Часть 3
21 августа 2021 г., 09:06
Игривые солнечные зайчики прыгали по всему полу, отражаясь от струй величавого Стикса, но мне это только сильнее действовало на нервы. Все усилия сосредоточиться и попытаться вообще понять, чем я теперь одарен, кончались только непроизвольным рычанием. Для ускорения процесса моя матушка скрепя зубами обратилась за помощью к могущественному дракону Неба, кой так и не явился в назначенный час, и в итоге я практиковал новую магию в полном одиночестве. Даже названный друг убрался из храма, ссылаясь на то, что новая работа требует дальнейшего устройства. Так как с него сняли заботу ухода за урожаем, то стоило узнать, что потребуется для вакансии наёмного жреца в гильдии.
А меня всё мучал вопрос: на что я теперь похож? По прошествии двух недель девичье тело изменилось кардинально, заменяя привычную магию на способности. Каждое утро я час тратил, чтобы управиться с пышной гривой синих волос, кончики которых стали серебристыми. Пламя больше не горело в них, лишь только иногда приходилось волной от корней по всей длине. Рост застыл на отметке полутора метра, стать меньше или больше не получалось, миниатюризация исчезла без следа. А что насчет моих милых крылышек, то они ссохлись и кривыми отростками покоились на лопатках. Но страшнее всего стали походы пешком, ненавистные боли в икрах, подвернутые лодыжки, мозоли на пятках. Старший целитель храма Любви и Жизни лишь разводил руками, мол, такова цена слияния.
Так же меня предупредили, что воспоминания этой девушки со временем переплетутся, и я буду знать то, что и она в свое время. А пока остаётся учиться контролю и готовиться физически, так как моё душевное состояние стало скверным. Я даже не видел снов или видений, только гнетущее ожидание, и лишь иногда мне казалось, что я слышал шёпот совсем над ухом. Хвосты облизывали моё новое тело, своевольно перемещаясь по пространству. По мнению Элементали, у них свое сознание и пока я не смогу их подчинить, они так и будут лезть мне в лицо, между ног и всячески виться вдоль спины.
Шальной ветерок, забравшись на мраморный пол, старательно поднимал с него лепестки цветов, осыпающихся с фруктовых деревьев — единственных растений, растущих поблизости Мертвой реки. Ранее цветение этого сорта яблок было особенностью этих плодов, их мякоть напитывалась энергией величавого Стикса, и впоследствии они уходили по приличным ценам — одно яблочко могло пополнить резерв на треть.
Один из лепестков, неуёмно кружась в своем танце, упал на мой нос.
— А-а-апчхи! — эхом отозвались колонны, и я шмыгнул носом, всё так же не открывая глаз. Провел ладонью по нему, почесав самый кончик. Терпение сходило на нет, усталость и затекшая спина наложились друг на друга, а время уже перевалило за обед.
Живот предательски заурчал — голод, холод и слабость стали моими самыми ненавистными ощущениями. Физиологические потребности у новой плоти были велики: походы до пригожих мест, как кусты, сильно выбивали из сил. Прежде столько трудностей мне были неведомы, и теперь жизнь живых плавно переставала казаться такой увлекательной и интересной.
Странный шорох надо мной прервал ход мыслей, запрокинув голову, я открыл глаза. В нескольких метрах, под самым потолком, свернувшись кольцом, сидел огромный изумрудный змей. Не успев толком напугаться, мне на лоб капнула тягучая горячая жидкость. От соприкосновения с кожей капля заблестела, и от неё во все стороны пустились ростки виноградной вязи. Крепче и сильнее обвивая мое тело, паника овладела разумом, лишая возможности двигаться. Отчаянно дергаясь, я потихоньку начал терять равновесие и заваливаться на спину, однако пола коснуться мне не дало бархатное пушистое крыло, заботливо подставленное змеем.
Так стоп, крыло?
