Мистер и миссис Локсли

В штаб-квартиру центрального разведывательного управления (ЦРУ), находящуюся в округе Фэрфакс, штат Вирджиния, в 13 км от Вашингтона, входит американская шпионка, искательница приключений, укротительница зла, харизматичная соблазнительница, от которой без ума все мужчины и, чего уж скрывать, многие женщины тоже. Но главное в жизни этой девушки вовсе не людские утехи, поиск отношений и даже не спокойная жизнь в каком-нибудь тихом городке, а её работа. ЦРУ занимается любой потенциальной угрозой на границах, борьбой с терроризмом и контрразведкой. Реджина Миллс — это человек, который живёт работой, отдаётся ей целиком и полностью, каждый раз погружаясь в миссии с головой, всегда стремится достичь новых, всё более высоких вершин и берётся за любое дело без страха, с никогда не угасающей искоркой в кофейных глазах. Работа, зачастую переполненная адреналином и постоянный риск, возникающий в ходе упорной борьбы с „тёмными силами”, являются её страстью и ничего, кроме работы и любимого сына, в её жизни нет и — она была уверенна в этом, как ни в чём другом — быть уже не может. Реджине, как работнику национальной тайной службы, запрещено довольно-таки многое. К примеру: использовать сотовый на работе, иметь связи с иностранцами, разглашать детали работы. Так же каждый год ей приходится проходить детектор лжи и обязательный медицинский осмотр. Ну, и без стабильных как умственных, так и физических тренировок Конечно же не обойтись. Если со всеми вышеперечисленными пунктами, лишь временами доставляющими некоторые неудобства и каплю раздражения, амбициозная брюнетка еще могла смириться, то с тем, что ей приходится лгать о своей деятельности (нужно заметить, это делается для его же блага) важнейшему человеку в жизни — её сыну Генри — она уживалась с трудом, каждый раз с щемящей болью в сердце придумывая новую, совсем далёкую от правды, историю о том, куда на этот раз её пригласили заняться дизайном дома, сада, беседки... и чем там ещё занимаются ландшафтные дизайнеры. Сейчас Реджина шагала от главного входа громадного здания прямиком в офис своего начальника, отстукивая каблуками торопливый ритм по мраморному полу, что нарушал тишину, эхом отдаваясь от толстых прочных стен. Шпионка зашла в лифт, нажала блестящую кнопку с цифрой нужного ей этажа и, повернувшись к зеркальной стене, взглянула на отражение, оценивая свой внешний вид. Одеваться девушке пришлось в спешке, потому что директор центральной разведки, который также выступает главным советником президента США по вопросам разведывательной деятельности, решил прервать её утреннюю трапезу, наконец проходившую в стенах родного дома, своим звонком, потребовав срочно прийти на рабочее место. Сейчас брюнетка разглядывала свою наспех надетую черно-угольную юбку, почти достающую до колена, с разрезом на боку и классическую, как всегда идеально выглаженную, белоснежную блузку, верхние пуговки которой намеренно не были застёгнуты, из-за чего открывался вид на высокую грудь. На привлекательных ногах, скрытых едва заметным капроном бежевых чулков, красовались обыкновенные черные лодочки на неизменно высоком каблуке. Яркий, привычный Реджине макияж, что, кажется, иногда служил бронёй, в нужный момент скрывая от окружающих эмоции, которые могли отразиться в тёмных, цвета лесной коры, глазах, завершала излюбленная помада винного цвета. Брюнетка, обнажая белые зубы, хищно улыбнулась своему отражению и, в ожидании, когда лифт приедет на нужный ей этаж, поправила чернильного оттенка волосы, которые удивительно быстро успели отрасти и сейчас уже достигали плеч. Когда из динамиков лифта наконец послышался писк, извещающий о том, что он справился со своей работой и успешно доставил клиента до назначенного этажа, развернувшись, шпионка миновала распахнувшиеся перед ней с тихим, характерным им шумом, железные двери, вновь ступая на мраморный пол. — Реджина, — вдруг окликнул женщину знакомый голос, и она обернулась, когда к ней почти подбежала блондинка невысокого роста, чьи лёгкие весёлые кудряшки, на скорую руку заколотые заколкой на затылке, растрепались и небрежно спадали на плечи. Она одернула край чёрной офисной юбки и подняла зелёные глаза на женщину, которая, кинув взгляд на серебряные наручные часы с кожаным ремешком, досадно подметила, что