Яд

Шерлок Холмс медленно поднял глаза со своих колен, он был ошеломлён, сбит с толку. Его тонкие руки были прикованы наручниками к металлическому столбу, который был прикреплен болтами к центру пустой комнаты, напоминавшей подвал. Бетонные стены были грубые, темно-серого цвета. В комнате были две двери. Одна перед Шерлоком, другая слева от него. Его зрение сильно затуманилось, а голова ужасно болела. Где он был? — Привет… — тихо промурлыкал голос из угла, тяжёлый ирландский акцент искривил гласные. — Наконец-то ты очнулся. Мориарти мрачно усмехнулся и покрутил брелок с ключом вокруг указательного пальца. Его забавляла беспомощность Шерлока. Холмс откашлялся. Воспоминания хаотично закружились в его голове. Крыша. Мориарти. Всё пошло не по плану. Не по одному из двенадцати предполагаемых сценариев. — Дорогой, если ты хочешь, чтобы твои друзья остались целы, тебе придется пожертвовать собой… Нет, не жизнью, красавчик. Будет жалко потратиться так напрасно, не находишь? Ты пожертвуешь всем остальным. Ты пойдешь со мной и тогда они останутся в живых. Раздался отдаленный шум и Шерлок безошибочно определил, что это было. Лопасти вертолета. Он не позволил панике охватить его, когда всё вышло из-под контроля. Он был уверен, уверен что слова Мориарти ранее подразумевали его буквальное падение, а не полет. Шерлок Холмс совершил ошибку. — Ну что, Шерлок, ты принял решение? — Джим знает, что ему не нужно спрашивать. Ответ очевиден. Шерлок просит лишь один звонок, а затем всё кончается. Телефон летит в сторону, чужие руки тянут его от края крыши. Глаза проходящих мимо прикованы к зданию. Нельзя поддаваться отчаянию. Нельзя поддаваться страху неизвестности. Шерлок оборачивается и тонет в омуте черных глаз. Настолько темных, что зрачок сливается с радужкой. И ему страшно. Страшно оставлять свой дом, оставлять свою жизнь, оставлять своего лучшего друга. Но пути назад больше нет. И, кажется, никогда не было. Последнее, что чувствует Шерлок, это шприц в своей шее и падение в чужие руки. Потом только мрак. — Где мы? — он хрипит и снова кашляет. Хочется пить. Он пытается найти ответ на свой вопрос только по одному лишь помещению и по силуэту Джима, но всё вокруг совершенно ни о чём не говорит. Кроме того, что попал. Но он жив, а это значит, Мориарти не собирался убивать его. По крайней мере быстро. Холмс щурится, пытаясь присмотреться. Джеймс выходит на свет, рассматривая детектива с интересом, свойственным безумием. — Вау, такой враждебный взгляд, Шерлок. Я весь дрожу, — говорит он, склонив голову в бок.— В чём дело, тебе настолько некомфортно? — он медленно присаживается на корточки, заглядывая детективу в глаза. Тот отвечает на этот взгляд. — Что ты собираешься делать? — прошептал он, стараясь говорить ровно.  — О, я не знаю, — беззаботно пробормотал Мориарти. — Может, прострелю тебе коленную чашечку… Или плечо. Может, выковыряю один из твоих проницательных глазок и оставлю на память, может, брошу здесь на несколько дней… Столько вариантов, не заставляй меня выбирать. Столько способов сломать тебя. — Вот как, — сухо ответил Шерлок, явно не испуганный и не впечатленный. — Что, не достаточно весело для тебя? Ты продолжаешь меня восхищать, — хихикнул Джеймс, осторожно проведя большим пальцем по губам Шерлока. — Укушу, — тихо говорит Холмс. Мориарти смеётся, но палец всё же убирает. Правда ненадолго. Он достаёт из кармана брюк влажные салфетки и педантично протирает руки, перед тем как надавить пальцем на губы Шерлока. — Не упрямься, дорогой, открой рот. Или мне запихнуть тебе в горло пистолет? Холмс с секунду медлит, а потом слегка размыкает губы, не сводя с Мориарти испепеляющего взгляда. Джеймс проводит пальцем по ряду ровных зубов, потом слегка надавливает на язык. Не долго думая, запихивает Шерлоку в рот два пальца, указательный и средний, проверяя. Удивлённо вскидывает брови и надавливает на язык. Всё ещё ничего. — Надо же, Шерлок, тебе не повезёт, если