Бархатные оковы

Сейчас ему было невыносимо тяжело от того, что он идёт в школу по той же самой тропинке что и всегда, которая сегодня, смешавшись с тёмным лазурным небом и ярко-жёлтыми уличными фонарями, превратилась в абстрактную картину какого-то художника, имя которого Зуев и в помине не знал. Идёт как ни в чём не бывало. Он может сейчас пойти в полицию и всё рассказать. Пойти и всё рассказать... А что рассказать? Что его лучший друг изнасиловал его в момент течки? Это ведь... Тупо! Зачем рассказывать? Чтобы благополучно об этом забыли? Чтобы в отделении сказали, что “он сам виноват”? Чтобы в школе обязательно классная руководительница, у которой язык за зубами не держится дольше пяти секунд, всё разболтала? Чтобы его начали публично унижать, за то, что до него домогались? Унижали за то, что омега, как раньше? Как раньше... В мозгу образовалась каша. Ощущение будто сотни личинок и червей танцуют меж извилин, заполняя их чёрной жижей, не дающей мыслить адекватно и трезво. Руки тряслись. “А что я скажу учителям? Родителям? Одноклассникам в конце концов? Они же не отстанут без расспросов. Нужно сказать что-то что бы мне не сильно влетело от родителей и сохранить своё положение в классе” - Единственные мысли, которые стали пробиваться в голове через гнилую слизь. -О! - Раздался выкрик из, на удивление, полупустого класса - Зуевка! Ты где был, пидрилка? - Энергичная девушка, чуть выше ростом чем Дима, подошла ближе к парню и похлопала его по плечу в знак приветствия. - Ты в курсе, что тебя уже в розыск подали? Ну и как надо отвечать в подобных ситуациях? -И тебе не подохнуть, Полина, хах! Да знаю, ну а хули? - нецензурная брань полилась из него как из лейки, делая Зуева в непойми чьих глазах крутого парня. - Уже потусоваться толком нельзя? У Алёны я был в соседнем городе. -Та которая ебалась с каждым вторым? - Поправляя тёмную прядку волос одной рукой, а второй акцентировала внимание на слове “каждым вторым”, подчёркивая, что Алёна та ещё “шлюха”, как утверждала Полина. - И как она там? На хлеб хотя бы хватает? -Ага. - Дима переписывался временами со своим бывшим одноклассником. Тот был на удивление откровенен с ним - Да чё там... По тихоньку копят. Скоро кредит выплатят и опять сюда приедут. - И всё же в данный он нёс какую-то околесицу. “Лишь бы повелись” - молился Дима -Ну чтож, добро пожаловать снова в класс! - Прервал их диалог Костя. Стоп Костя? Только сейчас парень заметил его присутствие в классе. - Надеюсь ты не забыл, как кого зовут? -Очень остроумно! - Попытался хоть что-то выжать из себя Зуев. Хотя столько хотелось ему выговорить, но нельзя. Когда уже начался урок музыки, и Дима смог прийти немного в себя, в него прилетел скомканный кусочек листочка, что заставил парня выйти из транса. Зуев не увидел отправителя, что ещё больше поджигало интерес к комочку. Всё же любопытство берёт верх, и Дима подобно Пандоре “открывает шкатулку” в виде листа бумаги. “Меня очень радует, что ты не обратился за помощью. Ты такой милый, когда тупишь” и сердечко в конце. Лицо сразу же исказилось гримасой, которой было всё: злость, отвращение, печаль, отчаяние. Он уже хотел было что-то шепнуть своему отправителю, но... -Я не поняла, а кому я всё это объясняю?! - Раздался раздражённый голос учительницы, которая с упоением рассказывала об русских музыкантах, но видимо не только Зуеву было плевать на её монотонные лекции. В классе повисла гробовая тишина и учитель продолжил урок. Рыжеволосый чтобы не сильно привлекать внимание “этой поехавшей патриотки”, лишь показал фак Кирюхину, на что тот высунул язык и показал в ответ тот же самый жест. Всё же рутина убивает какую-либо интересную жизнь, поэтому спустя два урока Дима уже был поглощён тем, как он будет успевать делать проекты и презентации к следующим урокам.