На обратной стороне Луны

Полная непроглядная тьма. Кажется, что свет и вовсе прекратил свое существование. Тьма убивает: клыками медленно впивается в кожу, черным потоком проникает в вены, проглатывает тебя всю без остатка. Можно попытаться закричать, но крик задыхается во тьме. Звуки безмолвно глушатся. Однако там за этой тьмой ощущается что-то невыразимо ценное; что-то, что не можешь вспомнить, как бы ни старалась. Оно там, и как ни пытайся пробиться к нему, как ни старайся пересечь этот темный покров — все бесполезно. Тьма сгущается. Ты чувствуешь ее течение по своим венам. Горячее, словно расплавленный свинец. Тьма проникает в горло и ноздри, не позволяя дышать. Медленно заползает в легкие, будто раздувая их и ломая твои внезапно ставшие хрупкими ребра. И вот ты перестаешь ощущать то ценное, что было за этой тьмой. Оно отдаляется, становится таким недосягаемым. Тщетно пытаться вырваться из удушающих объятий и стараться дотянуться до этого сокровища души твоей, хоть ты не знаешь или не помнишь о нем ничего. Чем больше ты сопротивляешься непроглядной тьме, тем меньше остается места для маневров и тем сильнее опутывают тебя ее сети. И в конце, ты просто растворяешься во тьме. Ты исчезаешь.

***

Кобра резко распахнула глаза. Тяжело и глубоко дыша, девушка непроизвольно прижала руку к груди: сердце бешено колотилось, угрожая вот-вот вырваться из грудной клетки. Ребра болели, будто, пока девушка спала, неведомый барабанщик сыграл на них пару особо ритмичных партий. Кобра медленно приподнялась и осмотрелась. У противоположной стены мирно спала Найрис. "Ну, хоть что-то хорошее: я не кричала во сне." – подумала девушка, откидываясь на шкуру, служившую ей постелью. В голове тут же всплыли воспоминания о прошедшем вечере. Незапланированный пикник на берегу вышел весьма веселым. Ребята часто шутили и болтали, казалось, обо всем на свете. Но все хорошее рано или поздно подходит к концу. На и без того пасмурное небо набежали черные, как смоль, тучи. Вдали ослепляюще сверкнула молния и через небольшой промежуток времени послышался оглушительный гром. Подхваченные на руки Детлаффом девушки в доли секунд оказались под надежной крышей, а сам хозяин дома, поставив гостий на ноги, так же быстро принес оставленные на берегу вещи. Стоило закрыться двери за спиной возвратившегося вампира, как с неба начали срываться тысячи тысяч крупных дождевых капель. Почерневший лес умывался ливнем, топил в нем все печали и тревоги прошедших дней, будто искал спасения в смешении грома и молний. Кобра повернула голову в сторону окна. На улице все так же, как и раньше, бушевала гроза, и потоки воды, устремленные вниз, отбивали по крыше только им одним ведомый ритм небесной музыки. В непроглядной ночной тьме, лишь изредка прорезаемой ярким светом, на девушку вновь нахлынули воспоминания о приснившемся кошмаре. Желая вырваться из этого состояния, Кобра решила выйти на небольшую террасу подышать. Осторожно, чтобы не разбудить подругу, брюнетка поднялась на ноги и, обувшись, тенью выскользнула в коридор, тихонечко прикрыв за собой дверь. Быстро преодолев расстояние до входа, девушка вышла на улицу. Ледяной, пронизывающий насквозь, ветер тысячами дождевых игл ударил в лицо. Кобра непроизвольно закашлялась и спряталась за несущей балкой террасы. "Да уж... Ну и погодка: льет как из ведра." – подумала девушка, ежась от холода. Вдруг с левой стороны до ее ушей донесся еле слышный шорох. Кобра повернулась в сторону источника звука. В ослепляющем свете молнии перед ней возник сам хозяин дома. Детлафф стоял лицом к брюнетке: его темные волосы были насквозь мокрыми, а глаза напоминали ледяные сапфиры. Вся его фигура источала непоколебимую силу вечности и непокорности. У случайного свидетеля эта сила вызвала бы приступ первородного ужаса, Кобра же ощутила непередаваемое словами спокойствие. Это было похоже на то, как если бы время продолжило свой бег, а девушка так и осталась на одном месте, со стороны наблюдая за его ходом. — Не спится? – участливо поинтересовался вампир, протягивая ей забытый ранее плащ. — Где ты его нашел?! – удивленно спросила Кобра, накидывая одеяние себе на плечи, и, поняв, что не ответила на вопрос, произнесла – Не то, чтобы не спится, просто кошмар приснился. – и неожиданно для себя полушепотом добавила – Опять. — И часто они тебе снятся? – лицо мужчины посерьезнело. — Почти каждую ночь в течение всех этих пяти лет. – со вздохом ответила девушка. Детлафф глубоко задумался. — Подожди, что значит "всех этих пяти лет"? – спросил он, внезапно нахмурившись. — Это очень долгая история. – слегка уклончиво ответила Кобра. — А я никуда и не спешу. – с улыбкой сказал мужчина, но, посерьезнев, добавил – Но если не хочешь рассказывать, то не надо, конечно. Кобра замерла, явно задумавшись о чем-то важном. — Я не делаю из этого какой-то сакральной тайны. Просто история длинная и даже мне самой до конца непонятная. Но если тебе интересно, то слушай. – наконец, заговорила Кобра, начиная рассказ – Была точно такая же ночь...