уже опаздывает. — Да, Тинк, давай побыстрее, — ответила Миллс своей подруге. Конечно, не сказать, что они прямо-таки подруги, но временами девушки встречались, что-нибудь обсуждали или коротали вечер в компании друг друга и бутылки дорогого алкоголя, что, казалось, никогда не заканчивался и всегда имелся у Реджины в мини-баре на её просторной кухне. — Я думала, у тебя сегодня выходной, ты же вчера только с задания, разве нет? — заинтересованно проговорила блондинка. — Меня Роберт вызвал, сказал, что-то срочное. Прости, мне пора, — брюнетка уже развернулась и собралась уходить, но её внимание вновь привлёк голос Тинкербелл: — Сегодня какой-то новенький из ФБР приехал, он тут с Робертом ходил. — Хмм, интересно, что это вдруг ФБР забыло здесь? — Миллс задумчиво глянула на зеленоглазую девушку, стоявшую перед ней и тут же опомнившись, попрощалась и поспешила к кабинету Голда. «И правда, что такое могло произойти, из-за чего ФБР удостоили нас своим визитом?» Раздумывая над собственным вопросом, брюнетка направилась по уже много лет знакомому коридору, вдоль которого размещены комнаты различных сотрудников, а в центре помещения, куда он вёл, стояли рабочие столы, за которыми сидели люди, все, как один, уставившееся в свои компьютеры и обложенные кучей разнообразных гаджетов, искали угрозы на внешних границах. Реджина завернула и попала в другой коридор, но уже с непробиваемыми стеклянными стенами, благодаря которым можно было разглядеть внизу территорию парковки, принадлежавшую зданию и лесную зону, с качающимися от ветра макушками высоких деревьев, что словно молчаливые и по обычаю спокойные, но стойкие тёмно-зелёные стражи-великаны защищали и отгораживали базу, пряча её от посторонних любопытных глаз за своей успокаивающе шуршащей, переливающейся всеми оттенками зелёного, листвой. Яркие лучи всё ещё утреннего, лишь недавно показавшегося из-за горизонта солнца, упали на лицо, и Реджина, сморщив носик и прищурившись в попытке хоть как-то защититься от настойчиво лезущих прямо в глаза чересчур ярких лучиков, немного ускорила шаг, минуя солнечный коридор, поднялась по лестнице и попала на этаж начальства. Наконец, брюнетка подошла к нужной ей двери, постучала и, так и не дождавшись разрешения войти, прекрасно зная, что ждут только её, зашла в просторный кабинет с дорогими дубовыми стеллажами, полки которых были аккуратно и компактно заставлены бесчисленным количеством различных папок; шкафом внушительных размеров, что, на удивление, не делал кабинет темнее, возможно, из-за наличия огромных окон в пол, которые сейчас прятались за бежевыми шторами, не позволяя солнцу слепить присутствующих; и большим, сделанным из того же материла, что и остальная мебель в этом помещении, рабочим столом, за которым, на дорогом кресле, обтянутом чёрной кожей, восседал мистер Голд. Роберт Голд ожидающе барабанил пальцами по лакированной поверхности деревянного стола, как делал это каждый раз, когда ожидал кого-то важного. Выглядел директор лет так на шестьдесят, цвет его кожи чуть темный, глаза золотисто-карие, а жидкие пепельно-каштанового оттенка с серебристыми прядками волосы, сверкающие в солнечном свете, были длиной до основания шеи. Брюнетка устроилась на одном из кресел, что стояли на противоположной стороне стола от Голда, сложив сцепленные в замок руки на коленки, осматривая сверху вниз своего начальника и подмечая, что пусть годы его и не щадят, но выглядеть грозно, строго и даже немного пугающе ему не мешает ничего. — Опаздываешь, Миллс, — осуждающим тоном констатировал он и так очевидное, окидывая девушку взглядом, а затем приподнялся со своего места, подходя к окну, сцепил руки за спиной. — Мне казалось, у меня сегодня должен был быть выходной, — немного укоризненно ответила она, обороняясь. — Да, должен был быть. Ты замечательно выполнила предыдущую миссию, убрав киллера, но сейчас речь идёт о деле чрезвычайной важности, — мужчина развернулся, нахмурив брови и поджав губы, вновь смотря на нее, ожидая реакции. — Интересно, — Реджина откинулась на спинку кресла, закидывая ногу на ногу, и, прищурив шоколадные глаза, уставилась на всё ещё стоявшего у окна директора центральной разведки. — Дело в том, что вчера на президента было совершено покушение, — брови брюнетки, когда она услышала это, поползли вверх