Мистер и миссис Локсли

— Реджина, как это получилось случайно? — спросил в очередной раз злой Хамберт, передвигаясь по её кабинету, размахивая руками и постоянно крича. — Просто вылетело… — сидя на столе, ответила брюнетка, застегивая последние пуговки на бордовой блузке и искренне желая иметь в такой момент машину времени, чтобы вернутся назад и исправить свою небольшую оплошность. — То есть, это нормально, по-твоему — во время секса со мной выкрикнуть «Робин»? — Грэм остановился напротив неё со всей скопившейся в нём злостью прожигая её взглядом. Ну и что она тут может ему ответить? Реджина и сама не знала, как так получилось. Хотя, конечно, подсознательно понимала, или, может, подозревала о том, что прекрасно знает причину того, почему такое случилось, ведь этот засранец, чьё имя она случайно… произнесла, постоянно появлялся в её голове. Прошло уже целых две недели с их последней миссии, а она до сих пор постоянно вспоминает его чудесные, такие чуткие и понимающие без слов небесно-голубые глаза, его милые ямочки, появляющиеся вместе с его обезоруживающей улыбкой… Боже, я конкретно вляпалась! — В который раз повторяю, это вышло случайно, — раздражённо выплюнула Реджина. Вообще, ей было глубоко наплевать, ведь у них ничего нет, кроме как удовлетворения своих потребностей, но, наверное, по отношению к нему это всё же можно было назвать неуважением. — Зашибись у неё случайность! — всплеснув руками, он подошел ближе, и, оперевшись руками на стол, тем самым не давая ей куда-либо деться, спросил, — это тот самый, да? Из ФБР? — Господи, о чём ты, — уперевшись ему в грудь ладошками, Миллс тщетно попыталась оттолкнуть мужчину от себя. — У вас что-то было? — не сдвигаясь с места, словно прирос к полу, он продолжал испепелять бедную Реджину своим, так сказать, фирменным волчьим взглядом. — Думаю, самое время напомнить, что мы с тобой не в тех отношениях, чтобы ты устраивал мне допросы, — огрызнулась она. — Ну и как он? Видно, очень уж хорош, раз ты его представляла, находясь со мной? — Грэм, уйди с глаз моих долой! Немедленно! — уже не выдержав и в конц рассердившись, скомандовала она и с силой ударила мужчину в грудь, но тут же с сожалением поняла, что шансов сдвинуть эту весьма озлобленную статую нет. — Пока я тебе шею не свернула, — попробовала Реджина сдвинуть его, если не силой, то словами и угрозами. А ведь я правда могла бы свернуть ему шею… не такая уж это и плохая идея, оскалилась она, когда пронеслась эта устрашающая мысль в её остроумной голове. — Посмотрим, кто лучше, — единственный ответ Грэма на её угрозы. Отвлекшись от своих не самых добрых мыслей, Реджина посмотрела на него взглядом, полным непонимания и озадаченности. В его же серых глазах легче лёгкого можно было прочесть не то, что злость, а самый настоящий гнев и всеразрушающая ревность. Внезапно его руки схватили её за талию и, пока женщина не понимала происходящего, он уложил её на стол, с грохотом и шуршанием сбрасывая бумаги и канцелярские принадлежности на пол, что секундой мозже не менее шумно приземлились рядом. — Ты что, больной?! — взвизгнула она, когда он перехватил её тонкие запястья, заводя их над головой. — Отпусти меня, придурок! — Раньше тебе нравилось пожестче, — пролезая другой рукой под юбку, проговорил он, пытаясь удержать и не дать свалиться к бумагам и канцелярии её извивающееся и очень старательно пытающееся вырваться тело. Внутрь Реджины закралось чувство страха, что он просто возьмет её силой, и Миллс, доверившись своим инстинктам, громко закричала. Как, впрочем, сделала бы, в этом нет сомнений, тлюбая другая женщина, испытывающая страх подобного рода. — Так даже интересней, — зажав ей рот рукой, прошептал прошипел он, пока брюнетка до боли в челюстях впилась в его руку зубами. — Ты что творишь, — резко убрав ее, вновь прошипел он. К огромнейшему счастью Реджины, дверь её кабинета открылась и на пороге появился темноволосый