После этого папа с дедушкой словно уснули, а я убежала. Луссурия мгновенно сделал выводы, что рядом минимум двое не рядовых мафиози (иначе откуда бы взялись книги с описанием древнего ритуала?), которые решили отобрать пламя у девочки для другого ребенка, но не рассчитали своих сил. А девочка, не будь дурой, убежала от криворуких экспериментаторов и интуитивно искала пламенного человека, который сможет ее понять и защитить. И нашла ведь! — Меня зовут Луссурия. Ты можешь сказать, как давно убежала? — ласково поинтересовался Луссурия, прекрасно понимая, что ее "дедушка и папа" скорее всего знали, что это город подконтрольный Варии. Знали и попытались подставить. Изъятие пламени карается только смертью семьи, сотворившей преступление, а Вендиче не будут разбираться кто именно виноват. Если территория Варии, то они стопроцентно виновны. Логично до ужаса, но не ему спорить с расстановкой сил в теневом мире. Придется спасать девчонку, полностью меняя продуманный способ незаметного побега из города. Это он взрослый парень может спать на куске брезента в лесу, перепрыгнуть трехметровый забор, не сломав костей, и приставить дуло пистолета к чужому виску, стреляя без всяких сожалений, но никак не маленький ребенок, готовый грохнуться от усталости прямо сейчас. — После выступления девушек в красивых платьях на площади, — шмыгнула носом девочка, заставляя Луссурию вынырнуть из размышлений. — Когда я убегала, они складывали вещи в коробки. Концерт танцовщиц на главной сцене города закончился около часа назад. После истощения подобного рода нужно минимум два часа на то, чтобы хоть сесть на задницу ровно без посторонней помощи. Город является чужой территорией, неподконтрольной для горе-родственников, поэтому кроме названных «дедушки и папы» не должно быть вовлечено много людей, чтобы не привлечь ненужное внимание со стороны альянса и капитанов Варии. Значит у них есть время затеряться в толпе туристов, приехавших на концерт, и смотать удочки до начала глобальных поисков мелкой. — Давай поиграем в шпионов? — заговорщически предложил Луссурия, вылечивая пламенем солнца руки девочки. Может он не самый сильный киллер своего времени, не самое лучшее Солнце, но и у него есть парочка козырей в рукаве. Счастливый кивок головой был красноречивым ответом.

***

— Ну-ка, посмотри в зеркало, Тсунаеши, — улыбнулся Луссурия. Ему пришлось снять номер в небольшом клоповнике на задворках города, где не задают лишних вопросов, чтобы дать себе и ребенку чуть-чуть отдохнуть от жаркого солнца и затеряться среди развеселой толпы. Он в сотый раз поблагодарил свою предусмотрительность, которая всегда заставляла носить с собой в рюкзаке запасную одежду, краску по ткани, краску для волос, цветные линзы и тонну косметики, чтобы за четверть часа стать другим человеком. И еще кучу полезной мелочевки: от подставных документов до толстенной пачки денег на непредвиденные расходы, которая нужна сегодня как никогда раньше. — Ого! — удивленно воскликнула девочка, крутясь перед зеркалом. Пока Луссурия менял себе внешность она успела немного вздремнуть и перекусить бутербродами с лимонадом. Так что, когда очередь по смене имиджа дошла до Тсунаеши, у нее уже не было темных кругов под глазами, да и цвет кожи перестал быть такого трупного оттенка. Щечки даже налились румянцем. Все-таки детский организм восстанавливается намного быстрее взрослого. — Я так изменилась. Теперь ни меня, ни тебя никто не сможет узнать! Луссурия фыркнул. От маленькой японки там остался только немного восточный разрез глаз. Длинные рыжие волосы, убранные резинками в два хвостика, которые чуточку завивались на концах, серые глаза, совсем немножко подкрашенные тушью, и переводная татуировка-сердечко на щеке. Нежный сарафанчик цвета морской волны вместо старых футболки и джинс, новенькие лаковые туфельки с застежками — старые кроссовки были выкинуты на помойку. Несколько фенечек на левой руке и дешевенькая подвеска с единорогом. Обычная маленькая девочка из любой европейской страны, приехавшая в отпуск вместе с семьей. Сам же Луссурия надел белую рубашку с классическими черными брюками, покрасил волосы в темно-медный цвет, а вместо солнцезащитных очков надел обычные с тонкой серебристой оправой по краям. Так он стал выглядеть простым лопухом-ботаником, который даже в обычной, повседневной жизни одет, как на учебу в институт. Вместе с Тсунаеши они выглядели как брат с маленькой сестренкой. Отличная маскировка. — А теперь нужно обсудить легенду, — серьезно сказал Луссурия, присаживаясь на маленький диванчик. Тсунаеши тут же села рядышком, прижавшись к нему. Все-таки она была маленьким ребенком, которому просто хотелось ласки. Луссурия грустно улыбнулся, прекрасно понимая, что этой девочке придется либо рано повзрослеть, либо умереть. Мафия никого не щадит. — Тебя будут искать по имени Тсунаеши. Итальянского и английского ты не знаешь, поэтому тебе нельзя будет разговаривать с людьми пока я не разрешу. Девочка только кивнула и Луссурия аккуратно потрепал ее по голове, чтобы не растрепать прическу. Очень понятливая малышка. — Также нам нужны новые имена, — добавил Луссурия. — Пока мы не доберемся до особняка Варии меня можно называть только Джейкобом, а я тебя буду звать Ханна. У меня есть членская карта «UMP» и оформлена она в Италии, так что спокойно доберемся до Мессины, а оттуда уже на машине. Можешь спрашивать, пока мы не вышли из номера. — Дедушка говорил, что человека можно отследить по огоньку, — негромко сказала Тсунаеши, словно боялась, что ее подслушают. Однако опасения были напрасны. В конце концов, Луссурия не первый день работает в разведке. Он давно поставил барьер из смешанного пламени, который не выпускал звуки за пределы номера и не давал читать по губам, подглядывая через окно, а также после использования моментально распадался, не позволяя понять, чье пламя было использовано для создания. — Я полностью скрыл пламя внутри себя. Сейчас я ощущаюсь как обычный человек с небольшой предрасположенностью к вызову огня. В Италии много пламенных, поэтому на меня с таким мизерным количеством сейчас посмотрят только с жалостью. Твой же огонь изъяли и теперь он будет очень долго восстанавливаться, поэтому кажется, что у тебя нет пламени вовсе. По моим ощущениям зажечь ты свое пламя сможешь не раньше чем через пару лет. — Ну, и ладно, — не огорчилась малышка, спрыгивая с дивана. Одернула сарафанчик и серьезно продолжила. — Я им и пользоваться-то не умею. Значит сейчас огонь мне и не нужен. К тому же мне кажется, что нам пора Джейкоб. Я всегда мечтала попутешествовать по миру. Луссурия хмыкнул — девчонка точно из семьи мафиози, даже если сама не подозревает об этом. Не воет и не кричит, быстро адаптируется под новые условия и совершенно комфортно чувствует себя без пламени. Гражданские дети давно были бы в ужасе и пытались бы прятаться где-нибудь в трущобах, надеясь, что плохие родственники не смогут найти, а боль от изъятия огня как-нибудь исчезнет сама. Тсунаеши сразу поняла, что одна ничего не сделает и ей нужна помощь человека, который сможет ее защитить от чокнутых родственников. Хорошее пополнение будет в Варии через пару лет. Возможно даже возглавит один из внутренних отделов после чьей-нибудь смерти. — Да нам пора, Ханна. Думаю, что путешествие в поезде тебе понравится. Детские глаза хитро сверкнули.