***

"... Небеса громыхали, будто сама природа гневалась из-за произошедшего. Я не помню, что случилось. Я не знаю, как я оказалась там, где открыла глаза. Я знаю лишь, что пробудилась от ледяного дождя, хлеставшего меня по лицу и телу..." Брюнетка медленно распахнула веки, не понимая, что происходит. Тело била частая дрожь, а зубы отбивали ритм скоростной чечетки. Резко приподнявшись, девушка отползла к близстоящему дереву и, прижавшись к нему спиной, огляделась. Вокруг был самый настоящий лес: великаны-деревья, шатаясь на ветру, казалось, царапали верхушками небо. Свет молнии, ослепляюще яркий в вышине, почти не долетал до земли, а потому видимость оставляла желать лучшего. Дрожащая от холода брюнетка сжалась от ужаса, услышав шум откуда-то из кустов. Схватив первую попавшуюся в руки палку, но понятия не имея, что собирается с ней делать, девушка повернулась в сторону звука. С громким треском из кустов выпало полуобнаженное тело, заставив брюнетку вскрикнуть. Тело оказалось молодой девушкой с волосами цвета темного золота. Блондинка резко вскочила на ноги и, увидя напуганную брюнетку, бросилась в ее сторону. — Вставай, бежим! Быстрее! – протараторила светловолосая, хватая девушку за руку и утаскивая ее прочь от этого места. Со стороны кустов, из которых появилась блондинка, раздался протяжный вой, призывая не задавать лишних вопросов. Кусты и ветки деревьев больно хлестали по лицу и телу, но двоица упорно продолжала бежать вперед. Наконец, на пути возник крутой склон, метра два в высоту, опутанный корнями растущих на нем деревьев. Не сговариваясь, девушки полезли наверх. Подсодрав с колен девушек кожу и загнав им пару заноз в ладони, склон поддался, и девушки глухо припали к земле у самого края его вершины, глядя вниз. Там, во всю принюхиваясь, металась весьма премерзкая троица существ: темно-бурая кожа, местами свисающая гниющими клочьями; желтые зубы, с которых стекала вязкая зеленоватая слюна; длинные руки и короткие ноги, с острыми, как бритва когтями – одним словом, вид у них был нерасполагающий. Побеснуясь в поисках внезапно исчезнувших жертв в течение минут десяти, существа, все так же принюхиваясь, побрели прочь, скрываясь за кустами. Лишь через некоторое время, после того, как жуткие твари скрылись из виду, девушки рискнули пошевелиться. — Неужели оторвались? – шепотом произнесла блондинка. — Не будь ливня, нас бы точно учуяли здесь. – ответила ей темноволосая, вставая на ноги. – Ты как там очутилась? Тем более в таком виде. Блондинка сидела на мокрой траве в полурасстегнутой рубашке, когда-то белого цвета с вышитым на ней лотосом, и таких же, когда-то белых, трусиках. Черные комки грязи на ее ногах изначально представляли собой теплые носки. — На себя посмотри. – с легкой обидой ответила светловолосая, скрещивая руки на груди. И действительно, вид брюнетки был ничем не лучше: порванная черная футболка с изображением хаски, длиной до верхней трети бедра, опасно повисшая на правом плече, чёрные трусики и полностью голые ноги. — Не обижайся, пожалуйста. Просто никак не осознаю произошедшее со мной. – искренне произнесла темноволосая девушка. — Ты тоже ничего не помнишь?! – громким шепотом воскликнула блодинка. Брюнетка утвердительно кивнула. — Пойдем поищем, где можно от дождя спрятаться, а то мы окоченеем здесь. – взяв сестру по несчастью под руку, блондинка бодро, насколько позволяло полностью замёрзшее тело, зашагала дальше в глубь леса. Таким спасительным местом, оказалась для девушек заброшенная крытая телега бродячих артистов. Куда делись ее хозяева, даже и думать не хотелось. "...Как мы дожили до утра, ума не приложу. Было так страшно. В каждом шорохе извне слышались нам с Найрис те существа..." Наступило утро. Дождь закончился и лес задышал той особой свежестью, что всегда бывает после грозы. Девушки вылезли из телеги и побрели в лес в поисках чего-то съестного. Но ни кустов с ягодами, ни чего-то похожего не наблюдалось. Внезапно, на одной из полянок они обнаружили вчерашних существ. Двое лежали в разных местах на земле перерубленные пополам. Третий же нападал на воина, уже почти у самого леса. Храбрец, ловко орудуя мечом, перемещался рывками, будто телепортируясь зеленоватой дымкой. Гниющая тварь, вся израненная, в исступлении ярости набрасывалась на воина, но получала удар за ударом. И вот мечник нанес существу смертельную рану. Тварь упала и больше не пыталась подняться. — Прошу прощения, сэр... – обратилась к воину блондинка, но опознав в обернувшемся человеке молодую девушку, исправилась – то есть, мэм. Мы кажется, заблудились, не подскажите, где мы и как нам выйти к людям? Воительница внимательно окинула взглядом стоящих перед ней девушек, особо приглядываясь к их странной одежде. Затем, будто о чем-то догадавшись и что-то решив, спрятала меч в ножны, предварительно протерев его. — Пойдемте-ка со мной. – наконец, произнесла она. – Не бойтесь. Мое имя Цирилла. Девушка, назвавшая свое имя, бодро зашагала в лес. Оставшаяся на поляне двоица переглянулась и, решив, что выбора так-то нет, поспешила следом за ней.