Отпуск

      Зуко опирался руками на холодную плитку, стоя на коленях. Из его глаз неконтролируемо текли слёзы, дышать было тяжело и он старался сдерживаться чтобы не разрыдаться еще сильнее. Он с ужасом смотрел на высокий силуэт с короной в виде языков пламени в волосах. Отец возвышался над ним, и его голос вселял ужас в мальчика. Тело принца непроизвольно содрогалось каждый раз, когда он с трудом выпускал воздух из своих лёгких. Арена для Агни Кай была битком набита зрителями, которые наблюдали эту позорную картину. Отец схватил его за волосы, и из глаз потекло еще больше слёз от острой боли, которую отец причинял ему, пока наматывал локон волос мальчика на свой кулак. Озай разжёг пламя на своей ладони, и сейчас начал жечь лицо собственного сына. Мальчик зажмурился и начал кричать от невыносимой боли.       Зуко вырвался из кошмара громко вскрикнув и подорвавшись с места. Он весь вспотел, его сердце билось с бешенным темпом, и дышать было тяжело. Он машинально коснулся своего шрама, приходя в себя. Зуко видел этот сон каждую ночь в первые несколько недель после изгнания. Видимо, это приснилось ему потому что он часто стал вспоминать те времена. Настроение с самого утра сделалось отвратным, Агни Кай с Озаем вспоминать было, мягко говоря, неприятно. В голове немедленно всплывали воспоминания о той боли, что ему пришлось испытать. Когда Озай наконец отпустил его, он упал на холодный пол арены, стоная от боли. Он чувствовал, как его кожа пузырилась, и как эти пузыри лопались, высвобождая желтоватую жидкость которая стекала вниз по его лицу. От запаха собственной обгорелой кожи тошнило, и всё что было у него в желудке оказалось на полу перед ним. Пока Зуко валялся на полу, он слышал слова своего отца, и слезы хлынули с новой силой.       «Принц Зуко, ты показал себя недостойным короны и непригодным к защите страны твоих благородных предков. Поэтому ты лишаешься прав, данных тебе при рождении. Отныне ты изгнан из Страны Огня до тех пор, пока ты не докажешь что достоин милости.»       Осталось меньше пяти минут до рассвета. Зуко чувствовал, как восходящее солнце дарует ему свое тепло и силу. Он встал после рассвета и накинул свою тунику. Прихватив ножны со своими мечами, он вышел из дома и направился к реке, что протекала рядом с деревней.

***

      Сонг долго не могла уснуть этой ночью. Она пялилась в потолок, лёжа на своей кровати, и прислушивалась к каждому шороху в доме. С каждой минутой в ней нарастало беспокойство. Вдруг, она зря пустила Ли в дом? Вдруг, он ночью украдет что-нибудь, или сделает еще что похуже. Вдруг он ей соврал? Вдруг, он не поменялся… мама говорит, что люди не меняются. Так почему Ли должен был поменяться? Но усталость оказалась сильнее, и она всё же уснула. Поднялась она как всегда рано, с первым криком свино-курицы. У неё как всегда было много дел, нужно было постирать всю грязную одежду что скопилась за несколько дней, притащить воды с колодца в дом, чтобы мама смогла сразу умыться как только проснется, приготовить завтрак для гостя, вымыть посуду после него, а потом идти в лечебницу, где она проведет не меньше трёх часов. Встав и переодевшись, Сонг собрала всю грязную одежду в корзину и направилась к реке. Странно, но Ли в гостиной, где он ночевал, не было. Все его вещи были сложены там же, не было только его мечей. Река протекала через деревню, разделяя ее на две части, но она решила вымыть одежду за ее пределами. Девушка любила подумать о своем, помечтать, и предпочитала делать это там, где ей никто не помешает. Она набрала грязной одежды в корзину, и направилась за пределы деревни, туда где она чаще всего стирала. По дороге она думала о Ли. Куда он мог пойти в такую рань? И всегда ли он просыпается так рано? В её деревне, все мужчины спят до двенадцати часов, пока женщины занимаются делами по дому уже с раннего утра. Всё таки странный он, какой-то не такой. Не такой как местные, и это здорово. Вернувшиеся с фронта ветераны — невыносимые, грубые, обозленные на весь мир неряхи. Они будто варвары, ни чем не лучше солдат Народа Огня. Сонг думала, что враг именно такой, но она и подумать не могла, что солдаты из Царства Земли тоже могут ничем не отличатся. Ли хотя бы имеет воспитание, и держать в руках он себя умеет.       