мужчина, который большими, словно два блюдца, глазами рассматривал представшую перед ним картину, которую он ну совсем не ожидал увидеть. Реджина, до этого лежавшая на столе, приняла сидячее положение и дрожащими руками нервно и поспешно одёрнула угольного цвета юбку, скрывая под ней чёрные капроновые чулки и открывшийся вид на такое же чёрное нижнее белье. Хамберт, стоящий рядом с расстёгнутым ремнем на штанах, в торопят стал поправлять свою одежду. Нежданный гость легко прибавил один к одному и сразу понял, что к чему. — Выметайся, Грэм, — скомандовал только что вошедший мужчина и сжал руки в кулаки, ясно давая понять, что он не шутит. — Выйди, мы не закончили, — спокойно проговорил Грэм, совсем не обращая внимания ни на его тон, ни на его небольшой, но точно заметный жест. — Тварь, — темноволосый мужчина подскочил (вернее будет сказать, он подлетел) к нему, хватая одной рукой за край рубашки, а второй попадая по челюсти. Миллс, будучи шокированной таким неожиданным действием, закрыла рот руками, когда уже бывший любовник то ли вскрикнул, то ли прорычал. Толпа сотрудников слетелась на странные звуки, как мухи на мёд и, кажется вовсе не испытывая стеснения, пялилась на всё происходящее, стоя в коридоре. Словно в цирк пришли, честное слово, не группа профессиональных агентов и шпионов, а кучка маленьких школьников. Только что пришедший мужчина, почти в буквальном смысле, пинком выкинул Грэма из кабинета и увидев, как он свалился на пол, к ногам их коллег, стоящих за распахнутой дверью, крикнул: — Еще раз, тварь, её тронешь, и я отделаю тебя так, что мать родная не узнает, — угрожающе произнёс он таким серьезным тоном, что аж мурашки по коже побежали. — А вы чего стоите, разве у вас работы нет? — проорал он, закрывая дверь. Повернувшись, он обнаружил Реджину, обнимающую себя за плечи и с каплей страха в глазах смотрящую на него. — Иди ко мне, — он ласково улыбнулся ей и подойдя к столу, заключил в такие необходимые для неё сейчас объятия. — Дэниел, спасибо, — тихо поблагодарила она, уткнувшись лицом в его грудь. Стало так хорошо в его руках, будто он способен защитить её от всех ужасов этого сурового мира. — Ты же знаешь, что я всегда тебе помогу, — оперевшись подбородком о её черную макушку, он потирал её спину, отлично зная, что так она расслабится быстрее. — Ты же я знаешь, что я тебя люблю, правда? — Знаю, — усмехнулся Колтер. — Как и я тебя. У вас с ним что-то было? — при вопросе его тёплый голос резко сменился на холодный. — Да, — тихо ответила она, и он сразу отстранился, смотря ей в глаза, но не переставая держать за руки. — И ты мне не сказала, — было видно по его глазам, что он расстроен. — Дэниел, ты, знаешь ли, тоже не сказал мне, что полюбил другую спустя 6 лет нашей совместной жизни. А потом она еще и забеременела, — Миллс высвободила свои руки, принимаясь теребить край юбки и смотреть в пол (в бардак на полу, если быть точным). — Я думал, что мы с тобой уже прошли через это. Прошло ведь десять лет, Реджина. — Да, ты прав. Просто мы слишком рано во все это ввязались, — она подняла на него карие глаза и увидела в них искреннее сожаление. — Зато теперь мы самые лучшие друзья, каких точно больше не сыщешь, — ободряюще улыбнулся он, стараясь хоть как-то поднять её настроение. — Кто, если не я, будет вытаскивать тебя из передряг, составлять компанию по пьянству и слушать твои жалобы на наше начальство? И просто приезжать, когда тебе плохо. — Это ты верно подметил, — грустно усмехнулась она. — Найдешь ты ещё своего принца. — Прекрати, пока я тебя не ударила, — буркнула она, вставая со стола. — Лучше пойдём на ланч и заодно перемоем косточки твоей наимилейшей жёнушке, — с этими словами Миллс бодро подхватила сумку и развернулась к нему. — Реджина! — Да шучу я, — примирительно подняв руки, произнесла она. — Но поесть ты меня сводишь, — беря Дэниела под руку, уточнила Реджина, и пара направилась на выход.

