Отбитые

      — Ты еще долго собираешься стоять здесь, как истукан? — Майки нахмурился, глядя чёрным нечитаемым взглядом на человека перед собой.       Дракен больше не стал что-либо говорить и прошел обратно в комнату. Парень закрыл за ним дверь, но Рюгуджи показалось, будто позади захлопнулись врата самой преисподней. В другой ситуации, если бы Майки на него злился, он бы и близко не стал вести себя так послушно, но в этот раз парень почему-то чувствовал за собой вину. Даже учитывая, что это действие было скорее безсознательным, чем специальным, это только ещё больше пугало. Неужели он и в самом деле не ровно дышит к этому человеку, парню в конце концов! Никогда прежде Кен не сомневался в своей ориентации до этого момента, и сейчас явно ощущал, будто его поразила внезапная неизлечимая болезнь. А может, не такая уж неизлечимая, может, он сможет ещё вернуть все как было? Но что насчёт самого Майки? Рюгуджи посмотрел на парня, что уже присел на край кровати. О чем он, блядь, думает, раз предложил ему подобное? И вообще, он хотя бы представляет, как это делается? Или так уверен, потому что думает, что я позволю ему быть сверху? Парень ощутил холодок по коже и быстро откинул ужасающую мысль.       — Раздень меня, — властно скомандовал Сано, прямо глядя на друга, что остановился в двух шагах от него.       Кен посмотрел в глаза парня, но так и не смог понять, что происходит у того в голове. Может, там сейчас пели птички и резво скакали лошадки?! Нет-нет… Да там же никогда не было и намека на романтику! Все, что интересует этого главу группировки — это драки, драки, и ещё раз драки! Море крови, чужие поломанные кости и власть над всей Японией, какие к черту лошадки?! Сколько он его знает — всегда так было, есть и будет, так какого дьявола сейчас делает этот парень?!       Рюгуджи подошёл впритык и сверху вниз посмотрел на Майки. Тот был вполне расслаблен и также уставился на него в ответ.       — Мне нужно повторить ещё раз? — в чёрных глазах вспыхнула едва сдерживаямая злость. — Или ты уже передумал? Не хочешь брать ответственность за свои же действия, Кенчин?       «И что мне, блядь, делать?.. Костями чувствую, что если я хоть пальцем пошевелю — он прикончит меня, но и если ничего не сделаю, то только разозлю ещё больше…»       — Майки… — Кен сам удивился насколько жалобно прозвучал его голос, но решительно продолжил говорить, — я не хотел, это просто случайность…       — О чем ты, блядь, говоришь, Кенчин? Думаешь, я совсем не понимаю, что происходит? — тон голоса парня становился все опаснее. — Если бы ты не думал и не хотел, разве ты, блядь, сделал бы нечто подобное?       Рюгуджи молчал. Было трудно не согласиться с тем, что говорит Майки. Всё было именно так. Разве ты можешь попытаться взять то, о чем никогда не думал?       Кен сел на колени и потянулся руками к подолу одежды Манджиро.       — Ты такой жесткий перед другими, но сейчас передо мной мягкий, как тофу. Это как-то связано с тем, что ты хочешь меня трахнуть, Кенчин? — с насмешкой в голосе спросил Майки.       Руки парня замерли. Это было больно, слышать от него подобное, но с другой стороны, почему он чувствует, будто теперь получил всю свободу действий?       Он поднял глаза, многозначительно посмотрев в бездонные смольные озёра. Его внутренности переворачивались от этого взгляда, что смотрел прямо на него с таким вызовом. Подцепив низ кофты, Дракен с натиском провел руками по талии парня. Лицо Майки даже не дрогнуло от этого весьма неоднозначного жеста, но зато сам Кен ощутил, как его сердце бешено заколотилось в груди, а с низа живота начало подниматься нечто тёмное и тягучее. Он стянул с парня кофту целиком и положил ту сбоку. Майки не препятствовал ему и покорно поднял руки, позволяя себя раздевать. Под большой черной кофтой оказалась свободная белая футболка.       