тебя отравят, — задумчиво говорит Джеймс, убирая пальцы и замечая как между ними и ртом Шерлока повисает ниточка слюны. Он размазывает её по губам Холмса. — Совершенно никакого рвотного рефлекса. — заканчивает он с интересом. — И зачем это было? — Шерлок смотрит, всё так же хмурясь. Он всё ещё пытается найти в действиях Джеймса хоть какую-то последовательность и логичность. — Просто так! Ты ещё не понял, дорогой? Я могу и буду делать с тобой всё, что мне только в голову придёт. Но не прямо сейчас. Сейчас довольно поздно, — он ухмыляется, наблюдая, как Шерлок отчаянно пытается угадать хотя бы время. — Добрых снов, Шерлок. Мориарти поднялся, зачем-то потрепал Шерлока по голове и направился к двери. Она открылась по нажатию кода на панели, но Шерлок не смог увидеть его, мог лишь предположить, по лёгкому движения локтя, что это «359». Дверь открылась, но за ней был лишь такой же серый коридор, как и эта комнатка. Совершенно никаких подсказок. Холмс не стал останавливать Мориарти, не стал ничего говорить. Ему нужно было подумать. Прошло приблизительно двенадцать часов, с тех пор как Шерлок очнулся в этом месте. Он не смог сомкнуть глаз, даже когда попытался дать разуму и телу немного отдыха. Его бледные запястья практически кровоточили от наручников, руки сильно затекли и онемели. Ну, это хотя бы притупило боль. Колени тоже болели от постоянного соприкосновения с твердым полом. Но он понимал, что это лишь мелочи, предшествие перед теми пытками, через которые он может пройти в будущем. В какой-то момент он даже представил, как сейчас сюда ворвутся люди Майкрофта и всё это кончится, не успев толком начаться. Как его освободят и отвезут в Лондон, как он вернётся в свою любимую квартиру, как Джон назовёт его идиотом за то, что он посмел так рискнуть. И всё снова будет в норме. Так наивно, так глупо. Шерлок попытался сконцентрироваться и вернуться в реальность, когда услышал звук открывающейся двери. Он поднял опущенную до этого голову и уставился потемневшим взглядом на Мориарти. — Доброе утро, дорогой. Как ты спал? — Великолепно, — съязвил Шерлок. — Давно так не высыпался. — Пить хочешь? — поинтересовался Джим, прерывая его. Он явно не собирался шутить вместе с Холмсом, начиная собственную игру. — Или спать больше? Шерлок не заметил, как его тяжёлые веки закрылись, на краткое мгновение. — Спать, значит, — спокойно продолжил Мориарти, усевшись перед Шерлоком так же, как и вчера. — Что же, это легко исполнить. Просто попроси. Шерлок недоверчиво вскинул брови. Это что за проверка? Хочет узнать, способен ли Шерлок попросить? Или умолять придётся? — Давай, — продолжил Мориарти. — Что бы ты сделал, чтобы хоть ненадолго освободиться из этой неудобной позы? — он взял Шерлока за подбородок, приподняв его голову, которую он сам держал с трудом после бессонной ночи. — Чего ты хочешь? — парировал Шерлок. — Опять запихнуть пальцы мне в горло? — Я над этим подумаю, — серьезно заметил Джим, сдерживая ухмылку. — Если попросишь, я сниму наручники. У тебя будет десять минут чтобы пойти в ванную и сделать всё, что посчитаешь нужным. Шерлок выдавил ухмылку: — И что мне помешает наброситься на тебя? — Поверь, ты не захочешь этого делать. А ещё, — он сжал подбородок Шерлока. — Ты измождён. Сейчас даже один на один я уложу тебя на лопатки. Шерлок проглотил то, что казалось желчью, поднимающейся к его горлу. Если он собирается остаться в живых и сбежать отсюда, ему придется подыгрывать Мориарти. — Пожалуйста… сними с меня наручники. — А теперь всё то же самое, только с моим именем на конце. — Пожалуйста, Мориарти? — Первым именем, сладкий. Брови Шерлока дернулись, он приложил все силы, чтобы оставаться совершенно беспристрастным. — Пожалуйста, сними с меня наручники, Джим. — Только потому, что ты такой милый, — удовлетворённо сказал Мориарти, наклоняясь к уху Шерлока. Шерлок выдохнул, кажется не выдержав. — Просто… выпусти меня. — Расслабься, — пробормотал Мориарти, возясь