Нехватка поцелуев

Всё было бы однозначно проще, если бы в тот момент Морти не пытался вслушиваться в бред Рика про капитализм и потребительство, приправленный колкостями и пошлостью. И всё однозначно стало бы проще, если Рик смог бы сказать обычное, блять, «спасибо, Морти, за этот ахуенный и неожиданный подарок». Но не-а! Великий Рик Санчез не мог снизойти до обычных смертных и признать, что он был пиздецки счастлив получить столько внимания. Иначе бы он не сорвался, не принялся делать отсылки на речь Тайлера из «Бойцовского клуба», не стал делать вид, что в хламину пьян, и не сдержался. Не сдержался и принялся говорить про... поцелуи? Когда они только успели превратиться в настолько навязчивую идею?! И когда Санчез обратил на них всё своё внимание и в мгновение стал одержим ими? Однако, заметив не совсем понятную реакцию на лице внука, Рик, не раздумывая, поспешил убедить его в абсолютной правильности поцелуя между ними. Ну ведь в некоторых странах это приемлемо! Даже поцелуй в губы. Особенно поцелуй в губы! Да-да. Именно в губы. И только в губы. Поцелуи в щечку лучше оставить приветливым француженкам. И кажется, это возымело эффект, ибо Морти всего на мгновение прекратил борьбу за возвращение личного пространства и изменился в лице, словно в его голове начался мыслительный процесс и зародилась хотя бы одна здравая мысль. Однако это всё заняло так много сил, что на побег Морти показалось, что ему их уже недостаточно. Но как же он тогда обосрался. Ведь именно из-за того промелькнувшего сомнения Рик приблизился к его лицу и только сильнее прижал его к полу, оставляя любые попытки вырваться. Сердце Морти забилось с новой силой, время от времени пропуская то один, то другой удар, заставляя хозяина задыхаться и думать, что в комнате стало как-то подозрительно и невыносимо душно. — Ну же, Морти, поцелуй своего дедушку, — почти в самые губы прошептал Рик и перевёл взгляд с обеспокоенных глаз внука обратно на губы. В накатываемой панике Морти попытался свести ноги, чтобы затем шустро выползти из-под деда, зациклившегося на очередной бредовой идее. Как вдруг он ощутил горячее дыхание около своего рта и заметил противоположный ему холодный и невыносимо голодный взгляд Рика на себе. Это заставило Морти чуть ли не взвизгнуть. Он поспешил опустить глаза на свои ноги, чтобы понять, что так сильно повлияло на него... Блять! Блять! Блять! Блять! Блять! Морти принялся часто-часто моргать, надеясь, что ему всего лишь показалось. Показалось, что от дикой паники и спёртого дыхания он случайно прижал ногами Рика к себе вместо того, чтобы попытаться вырваться из своеобразного заключения. — Не заставляй дедушку ждать, Морти. Сердце отбило последний удар, прежде чем вновь забиться с несусветной скоростью. И как только Морти смог выдержать тот голос, которым произнёс эту фразу Рик? Абсолютно все живые существа должны были уже кончить от него. Как минимум так считал сам Рик, а Морти предпочёл никогда бы об этом не думать. Так он, правда, сделает это? Морти нервно проглотил комок, застрявший в горле, и мысленно прочёл несколько заклинаний для призыва Херобрина, потому что ничего более похожего на молитвы он попросту не знал. Блять! Но он же не был готов! Не был готов вот так просто сомкнуть свои губы с чужими. И точно ещё не был готов сначала провести языком по нижней губе Рика, а затем впиться в него резким поцелуем! А как же конфетно-букетный период? Парочка свиданий, объятия на прощание? Первый поцелуй в щёку... Внутри Морти вдруг гадко похолодело. Когда он успел морально согласиться и с поцелуем, и с ..... отношениями?! Ну… скорее всего, с того момента, когда он только начал, находясь в компании дедушки, украдкой наблюдать за его длинными, вечно холодными пальцами, пытаться зацепиться за каждый сантиметр кожи, не спрятанной под белым халатом. Если бы Морти до этого момента посмотрел «Головоломку», то он мог бы представить, как сейчас в его голове обязательно все эмоции стали бегать в безумной панике, пытаясь предотвратить пожар