С усилием повернув голову, я впился взглядом в опору. Перьевой изгиб махательного аппарата тянулся из самой верхней точки головы существа, узкие глаза-бусинки внимательно смотрели, а тонкие длинные усы вились вдоль приоткрытой пасти. Раздвоенный розовый язык прошелся по второму крылу, с которого струилась зеленоватая жидкость, сворачиваясь в шарики.
Это была кровь. Кровь Ленточного Дракона, господина поднебесной. В книгах говорилось, что одна лишь капля способна взрастить крупное дерево, и именно эти прекрасные змеи были одними из первых творений бога Земли, они хранили в своих жилах его суть созидания.
«Расслабься, крошка Стратегия, я не желаю причинить тебе большей боли, чем той, что тебе и так предстоит вынести», — шипящий женский голос ласково коснулся моего сознания, словно она в моих мыслях. Вязь расплелась, будто её и не было.
Перекатившись по крылу, носом я упёрся в его изумительные перья, цветочный аромат окутал весь мир. Где-то вдалеке по позвоночнику пробежали мурашки, а за ними пришла боль. Темными вспышками перед глазами, ломящей судорогой в руках и ногах все звуки усилились. А пламя впервые за это время окутало всего меня, мое родное ледяное-огненное свечение, наконец, отдавалось теплом.
«Теперь ты можешь попробовать посмотреть на привычный мир глазами Зверя», — прошелестел тот же голос, касаясь моего разума, и я прислушался к себе, сквозь ресницы взглянул перед собой.
В радиус зрения попадал светлый каменный пол, мне показалось, от него исходили рваные волны почти прозрачных частиц, что упирались в чешуйчатый ярко-зелёный округлый бок. Распахнув глаза шире и повертев головой из стороны в сторону, я осознал, что лежу в живом кольце. Слева от меня покоилась на коротких лапах мощная голова Ленточной драконники, глаз-бусинка, не мигая, так и смотрел на меня.
В шок повергло количество красок вокруг существа, но я быстро понял, что это аура, сплетения нитей виделись спутанными цветными лучиками. Кружась на месте, жадно запоминал, что чувствую, любое колебание мгновенно привлекало внимание. Спустя полчаса, впервые обратил внимание на то, что кружусь, стоя на руках и ногах. Посмотрев вниз, я падаю на бок: вместо привычных конечностей — лапы, самые настоящие, с подушечками и шерстью, по четыре пальца каждая, большой же нашел место на сгибе, как я понял, кисти.
«И как я выгляжу?!» — подняв голову, смотрю прямо в глаз змею, на продолговатом носу замечаю мягкий свет фиолетовых огоньков. Телепатия мне давалась легко благодаря магическим глазам, достаточно было только направить их свет на оппонента.
«Так как и большинство Прохвостов, только лишь мех отличается. В их природе не бывает сине-голубых, горящих льдистым пламенем лис, — явная усмешка проскользнула в ответе. — Но если хочешь сам оценить свой внешний вид, то дорога тебе в гильдию наемников, там есть магическое зеркало. Оно способно открыть суть облика любого существа, что в него посмотрит. Даже в объятьях зверя ты должен увидеть себя нового в нем».
«О, милейшая, но как мне найти волшебное зеркало?»
«Тебе нужно окно второго этажа на южном углу, оно самое крайнее, в здании таверны слева от тракта. Твои лапки очень прыгучи, забраться в окно — задача простая, — изумрудная чешуя зашевелилась, кольца пришли в движение, являя проход, ведущий к лестнице. — Скорее ступай туда, крошка Стратегия, в этом зеркале ты сможешь найти ответ, как стать собой. Но помни, чем дольше ты являешься Зверем, тем меньше разумности в тебе. Она, конечно, полностью не затмит твой ум, однако будет реагировать на опасность, как ей полагает».
Благодарно поклонившись, по крайней мере, надеясь, уверенно перебирая лапами, бросился бежать. Отмечая лёгкость и прыгучесть тела, быстро перепрыгнул ряды лестниц, спускаясь с этажа на этаж. Догадаться, что это и была учитель, не составило труда, теперь я понял, как она действовала. Прибыла к назначенному часу и наблюдала за мной, и, убедившись, что сам я не справлюсь, помогла, обратив меня в лиса и дав совет, куда направиться.