с ключом, чтобы открыть наручники. Шерлок тут же притянул запястья к себе, сжимая то одно, то другое, пытаясь притупить боль. — Десять минут. — напомнил Джим, поднимаясь на ноги и отходя на несколько шагов назад. Шерлок вошел в маленькую, но аккуратную ванную, которая была за второй дверью. У него были две догадки изначально: либо за этой дверью действительно ванная, либо комната с пыточными принадлежностями. И он был очень рад, что оказался прав в первом. Закончив свои дела и смыв кровь с растертых рук, он огляделся и оценил своё состояние. Синяки на ногах, ноющие руки и, кажется, потянутые мышцы. Не ужасно, но могло быть и лучше. Под его обычно яркими глазами были темные круги, да и вообще вид был примерно таким же, как когда он возвращался из очередного притона в худшие времена. Он почувствовал, как волна эмоций захлестнула его, когда он склонился над белой раковиной. Его десять минут почти истекли, вскоре он снова будет прикован наручниками к столбу непонятно на сколько десятков часов. Шерлок никогда не был терпеливым, он жаждал разгадок здесь и сейчас, и он уж точно не собирался строить из себя примерного пленника. — Поторопись, Шерлок! — крикнул Мориарти через дверь. Шерлок знал, что поступил правильно. Это был единственный способ обезопасить всех, даже если это означало полную неизвестность и опасность. Шерлок открыл дверь и зашёл обратно в свою «камеру», мысленно готовясь к боли только начавших нормально функционировать рук. Мориарти смотрел на него с лёгкой растерянностью, будто не ожидал увидеть, но ничего не говорил. Шерлок тоже молчал, он вернулся на своё прежнее место на полу и в этот раз сел, скрестив ноги, чтобы колени больше не пострадали. Он не мог поверить, что добровольно позволял Мориарти надеть на себя наручники. Он закрыл глаза и медленно выдохнул. Он ждал болезненного щелчка, который означал бы, что он снова связан, но этого не произошло. Вместо этого он почувствовал, как рука осторожно касается его плеча. — Что ты делаешь? — спросил он, нахмурив брови, пытаясь понять скрытый мотив. Мориарти не ответил, предпочел сесть рядом с ним. Он снял пиджак и закатал рукава. Шерлок решил, что у Мориарти, должно быть, испортилось настроение, и он собирался непременно сорваться на детективе. Надо будет прикрыть голову. Мориарти как-то странно вздохнул и схватил Шерлока за руки, чтобы притянуть его ближе. Шерлок попытался вывернуться, но у него была удивительно сильная хватка. — Не двигайся, — спокойно сказал Мориарти, глядя на чужие руки. Он потянулся одной рукой куда-то за Шерлока, притянув к себе маленькую сумку. Надо же, Шерлок был настолько рассеян, что даже не заметил её, когда вернулся в комнату. Холмс напрягся, ожидая чего угодно, кроме того, что вытащил Мориарти. Ни средневековых орудий пыток, ни лезвий, просто марля и средство дезинфекции. — Почему ты… — не смог сдержать любопытство Шерлок. Мориарти приложил палец к своим губам, чтобы донести мысль. Он взял марлю и начал осторожно перевязывать царапины Шерлока. Его пальцы — те, которые, причинили столько боли другим — были нежными и осторожными. Шерлок инстинктивно вздохнул с облегчением.  — Должно быть, это доставило тебе немало неудобств, Шерлок, — тихо сказал он. Что-то было… не так. — Я надену наручники обратно, так нужно. Но будет не так неприятно. Шерлок недоверчиво наблюдал за действиями Джеймса, мысленно пытаясь поставить ему диагноз. Потому что эти резкие перепады настроения не были ничем хорошим и совершенно точно не могли присутствовать у здоровых людей. — Теперь пора поспать, — глаза Мориарти выглядели почти… грустными. И вот это уже было действительно страшно. Внезапно сонливость как рукой сняло, но было поздно. Зрение Шерлока сильно затуманилось, когда он вцепился в плечо Мориарти для поддержки. Опять чёртов шприц. Все стало тусклым и медленным, лицо Мориарти выглядело мрачным, когда он смотрел, как Шерлок со стоном рухнул на пол. Мир кружился, он был перевернут вверх дном. Мориарти наклонился над ним, рассматривая. Он то ли улыбался, то ли кривился. Темнота. Голос Майкрофта был строгим. Резкий тон заставил Шерлока открыть глаза. — Брат мой. Нам есть что обсудить. Шерлок оттолкнулся от пола и попытался восстановить равновесие, всё кружилось и было в дымке. — Майкрофт? Что, черт возьми, ты здесь делаешь? — С сожалением сообщаю тебе, — начал Майкрофт. — Что время это далеко не тот ресурс, которым ты располагаешь. Ты должен сбежать, Шерлок.  — Как? Джим, он… Если я сбегу, он наверняка доберётся до Джона и остальных. — Чувства, — с усмешкой заметил Майкрофт. — Сантименты тебе не помогут. Вспомни Рыжую Бороду. — Не заставляй меня вспоминать об этом, — простонал Шерлок, весь его мир содрогнулся. Его подсознание было куда более восприимчиво к подавленной травме. — Почему нет? Ты дурак, Шерлок. Дурак, ослеплённый ненужной любовью к своим друзьям. Ты должен спасти себя, пока не стало слишком поздно. Шерлок попытался устоять, хотя казалось, будто он в центре водоворота. — Возможно, в этом мое преимущество перед тобой. Ты… машина, Майкрофт. Ты не поймёшь. Майкрофт ударил зонтиком пол, его холодные глаза смотрели вниз на брата. — Они не идут за тобой. Они не спасут тебя! — прорычал он. — Он прав, ты знаешь, — прошептал тихий голос. — Тебе следует послушать своего брата, Шерлок, — это была Молли. — Ты под веществом, Шерлок. Тебя чем-то накачали. Проснись. — Я… я пытаюсь… — Плохо пытаешься! Открой глаза! — раздался непривычно резкий голос Лестрейда. — Я сделаю вам чай, Шерлок. Просто откройте глаза, — произнесла миссис Хадсон. — Очнитесь, детектив, — сказала Адлер приказным тоном. — Проснись, — пробормотал Джон, подходя ближе. — Просыпайся, это все, что я прошу. Тебе нужно вернуться в реальность. Ты знаешь, что должен. Спать опасно. Шерлок задыхался. Все окружали его, просили проснуться, но не могли подсказать как. Как он должен был очнуться от этого кошмара? Проснись. Проснись. Проснись. Шерлок внезапно очнулся от ощущения руки, убирающей темные кудри с его лица. У него болела голова, его запястья снова были скованы. Однако, к его удивлению, повязки помогли. Теперь всё было иначе, он мог двигаться. К наручникам была прикреплена цепь, а сами руки были спереди. У него было семь или восемь футов пространства для передвижения. И, конечно же, рука Мориарти была в его волосах. — Что ты делаешь? — в замешательстве спросил Шерлок, садясь с небольшим усилием. — Почему, точнее.  — Потому что я могу. Не забывай об этом, Шерлок. Я могу делать с тобой всё, что мне угодно. И потом… у тебя красивые волосы. — Мориарти усмехнулся. Шерлок молча отвёл взгляд. Он не знал, что сказать. Как вообще реагировать на комплименты из уст этого человека? — Почему ты накачал меня наркотиками? — спросил он. — Ты бы предпочел, чтобы я избил тебя до потери сознания, чтобы ты выспался? Шерлок хмуро посмотрел на Джима. — В любом случае, — продолжил Мориарти. — Мне нужно, чтобы ты отправил кое-какое сообщение. — Кому? — Шерлок вскинул брови. — Джону. Дыхание перехватило. Какую игру затеял Джим? Это провокация? Что он вообще может сказать Джону сейчас? Шерлок предполагал, что придется скорее писать Майкрофту. Мало ли, вдруг МИ-6 дышит Мориарти в спину. Шерлок смотрел в пол. Он думал. Да, думать — это единственное, что он мог сейчас делать. И он решил, что пожалуй действительно может… отправить сообщение. Шерлок протянул руки, забирая свой собственный телефон из рук Мориарти. Контакт Джона уже был открыт. Сердце Шерлока сжалось, когда он увидел многочисленные входящие звонки и сообщения. Это было так бессмысленно, а Джон продолжал пытаться. Шерлок на мгновение прикрыл глаза и, воспользовавшись тем, что Мориарти сейчас отвлечен на собственный мобильный, набрал только два слова. «Ватиканская камея.» Это было бессмысленно, но это бы убедило Джона, что это Шерлок, что он жив. Шерлок быстро нажал «отправить», а затем «удалить сообщение» из