Рюгуджи посмотрел на Майки, когда его руки снова легли на чужую талию, в этот раз нырнув под ткань и соприкасаясь с горячей и гладкой кожей. И хотя выражение некого снисхождения на лице Сано не менялось, и тот только молча наблюдал за действиями друга, Кен ощутил, как напряглись мышцы живота последнего. Он потёр большими пальцами неровности пресса Майки. Это было так ново, так необычно и интересно, не вызывало никаких противоречий, ему захотелось только больше прикасаться к этому маленькому, но до ужаса сильному телу. Тот, кто всегда стоял выше его самого, теперь был таким послушным, таким снисходительным и терпеливым. Это подкупало и заставляло желать большего. Странные мысли возникали одна за другой в его голове. Что же он должен сделать, чтобы стереть это вечное спокойствие с лица напротив? Он может заставить его смущаться? Или… может, краснеть и задыхаться под ним? От возникшей перед глазами картины Кен почувствовал, как в его груди вспыхнул жар, а в горле пересохло.       Дракен поднял парня за талию и уложил на кровать, нависнув сверху над ним. Он опустил голову и положил её на чужой живот, все ещё плотно обхватывая одной рукой обнаженное тело под футболкой.       — Почему ты молчишь, Майки? — теперь, когда он не видел его лица, то мог спокойно поговорить. — Ты ненавидишь меня за то, что я сделал? За мои мысли?       Ещё какое-то время Сано молчал, и когда Кен уже подумал, что все так и есть, а молчание только подтверждает его слова, парень над ним заговорил.       — Почему я должен ненавидеть тебя, Кенчин? — его голос не был мягким, но и не злым.       Рюгуджи невольно удивился. А ведь и правда, за все время он ни разу не назвал его по-другому, как обычно делал, когда был в ярости или обижался.       Подержав небольшую паузу, Манджиро продолжил говорить.       — Или ты думаешь, что стоит кого-то ненавидеть за то, что тот человек любит тебя?       Любит… Это слово звучало как-то иначе сейчас. Дракен никогда не сомневался в том, что он любит Майки. Тот понравился ему с первой же встречи, и после парень только все больше возносил его и уважал. Его взгляд на мир, на вещи, на все происходящее всегда был таким необычным и занимательным, как можно было не заинтересоваться подобным человеком? А эта аура власти и лидерства, харизма, что исходила от маленького тела — он всегда восхищался им… Но сейчас Майки ведь говорит о другой «любви», не той чистой и благородной, присущей последователю, а совсем другой… грязной, животной, той, которую он ощутил, когда подумал о том, как будет терзать это маленькое тело… Разве это не делает его ненормальным, мысли неправильными, а поступки непростительными? Кем он тогда станет для Майки, если признается в подобном? Будет всё ещё близким человеком для него?       «Блядь, о чем я вообще думаю? Разве не похрен, кем я стану, если получу то, что хочу?» — резко прервал этот поток розовых соплей у себя в голове Кен.       Он поднял голову и посмотрел на Сано.       — Майки, ты знаешь, как это происходит между двумя парнями? — серьезно спросил Рюгуджи.       — Что происходит, Кенчин? — непонимающе уставился на него друг.       «Блядь, почему мне начинает казаться, что я развращаю малолетнего?..»       — Секс, Майки. Разве не ты только что говорил, что я хочу трахнуть тебя? Так ты в курсе? — Дракен подсознательно плотнее обвил руками талию парня, будто боясь, что тот решит сбежать от его вопросов.       Манджиро отрицательно покачал головой.       — Разве не так, как и с женщинами? Я читал пару манг, где был изображён процесс в общих чертах, но не скажу, что там было что-нибудь особенное, — равнодушно рассказывал парень.       Дракен на мгновение потерял дар речи от его слов.       «Так значит, весь его опыт — это, блядь, прочтение порно-манги, которая его даже не заинтересовала? Все намного хуже, чем я думал, хотя, и не странно, учитывая его-то характер… Но теперь… Что мне, блядь, делать со всей этой информацией?!» — мысленно терзался Рюгуджи, сжимая чужое тело в объятиях.       — Ты хоть целовался с кем-нибудь? — озадаченно спросил парень.       «Уж это то он должен был делать, правда?»       Майки кивнул, и Дракен почувствовал, как у него отлегло от сердца.       — Одна девочка поцеловала меня на втором году начальной школы, — спокойно вещал Сано.       