Случайно встреченная жрица взвизгнула, отшатнулась, упав мягким местом в клумбу. Не обращая на нее внимания, я мчался дальше, до главных врат оставалось несколько метров. Видя призрачные нити, ко мне пришло понимание, что если выйти за границу храма, его защита и благословение останется с той стороны, а значит, любое существо поймет, кто я. Стоит озаботиться о маскировке — мне сразу сообщили, что такой мех уникален, и это, собственно, может стоить мне жизни.
***
Лесной тракт кипел, в разные стороны шли вереницы обозов, торгаши кричали друг на друга, стремясь выйти вперёд. Ездовые животные, тянущие гружёные телеги и кареты, недовольно завывали, каждый на свой лад. Создавало впечатление, что вся какофония проложенной колеи была заранее обусловлена. Мужчины, женщины и даже дети бранились друг с другом, толкались и иногда кидались подпорченными фруктами, а кто и овощами. Тэм, ловко уворачиваясь, брел по самому краю дороги, до таверны осталось пару километров. Она стояла на отшибе, вдали от небольшого городка, который располагался в долине. Портальная арка, к которой так спешили купцы и блуждающий люд, ютилась на центральной площади, да и к тому же Звездный проход был единственным на всей планете, по этой причине тракт всегда был заполонен. Зелёное плато предоставляло припасы продовольствия на соседние планеты Крупного созвездия Красок: все девять планет, выставленные в ряд, объединились подобными арками. Гости и жители могли с лёгкостью приобрести, что только душе угодно, на рынке Изумрудного Интернационального города. Туда и держал свой путь жрец среднего размера: госпожа Рики выдала ему кошель, велев обзавестись лёгким и прочным снаряжением. Для начинающих наемных жрецов подобрать амуницию несложно. Две пары сапог из кожи, мягкие и тянущиеся ткани подойдут для будущих брюк и жилетов — выкройки сделать велела самим. Набор накопителей, зелий и походный инвентарь, состоящий из рюкзака, котелка, спальника, фляги, звёздной карты и расписания шаттлов. Жалел ли метис, он ещё не понял. Парень мечтал найти свое призвание, любимое дело. Увидеть другие созвездия и планеты, возможно, встретить милую драконнику или просто полюбить дух свободы. Этот зов с годами становился все громче, манил его, и для себя парень множество раз придумывал заветные слова о начале приключений. Мечтал сесть на звездный экспресс и долететь до края вселенной, спасти города или целые цивилизации от нападок распоясавшегося зла. Мерный шаг с вереницей мыслей совсем увлек Тэма, глаза мечтательно глядели вдаль. Чем ближе он подходил к таверне, тем больше на мелких пяточках полянках ютились бабульки, громко голося о продаже носков, пирожков и всякого рода мелочах их собственного производства. Некоторые в общем шуме отчаянно предлагали хворост и дрова на дальнюю дорогу, одеяла и палатки. — Милок! Милок, глянь, у меня на тебя есть чудный пояс с овчинки приморской, — бойко ухватив за рукав метиса, заголосила женщина средних лет, зеленоватая пупырчатая кожа которой вызывала отвращение. — Ну, чагу ты, глянь какие пригожие. Вырвав ткань из цепких пальцев, отвлечённый жрец, нарисовал перед собой в воздухе символ просветления. Указательный и средний пальцы смотрели вверх из сложенных остальных на манере кулака, очерчивая руну, полкруга над собой и ромб в нижней части. Вызванные вибрации разошлись в воздухе, положительный эффект придал парню чуточку веселья. Торговка зашипела, отпрянула от него, звучно набрала слюны во рту и плюнула под ноги. — Пошёл прочь, служитель похотливого бога, ишь расходился, проститут окаянный, кроме разврата и блуда нет в твоей братии толку! — бранясь, женщина сложила пальцы рук в непристойном знаке, выставляя напоказ кривой ноготь среднего пальца. Тэм лишь развел руками, мол, у каждого своя дорога и взять с этого