своего диалога. — Что мне напечатать? — спросил он у Джима. Мориарти покачал головой, осторожно забирая телефон из рук Шерлока. — Я знаю тебя, Шерлок. Я знаю тебя так хорошо. — Что ты… Мориарти громко рассмеялся. — Ты правда думал, что я бы позволил тебе самому что-то отправить? Повёлся на эти сопливые входящие? Это не настоящий контакт. Но знаешь, твоё грустное личико того стоило. Думаешь, я идиот?! Шерлок оказался прав, это была провокация. Но чего ради? Он попытался отодвинуться, замечая, как Джим теряет контроль. — Мориарти, я… — Ответ нет! Шерлок вздрогнул, в ушах зазвенело от этого вскрика. — Чего ты ожидал? — выпалил детектив. — Я бы сказал, что ты был идиотом, поверив мне хоть на секунду! Мориарти замолчал, услышав эту насмешку. Его пальцы сжались в кулаки, дыхание прерывалось. В этот момент Шерлок понял, что совершил ужасную ошибку. Джим резко пнул Шерлока ногой в солнечное сплетение, тот судорожно выдохнул, хватаясь за грудь. Немного выше и Мориарти мог перебить ему трахею. Шерлок поднял руки в слабой попытке защитить себя, но не смог заблокировать ни одного удара, которые приходились на его живот и спину. Однако Мориарти бил практически с педантичной точностью, наслаждаясь этим. Больно, но не приведёт к серьезным последствиям. — Д…Джим, — выдохнул он, наконец очнувшись от шока первого удара. Мориарти остановился и присел на корточки, дернув Шерлока на себя за цепь, тот тихо застонал, вытянув руки. — Молодец, что прикрыл личико, было бы жалко разбить, — холодно произнёс Джеймс, уставившись на Шерлока. — Попробуй начать умолять и, возможно, я передумаю делать то, что собрался. — Зависит от того, чего ты хочешь. — Дело не в том, чего я хочу, Шерли, — он чуть смягчился. — Дело в том, что нужно сделать, чтобы тебя сломать. Мориарти накрутил цепь на кулак, не давая Шерлоку отдернуться от него. А потом поднёс два пальца к его губам. — Давай, милый. Попроси у меня прощения. Шерлок с секунду испепеляюще смотрел на Мориарти. Продолжение избиения было последним, что ему нужно. Он медленно приоткрыл рот, позволяя пальцам втолкнуться в горло. Опять глубоко и опять без сопротивления естественных рефлексов. — Ну-ну, не так пассивно, почему я должен всё делать сам? — проворковал окончательно успокоившийся Джим. Шерлок понятия не имел, на кой чёрт этот ненормальный вообще делал это, но ему пришлось поддаться и провести языком между чужих пальцев. Потом обхватить губами, подавшись вперёд. Он выпускает пальцы изо рта полностью и проводит по ним языком, перед тем как вобрать обратно, до основания. Джим завороженно наблюдал за ним и, кажется, мог бы просидеть так вечность. Он слегка наклонился и заглянул в глаза Шерлока. Тот нехотя выдерживает зрительный контакт. Глаза у Шерлока сейчас тёмные, почти синие. Мориарти отпускает цепь и проводит пальцем по кадыку детектива. Тот пытается что-то промычать, это проходит приятной вибрацией по пальцам. Джим убирает руку и улыбается, кивнув. Шерлок нехотя сглатывает. — Хорошо. Я тебя прощаю. А потом Мориарти опять делает что-то столь неожиданное, что Шерлок удивлённо распахивает глаза. Он медленно проводит языком по своим пальцам, по оставшейся на них слюне. И это так странно, так показательно, так интимно, что Шерлок слегка отшатывается и чувствует жар в лице. Мориарти поднимается на ноги и уходит к двери. Он бросает последний взгляд на Шерлока, вытирающего губы рукавом рубашки. С секунду мужчина внимательно смотрит на Шерлока, будто думая что-то сказать, но после просто отворачивается и запирает за собой дверь. Прочь. Из. Моей. Головы. Ричард вцепился пальцами в раковину, его плечи дрожали. Ричард Брук. Талантливый актёр. Когда-то у него было всё, о чём он мечтал. Он занимался любимым делом, работал, у него были те, кого он любил. Но счастье не может длиться долго, не так ли? Так же как оно не может абсолютно. У Ричарда был секрет. Самый тяжёлый, давящий, убивающий его. Он был Джеймсом Мориарти. Всё начиналось