в пункте управления. Или каждый из них пытался бы коснуться шарика этого воспоминания, которое создавалось прямо сейчас. Это бы тогда объяснило всю ту непередаваемую гамму эмоций испытываемую Морти. Но поскольку этого не предвиделось, то ему оставалось только таращиться на деда, переживая эту эмоциональную агонию. — Мор-ти, — всего два слога, но, когда их произносил Рик, они казались чуть ли не призывом к действию или сигналом о том, что у Рика кончается всякое терпение. А когда у него его вовсе не остаётся, то Морти пугается до усрачки, потому что дед становится совсем непредсказуемым… Л-ЛАДНО! ХОРОШО! ХОЧЕШЬ ПОЦЕЛУЙ? Х-ХА! П-ПОЛУЧАЙ! Ему приходится смириться. Хотя Морти всё ещё не знает, насколько он действительно не хочет этого делать. Ибо его вроде не ведёт, блевать не хочется… А ещё — Морти делает это. Он судорожно вздыхает и, закрыв глаза, накрывает губы Рика своими. Мурашки пробегают по всему его телу, а время как будто и вовсе останавливается на мгновение. И он торопится как можно скорее отпрянуть обратно, не смея открывать глаза. Нахуй. Нахуй. Нахуй. Морти ещё не готов посмотреть Рику в глаза после чего-то… чего-то такого! Но этого даже не пришлось делать? Вообще ничего? Ведь, как ни в чём ни бывало, Рик почти сразу же вернулся к просмотру межкабельного, запрыгнув на диван, словно не он только что стал виновником стояка собственного внука. Но Морти всё же заметил. Заметил тот хищный взгляд, который его дед попытался скрыть под напущенным холодом. Он только сделал вид, что ему хватило этого поцелуя. Однако Морти не удалось сложить дважды два и понять это, поэтому единственное, что он сделал, так это — бросил непонимающий взгляд на затылок Рика, думая, что это даст хоть какие-то ответы. Так Рику не нужны отношения? Нет, ну так… Это всё? Теперь нужно притворяться, что ничего не было? Никогда об этом не вспоминать? Или… или теперь Морти может целовать его когда угодно и где угодно? Эта мысль заставила стояк Морти дёрнуться, а лицо залиться краской. И это настолько испугало его, что он подтянул ноги к себе и прикрыл рот рукой, совсем не понимая, зачем он поцеловал Рика, зачем поддался провокации? Рик заметил, как внук стал смотреть на него? Решил подшутить? Если да, то пошёл он нахуй вообще-то!! А если нет… что делать-то теперь? Бежать? Дрочить? Или оседлать Рика и предложить продолжить их маленькую тайную игру, потираясь бёдрами и нашёптывая его имя ему на ухо? ОХ, ГОСПОДЬ, ДА О ЧЁМ ОН ВООБЩЕ ДУМАЛ?! Но от этих мыслей становилось только хуже. Коснуться себя становилось уже не желанием, а настоящей необходимостью… Но вот если бы Рик сжал его за основание и посмотрел тем самым холодным взглядом, то… — Ты так и будешь там торча-э-э-эть? Ты собираешься пропустить вообще, блять, всё? — проворчал Рик, бездумно щёлкая на кнопки пульта, направленного в сторону телевизора. Эти слова буквально заставили Морти подскочить на ноги, дрожащие то ли от холода, то ли от возбуждения. Удержав равновесие, он тут же принялся оттягивать край своей жёлтой футболки так, чтобы прикрыть вставший член. Именно тогда Морти впервые и пожалел, что не поддался моде, как абсолютно все сопливые подростки, и не купил оверсайз футболку. — М-мне нужно в-в туалет, — промямлил Морти, чем заслужил пристальный взгляд деда, направленный на него. Ему показалось, что в тот момент Рик полностью просканировал его чем-нибудь из своих супер-научных штучек, которые он редко использовал для кого-то кроме себя. Поэтому Морти ощутил, как абсолютно всё внутри него рухнуло, и уже был уверен, что Рик заметил его стояк. Он точно это сделал. Это же блядский Рик! Рик кивнул. — Иди навали там большую кучу, пёс. Или не заметил?.. Разве сейчас не должно было проследовать какой-то мерзкой шуточки о его стояке на деда? Ни одной?.. А? И после этого дня наступило затишье. Неприятное, звенящее, громкое и просто невыносимое! А хуже всего было то, что Морти с искренним ужасом ожидал того, что будет дальше. Весь последующий день он провёл на иголках, поджидая совершенно