нечего. Ему не раз приходилось ходить по тракту и разных существ встречать, так что и удивления ему не было с того, что на него глаз положила Водяница. Улыбаясь уголками губ, он прибавил шагу, а то ещё глядишь, утопить попробует его за насмешки над её болотом и сомнительным заработком. Позади гул усилился, послышался треск дерева и ржание коней, нарастающие крики. — Ах ты ж, пакость, маги! Маги! Есть маги, умертвите демона! Он явился покуситься на наш честно добытый товар! — завопил какой-то мужик, и оглянувшись, парень смог различить, как перевёрнутая гружёная карета с заколоченным верхом скрылась за темным облаком. Из клубов пыли, поднявшихся над той частью тракта, выскочил дикий зверь. Не то волк, не то крупный лис, странно, что дикая животина вообще вышла настолько открытую местность. Но толком не успев даже задуматься, мимо Тэма проскакала зверюга коричнево-серого цвета, чья шерсть была измазана сажей — стало ясно, что перевозилось в карете. Не обращая внимания на крики и грозные ругательства, животина ломилась дальше строго по дороге, перепрыгивая все препятствия и пугая запряженный скот. — Хм, может, кто из логова спугнул или атаковал, невиданно чтоб столь редкие звери бродили, среди разумных, — протянул старик, тянущий осла под узду, тихоходом уходящий из города в сторону гор. Среди раскидистых сосен, на пригорке стояла таверна с красочной вывеской «Сто Дорог», трёхэтажное здание из темной древесины местами было заложено каменной кладкой, надёжно подпирающей старенькие стены с настежь распахнутыми окнами первого этажа. Являясь последним жилым строением на объезженном тракте, здание возвышалось величественно перед путниками. Второй этаж имел свою лестницу, выходящую на фасад, там расположилась гильдия наемников «Верный Друг». Авантюристы сновались и копошились на обоих этажах, старательно предлагая услуги охраны, обменных столов, сбыточных каналов и провожатых. В столь жаркий дневной час некоторый купцы заворачивали на постоялый двор опустошить прохладную кружечку местной бормотухи. Ворота, распахнутые настежь, своей тенью прикрывали мальчишек, подрабатывающих на конюшне, по совместительству, зазывал. Ловко повисая на упряжи заезжающих, звонко вещали, какие услуги за серебрёную или золотую монету можно получить у трактирщика. А со стороны леса задёрнутые окна встретили тяжело дышавшего зверя. Хрип, срывающийся на кашель, отдышка и слюни — всё смешалось. Упав на землю, грязный и уставший зверь тяжело вздымал бока, пытаясь успокоить чечётку сердца. Заветное окно, на которое падал взор, было немного приоткрыто, лёгкий ветерок трепал шторины. Южная сторона здания была отведена под комнаты постояльцев, подальше от дороги и конюшни. Второй же этаж разделялся на покои сильных магов и воинов, живущих в гильдии. Управляющий трактиром так же ютился с соседями на этом этаже, а вот гостям отводились комнаты первого и третьего этажей. Далёкий лязг металла привлек внимание зверя, от пристройки у северо-западной части здания разносился звон — там проходила тренировка бойких наемников. Недовольно махнув ухом, лис лениво сел, внимательно осмотрев угол. Приметил, как поползет к приоткрытому окну, подмечая, что местами деревянная стена имела небольшие углубления — со временем и с помощью птиц образовались зазоры в бревенчатой кладке. Тонкий цепкий взгляд видел, где есть надёжные углубления, а торчащий карниз нижнего окна мог сослужить отправной ступенькой.***
