Miss Jackson

                   

Рекомендую читать данную главу под "Jeremy Renner – Heaven Don’t Have a Name"

             Не все короли носят на своих головах тяжëлый, изуродованный неприлично дорогими камнями, статусный обруч с пикообразными венцами, знаменующими всё, что угодно, но не душевную простоту и сердце нараспашку. Не у всех по венам течёт бесценная, веками оберегаемая, голубая кровь. И далеко не каждый готов замарать собственные руки и изгваздать душу в тяжких, активно стремящихся к опрокинутой восьмëрке, грехах. Глядя на привыкшего добиваться всего своими руками американца, предпочитающего просторы и перспективы, можно обмануться, принять его за такую же простую единицу из миллионов. Но не стоит спешить — смерть это слишком любит, простирая объятия навстречу излишне расторопным. На запястье этого американца слишком дорогие для честной работы часы, костюм разве что не с показа мод в какой-нибудь Италии или, по желанию и в дань уважения традициям, Франции. Но главное то, что спрятано внутри. Глаза — два звериных зрачка, небрежно-дорогая укладка, отлично маскирующая пышную, статусную гриву. И походка. Царственная, хищная и пренебрежительная. Он не просто Король, он тот, кто ворвался в кишащие такими же опасными тварями, как и он сам, джунгли и перекроил их под себя. Заточил клыки и когти, оброс мышцами и шрамами. Получил то, что хотел, и ещё немножечко сверху.              Майкл "Микки" Пирсон — это лев, царь прайда, смертельная опасность для выдыхающих могильный дух гиен и просто тех, кто посмел хоть как-то перейти ему дорогу.              Его владения — с два десятка ферм с самой крутой рассадой, чей урожай стоит, как не каждая почка.              Микки умел окружать себя нужными людьми, искал и подбирал выкинутых и никому не нужных, достойных, тех, от кого будет толк. Несогласных — в расход. Визитная карточка американца, ставшего истинным английским джентльменом. Кровавый мачете лишь начало пути. Дальше — оружие получше, чужие руки и вершина — авторитет. Мало кто не побоится заявить о себе, скаля зубы самому Королю. Но это не так важно сейчас. Большую роль здесь играют те, кто входит в этот прайд. От самого простого ублюдка до прекрасной миссис Пирсон.              Талантливейшие ботаники и лучшие марихуановые сомелье. Преданный до мозга костей консильери, чей послужной список впечатлит даже Сатану. Прикормленные с руки высокосидящие (и оттуда же далекоглядящие) лица, лорды с их бесконечными, но бедными землями, и просто верные, благодарные люди.              Мисс Джексон — одна из прикормленных с руки зверушек, взятая на вырост с планами, что она окупит всë вложенное с хорошими процентами. Сейчас же, сидя за одним столом с ней, Микки лениво думает, что, чëрт возьми, что-то в людях он всё же понимает. Много лет назад она была как тоненький молоденький росточек, впоследствии став одним из надёжных столбов, на которых держится его марихуановая империя. Сейчас, пропуская по уже второй чашке (из тончайшего фарфора) его любимого, насыщенного травами и с лëгкой горчинкой чая, он подмечает её новый маникюр далеко не за одну сотню зелëных и думает о том, что Розалинд совсем недавно сделала острую форму, изменив своей любимой овальной. Он думает и о том, чем теперь ему это грозит, лениво листая чаты, решая, стоит ли сегодня попытать счастье вырвать жену из завала дел и пригласить на ужин.              Её помада пачкает белизну неприлично дорого фарфора, и она с досадой думает, что так и не научилась пить, не оставляя разводов. "Принцесса Виктория" как всегда приветлива даже не смотря на пасмурную, хмурую погоду: в помещении тепло и на фоне играет ни к чему не обязывающая музыка. Помнится, ради этого раритетного проигрывателя и нескольких особенно редких пластинок Рэймонд потратил свой стратегический запах нервов и, если верить слишком довольному Микки, удивительно маленькую сумму налички. Одним словом, любопытная история, подробности которой знать не стоит.              Где-то в кабинете, сидя над бумагами, время от времени потягивая уже немного остывший чай, находится Смит. Микки без него вообще сложно представить, в конце концов, тот появился в его жизни гораздо раньше Розалинд. Даже раньше её самой. Она отставляет чашку, позволив себе помассировать неожиданно простреливший болью висок: на одной из ферм ей продуло шею, и теперь она расплачивается за это.              — Так это правда... ты продаешь бизнес? — обращаться на "ты" одновременно неправильно и правильно. Он ей начальство и одновременно чуть больше. Рэймонд оказался умнее, выбрав нейтральное "босс", а вот она даже спустя столько лет так и не придумала ничего, так и застряв между "ты" и "Вы". И всё же ей кажется, что сейчас она как никогда права, выбрав чуть более близкое обращение. В конце концов, для этого разговора Микки и пригласил её на чашечку-другую отличного чая.              — Да, — он отрывается от телефона, но не убирает, всë также держа перед собой. Это можно расценить, как нежелание диалога или намёк на то, что он не будет долгим. С Микки вообще было сложно что-то прогнозировать, он, как истинный американец, умел и любил удивлять.              И вот ответ, не менее внезапный, чем и говоривший. Пирсон смотрит спокойно, с присущей ему ленцой, на которую вестись не стоит — он видит всë и даже больше, понимает, анализирует. Фактически, охотится.              