любой подкол со стороны деда на эту тему. Морти был уверен на все 119%, Рик должен был подшутить над ним, дождаться, когда Морти станет настолько уязвим, что не будет готов к какой-нибудь мерзкой шуточке про их поцелуй. И это ожидание подкола на каждом углу медленно сводило его с ума. Из-за чего на пятый день его посетила мысль, что он экстренно нуждается в том, чтобы Рик стёр их поцелуй из его памяти. Морти просто больше не мог справляться со своей нервной паранойей и с этими невероятными оргазмами, которых он достигал всякий раз, когда его голова касалась подушки, а в мыслях возникал тот властный взгляд Рика. Решено. Он нуждался в стирании памяти. Но как нужно было намекнуть Рику об этом? Ну явно не как-то так: «слушай, я больше не могу дрочить на тебя каждую ночь перед тем, как ложиться спать, и я стал ждать, когда ты подшутишь надо мной. Ты заебал, сотри память… пожалуйста?». Из-за чего Морти попал в блядский замкнутый круг. И быть таким же тупым, как он, для этого не требовалось. Нужно было только в течение дня постоянно откладывать гложущий вопрос. Но при этом испытывать ужасные муки, ведь как бы усердно Морти ни пытался понять математику в школе, как бы отчаянно он ни убивал зомби и криперов в Майнкрафте, его мысли вечно возвращались к Рику. И это начинало знатно бесить! Ведь как бы Морти ни пытался успокоить нервы и забить, у него ничего не получалось. Подобным образом он протянул до поздней ночи. До того момента пока родители уже не уснули, а сучка Саммер втихаря не читала любовные романы, думая, что никто об этом не узнает, и её «крутой» образ не будет разрушен. Вот теперь Морти был готов. Но вообще-то это всё был чистый пиздёж, потому что с каждой секундой, проведённой около двери гаража, всё внутри него сжималось и как-то странно пульсировало. Это точно не было связано с той странной жижей, которую он потрогал вчера, а Рик чуть ли не убил его? Морти, чувствуя, как пот мерзко скатывается по его виску вниз по лицу, дёрнул ручку двери в гараж. Как назло дверь поддалась вперёд, и Морти пришлось сделать шаг вперёд. Но каково его было удивление, когда он понял, что в гараже никого не было. Стоп, что? Рик на сегодня уже закончил? Он же не уехал сегодня один в приключение? Так, нужно было думать рационально. Ха-ха, думать и Морти были явно не совместимы. Но это не мешало ему догадаться прошмыгнуть через столовую и прислониться ухом к двери в комнату Рика. Кажется, всё было тихо. Но это не являлось доказательством его отсутствия. Ручку двери Морти опустил вниз безумно аккуратно и потянул её на себя очень-очень медленно, боясь создать лишний звук. Ему не хотелось бы стать виновником плохого настроения Рика из-за столь неожиданного пробуждения. Если он, конечно, вообще был дома. В комнате Рика было куда темнее, чем в холле, но предметы оставались еле различимыми. Например, коробку с дисками Морти заметил прежде, чем на неё наступить. Благодаря чему ему удалось перешагнуть через неё и оказаться прямо перед кроватью Рика. Он очень долго привыкал к темноте, но спустя какое-то время всё же смог различить что-то похожее на его дедушку на кровати. Теперь Морти мог спокойно выдохнуть. Рик был тут, не уехал, не оставил его одного. И это было таким облегчением, что Морти даже забыл свою истинную цель поиска. Так что ему можно было возвращаться обратно в кровать до следующей дрочки, которая бы заставила вернуться его сюда снова. Поэтому Морти по мере своих возможностей тихо развернулся и уже хотел перешагнуть через коробку с дисками, как вдруг он резко остановился, словно его засекли копы во время ограбления банка. — И даже не поцелуешь дедушку перед сном? Этот хриплый от недавнего пробуждения голос заставил младшего Смита вздрогнуть и чуть ли не броситься наутёк. Но что-то будто не давало ему сдвинуться с места. И Морти уже не был бы удивлён, если это оказалось бы чем-то из экспериментов деда. Главное, чтобы не какая-то хентайная поебень. Как будто ему Рика не хватало с его новыми приколами. Глаза Морти закатились