***

Вернулась эта парочка спустя целый час, и то только потому, что брюнетку срочно вызвали к начальству. Они все-таки успели обсудить личную жизнь Дэниела, даже поговорили о его дочери. Удивительно, но во время разговора брюнетке чудеснейшим образом удалось избежать расспросов о своей личной жизни, о которой, собственно, говорить и нечего, ведь её и в помине не было. И все же, я рада за него; подумаешь у них не сложилось. Видимо судьба такая. Хотя, где-то в самой глубине души она любила его не просто как друга. Но как знать, может это лишь остатки тех чувств, которые она когда-то испытывала к нему. В любом случае, ему необязательно быть посвящённым в это. — Вы хотели меня видеть, — прогоняя ненужные мысли, Реджина зашла в кабинет. Голд, оторвавшись от своих бумаг, кивнул ей вместо приветствия. — Новое задание, — улыбаясь, произнёс он и скрестил руки на столе, ожидая, пока Реджина устроится за столом напротив него. — Перейдём сразу к сути: военные добыли часть иранского ракетного комплекса, одним компонентом которого является копия американских технологий. — Они украли у нас чертежи, — подметила брюнетка, сидя в пол-оборота к нему. Голд утвердительно кивнул: — Да. Операция идет по нескольким направлениям; участвуем не только мы, но и ФБР. — В чем суть? — Для начала вы с напарником, — Миллс закатила глаза, услышав последнее слово, но он тактично проигнорировал это действие, продолжая говорить, — должны будете следить за разработчиком технологий… — Кто мой напарник? — перебила она его, не желая сидеть в неведении. — Это сообщишь мне ты, после того, как он встретит тебя сегодня в аэропорту Иерусалима, — прежде чем продолжить говорить, Голд бросил быстрый взгляд на антикварные часы, что стояли на краю его стола, — Увы, я не успеваю рассказать тебе всё; дела не ждут. А это означает, что остальные сведения об этом деле тебе предоставит твой напарник. К слову, стоит поторопиться не только мне; твой рейс через 2 часа.

***

Двенадцать часов перелёта из Вашингтона в Иерусалим знатно измотали Реджину. Казалось бы, она должна привыкнуть к перелётам, ведь работа часто вынуждает летать её довольно-таки продолжительными рейсами из одной точки мира в совершенно другую, но за многие годы работы агентом, она так и не смогла привыкнуть к такой «роскоши», как перелёты на самолёте. Миллс, уже пройдя таможню и дождавшись своего чемоданчика, взяла его и взглянула на время; дорогие часы, отделанные золотом показывали 21:46. Она осмотрелась по сторонам, не имея ни малейшего представления о том, как должен выглядеть тот, кто её будет встречать. Вокруг толпилась куча народа; кто-то спешил на рейс, кто-то только прилетел. Реджина направилась к выходу, смотря в телефон и пытаясь набрать Голда, дабы узнать у него хоть что-то о своём напарнике. Оторвав лишь на секунду взгляд от цифр в экране телефона, в попытке следить за тем, куда она идёт, Реджина заметила в нескольких метрах от себя светловолосого мужчину, держащего в руке белую картонку, на которой чёрным маркером было написано «Ищу свою королеву». Мужчина с картонкой, заметив слегка рассеянную Реджину, улыбнулся и преодолел те немногие метры, разделяющие их. Он успел заметить, как она поменялась в лице за считанные секунды. Буквально только что перед ним стояла строгая женщина: холодный взгляд, черный брючный костюм с красным топом и неизменные высокие каблуки. А при виде его, вся строгость вдруг улетучилась, и вот она уже смеется, смотря на его милую, но нелепую картонку, её плечи расслабились, но идеальная осанка, конечно же, осталась. Сейчас она мягко смотрит своими тёплыми карими глазами в его небесно-голубые глаза. И он точно знает, что так она смотрит далеко не на каждого. — Я начинаю думать, что судьба нас сталкивает не просто так, — лукаво улыбнулся Робин, смотря, как в ответ на это Реджина, с плохо скрываемой полу-улыбкой на вишневых губах, закатывает глаза. — Почему опять ты? — спросила она удивлённым и одновременно весёлым тоном, когда он подхватил