Роман в письмах

Я допивал бокал бурбона. Алкоголь никогда не был моим другом в плане поддержки. Но мужские стереотипы, связанные с душевным облегчением после бутылки алкогольного напитка, взяли вверх. Ночь. Я был достаточно пьян, чтобы раз за разом сжигать свои вновь и вновь написанные Ей письма. - О, Боже, никогда в жизни я не совершал более глупого поступка! Если бы я знал, какие будут последствия, я бы никогда, никогда не совершил этого поступка. Слышишь, Хейли? – несмотря на своё неадекватное состояние, я совершенно искренне произносил эти слова. - Я спрашиваю, ты слышишь меня? – сжигая очередное письмо, я устремил свой нетрезвый взгляд на второй этаж. Послышались шаги Хейли, но силуэта девушки я не увидел. - Гордись – ты первая из девушек, благодаря которой я весь день употребляю спиртные напитки! От тебя может исходить хоть что-нибудь положительное? – каждое слово физически давалось мне очень трудно. Молчание. - Ну, и что ты молчишь? Хочешь активировать режим «Злой Клаус»? Что же, я с удовольствием помогу тебе. Спускайся вниз! – зло и ненависть непременно подружились с нетрезвостью, что предвещало несчастливый конец сегодняшней ночи для Хейли. Видимо, девушка не понимала того, что играет с огнём. - Боже! Я так устал от тебя. Почему я должен строить из себя заботливого папашу? Зачем вообще мне это надо? Мне не нужен ни наследник, ни наследница, ни его или её мать. Мне не нужна такая семья. Семья, которая сковывает меня, которая лишает меня свободы. Вы вообще помните, кто я? С чего вы все взяли, что можете управлять мной? Я хочу лишь уничтожить Марселя, напомнив вам этим, кто я на самом деле. Я просто сейчас… Я просто разрушу все ваши планы. Вы ведь знаете, с каким профессионализмом я рушу чьи-то планы? Хейли! Вышла вон! Элайджа! Туда же! – я был очень пьян, но это не помешало мне правдиво излить свою душу, пусть даже в более грубой форме, чем в моё нормальное состояние. - Вышла вон? А ты никогда не думал о том, что в последствии твоих глупых поступков, ты виноват не меньше? – громкими и быстрыми шагами Хейли уверенно вышла из-за стены второго этажа, за которой слушала моё обращение к ней и Элайдже. Брат очередной раз проявил роль телохранителя девушки, сопровождая её сзади. Хейли спустилась вниз по лестницам и подошла ко мне вплотную. Она в упор смотрела мне в глаза. Её неожиданный ход и смелость в данной ситуации поразили меня и мгновенно отрезвили моё сознание. Элайджа стоял сзади, в двух шагах от девушки. Наступило напряжённоё молчание. Мы были будто в образе шахматных фигур. Хейли поставила мне шах, Элайджа в данной ситуации был в роли пешки, защищающей её. Нет, мат она поставить мне не сможет. - Что ж, воспитание родителей в тебе и правда отсутствует. Скорее всего, твой сын или дочь будут такими же нахальными, бесстыдными… и глупыми. Видимо, ты очень глупа, раз не понимаешь, с кем имеешь дело, - я упорно продолжал смотреть в глаза девушки. - В тебе тоже явно отсутствует воспитание родителей. Скорее всего, твой сын или дочь будут такими же жестокими и нетактичными. Ведь не тактично так разговаривать с будущей матерью своего ребёнка, - Хейли не отрывала от меня ненавистного взгляда. - С будущей матерью своего ребёнка? – я оторвал от неё взгляд, и моя злая усмешка отозвалась эхом в недостроенном и практически пустом доме. Тишина. Громкий, полный печали вздох Элайджи. Образ Кэролайн снова посетил меня. Боль. Я хочу написать Ей письмо, но теперь, когда ложь и секреты очередной раз встали у нас на пути, я просто бессилен перед Ней. Я знаю, что я не безразличен Ей, по крайней мере, верю в это. Если это так, то я снова причиню Ей боль, рассказав про всё, что творится сейчас в Новом Орлеане. Я не хочу делать больно Той, чьё сердце однажды заставило биться моё. Но что больнее? Узнать горькую правду или почувствовать эту горечь, не узнав её? Я знаю, что Кэролайн чувствует ко мне, и эти чувства пока нельзя назвать любовью. Если когда-нибудь однажды Она почувствует это великое чувство, то горькая правда просто уничтожит Её. Сейчас. Всё нужно сказать сейчас, когда любовь ещё не поглотила нас и горькая правда сжалиться над Ней, но уничтожит меня. Я взял бутылку бурбона и с ненавистью запустил её в стену. - Тебе больно. Я знаю из-за кого. Поверь, я не виновата в этом, - это были мудрые слова Хейли. Ведь самое ужасное состоит в том, что виноват во всём я сам.