Совсем другая жизнь

— Врой, мелкая, на сейчас с тебя хватит, — дал отмашку Скуало. — Сегодня уже намного лучше. Грация победно вскинула кулак. После «накачки» организм полностью восстановил свой резерв, пусть пока из-за большого количества огня Занзаса и Луссурии она не знала свой тип пламени. По словам доктора Шамала, в этом не было ничего удивительного и нужно просто подождать до естественного пробуждения. Однако если с ментальным здоровьем все стало лучше, то физическое здоровье девочки сильно пошатнулось. Тело за время изъятия разучилось справляться с нагрузкой в виде пламени. Поэтому Грации пришлось кардинально поменять свой образ жизни с усидчивого и нерасторопного на активный. Она училась бегать и прыгать, танцевать и плавать. Жизнь после излечения стала только насыщеннее. — С бегом хватит, — со смешком добавил Скуало. — У тебя сегодня еще после математики стоит разминочный комплекс, а вечером гимнастика. Грация обреченно застонала и поплелась к Луссурии. У нее был к нему важный вопрос.

***

На скуле был небольшой синяк от падения. Он даже не болел, но капитаны Варии тряслись над девочкой, как будто она из хрусталя, и, из-за любой ерунды тут же отправляли ее в лазарет на осмотр. — Ох, милая, — тяжело вздохнул Солнце, моментально вылечивая девочку. — Нужно будет научить тебя оказывать первую помощь. Грация согласна кивнула и прямо спросила: — Ты ведь знал, что я сойду с ума без «накачки»? В конце-концов, она пришла за ответами, а не за лечением синяка, который бы сам сошел через пару дней. Луссурия, не меняясь в лице, честно ответил: — Да, и все остальные тоже. — Почему? — она не знала, как еще спросить, то что она чувствовала из-за их молчания, но Солнце Варии прекрасно ее понял. Мужчина сел в кресло и, серьезно посмотрев на девочку, ответил: — Ты была нужна как доказательство против семьи, которая резвилась на нашей территории. Не больше и не меньше. Я тебя минимально подлечил и притащил к Занзасу. Конечно, пока мы добирались из Козенца до особняка, мне все меньше хотелось отдать тебя боссу. Даже подумывал организовать поддельные документы и сдать в приют, чтоб хоть пожила нормально до того, как чокнешься. Но так и не решился. Босс, не знаю почему, но … Он тебя чуть ли не с первого взгляда полюбил. Как и все остальные. Тогда я провел полный осмотр твоего организма, но твой очаг был настолько изуродован, что любое вмешательство сделало бы еще хуже. Занзас подумал, что есть смысл показать тебя мафиозному «психиатру». Надеялся, что тебе станет полегче. Но доктор Шамал, обследуя тебя, смог найти очень маленький канал пламени, ведущий к самому очагу. Но он был настолько хрупкий и тонкий, что я не представлял как в него можно вливать огонь в таких объемах. Мы с ним ругались до хрипоты о твоем излечении и составили более-менее рабочий план со ставками один к двум: либо пробудишь, либо превратишься в бесчувственную куклу, которая в скором времени начнет сходить с ума. Дальше ты сама знаешь. В кабинете Луссурии повисла напряженная тишина. Ему больше нечего было сказать ей. Они мафиози, а не Армия Спасения, помогающая всем сирым и убогим. На тот момент она была просто не особо ценным ресурсом. Но почему же ему так страшно, что она не простит этого? — Я все поняла, — нарушила тишину Грация и серьезно посмотрела на Луссурию. — Вы не помогаете чужим, но всегда готовы на все для своих. Я не обижаюсь, ведь теперь я тоже часть семьи и вы будете меня защищать. — Именно, малышка, — улыбнулся Луссурия, на которого резко накатила волна умиротворения. Она не злится. — Только… — Грация задумчиво прикусила губу, — я хочу попросить тебя, чтобы научил меня лечить людей. Мне было так плохо после изъятия. Я вспомнила, что Емитсу заставлял меня сидеть на коленях всю ночь, если я не могла сделать реверанс или сделать сама себе прическу. Если бы не встреча с тобой, то я бы просто сломалась. Физически или морально — это неважно. Просто бы умерла. Поэтому я хочу помогать людям, чтобы они не страдали как я. — Думаю, что с завтрашнего дня у меня появляется помощница, — щелкнул по носу Грацию Луссурия. Он уже прикинул с чего начнет обучение, а с остальными он побеседует о поведении Емитсу. — А теперь бегом в кабинет к боссу! Он просил тебя зайти к нему в одиннадцать, а время уже без четверти двенадцать. Солнце Варии еще не успел договорить, как дверь резко захлопнулась.

***

— Ты долго, мелочь, — Занзас философски отхлебнул виски и достал папку с документами, протягивая сестре, которая уже вполне сносно могла читать итальянские тексты. — Прости, братишка, задержалась, — покаялась Грация, не став рассказывать о разговоре с Луссурией. Да и зачем? Чтобы мучился угрызениями совести? Они в мафии, где даже маленький ребенок может хладнокровно перерезать горло. И капитаны Варии относятся к ней намного лучше биологических родителей, которых больше волновал вечно болезный Даичи, чем здоровая дочь. — Тут очень интересные вещи, — хмыкнул Занзас, кивком указав на папку. — Почитаешь вечером у себя. Понятно? — Да, — Грация сразу же убрала папку в небольшой рюкзак, с которым ходила почти всегда по наставлению капитанов. Там всегда были бумажные деньги, подставные документы на Мишель Митчелл и ключи от небольшой виллы в Барселоне. На всякий случай. — А сейчас… у нас проблемы, — мрачно сказал Занзас, залпом допивая виски. — Вонгола собирается нас уничтожить. Поэтому у меня к тебе вопрос: ты готова стать мафиози, мелкая? — Я уже дала согласие Луссурие на обучение меня медицине, — итальянский Грации стал вторым родным языком, а постоянная учеба с Бельфегором заставляла совершенствоваться, узнавать новое. Не было ничего удивительного, что за три месяца такого подхода она разговаривала как взрослый человек, почти полностью перестав коверкать слова. — Так, что, братик, ты от меня не отвяжешься! — Даже не сомневаюсь, — по-доброму фыркнул Занзас и потрепал девочку по голове. — Только тебе нужно будет не только лечить, но и… — Может быть тогда научишь меня стрелять?