от такой неожиданной новости. — Мы понятия не имеем, кто это. Глава нашей страны вчера выступал на собрании и, слегка споткнувшись о ковер, повернул голову ровно в тот момент, когда раздался выстрел, — кратко поведал историю Голд. — Он просто чудом выжил, — подытожил он, снова занимая своё место за тёмным деревянным столом и усаживаясь в кожаное кресло, кладя руки на стол. — Что ж, в белом доме я ещё не работала, — хмыкнув, сказала шпионка, и, услышав стук в дверь, повернула голову и наткнулась взглядом на прервавшего их беседу незнакомца, уже открывшего дверь. В помещение вошёл мужчина со светло-русыми волосами, в которых запутались утренние лучики, голубыми, как небо зимним днём, глазами, которые сейчас сосредоточенно осмотрели кабинет и, наткнувшись на брюнетку, всё также смотрящую на него, стали изучать её. Одет он был в чёрный костюм классического кроя с обыкновенной белой рубашкой из хлопка, а на ногах его были черные лакированные туфли, явно старательно натёртые, чуть ли не отпарированные, от чего сейчас блестели в лучах просачивающегося в кабинет сквозь светлые шторы солнца. «Новенький?» — промелькнуло в голове Реджины. Светловолосый „гость”, которого женщина точно не ждала, разместился в кресле справа от неё, скрещивая руки на столе и не прекращая с интересом разглядывать её. Карие глаза встретились с голубыми, устанавливая зрительный контакт. Реджина рассматривала его ничуть не стесняясь, оценивающе, с капельками нескрываемого презрения, а вот мужчина смотрел на неё… удивленно и одновременно заинтересованно, словно сравнивая её с представленным им портретом в его голове, сомневаясь в том, кто перед ним сейчас находится. Реджина мысленно закатила глаза и слегка опешила, увидев на его лице улыбку с ямочками, но, одарив его равнодушным взглядом, провела рукой по слегка волнистым волосам и переключила своё внимание на притихшего босса, который наблюдал за маленьким столкновением их глаз. — Реджина — это Робин Локсли, агент ФБР. Робин — это Реджина Миллс, — жестикулируя руками, представил их друг другу Голд, на что брюнетка чуть нахмурилась, начиная догадываться, зачем их обоих сюда позвали и зачем вообще нужно это знакомство. — Президент настаивал, чтобы его охраной выступали самые лучшие агенты ЦРУ и ФБР. Поэтому на это задание вы отправляетесь вместе, — словно прочитав её мысли, произнёс директор. — Но я работаю одна! — тут же возмущённо воскликнула брюнетка, всплеснув руками, а затем скрещивая их на груди, таким образом показывая своё недовольство по этому поводу. — Не в этот раз, дорогуша, — абсолютно безразличным тоном ответил он и, чисто для приличия, как бы сочувствуя ей, развёл руками, уже собираясь что-то добавить, но его прервал телефонный звонок. Взяв гудящий аппарат и извинившись, директор удалился за дверь. — Значит, это Вы — Реджина Миллс, — с некоторым недоверием посмотрев на женщину, произнес он, слегка прищуривая небесно-голубые глаза, кажущиеся маленькими озёрами. — Не оправдала Ваших ожиданий? — приподняв бровь, брюнетка насмешливо взглянула на него. — Честно сказать, не ожидал увидеть перед собой саму Злую Королеву. — О, так Вы в курсе, кто я, — немного взбодрившись, удивилась брюнетка. Новому знакомому всё-таки удалось завладеть самой малостью ее интереса. — Кто же в нашем окружении не знает хладнокровную убийцу? — с некой безэмоциональностью проговорил он, почему-то печально смотря на Реджину. — А Вы, должно быть, Робин Гуд? — игнорируя его взгляд, приняла эту игру брюнетка. — Ну, тот, который самый меткий и никогда не промахивается, — добавила она. — О, так Вы, выходит, всё же слышали обо мне, — усмехнулся Робин. — Приятно удивлён. — Не обольщайтесь, тут все, кому работы не хватает, обсуждают таких, как Вы. — Таких как я? — вскинув брови, поинтересовался он. «А эта женщина за словом в карман не полезет» — пронеслось на задворках его сознания. — Заурядных, — немного раздражённо пояснила брюнетка, переводя взгляд на свой внезапно ставший таким интересным маникюр, всем видом показывая, что мужчина исчерпал свой лимит её внимания. — Детка, думаю, мы сработаемся, — вновь усмехнувшись, произнес он, и тут же был награждён яростным взглядом пылающих кофейно-карих глаз. — Еще хоть раз назовёшь меня деткой и я с превеликим удовольствием лично тебе продемонстрирую, почему