И она ошибается вновь: разговор долгий, с долей юмора и самоиронии. Что-то из разряда "я не старый, я задолбавшийся". Ещë стоит упомянуть про деньги, настоящую необходимость в чём-то своём, тëплом и семейном, и новые планы на будущее. Она шутит про рассаду помидоров в теплицах вместо всеми узнаваемых зелëных кустов. Микки говорит, улыбаясь в свою чашку, что почему бы, собственно, и нет. Зря он, что ли, учился в Оксфорде? Где-то между помидорами и удобрениями для них, фактически, почти что спора двух ботаников вне закона, приходит Рэй. Джексон невольно думает о том, что будет с ним, столько лет пробывшим правой рукой Майкла Пирсона. Чем он займëтся, если новый владелец не предложит ему место по правую руку от себя? Где-то близко пролетает мысль, что кем бы ни оказался покупатель, какова разумность того, чтобы доверять малознакомому человеку, который знает этот механизм вдоль и поперëк (не всегда это во благо новому хозяину, и это понимает и Рэймонд). Однако Смит не выглядит человеком, которому объявили смертельный диагноз. Разве что держит спину настолько прямо, будто проглотил палку. Ну или с размаху на неё присел. Но Рэй всегда держал всё в себе, поэтому если внутри у него бушует настоящее цунами, она не удивится.              И вот после появления светловолосого мужчины, призванного разбавить тëмно-каштановую палитру и внести коррективы в направлении их разговора, шутки заканчиваются, уступая вопросам по работе. Майкл предупреждает, что в скором времени ей лучше лично не курировать одну из ферм — будет показ, зная, что ей светиться перед возможным покупателем до окончательного решения заключения сделки не стоит. Она лишь понимающе кивает головой, осознавая, что так будет ей только лучше. В конце концов, давным-давно именно она настояла на том, чтобы личность ответственного за состояние зелëных фотосинтезирующих подопечных не афишировалась. Да, её знали в лицо работники ферм, кое-кто из знакомых самого Микки и, прямо скажем, их общих клиентов. Например, чета Прессфилдов, на которых так своевременно вывела Микки лично она. История полна иронии: покупая несколько десятков кустов роз для поместья, они случайно обзавелись сотнями горшков запрещëнных растений на одном из лугов. Точнее, аккурат под плодородным слоем грунта, не больше метра толщиной.              У неё с Микки одна головная боль — растительный бизнес, но, в отличие от марихуаны и прочей радости, розы в Англии были легализованы. Дело мисс Джексон брало начало с маленького ИП, где она была и бухгалтером, и ботаником, и пиарщиком. Она не боялась грязи, и Микки, выросший в таком же клоповнике, что и она, прекрасно понимал её небрезгливость. Людей она, конечно, мачете не резала, но пачкала ногти в земле с нейтральным pH и вымывала запах удобрений и обработок из волос часами. И, конечно же, рисковала, заявляя о себе. Пирсон знал, почему она, с самого детства наловчившаяся выращивать правильную, годившуюся по мнению сомелье для употребления с удовольствием, травку, согласилась работать на него. Всë было банально — деньги и шанс достигнуть чего-то большего, такого, чтобы когда будешь подыхать, быть уверенным, что всё это того стоило.              Эта женщина знала, чего хочет, и, к его удовольствию и лëгкому удивлению, шла к этой цели твëрдо, изредка прогибаясь там, где это требовалось. Нужны деньги для своего бизнеса - заработала, падая в обмороки в старых, сколоченных из всего, что нашлось, теплиц. Днями и ночами сидела и подбирала идеальные условия ухода вместе с остальными, не боясь внести коррективы в его, самого Пирсона, слова. Прекрасно понимая, что без денег с продажи травы её предпринимательство закончится слишком быстро, была преданной едва ли не так, как Рэймонд Смит. Но Микки, конечно же, знал, что это лишь доля её привязанности. Что гораздо больше она благодарна за стержень, окрепший в ней из-за него. Что, имея перед глазами отличный пример пробивной силы и изворотливого ума, она наконец решилась как-то изменить и свою жизнь. И вот теперь она является одной из визитных карточек марихуанового короля — умные глаза и умение себя преподнести, быть своей среди самых капризных и непредсказуемых титулованных людишек и при этом выходить сухой из любой неудобной ситуации.              И всё же вот она, смотрит ему в глаза, чуть нервно постукивая ноготком с маникюром за неплохую сумму по лакированному столу. Улыбается кривовато, сверкая белыми зубами. Она удивлена и явно раздосадована этой новостью, но смиряется, прекрасно зная, что решать за кого-то она не в праве. Микки думает, что как же сейчас она похожа на Рэя — оба бешеных цербера, в одно мгновение преисполненных смирения. У Рэймонда в руках небольшая папка бумаг, и он явно скрывает лëгкий тремор, сжимая её чуть сильнее, чем следовало. Джексон — всë также отбивает ладный ритм теперь уже по тонкому фарфору. Микки же, наблюдая за ними, лениво делает маленький глоток.              Телефон вибрирует, оповещая о входящем сообщении. Пирсон переводят взгляд на него, после, что-то быстро отпечатав, откладывает от себя экраном вниз. Смотрит в уже пустую чашку с минуту и, всë же подняв взгляд на своих людей, вдруг произносит:              — Есть предложение сходить на один торжественный ужин. Леди Прессфилд очень огорчится, если мы не поздравим с замужеством её сестру.              Оба будто бы оживают, одновременно подняв на босса взгляды.              Микки думает, что если Роуз сказала, что занята и пусть он сам повеселится, то он, как хороший муж, обязан её послушать.