Бархатные оковы

Снова Дима просыпается, он лежит на кровати в комнате с включенной лампой на столе и открытом окном. Хоть Дима и был в одежде, но ветер был холодный. Костя сидел рядом на стуле и что-то бубнел себе под нос: - Бля, от тебя одни проблемы. Может мне тебя привязать к кровати и больше не отвязывать? Сука, тогда ты и кровать сломаешь, заебал уже, иди домой. - Костя, но я... Зуев попытался что-то сказать, но в голове было пусто, поэтому он встал с кровати и ушёл из квартиры не попрощавшись.

***

Единственное место, куда бы он мог сейчас пойти, — это его дом. Идя по грязным улочкам и еле понимая, какие дома он видел рядом хотя бы со своей школой, Зуев шёл, изредка вытирая лицо от слёз. “Если бы я рассказал обо всём раньше, может и не случился бы этот пиздец?”. Но смысл уже ворошить прошлое? Сейчас самое главное — оправдаться перед родителями и остаться с крышей над головой. Вот и такой родной подъезд. Казалось это единственное место, над которым не сгущались серые тучи и не давили и без того обессиленного паренька. В животе заурчало. Кажется, всё должно пойти по наихудшему сценарию. Хочется исчезнуть, раствориться в этих лужах растаявшего снега. Но делать нечего: на улице дубак для весны, а есть хотелось настолько, что он вот-вот готов накинуться на кого-нибудь. Звон домофона, лестница, пролёт, и вот та самая дверь. Оттягивать было уже некуда. Дверь открылась. Не успел парень что-то сказать, как на его плечи легли женские руки и крепко вжались в них. —Где ты был!? — Дима впал в ступор. Он никогда не видел свою мать такую... Испуганную? Растрёпанные волосы, красные от слёз глаза, которые судорожно бегали то вверх, то вниз, рассматривая лицо сына. Со слезами на глазах Дима решил рассказать обо всём маме, она была единственным человеком, которому можно было довериться в этой ситуации. С отцом они редко виделись, целыми днями спасает людей от пожаров, да и в принципе папа был слишком строгий, чтобы говорить с ним на такие темы. —Мам я... — Начал Зуев. Слова бегали и не давали составить понятные предложения — Костя... Он... В общем он узнал, что омега и... — И что? Переспал с ним? Это было ещё труднее сказать из-за того факта, что рядом с ним стоит его родная мать. Та, которая воспитала и учила давать отпор таким альфам. Но сына облажался. Она явно разочаруется, если узнает, что он даже практически не сопротивлялся. —Ч-то? Что он делал? —Он шантажировал меня. Я приходил к нему домой, чтобы он не выдавал меня... И... — Держать себя в руках уже сил не было. Слёзы опять полились новой рекой. Мама же, услышав об этом, крепко обняла его. —Сынок, я понимаю, что тебе сейчас больно, мне очень жаль, что я не знала об этом ранее, тогда бы можно было остановить этот кошмар... Она замолчала на секунду, слова подбирая нужные слова. —Тебе до сих пор больно от этой ситуации? — Риторический, но всё же вопрос. —Угу — Сквозь слёзы ответил Дима маме. Снова стихла, думая над решением этой проблемы. —Тогда у меня есть идея. Это конечно может быть не самым лучшим решением, но ты у меня мальчик общительный, друзей быстро найдешь. Дима был в недоумении, отодвинулся от мамы, чтобы посмотреть ей в глаза и продолжил слушать. —Рядом школа есть хорошая, с уклоном на химию и биологию, ты же как раз медиком хочешь стать... Хочешь? Зуев кивнул, он был слишком изнеможен, чтобы сказать хоть что-то.