неосознанно, а он еле слышно причмокнул, не давая себе в этом отчёта. Хотя он на одну сотую процента всё-таки ждал хоть какой-то реакции со стороны Рика. Но тот только молчал. Ждал, как понял Морти. Первые шаги к Рику ему дались особенно тяжело, и у него возникло ощущение, что его ноги будто прирастали к полу, не давая сделать следующий шаг. Он искренне не понимал, почему вообще делает это. Сейчас абсолютно никто не принуждал его к этому. Морти мог просто уйти… Однако для удобства он всё-так положил руку на свободное место на кровати Рика, чтобы чуть позднее опереться на неё. Затем Морти приблизился ближе к лицу Рика и шустро коснулся своими губами его. И когда Морти уже хотел было отстраниться, он вдруг заметил крепкую хватку на своей руке. И это его не испугало, почему-то наоборот только сильнее обрадовало. Словно ему хотелось, чтобы Рику этого не хватило. — Это как-то по-детски, не находишь? — пускай во мраке комнаты Морти не видел Рика, но он был уверен в том взгляде, который столь пристально изучал его. Такой острый, внимательный, в какой-то степени даже пугающе расчётливый. И кажется, он заставил сознание Морти плыть не в том направлении. Ведь Морти наклонился снова. Он трепетно коснулся полураскрытых губ Рика и хотел оттянуть его нижнюю губу, но не успел. Рик вовремя перехватил инициативу и укусил. Совсем нежно, а затем провёл по губе языком. Это заставило Морти вспыхнуть и тут же отстраниться, из-за чего Рик случайно оставил поцелуй в уголке губ, а затем выжидающе стал смотреть. Ибо Морти успел сделать несколько шагов назад, прежде чем Рик готов был протянуть к нему руки. Это даже к лучшему. Но почему-то это вызвало у Санчеза лёгкое раздражение. — Ты завтра снова поцелуешь меня перед сном? — с весельем в голосе уточнил Рик, то ли пытаясь создать ощущение выбора для Морти, то ли пытаясь понять, не перешёл ли он черту. Хотя уже этим вопросом он не то, что перешёл её, а успел её обоссать. Трижды. Но Морти того же веселья не ощутил, он переступил с ноги на ногу, и не найдя ответа, бросился из комнаты, пробурчав невнятное: «Спокойной ночи». Это Рика даже в какой-то степени заинтриговало куда больше, чем обычное повиновение. Его знатно забавляла боязнь Морти признать, что причиной его стояка являлось столь очевидное влечение. Как назло весь следующий день младший Смит провёл подле Санчеза, подавая ему инструменты и сгорая от стыда и неловкости, а не в школе. Из-за чего Морти был уже даже уверен, что Рик сделал это нарочно. Ну просто не могло так совпасть, что этот супер-важный заказ позарез нужен был сегодня к обеду, а без помощи Великий Рик Санчез не справится. Актёришка. Тем не менее, раскрытие столь ужасного плана никак не помогло справиться с нарастающей неловкостью. Теперь Морти не мог тайком любоваться руками деда, его выступающими венами, длинными пальцами. Рик, словно как его какой-то супер-дупер-умный детектор, сразу это замечал и смотрел этим хитрым, пронизывающим взглядом. Как будто он всё понял. Блять. В таком напряжении Морти было суждено провести весь этот чертов день. Это было даже хуже того, чтобы зарывать себя самого в землю. Особенно хуево Морти почувствовал себя, когда снова оказался около двери в комнату Рика. Что он здесь забыл? Любой адекватный подросток никогда не пришёл бы сосаться к своему деду… хотя Морти никогда и не был адекватным подростком. Он всегда был тем самым тупым и ебанутым шкетом, иначе бы он не стоял бы под этой дверью. Морти постучал. Стоп, нахуя он это сделал? — Заходи, пёс. Лучше бы Рика не было дома. Честное слово. В этот раз в комнате светила какая-то зелёная флуоресцентная жидкость в светильнике очень странной формы. Первая мысль Морти определённо была про дилдо. Рик сделал это специально, да? Или это всё было из-за его воспалённого мозга, который мог во всём увидеть члены? Тем не менее, он не сдвинулся с места, оставшись прямо у двери и не желая сделать и шага в сторону Рика, который, к слову, теперь сидел на кровати, свесив ноги, точно дожидаясь его. Морти