Сонг не ожидала увидеть того, о ком она сейчас думала. Он сидел на берегу реки в позе лотоса, закрыв глаза и подставив лицо под солнце. Ножны с мечами лежали рядом на траве, там же была и его верхняя одежда, сейчас он сидел с голым торсом, и Сонг встала как вкопанная уставившись на него. Парней у неё еще не было, и вид обнаженного мужского торса сильно смутил её. Щеки девушки залились краской, пока она откровенно рассматривала его мускулистое тело.       — Ч-чт… что ты делаешь? — не слишком уверенно начала она.       Зуко открыл глаза, коротко оглянувшись на неё. Кажется, он был недоволен тем что его прервали.       — Медитирую.       — Зачем? — этот глупый вопрос, вырвавшийся у нее, поставил его в тупик. Зачем? В смысле, «зачем»? На его лице отразилось такое замешательство, что она чуть не засмеялась. — В смысле, ты просто сидишь так в полном молчании и потеешь на солнце?       — Я расслабляюсь, привожу мысли в порядок… а что ты тут делаешь?       — Я… пришла постирать одежду… — на самом деле, ей тоже было бы неплохо помыться, но не при нём же.       Зуко, поняв, что медитировать ему никто не даст, расслабился оперевшись локтями на траву. Вот, зачем он уехал из Страны Огня. Отдых…       Сонг уселась у речки и приступила к стирке. Несмотря на то, что у нее было куча дел, она никуда не спешила. Просто делала свое дело, без суеты. Зуко не смог бы привыкнуть к спокойной и размеренной жизни, даже если бы остался в этой деревне до конца жизни. Он смотрел на неё, и от его внимания не ускользнули её мимолетные взгляды и покрасневшие щеки.       — Так, ты много где побывал… — неуверенно прервала она молчание.       — Да, верно.       — А где именно ты был?       — Почти везде. На северном и южном полюсе, во всех храмах воздуха, в Ба Синг Се, в деревнях Царства Земли… — он заулыбался, смотря как её лицо принимает смешное, удивленное выражение. — В южном племени воды люди живут в невероятно красивом городе, полностью построенным изо льда. Улицы там соединяют водные каналы, по которым местные плывут на лодках, а на возвышении стоит дворец, тоже сделанный изо льда. И там куча снега. Правда, там невыносимо холодно…       — А я снега даже не видела никогда… — Сонг отвлекалсь от стирки, уставившись на парня.       — Храмы воздуха построены высоко в горах, и с них открываются потрясающие виды. А западный храм воздуха вообще находится под краем скалы! Представь, маленький город перевёрнутый с ног на голову, весящий на скале. — он смотрел на её удивление, на то с каким интересом она его слушала, и ему очень нравилось удивлять её       — А Ба Синг Се невероятно огромный город, и он со всех сторон окружен высокими стенами. Даже внутри много стен, которые разделяют город на три кольца.       Сонг отложила корзину с одеждой в сторону, и улеглась на траву рядом с ним. Она уставилась на небо поджав губы и сложа руки на животе. Сонг поверить не могла, что он был во всех этих местах. Трудно было это осознавать.       — Знаешь, а я в детстве мечтала о путешествиях по миру. И сейчас мечтаю… а ты везде был, и всё видел своими глазами…       Она взглянула на него и не смогла продолжить. Оказывается, она легла так близко к нему! Её глаза невольно забегали по торсу парня. Пот сверкал на бледной коже, подчеркивая каждый мускул на его теле. Она смотрела на его мощные плечи и сильные руки, воображение немедленно нарисовало как эти самые руки хватают её, и как она целует его изъящные губы. Сердце забилось чаще, и она покраснела как помидор. Сонг отвела взгляд нервно кусая губы, и тяжело вздохнула. Кажется, Ли даже не обратил внимания на ее состояние. Может, он не заметил? Нет, он смотрел прямо на неё, он не мог не заметить что на него пялились.       