Мы на нашей стороне

Когда-то давно, кажется, еще во времена Древнего Рима, Азирафаель получил задание: при дворе Калигулы творились страшные вещи, и его сестра, прекрасная Друзилла, уже не могла сдерживать безумие брата хоть в каких-то рамках. Азирафаель должен был проследить за тем, чтобы она сама не поддалась другой стороне. В случае необходимости Друзилла должна была принять мученическую смерть, чем по итогу и кончилось. Но было во время этого задания нечто, что застало Азирафаеля врасплох. Конечно же, всему виной был его демон. Присутствие Кроули он почувствовал как только оказался возле широкого балкона, на котором Калигула пировал со своими приближенными. Не ожидая увидеть ничего необычного за трапезой императора, ангел вошел на балкон, гадая, чем же при дворе Калигулы мог заниматься его демон. Но то, что он увидел, заставило Ангела замереть на месте, едва не выдав себя. На каменном полу среди складок шелка и вороха подушек сидел Гай Кесарь Калигула. Руки его еще несколько часов назад были в крови его родной сестры, которую он убил во время одного из своих приступов безумия. А теперь они лежали на умопомрачительной красоты теле. Теле его демона. Император поглаживал смуглую бархатную кожу, целовал шею, а Кроули льнул к нему, откинув голову на плечо и прикрыв от удовольствия свои невозможные янтарные глаза. Патриций, ожидавший своей очереди войти в трапезную, подтолкнул примерзшего к полу ангела, принуждая посторониться. И Азирафаель сел на ближайшую подушку, не в силах отвести взгляд от этой сцены. Она была... омерзительна в своей порочности. Или нет?.. - Подожди, мой... хороший... – повторил ангел, заглядывая в змеиные глаза. Как могло ему казаться, что у этих глаз нет выражения?.. Сейчас он читал в них как в открытой книге. Кроули не просто желал его, в его глазах была мольба. И нежность. И... замешательство?.. Азирафаель опустился на колени и осторожно расстегнул ремень, а затем и сами джинсы, высвобождая эрегированный орган любимого темного существа. Кроули свистяще вдохнул и осторожно дотронулся пальцами до затылка Азирафаеля, не отрываясь глядя в его глаза. В них, казалось, отражалось небо. Но сами небеса не представляли, что сейчас собирается сделать их представитель. Или нет?.. А собственно, Азирафаель и не собирался. Он медленно приблизил свои пухлые губы к истекающему смазкой члену Кроули и осторожно прикоснулся. Приоткрыл рот. И демон увидел, как розовый язык ангела несмело касается его плоти. Кроули задохнулся от этого зрелища и зашипел, рефлекторно высовывая раздвоенный язык. Азирафаель замер. Он не помнил такой реакции, ни разу. Да-да. Тот раз в Риме был первым, но не единственным. Хотя Кроули не знал о других, по крайней мере Азирафаель на это раньше очень надеялся. Сейчас же ему было плевать. - Я... что-то не так?.. – испуганно. Кроули моргнул, пытаясь понять, что тут вообще может быть ТАК. Но потом сообразил. И улыбнулся... нежно?.. - Сладкий мой, - тихо, с улыбкой. – Ты когда-нибудь раньше делал что-то такое?.. - Нет, - Азирафаель опустил глаза. Кроули провел кончиками пальцев по его подбородку, коснулся губ, потом сел на пол напротив него и взял за руки. - А тебе?.. - Мне?.. – Азирафаель снова посмотрел в янтарные глаза напротив. – Ты шутишь, Кроули? Я же ангел! - То есть ты... никогда?.. Совсем?.. - Нет! – возмущенно. - Подожди. Ты же бывал на оргиях. Тогда, в Риме... И, кажется, во Франции при Людовиках. И у Габсбургов на том приёме, когда... И... никогда?.. Серьёзно?.. Сам того не зная, Кроули перечислил все те бережно хранимые в памяти ангела «порочные» эпизоды, когда, по возможности скрытно, Азирафаель позволял себе... наблюдать за ним. Запоминать. И... и всё! Или нет?.. Впервые оказавшись совсем рядом со своим демоном, занятым, в сущности, обычным для демона делом – искушением и соблазнением невинных и не очень – Азирафаель понял, насколько же сильно он влип. Разумеется, на земле и раньше бывало, что ему приходилось присутствовать так или иначе поблизости, если какой-то из представителей Той стороны выполнял очередное поручение. Но