так же, как и обычно. Детская травма, травля в школе. Это становилось невыносимо, маленький Ричи не мог справляться с этим сам. Не мог выдержать издевок Карла Бауверса. И Джим заставил его замолчать. Навсегда. А потом это начало повторяться всё чаще. Сперва раз в год. Потом раз в месяц. А потом сам Ричард начал пропадать на месяца. Иногда он приходил в себя в неизвестных офисных зданиях, в костюмах, которых у Ричарда, предпочитающего мягкие футболки и кардиганы, никогда не было. Это было безумием. Он не знал, что именно делал, но знал, что это были нехорошие вещи. Страшные. Иногда он чувствовал, будто за ним следят всюду, куда бы он не пошёл. Настойчиво охраняют от всего, что может угрожать. У Мориарти было много сообщников, а врагов ещё больше, безопасность тела, которое он делил с этим театралом, была необходима. И вот всё скомкано. Внезапно Ричарда знают, но не как себя. Он во всех новостных лентах под именем своего альтер эго и его ищет полиция. Ищет британская разведка. Ищет детектив, по имени Шерлок Холмс. И он, чёрт возьми, находит. Ричард напуган, он показывает детективу бумаги, показывает удостоверение своей личности, но тот не верит ни единому его слову. В глазах Шерлока раздражение, почти ненависть, а ещё столько интриги, столько интереса… Безумный коктейль, от которого у Ричарда начинает кружится голова, потому что он никогда не чувствовал ничего подобного, особенно так быстро. Шерлок встряхивает его и он теряет дар речи, цепляется за его руки и пытается доказать что он говорит правду. Но всё тщетно. Ему приходится сбежать. А потом он приходит в себя в неизвестной серой комнате, он видит Шерлока, вышедшего из-за двери. Видит его травмированные запястья и измождённый вид. Что он наделал? Где они? Ответ находит его сам, когда он выходит из комнаты и поднимается наверх. Он уже просыпался здесь раньше, это была одна из баз Мориарти в пригороде Лондона. Сегодня, с виду, она пустовала, хотя до этого он мог встретить здесь некоторых людей. Поднявшись в комнату, которая должна была быть офисом Мориарти, он наткнулся на открытый ноутбук с файлом и своим именем на нём. Ну конечно этот сукин сын всё предусмотрел… Правда, это был первый раз, когда он вышел на контакт. С замиранием сердца Ричард нажал на файл. «Так, эта штука работает? Отлично. Приветик, Ричард! Если ты сейчас это смотришь, значит либо уже знаешь, что происходит, либо не совсем. Зависит от того, насколько быстро ты решишь вылезти обратно на свет… Думаю, ты уже прекрасно понимаешь, что та жизнь, которую ты так отчаянно пытался вести все эти годы, окончена. Теперь в глазах общественности ты — опасный преступник. Только давай без истерик, папочка не в настроении… Глубоко вдохни, выдохни, и прими реальность такой, какая она есть. Если ты спустишься вниз, на минус первый этаж, то в последней двери по коридору обнаружишь Шерлока Холмса. Он мой пленник и я запрещаю тебе подходить к нему, разговаривать с ним и так далее. Ты понятия не имеешь, чем я здесь занимаюсь, но ситуация изменилась, поэтому я предоставляю этот компьютер в твоё распоряжение. Там будет вся информация, которая прояснит ситуацию. Ты не глупый человек, Ричард, в конце концов мы делим один мозг, просто используем его по разному. Поэтому, я уверен, что тебе хватит интеллектуальных способностей прислушаться ко мне. Оставайся на этой базе, здесь ты в безопасности, здесь есть всё необходимое для комфортной жизни. Я не собираюсь и дальше нянчиться с тобой, поэтому не рассчитывай на продолжение взаимодействий и не лезь на мою территорию. Это чревато путаницей. Если мне понадобится что-то тебе сказать, поверь, ты об этом узнаешь. А теперь расслабься и наслаждайся спокойствием и безопасностью. Это была сумасшедшая пара дней.» Видеозапись оборвалась, Ричард ещё минуту сидел, не шевелясь, пытаясь осознать всё, что свалилось на его плечи. Затем он придвинул компьютер ближе к себе. Настал час хоть немного прояснить картину.