её чемодан и они вышли из аэропорта. — Вообще-то здесь должен быть мой хороший друг, — Робин, оценивая реакцию, посмотрел на неё, — но как только я узнал, что это будешь ты… я кратко рассказал ему про твой характер, и он сам отказался от сотрудничества, — договорив, Робин лукаво улыбнулся. Брюнетка же цокнула языком, отворачиваясь от него. — Плюююс, я заранее знаю, что когда ты узнаешь, какую роль нам предстоит сыграть в этой миссии, ты точно придёшь в бешенство, — они подошли к ожидавшему их почти у самого входа в аэропорт такси, и Робин, быстро закинув её чемодан в багажник, запрыгнул на заднее сиденье, устраиваясь рядом с уже пристегнувшейся ременём безопасности Реджиной. — Ты понимаешь, я не могу упустить такое грандиозное шоу. — Для начала, — сказала она, — куда мы? — Я снял квартиру прямо напротив дома разработчика, из-за которого мы, собственно, сейчас тут. — А теперь скажи, какая у нас миссия? — Мы должны сыграть пару, — произнёс без колебаний Локсли и весело улыбнулся, когда она подняла на него большие глаза и слегка приоткрыла рот от поражения. — Так что, — он достал из кармана пиджака обручальное кольцо, — мисс Миллс, станете ли вы моей фиктивной женой для этой миссии? — тихо проговорил он, беря её маленькую холодную ладошку в свою, большую и тёплую, и без спроса надевая колечко на аристократичный безымянный палец. — Миссис Локсли. — Боже, почему фамилия твоя? — смотря на его руку, которую он не убирал, спросила она, стараясь скрыть непонятно откуда взявшееся волнение, которого быть вообще не должно, как она думала. — Чем она тебе не нравится? — он посмотрел ей в глаза уже двумя руками согревая её хрупкую руку, но ни один из них не заметил этого. — Всем, — фыркнула она, — и колечко, муженёк, мог выбрать другое, — попыталась пошутить она, стараясь придать голосу серьезность (получилось, стоит заметить, плохо). — Для фиктивного брака пойдет. Вот скажешь мне «да» по-настоящему… — Такое тебе может только лишь присниться, Локсли, — посмеялась она, высвобождая руку и сразу чувствуя холод. — И то если повезёт. Спустя двадцать минут они приехали к трехэтажному небольшому зданию белого цвета, у которого краска местами пожелтела, а где-то и вовсе потрескалась. — Ничего лучше не нашел, муженёк? — заходя внутрь, поморщилась Реджина, рассматривая унылую грязноватую лестницу, ведущую на другие этажи. — Я, по твоему, виноват, что он живет в бедном районе? — шагая сзади и неся её немаленький багаж, буркнул Робин. — Дорогая жёнушка, чего ты набрала с собой? — Того, что надо, дорогой, меньше знаешь — крепче спишь, — не удержавшись, съязвила брюнетка. — Какой этаж? — Третий, дорогая. Реджина, фыркнув, начала подниматься по ступенькам и дойдя до названного Робином этажа, увидела только одну немного пошорканную деревянную дверь под номером восемь и стала дожидаться Локсли. Тот быстро преодолевал оставшиеся ступеньки, иногда перешагивая одну и, наконец подойдя к двери и достав ключи, впустил её в их так называемое гнёздышко. Реджина зашла в квартиру, критично её осматривая, то и дело поджимая губы и хмуря брови. Да уж, это не её изысканный особняк с кучей комнат, где всегда чисто, светло и пахнет яблоками с корицей… Это была скромная однокомнатная квартира, где кухня с плитой, заляпанной неотмывающимися пятнами, была совмещена с крохотной гостиной. Квартира была в светлых тонах, но находилась в темной стороне здания, и всё в ней почти буквально кричало о недорогом ремонте. Когда она прошла в спальню, сзади послышались шаги Робина, и он оставил её вещи около входа в комнату. Белые стены и деревянный пол заставляли её брезгливо морщить носик; двухспальная кровать стояла ровно по середине комнаты, шкаф по левую сторону от кровати и комод с телевизором по правую сторону. — Ты спишь на диване, — это был не вопрос, Реджина поставила Робина перед фактом. — То есть, ты хочешь сказать, что я должен спать на старом пыльном диване, послужившим не один раз туалетом для котов или собак, пока ты будешь