никогда это не вызывало у ангела такой реакции. Никогда раньше и ни разу – с другим демоном. Но Кроули... Стоило Азирафаелю только увидеть его и почувствовать его особый запах, разлитый в воздухе наподобие сильнейших афродизиаков, как с телом ангела начинали происходить совсем уж неправильные вещи. Кровь стремительно приливала к паху, со всеми вытекающими последствиями. Твердеющие соски под несколькими слоями жесткой и колючей ткани доставляли особенно сильный дискомфорт, а прикосновение к ним вызывало учащение и без того бешеного сердцебиения и... да. Ему до дрожи в коленях хотелось оказаться на месте партнера Кроули. Любого. В любой позиции. Лишь бы... На этом месте Азирафаель всегда решительно обрывал свои мысли. Или нет?.. В конце девятнадцатого века Азирафаель был приглашен кайзером Францем Иосифом в качестве гостя в загородный дом в окрестностях Вены, и Азирафаель оказался совсем рядом с охотничьим домиком его супруги, Елизаветы Австрийской. Франц Иосиф изливал душу своему старинному другу, жалуясь, что его супруга, «его ангел Сиси», совершенно не желает с ним общаться после того, как почувствовала себя плохо в саду. Император подозревал, что его супруга попала под дурное влияние своего доктора Кроули. И Азирафаель был с ним совершенно согласен. Но это было одно из проваленных ангелом заданий. Потому что, почувствовав волны знакомого запаха, Азирафаель остановился в саду перед домиком. Покои Елизаветы имели большие окна, и, скрытый огромным кустом цветущего рододендрона, ангел мог видеть, как Кроули диктует несчастной женщине очередные стихи Генриха Гейне, которые тот написал, будучи уже по ту сторону жизни. Ад всегда гордился тем, что большинство гениев после земной жизни оказывались у них, не стесняясь использовать этот аргумент в спорах. Но Кроули, будучи во всем демоном необычным, умудрился при помощи стихов великого поэта найти подход к строптивой императрице. Остекленевший взгляд Элизабет говорил о том, что не зря Азирафаель почувствовал в воздухе дурманящий запах, больше всего похожий на запах хорошего кофе пополам с горьким шоколадом. Его запах. Желая досконально разобраться в кознях, которые демон строил прямо у него под носом, Азирафаель подкрался ближе к окну, скрытый буйно цветущими кустами. Как он впоследствии понял, это и было его ошибкой. Азирафаель не учел, какое влияние имеет на него этот невыносимый Кроули. Отвлекшись на то, чтобы пройти по рыхлой земле поближе к приоткрытому по случаю жары окну и не запачкать щегольские ботинки, ангел оказался совершенно не готов к той удушающей и опаляющей его нервы волне, которая всякий раз поднималась в нем, мешая здраво мыслить, лишь стоило его демону оказаться поблизости в определенном состоянии. Ангел посмотрел в окно и подавился вдохом. Прекрасная Элизабет сидела на столе, откинув голову назад. Она обнимала за шею демона, склонившегося над ней. Кроули целовал ее шею, и от каждого движения его бедер Сиси тихо вздыхала. Азирафаель почти не видел саму женщину за ворохом юбок и бумаг, в окружении чернильниц. Зато он отлично видел и чувствовал своего демона. Томление в паху становилось нестерпимым, и ангел позволил себе расстегнуть ширинку. Он сжал рукой свой требующий внимания орган и едва не застонал, нарушая тишину сада. Азирафаель и сам не понял, в какой момент он позволил себе увлечься происходящим настолько, чтобы начать двигать рукой на своем стоящем члене в такт движениям демона. Их с Кроули разделяло всего несколько метров, но Кроули его не замечал, увлекшись прекрасной Элизабет... Или нет?.. Сиси задрожала в объятиях своего любовника, все-таки издав сдавленный стон, прозвучавший в тишине слишком громко. Кроули толкнулся в нее резко и глубоко и вскинул голову, встретившись глазами со своим ангелом. Волна оглушительного оргазма выбила почву из-под ног ошарашенного Азирафаеля, он упал на колени, жадно хватая ртом воздух. А когда поднялся, Кроули и Элизабет уже покинули кабинет императрицы. Только запах его демона будто застрял в носу, не желая отпускать бедного вконец запутавшегося ангела.