Зуко молча смотрел на Сонг, пока она разглядывала его. Раньше он считал себя уродом из-за своего шрама. После Агни Кая с отцом, ему казалось что ни одна женщина не обратит внимания на него, и уж точно не ляжет рядом с ним в постель. Разве что портовая шлюха, и то, ради денег. А сегодня он был окружен женским вниманием постоянно. Конечно, во многом за счёт своего титула… но в любом случае, он избавился от комплексов, связанных с его ожогом, и внимание Сонг его ничуть не смущало.       — Зачем ты сюда приехал? То есть… почему именно сюда? — она сидела рядом с ним, положив подбородок на колени и смотря в сторону.       — Не знаю. Захотелось побыть в подобном месте. И… к тому же, я должен был извиниться перед тобой. — Зуко уложил свою руку ей на плечо. — Прости.       Сонг замерла и её пульс участился еще сильнее. Он встал и одел свою тунику, чтобы не смущать её. Девушка продолжила стирку, с разочарованием подметив, что без туники он смотрелся гораздо лучше…       — Знаешь, мне казалось, что в таких деревнях девушки как можно раньше выходят замуж… — Зуко только что понял, как это прозвучало, и мысленно успел обозвать себя идиотом раз десять, но, кажется, она не обратила внимание на его слова. На секунду ему показалось, что она поймет что Зуко не из Царства Земли.       — Ну, вообщем-то это так. Родители требуют от дочерей, чтобы они как можно раньше выходили замуж. Знаешь, чтобы вынести из этого выгоду и поскорее родить ребенка, который потом будет помогать во всём… Но отца у меня нет, а мама этого не требует. И мне совсем никто не нравится в нашей деревне… А у тебя? Нет жены?       — Была невеста, но мы с ней разошлись года четыре назад. Мы не подходили друг-другу. — Зуко тяжело вздохнул вспомнив о Мэй. Перед расставанием они ссорились почти каждый день, и когда они разошлись, их отношения были испорчены.       — Да? Ну, не страшно…       — Не страшно? Странный ответ.       — В смысле, такой парень как ты найдет себе другую невесту… — она опустила смущенный взгляд на свои руки, и не смогла сдержать улыбку до ушей. — Не странный он вовсе!       Зуко рассмеялся. Кажется, впервые при ней. Искренне и заразительно, от чего она тоже захихикала, заставляя его смеяться всё больше и больше. Это было так глупо что становилось еще более смешно.       — Не смейся надо мной! — с наигранной обидой буркнула она, брызгнув в него прохладной водой.       Зуко поспешил отомстить, зачерпнув воды из речки. Вызов был принят и они начали брызгатся друг в друга. Вода летела в разные стороны и поднялся громкий, раскатистый смех парочки. Сейчас они были похожи на маленьких утко-черкпашек которые игрались друг с другом. Сонг толкнула парня в реку, и он запнувшись о камень полетел прямо в воду. Смеялась она недолго, ее тут же потянули туда же. Пока они барахтались в речке, Зуко чувствовал себя беззаботным подростком. Так он не веселился уже несколько лет. Они промокли до нитки, и их животы болели от смеха. Пара сидела в воде по пояс. Сонг смотрела на парня, она убрала мокрые волосы с его лица. Тяжело дыша она уставилась в его глаза.       — Охладилась? — сказал он, встав на ноги и захватив ее с собой. Она вскрикнула когда он закинул ее на свое плечо, и тихо хихикая начала хлопать своими маленькими ручками по его спине.       — Что ты делаешь? Отпусти! Ли!       — Пошли переоденемся, водяная.       Он поставил девушку на ноги как только они выбрались из воды. Захватив ножны со своими мечами, Зуко потопал в сторону деревни. Она быстро собрала одежду в корзину и пошагала за ним. Они болтали о какой-то ерунде подходя к дому, когда дверь отодвинулась и из дома вышла Тайо, потягиваясь на крыльце.       — Доброе утро, дети! А… почему вы мокрые?       Зуко глянул на Сонг, будто отвечать должна была она. Девушка смущенно опустила взгляд вниз, поджав губы.       — Да мы просто… подурачились чуть-чуть.       Тайо лукаво улыбнулась смотря на парочку, и Зуко фыркнул. Еще женской версии дяди Айро ему не хватало.       — Я пойду, переоденусь. — сказал он, заходя в дом. Сонг без лишних слов сделала тоже самое.