наслаждаться мягкостью двухспальной кровати с, очевидно, совсем недавно купленным матрасом? —возмутился он, смотря на заправленную кровать и скрещивая руки на груди. — Должен тебе напомнить, что мы все-таки муж с женой. — Дурак, фиктивные, — с этими словами вытолкав его из спальни, она заперла дверь на замок. — А я тебе не расскажу про нашу задачу, дорогая, — послышалось из-за двери. — Куда же ты денешься, дорогой, — ответила она, спиной прислонившись к двери. — Тогда предлагаю нам сходить куда-нибудь. Продуктов, как и холодильника, в этой забытой Богами дыре всё равно нет. Брюнетка раздраженно простонала. — И как только я решился на брак с тобой? — по другую сторону двери Локсли тоже прислонился к ней спиной. — У меня аналогичный вопрос к себе, — оба тихонько рассмеялись. — Мы же совсем разные, — добавила она, от чего-то нервно покусывая нижнюю губу. — Я слышал, противоположности притягиваются, — лукаво проговорил Робин, почему-то улыбаясь самому себе. — Не в нашем случае, Гуд. — Посмотрим… Королева. После затянувшегося молчания Робин решился задать вдруг появившийся у него вопрос, который по неизвестным ему причинам не давал покоя его мыслям, всё время заставляя возвращаться к одним и тем же мыслям: — У тебя кто-то есть? — А у тебя? — быстро задала Реджина встречный вопрос, вместо ответа. — Я первый спросил… — почти обиженно сказал он, а спустя пару секунд все же уступил даме, — Нет, никого нет… Реджина? — он затаил дыхание, жадно вслушиваясь в тишину, боясь услышать ответ. Послышался её тяжелый вздох: она вспомнила утренние события и наконец негромко ответила ему: — Нет. — Ты посмотри, у нас уже нашлось что-то общее! — преувеличенно-весело воскликнул Робин, пытаясь развеять некую неловкость и каплю смущения. — У нас нет ничего общего, — раздался её знакомый холодный тон из-за двери. — Через двадцать минут пойдем что-нибудь поедим. — Хорошо, — просто ответил он и ушёл в гостиную, невольно задаваясь вопросом, почему она так быстро поменяла своё вполне терпимое, даже немного весёлое настроение на привычную ей безэмоциональность. Ему казалось, что они нашли общий язык, но она оттолкнула его, проявляя желание держать дистанцию. Спустя некоторое время Реджина вышла из комнаты, одетая в красную лаковую юбку чуть ниже колен и кофейного цвета замшевый топ, который открывал вид на вечно прямые плечи и заманчиво выпирающие ключицы. Её короткие черные волосы были убраны назад, и только одна прядка незатейливо выбивалась из общей причёски, обрамляя лицо. На ногах у неё были высоченные, в цвет топа, каблуки. Робин рисковал оставить свою челюсть на полу, пока рассматривал её. Миллс же внутренне ликовала. — Рот закрой, дорогой, не то муха залетит, — улыбнулась уголком алых губ брюнетка и, едва задевая кончиками пальцев его подбородок, заставила закрыть рот. — Ах… да, — Локсли кивнул головой, — ты прекрасно выглядишь, дорогая. — Идем, дорогой, — Миллс закатила глаза, беря его под руку. Ей почему-то чертовски нравились их новые прозвища и, если быть полностью честной, его реакция на неё ей тоже очень даже нравилась. Они вышли из дома под взглядами людей, на фоне которых пара ну очень ярко выделялась, и направились в ресторан, который нашёл Локсли поблизости, при помощи прекрасного изобретения человечества — интернета, а точнее гугл карты. — Всё тот же запах сладких яблок, — он придвинулся ближе, касаясь своим плечом её плеча, повернул голову, наклонился ближе, коснулся носом волос и вдохнул приятный и уже знакомый манящий аромат. Так пахла только она. Реджина слегка дрогнула, и этому движению не удалось укрыться от него. — Всё та же хвоя и земляника, — произнося это, её кофейно-карие глаза встретились с небесно-голубыми. В этих карих глазах было что-то новое, чего не было до этого, что-то неизвестное Робину до сего момента. А может он просто не мог разглядеть этого раньше, может раньше она скрывала это от него. Сейчас она смотрела с вызовом, играя с ним и ему это нравилось. До чертиков. До потери пульса.