Массивный стол из темной породы дерева стоял вплотную к рядам книжных полок, заваленный бумагами. Полумрак комнаты скрывал мужчину средних лет, в его висках засела седина, мятый камзол местами был испорчен пятнами чернил. Тяжёлые переговоры по кристаллу связи, давали о себе знать. Приоткрыв глаза, Саламандр выпрямился в кресле — немного подремав, он чувствовал себя лучше. Но смутное ощущение тревоги, зародившееся в этом мимолётном сне не давало ему полностью осознать реальность. Направив руку в сторону почти потухшего камина, с кончиков пальцев, искрясь, метнулись язычки пламени, с жадностью впиваясь в остатки дров. Потянувшись и прикрывая рот другой рукой, мужчина перелистывал некоторые листы на столе, а треск в углу вошёл в ритм. Взяв в ладонь массивную золотую брошь, Саламандр уловил лишний звук из-за стены — в его спальне посторонний. Грозно съехавшиеся пушистые брови придали лицу более хищный вид, и откинув с плеча за спину темно-алые пряди волос, мужчина встал. Совершенно бесшумно дойдя до двери и выглянув в коридор между комнатами, он, уверенно начал вытягивать среднего размера клинок, приготовился к бою. Дверь, которую он запер поутру, всё так же была закрыта, тонкое сияние охранных чар бродило по вырезанному лабиринту на ней. В щель косяка, просочился белый свет, настороживший мужчину, и в его глазах загорелся гневный огонь. Совладав с яростно вспыхнувшим желанием, Саламандр выпрямился, приложив к двери ладонь, зажмурился. Мысленно развеял защиту, стараясь не создавать шум, нащупал ручку, приоткрыв дверь, наконец, открыл один глаз, заглядывая в свои покои. Посреди комнаты сидело существо, красивое и совершенно неземное, что даже мужчина затаил дыхание. Синее пламя волнами пульсировало в голубых волосах, кончики же мерно вздрагивали и тонули в серебре. Уши на макушке копировали эмоции и от стеснения жались к голове, но стоило созданию засмеяться колокольчиками, как треугольники взмыли к потолку. Со спины понять, какого пола это огненное наваждение, было невозможно — тумба у кровати, стоящая ближе к двери, прикрывала часть обзора. Совсем не подчиняясь себе, мужчина, крадясь, зашёл в помещение, и как только он прикрыл дверь, вновь наложил защиту. Открывающаяся картина очень понравилась ему — миниатюрная нимфа пародировала Лисьего Духа. Довольная усмешка растянулась на губах, обнажая острые зубы, и Саламандр решил, что это кукла здесь, чтобы его развлечь и принять тот облик, что он захочет. Возле открытого окна с раздвинутыми гардинами стояло большое зеркало, серебристая рамка сияла и переливалась множеством символов, а в зеркальной глади мило улыбалась хрупкая девушка, фиолетовые очи которой жмурились на солнце, строя мордашки, и вновь возвращались к созерцанию себя. Маленький задранный носик периодично морщился, тонкие губы растягивались в улыбке, обнажая острые клыки в ряду обычных заостренных зубов. Бледно фиолетовый язык облизывал их, так же как и пухлые губы, иногда девушка даже слюнявила пальцы, ближе склоняясь к поверхности, терла щеку или шею. Узкие обнаженные плечи имели черные линии рисунка татуировок, на спине покоилась копна голубых волос, а вот спереди нагая юная грудь только набирала цвет. Соски темными пятнами торчали в разные стороны, девушка на них тоже обратила внимание, осторожно сжав ладошки поверх их. Плавно начала массировать округлости, перебирая пальцами кожу, белую, словно снег. Тонкая талия и плоский живот переходили в аккуратно очерченные бедра, чуть ниже поясницы по полу блуждали хвосты. Взволнованно вздохнув, мужчина, наконец, опознал создание перед ним — это живая Кицунэ, никто не воссоздаст блуждающие огни. Они могут быть только настоящими, полупрозрачными и одушевлёнными, что когда-то были живыми существами. Темный дух их обманул и поглотил, принудительно забрав сильные стороны, частички характеров и даже предпочтения. Ари’тал мечтал встретить этого монстра из-за силы, хранящийся в магическом артефакте, что служит сердцем демону. Его мощь способна приблизить к вечности, исцелить умирающего или даже убить врага — столько возможностей в его руках, только дотянись. Глаза пожилого мага лихорадочно