меня называют Злой Королевой. Даже не посмотрю на то, что я одета неподходяще, — угрожающе проговорила Реджина, продолжая прожигать его взглядом. — Очень сильно сомневаюсь, что мы сработаемся. — Может найдем общий язык, как знать, — пожал он плечами, вроде как планируя завершить их словесную перепалку. — Разумеется, мы найдем общий язык, — согласилось она. — Если Вы свой прикусите, — закончила брюнетка, растянув губы в наигранно-сладкой улыбке и не прерывая зрительного контакта. — Я женщин не обижаю, но что-то мне подсказывает, Вы вполне можете стать первой, — серьезно произнёс шпион. Приподнявшись с места и наклоняясь к Робину, Реджина прошипела ему прямо в лицо, обдавая кожу своим тёплым дыханием: — А я обычно в голову не стреляю, но для вас могу сделать исключение. Робин последовал её примеру и, опираясь руками на стол, наклонился к её лицу, настолько близко, что их носы норовили вот-вот столкнуться друг с дружкой. — Знаешь, что… — договорить Робин, как на зло, не успел, его прервал стук двери о стенку, когда в кабинет зашёл директор центральной разведки, про которого они оба успели напрочь забыть. Голд ошеломлённо уставился на эту парочку, замерев в дверях. — А ну быстро прекратили, — придя в себя, скомандовал директор, проходя в кабинет. Шпион и шпионка, не прерывая своей борьбы взглядами, вернулись на свои места. Дождавшись, когда эти двое усядутся, Голд произнёс: — Меня абсолютно не волнует, как вы будете сотрудничать, но чтоб нашли общий язык иначе ваше руководство вас по головке не погладит. Это понятно? — оперевшись руками о стол, процедил директор, переводя строгий испепеляющий взгляд с женщины на мужчину и обратно. Локсли в ответ утвердительно кивнул, мельком поглядывая на Реджину, которая упёрлась взглядом в стол перед ней. — Реджина, ты поняла? — Угу, — коротко и ясно отозвалась брюнетка, продолжая буравить взглядом ни в чём неповинное дерево стола. — Очень на это надеюсь, — чуть смягчившись сказал Роберт. — Через час вы уже должны быть на месте,охранять президента, и если придётся защищать его даже ценой собственной жизни, — кратко проинструктировал шпионов он. — А теперь, Реджина, проведи своему новому напарнику экскурсию по нашему штабу. — Что-то не припоминаю, когда это я в экскурсоводы успела наняться? — приподняв точеную бровь, саркастично сказала брюнетка, вовсе не желая проводить экскурсии, а в особенности этому наглецу Локсли. — Будь так добра, проведи. Это для того, дорогуша, чтобы вы уже начинали ладить, пока вы не разозлили меня окончательно, и я вас не придушил обоих. — Можно меня, пожалуйста, сразу придушить, —послышался недовольный голос светловолосого мужчины, и Миллс впилась в него взглядом, явно показывающим, что она и сама не против хоть сейчас своими руками свернуть ему шею. — Она не выносима, — в свое оправдание сказал он, отправляя ей не менее дружелюбный взгляд. — Но она лучшая в своем деле, — удивляясь тому, что работник ФБР ещё жив, ответил Голд, растеряно разводя руки в стороны, а Миллс удовлетворенно улыбнулась, услышав какую-никакую похвалу от своего начальника. — Сколько примерно дней это займет? — переводя тему, поинтересовалась она, мысленно надеясь на короткий срок. — Ты же понимаешь, что мне не сообщают, когда в следующий раз кому-то заблагорассудится убрать президента? — ответил директор, смотря на уже утвердительно кивнувшую ему в ответ женщину. — Надеюсь, Вы понимаете, мне нужно будет заехать домой. — Да, конечно. Тогда не буду тебя более задерживать. — А у Зелины в ближайшее время есть какие-то дела? — спросила женщина, желая узнать о графике своей сводной сестры, которая работала с ней в одном отделе. Она надеялась оставить своего одиннадцатилетнего сына с ней на время своей миссии. Приподнимаясь со своего места и смотря на протаптывающего в кабинете пол Голда, Реджина сделала пару маленьких шагов к двери. — Я позабочусь о том, чтобы не было, — остановившись, ответил Голд, улыбаясь одними лишь уголками губ, — а с тебя за это отлично проведённая операция. — Спасибо, — она скопировала его улыбку. — Иначе и быть не может, — немного повеселев, добавила Реджина, уже совсем забыв про обещанную экскурсию для Локсли, который, судя по всему, тоже забыл о ней и сейчас стоял около двери, не особо понимая (читай, совсем не понимая), о чем идёт речь.