***

Они дошли до найденного Робином места, всю дорогу держась под руку. Он пропустил её вперёд кладя руку на поясницу и ведя к свободному столику. Пара села в самый конец, скрывшись от посторонних глаз; очевидно, им обоим нравилось уединение. К ним моментально подошёл официант, предлагая меню. Пока они искали хоть одно блюдо, которое им хотелось бы отведать сегодня, прошло не очень уж мало времени. — Что ты будешь? — Робин поднял глаза на брюнетку, сидевшую напротив него. — Я ничего не понял из этой кухни. Женщина усмехнулась, услышав это и отложила меню в сторону. — Я хочу чего-нибудь вредного, — она закусила губу, раздумывая. — Суши? Гамбургер? У них это есть, — еще раз заглянул в меню он, — и у них есть вино. — Хорошо, я за. — Тогда я, на правах постоянного покупателя вредной еды, позволю себе сделать заказ. Она кивнула, весело улыбаясь. Он подозвал официанта и делал заказ, пока Реджина доставала трезвонящий телефон из своей сумочки. Звонила подруга. — Извини, — это было адресовано Робину. — Привет, Эмма, что-то с Генри? — она опустила глаза на стол, нервно покусывая губу. — Нет, все хорошо, — послышалось в телефоне. — А что тогда? — Да ты сама любезность, — с сарказмом проговорила подруга. — Ты когда собиралась мне сказать о произошедшем утром в твоём кабинете? — беспокойство было слышно даже через маленький динамик телефона. Миллс громко вздохнула, закрывая глаза свободной рукой. Локсли нахмурился, заметив это. — Эмма, откуда ты узнала? — Так все в курсе, вас ведь видел весь этаж. Реджина неловко улыбнулась мужчине. — Он тебе что-то сделал? — Эмма, давай потом… — Мне повторить вопрос? — холодный тон слегка напугал её. — Ничего он мне не сделал, — тихо проворчала она, увидев, как к ним с заказом подошел молодой официант. — Эмма, давай потом, пожалуйста. Мне действительно пора. Поцелуй от меня Генри, — женщина раздраженно скинула трубку выключая телефон. — Все хорошо? — настороженно спросил Робин. — Да, — со вздохом произнесла она. — Поделись, — отставив ужин, он положил руки на стол, готовясь её слушать. — Еще чего. — Да брось, тебе будет легче, и я не из болтливых. — И много ты слышал? — спросила она, копируя его позу. — Достаточно. Миллс подняла голову вверх, вздыхая и думая, правильно ли она поступает? Стоит ли? А с другой стороны они, вероятнее всего, больше не пересекутся и ей станет легче. — Если вкратце, — она встретилась с его взглядом, — то мой бывший чуть не… — Реджина проглотила последние слова. — Взял силой? — сочувственно закончил Робин. Она кивнула, опуская глаза. — Вот тварь, —процедил он, а его большая и тёплая ладонь опустилась на женскую руку, ободряюще сжимая. — Расскажи мне про миссию, — поспешила перевести тему брюнетка. — Реджина… Она подняла глаза, его рука все еще держала ее ладошку поглаживая. — Тебе стало легче? Выговорись. Это поможет, обещаю. Она совершенно не понимала его. Зачем ему выслушивать мои проблемы. Что ему это даст? Мысленно вопрошала Реджина. — Давай выпьем, — она подняла фужер и ему пришлось смириться и поднять свой. — За что пьём? — спросил он, пока она задумчиво подняла голову вверх. — Давай за наше дальнейшие сотрудничество, — предложил он. — Почему нет, — она пожала плечами, и их бокалы звонко стукнулись. — Признай, тебе нравится со мной работать, — делая глоток и не отрывая взгляда от неё, промурлыкал Робин. — Просто ты прицепился, и я никак от тебя не отделаюсь. Локсли усмехнулся такому ответу (находчивому ответу, нужно сказать), беря в руки бамбуковые палочки и пытаясь подцепить ими хоть кусочек лосося, лежавшего на перине из прозрачных кусочков льда. — Ты не умеешь, — подытожила Реджина и рассмеялась, смотря на его плачевные попытки. — Я всегда ем вилкой, — буркнул он, смотря как она умело справляется этими ненавистными ему палками. Миллс ещё раз