Рюгуджи ощутил, как чуть не подавился собственной кровью. Это был удар в самое сердце.       «…Вот как… Значит, даже не стоит пытаться отрицать, что я иду на преступление…»       — А потом… — Майки продолжил, но замолчал, будто что-то вспоминая. В душе Кена уже вспыхнула слабая надежда, что, может, все ещё не настолько плохо?       — А потом? — с ожиданием спросил он.       — А потом ко мне все боялись приближаться, ведь та девочка сказала, что я хотел её убить, — все так же спокойно пояснил Манджиро.       — …Вот оно что…       Надежда умерла, так и не успев полностью окрепнуть.       Дракен разжал руки и выпустил парня, скромно сев сбоку.       — Майки…       — Да, Кенчин? — парень невинно уставился на друга.       — Ты можешь сделать вид, что все, что сегодня произошло было только сном?       Брови Сано сразу же нахмурились, а выражение лица стало мрачным.       — Сном? В каком смысле сном?       Дракен отвернулся от него, чтобы не видеть этих бездонных глаз.       — Ну, просто… Иметь первый опыт в любовных делах с парнем, когда ты тоже парень… Думаю, это не самая хорошая идея, — Кен повернулся к нему и улыбнулся. — Поцелуи и все остальное, думаю, милая девушка больше подойдёт тебе для этого, нежели кто-то вроде меня.       «Я не могу быть настолько жадным. Должен же я иметь хоть малейшую совесть в отношении того, кого уважаю».       Майки мигом оказался сверху на парне и схватил того за шиворот.       — Что ты, блядь, только что сказал, Кенчин? Значит ли это, что ты не любишь меня и не хочешь брать ответственность за свои чувства?!       Рюгуджи в шоке распахнул глаза, после чего сразу же помрачнел.       «Какого хрена? Где он только вырыл эти фразочки?»       — Блядь, Майки, на что ты намекаешь, говоря так? Ты что нихера не понимаешь, что, мать твою, отношения с парнем и девушкой совсем разные вещи?! — он чувствовал, как его заполняют злость и обида за себя, а вместе с тем и беспомощность перед этим ничего не знающим невинным человеком. — Я, сука, хочу трахнуть тебя, вставить свой член в твою задницу и заставить кончить! Заставить тебя задыхаться и стонать подо мной, думаешь, это, блядь, нормально?       В следующую секунду крики затихли, так как рот парня накрыли чужие губы.       Кен ощутил, как его сердце болезненно сдавило. Он резко оттолкнул от себя Майки.       — Какого хуя ты делаешь? — его обида была столь велика, что парень был готов рыдать от беспомощности кровавыми слезами. — Разве ты не слышал, что я, блядь, сказал?!       — Так сделай, — спокойно прозвучал голос Майки в ответ, сильно контрастируя с его собственным очень эмоциональным. — Трахни меня, если хочешь. Разве я сказал, что против тебя и твоих чувств?       Дракен на мгновение потерял дар речи, но после только зло посмотрел на парня сверху.       — Ты, блядь, просто не знаешь, о чем говоришь… — его низкий голос прозвучал крайне мрачно, но уже не срывался на крик. Он отвернул голову в сторону, смотря куда-то в пустоту.       — Так покажи мне или ты боишься это сделать? — прошептал голос над ухом, и Кен ощутил, как всё его тело покрылось мурашками от возбуждения. Тело Майки, сидящее сейчас верхом на нём, ещё плотнее соприкасалось с его собственным, а этот тон звучал так притягательно. Он повернул голову и уставился на человека перед собой. Казалось, в чёрных глазах плясали черти, и на лице Рюгуджи показалась ухмылка.       — Я, блядь, не боюсь, но смотри, ты, Майки, не пожалей о том, что просишь, — Кен в одно мгновение поменял их местами, придавив тело парня к кровати и упившись в полные губы «друга». Тот даже не вздохнул, молча согласившись с его действиями. — Рот открой, я научу тебя целоваться, — низким голосом проговорил Дракен, уставившись в глубокие чёрные глаза. Те немного изогнулись, вслед за губами на красивом лице парня.       Майки разомкнул губы, выставив напоказ красный рот и небольшой бледно-розовый язык.       — Блядь… — ругнулся Дракен и накрыл чужой рот поцелуем, толкая свой язык внутрь и переплетаясь им с горячим язычком там, — «…почему ты такой соблазнительный, Майки?»