загорелись, для себя он определил участь создания, что влезло в его спальню. А девчушка вдруг встала на ноги, плавно покрутилась, смотря на себя в зеркальную гладь. — Волшебное зеркало, прошу, покажи мне, как стать новым собой? — мелодичный голос разошелся по комнате легким эхом, и после этого светящиеся символы замигали. Подойдя вплотную, лиса рассматривала откровение в помутневшей глади, не прошло и минуты, она отпрянула, поклонилась в пол, прикрыв глаза, запела. Тихий чарующий голос с каждой новой нотой становился притягательнее и манил подойти ближе. Будоража всё естество, вызывая пульсации энергии в венах, кружил голову. Прикрыв глаза, Саламандр, забыв обо всем, пошёл навстречу волнам тепла, нежности и возбуждения. — Ами’да не даль. Шусими тильд, мари’савт шит, — пропел уже звучный мужской голос: в отражении склонился парень. Сине-голубые волосы касались пола, хвосты покоились у ног, подтянутое юное тело грациозно выпрямилось. Гибкий, сильный и прежде всего обнаженный юноша довольно осмотрел себя с ног до ушей. Хищная улыбка растянулась на чувственных губах. — Так-то лучше, благодарю, волшебная гладь, — урча, ответил парень-Лис. — Да не важно, и так возьму! — рыча, его схватили сильные руки и бросили на кровать, мужчина, вышедший из густой тени, уже рвал на груди рубаху. — Какое дивное создание, поди, ещё и не вкушавшее похоти. — Оу-оу-оу! Погоди, я всё могу объяснить, — в защитном жесте выставил Лис перед собой руки. — Со мной такая забавная история случилась… Его не слушали, волосы и глаза Саламандра вспыхнули алым пламенем, он буквально бросился на объект возжелания. Зажимая рот рукой, другой он с силой развел ноги, придавливая своим телам к простыням выгибающегося мальчишку. Его губы и зубы впивались в ключицы и шею, жадно лаская кожу, мужчина совсем не обращал внимания на сопротивление и попытки скинуть его, упрямое мычание тонуло в рычании. — Агр-р, — паршивец укусил за пальцы. — Да отпусти ты меня, чокнутый, насилие никогда не было приемлемым! Мы можем договориться, как цивилизованные существа! — совершенно спокойно и по-деловому начал говорить парень. Ярость закипела внутри Саламандра, густой дым повалил изо рта, что оброс алой чешуёй и растянулся в безумной ухмылке, обнажая окровавленные острые зубы. Скривив мордашку, Лис прикидывал, как ему теперь свалить — интимная близость с этим ящером не входила в его планы. Но не успел он снова открыть рот, как его руки и ноги были крепко притянуты к краям кровати горящими нитями. Огненные путы материализовались по щелчку пальцев мага, чаще он их использовал при сражении, нежели в постели. Брюки, оставшиеся единственной одеждой, приспустились, обнажая пламенного господина. Пораженно глотая воздух ртом, парень ощутил, как Зверь в груди взревел, совершенно не зная, что делать, и он просто доверился способностям. Воздух в комнате стал плотным, и местами в нем образовались статические разряды. Волосы от корней светились серебреным сиянием, струясь от силы. — Отпусти меня! — тихонько сказал лис, молящим голосом. — Отпусти меня! — голос набрал силу и эхом отразился в помещении. — ОТПУСТИ МЕНЯ!!! — сорвавшись на крик. Вспышка яркой волной оттолкнуло всё, что встало на пути, в её центре свернувшись в клубок, лежал серебристый Лис. Его тело полыхало голубым пламенем, а глаза сверкали фиолетовыми омутами, в которых адским танцем кружились две части одной арканы. В этой абсолютной пустоте парень ощущал себя в полной безопасности, как никогда прежде. Свет потихоньку тух и перед ним сидел сам Лисий дух, его черная маска с ярким красным и жёлтым рисунком, пустыми глазницами ласково обтерлась о бок. Призрачное, белесое туманное тело обошло по кругу ещё пару раз и, встав напротив солнечного сплетения, втянулось в крутящийся маховик, торчащий из кожи.