тихонько хихикнула, откладывая палочки, беря его ладонь и удобно размещая палочки в его руке. Робин неотрывно следил за её действиями. И почему от, казалось бы, такого простого действия у них перехватило дыхание. — Всё, — проговорила она, немного нехотя отстраняясь и принимаясь за свой ужин, состоящий из королевских креветок во фритюре, поданных вместе с листьями салата и соусом. Он хмыкнул, когда у него наконец-таки вышло подцепить кусочек, посыпанный кунжутом и довольно его съесть: — Так просто. — Агент ФБР не может справиться с какими то палочками, — подколола Реджина. Не успела она и договорить, как он нахально стащил у неё креветку. — Эй! — Миллс слегка ударила его по руке и прищурилась. — Я заказал разные, чтобы попробовать друг у друга, — добродушно объяснил он. — Бери. Сначала Реджина, как истинная королева, поколебалась, а потом «послушно» полезла к нему в тарелку и под его взглядом ловко зацепила кусочек прекрасно приготовленного кальмара. — У тебя вкусней, — призналась она, прожевав и проглотив лакомство. А Робину понравились её (конечно, это же креветки и рисовые шарики с начинкой из осьминога во фритюре, а не просто разнообразные морепродукты). Поэтому он стал таскать еду с её тарелки. — Так вот, — начал Локсли, параллельно кладя в рот хрустящую креветку, — нам нужно будет вытащить из дома Айзека Хеллера, который является разработчиком некоторых значительных технологий. А пока он отсутсвует, мы разместим прослушку в его доме. — Он, по мнению наших организаций, передавал свои разработки, принадлежащие Америке, Иранскому посольству. — Да, — кивнул Робин — он по долгу гуляет по городу, странное поведение, не находишь? — Почему это? — сделав глоток вина, чтобы смочить горло, спросила Реджина. — Ты явно первый раз в Израиле, днём погода просто невыносимая… едва терпимая жара. — А что дала слежка? — Скоро узнаем, — ответил он, пока она подцепляла палочками из своей тарелки золотистый шарик. Неожиданно для Робина, этот самый золотистый рис она отправила ему в рот, кокетливо улыбаясь. — Значит, нечего, — ответила она, наблюдая за тем, как он удивлённо пережёвывает предложенную ему еду. Ну, что ж, у него нет другого выбора, кроме как принять эту игру и проделать аналогичные действия, кормя Реджину мидией со своей вилки. — У нас есть план? — как ни в чем не бывало, прожевав, спросила она, после чего проводя языком по алым губам. — Аа… — он явно отвлекся на это, возможно, вовсе ненамеренное движение. — Будем следить за объектом, пока техники не установят прослушку, а после того, как жучки будут в его квартире, всё пойдёт куда легче. — И как же мы собираемся за ним следить? — Мы предложим ему работу. Реджина немного непонимающе приподняла бровь: — Предположим, он согласится. Что потом? — Если согласится, значит своей работой он не доволен, если откажется он сам собирает у них информацию. — Надеюсь, это рабочая схема. Хотя он в любом случае виновен, — подытожила Миллс. — Ты читаешь мои мысли, — по этих словах Локсли склонился ближе, заставляя её сердце делать больше ударов в минуту, чем оно должно делать в спокойном состоянии, — посмотрим, как он отреагирует. Его взгляд упал на её шубы, где алая помада совсем немного смазалась и это заставило брюнетку невольно опустить и свои глаза на его губы. — Продолжим завтра с утра, — резко отстранилась она, как только вылетела из облаков, и постаралась сделать расстояние между ними как можно больше отдалённым. — Тебе так не терпится вернутся в свою комнату, — усмехнулся он, скрывая свой расстроенный вздох. — Ты не доверяешь мне… пока, — смотря в глаза Реджине, отметил Робин. — Ладно… Я подожду, королева. Миллс лишь закатила глаза на свое прозвище. — Долго придётся тебе ждать, Гуд. — На ожидание тебя я готов потратить всё время этого мира и ещё несколько минут.