проглотил вязкую слюну и бросил взгляд на коробку с дисками. Она стояла на рабочем столе. Хах, это Рик так расчистил путь до него? Он догадывался, что Морти зассыт подойти ближе? — Ты что, в текстурках завис? Чего к полу прилип? А, пёс? — Рик поднялся с кровати, не отрывая взгляда от внука, прижавшегося всей спиной к двери. Это было ему даже на руку. Потому он позволил себе подойти ещё ближе к Морти, оставив между ними десяток «безопасных» сантиметров. Определённо, количество он решил не высчитывать, всё равно Морти не заметил бы. Одним сантиметром больше, одним меньше. От этого Морти вдруг ссаться от страха не перестал бы. И чего он вообще боялся? Точно как какая-нибудь жертва. — Так ты поцелуешь дедушку перед сном сегодня? — его кибернетические глаза просто не могли пропустить, как грудь Морти стала подниматься всё чаще и чаще, как уши начали неумолимо краснеть, а взгляд бегать по всему кроме лица Санчеза. Да почему так сложно было заставить его посмотреть в упор? Это заставило Рика действовать. Его руки резко оказались на плечах Морти, а затем начали своё путешествие вниз, рисуя на его теле витиеватые узоры. Чего было нельзя сказать о колене Санчеза, которое с напором оказалось между ног внука. Из-за чего Морти, тихо взвизгнув и слегка ударяясь головой о закрытую дверь, испуганно уставился на Рика. И в тот же момент Санчез, чуть опустив голову, хитро посмотрел на него из-под бровей. — Ну так каков твой вердикт? Морти громко проглотил слюну. — Нет. — Что? — такие желанные руки Рика вмиг остановились, а его взгляд стал ещё более колючим и выпытывающим. Он словно пытался понять, какие мысли крутились в голове его внука, почему тот так резко решил ему отказать, какие идиотские моральные установки заставили его это сказать. Рик напугал его? А если Морти и хотел закончить их маленькую игру, то мог бы хотя бы не так громко надрачивать на него в ванной и перестать смотреть этими милыми щенячьими глазами, которые будто так и молили продолжить. — Н-не хочу, — набрался сил, чтобы промямлить свой ответ, Морти. Он наконец смог остановить свой взгляд на лице Рика и перестать тихо постанывать под ним от каждого прикосновения. Тогда Санчез только сильнее надавил коленом в районе его паха, из-за чего Морти издал звук, похожий на писк, и поджал дрожащие губы. — Уверен? — прошептал ему Рик куда-то в шею, находясь в запретной близости к его коже, пахнущей одеколоном, который Морти приобрёл специально, чтобы привлечь внимание той рыжей сучки. Боже, он что, перед тем, как зайти к своему дедушке решил подушиться? Придурок. — Да, — Морти часто-часто закивал головой в такт своим словам. Как вдруг давление на его члене прекратилось, а Рик оказался на приемлемом для дедушки и внука расстоянии. С губ Морти сорвался вздох подозрительно похожий на разочарованный, а не на облегчённый. А что он хотел? Чтобы Санчез трахнул его прямо у этой ссаной двери, несмотря на его отказ, чтобы заставил его отсосать? Тогда точно идиот. — Спокойной ночи, — как-то отстранённо пожелал ему Рик и вернулся на свою кровать. Он взял очередное какое-то заумное устройство в руки, начиная его прокручивать и внимательно рассматривать, как бы намекая, что теперь Морти определённо точно нечего было здесь делать. И это заставило Смита Младшего неуютно поёжиться. Ему даже показалось, что на лице его дедушки промелькнуло разочарование. Так значит Рика всё-таки нужно было поцеловать? Он же теперь не перестанет брать его с собой из-за ненадобности? Его же не бросят? Может тогда стоило засунуть свою ёбаную и никчёмную панику куда-то поглубже? И просто перестать ссаться? Да ёбаный рот! Они же оба этого хотели, хотели продолжить, а может зайти куда-то дальше… Это же и было желанием Морти, которое преследовало его на протяжении уже нескольких недель! Ну почему он теперь боялся двинуться и увидеть в глазах Рика неудовлетворённость им? Почему он просто не мог сказать, что действительно хотел всего этого? — Если ты забыл, где находится дверь, то она буквально за твоей спиной, пёс.