Cherry

                  Конец августа. Pov Элизабет.       Как же приятно вернуться домой, особенно после тяжёлой смены с несколькими реанимационными случаями, сходить в душ, собрать почти сухие волосы в небрежную косу и заварить фруктовый напиток.       Вечер обещает быть мирным, тихим. Только книга, чай и я.       А нет, показалось.       В подъезде послышались смех Оливера и звяканье ключей.       В окно кто-то настырно колотил клювом. Отодвинув шторку, я увидела чёрного филина, который сидел на ящике для писем, держа в лапках свёрток среднего размера.       — Привет, какой ты красивый!— погладив филина и угостив его печеньем для сов, забрала свёрток и письма из ящичка, что был прикручен к уличному подоконнику. Птица пискнула, полетев дальше.       — Вишенка, привет! Мы с Чарли забираем тебя на костёр.       — Привет! Чарли располагайся, чай как раз заварился.       — Привет, Эли! Спасибо. — Чарли сел на диван, разглядывая фотографии и картины на светло-бежевой стене.       —Оли, какой костёр? — Поцеловала друга в щёку и магией подозвала чайничек, чашки и вазочку с песочным печеньем.       — Детка, братья Чарли устраивают прощальный вечер лета, — Оливер по-хозяйски уселся рядом с Чарли, беря в руки роман «Женщина в белом» Уилки Коллинза. — Читаешь?       — Нет, что ты, я не умею.       Вуд закатил глаза.       Садясь в кресло,я принялась открывать свёрток, в нём оказался небольшой букет белых ирисов и записка.       «Элизабет,       Надеюсь, я угадал с цветами.       Я уже очень давно пытаюсь пригласить тебя на свидание, каждый, Мерлинов, раз, ты мне отказываешь.       Поэтому я тут подумал и решил, давай поужинаем, хотя бы просто как друзья?       Один ни к чему не обязывающий ужин, пожалуйста, Эли.       Буду ждать тебя завтра в 7 вечера в Pollen Street Social.       Чейз Каллахан»       — От кого цветы? — Оливер изогнул бровь.       — Каллахан.       — По какому поводу?       — Зовёт на "дружеский" ужин.       — Ну да, конечно, дружеский! Сколько ты уже его отшиваешь?       — С того момента, как ты вступил в команду. Уже 4 года.       —Неплохо, пойдёшь? — Чарли довольно быстро вписался в наш с Оливером дуэт, превратив его в трио друзей.       — Не знаю, мне кажется, Чейз уже услышал все возможные причины и отговорки почему не пойду с ним на свидание.       — Сходи, если что-то пойдёт не так, то ты можешь послать нам патронуса и мы заберём тебя.       — Чейз не так уж и плох, не был часто замечен в обществе девушек, — Оливер перечитывал записку. — Но всё равно будь осторожна.       — Хорошо, пап, я буду осторожна.       — И вернёшься домой к 10 вечера.       — Если она вернётся домой к 10, то так Эли останется одна. У всех есть потребности и она не исключение. Деточка, возвращайся к 10 утра.       — Ты её разбалуешь скоро.       — Так, что там с костром? — невинно посмотрела на парней.       — Собираемся в Норе и выдвигаемся пешком к лесному озеру, разжигаем костёр, еда, выпивка. Всё в лучших традициях.       — Вы уверенны, что мне будут рады? Я ведь только с вами и Гермионой хорошо знакома.       — Не переживай по этому поводу, ты нравишься моей семье.        Спустя час, я стояла одетая в голубые джинсы, белую майку, тонкое фисташковое худи с капюшоном и серую ветровку. Также я решила обуть чёрные кроссовки. Оливер держал две корзинки с закусками и напитками.       — Идём. — Чарли взял нас за руки, и мы трангрессировали.       Начинался закат. Ещё одна моя сильнейшая слабость или же наоборот приток вдохновения, это солнце, что завершает свой путь на нашем полушарии и двигается постепенно к другому.       Не так далеко слышались голоса, кто-то смеялся и спорил.       Подойдя ближе, я заметила указатель «Нора».       По рассказам Чарли, это дом семейства Уизли, раньше с каждым новым членом семьи достраивались этажи и комнаты. Нору поджигали, восстанавливали и эвакуировали из родного места.       Сейчас же он выглядел как обычный двухэтажный дом.       Наверное, это безумно здорово жить в большой семье, где каждый друг за друга горой. Хотя откуда мне знать кого это. Начиная с 11 лет, я видела свою семью максимум 1 месяц в год.       К нам на встречу шли Гермиона и, как я поняла по цвету волос, Джинни.       — Привет, Эли! Мы с тобой ещё не знакомы лично, я Джинни. — девушка с рыжими волосами и в ярко-голубой объёмной куртке, была немного выше меня.       — Привет, рада знакомству. — Джинни обняла меня.       — Элизабет, привет! — Гермиона была в большом, для её размера, бордовом свитере с вышитой буквой «Ф». — Пойдёмте в дом, некоторые прибудут позже.       У входа в дом стояли 4 парня.       — Парни! — Чарли опустил свои ладони на мои плечи. — Эй, для тех кто ещё не знаком с Эли. Это Элизабет Беннет.       — Привет. — смущённо помахав, я хотела вернуться к Гермионе и Джинни, но не тут-то было.       — Привет, Элизабет, как дела? —Невилл Долгопупс заметно возмужал, помню его слегка нелепым подростком.       — Всё хорошо, спасибо! Ты как? Как миссис Долгопупс?       — Приходим в норму, она недавно вспоминала тебя, хотели записаться к тебе на приём, провериться на всякий случай, но нам сказали, что ты перешла в другое отделение.       — Да, теперь я в отделении тяжёлых травм. Надеюсь, вы прошли проверку и всё хорошо.       — Прошли, я в сражении поймал парочку слабых проклятий. Сейчас уже всё хорошо.       — Я очень рада, что без осложнений.       — Не знал, что вы знакомы. — Оливер удивлённо слушал наш разговор.       — Мы познакомились на дополнительных занятиях профессора Стебель, потом часто изучали растения в библиотеке, — Невилл, выступил пояснительной бригадой. — Или в теплицах.       — А, я тебя вспомнил, ты единственная кто из Когтеврана на матчах сидела в красно-золотом! Я Ли Джордан, комментировал игры, — высокий тёмнокожий парень подошёл ближе и протянул ладонь. — Только в последние годы не замечал тебя, почему?       — Оливер выпустился из школы, а это значило, что можно не ходить.       — Моя поддержка. — Оливер приобнял меня, целуя в висок.       — Ты практически заставлял меня ходить на эти матчи. Буквально за пару часов до игры, все мои вещи меняли свои цвета на гриффиндорские. От мантий до носков.       — Ярко же получалось.       — Так, вы вместе? — Ли посмотрел на меня и Оли.       — Мы друзья.       — Вообще-то, МЫ с Оливером вместе. — Чарли посмотрел на Оливера, а тот кивнул своему парню.       Только семьи знали, что эти двоё встречаются. И мы были безумно рады за них.       — Эли, пойдём в дом. — Джини потянула меня за руку.       Внутри пахло выпечкой, медовыми яблоками и уютом, что создавался благодаря разномастной мебели, мило дополняющей друг друга. Светлое дерево, вязаные пледы, узорчатые салфетки, колдофотографии семейства в рамках, книжный стеллаж, комнатные растения на подоконниках витражных окон, корзинка с пряжей и спицами. Можно разглядывать часами удивительно «собранную» гостиную, что соединена со столовой длинным прямоугольным столом.       На диване сидели, насколько я помню со школы, Анджелина Джонсон, Полумна Лавгуд, Ханна Аббот, Алисия Спиннет.       — Всем привет!       — Привет, Эли! Как дела? Давно не виделись! — Анджелина обняла меня, заваливая вопросами.       — Всё хорошо, как у тебя дела?       — Нормально, — она махнула ладонью и поправила свои идеально уложенные волосы. — Мне Джордж рассказал, что ты стала целительницой и спасла Фреда. Это так смело и так много значит для нас.       Мило улыбнувшись и кивнув, я сняла куртку. Девушки начали вспоминать последние сплетни, качественно обмывая косточки всем кого видели не так давно. Надеюсь те, кого обсуждают Анджелина, Алисия и Ханна поблагодарят эту троицу в старости, за то, что видимо проживут без артрита.       Я лишний раз порадовалась про себя, что мои лучшие друзья это два парня.       Полумна разговаривала с Гермионой и Джинни о последнем курсе в Хогвартсе.       Из мыслей вывел треск в камине и, выходящая из него, Миссис Уизли.       — Девочки! Здравствуйте, счастлива вас видеть! Вы не голодны? Может чаю? — Молли тут же засуетилась, обнимая девушек.       Услышав ответное приветствие, Молли заметила меня.       — Элизабет, здорово, что ты пришла! — Молли и меня обняла. — Элиза, идём на кухню, попьём с тобой чаю! Отказ не принимается!       На кухне располагался гарнитур из тёмного дерева, круглый небольшой столик, вокруг него 4 табурета, на стене висели сотейники, окно выглядывало в сад.       — У вас очень уютно, миссис Уизли.       — Спасибо, зови меня просто Молли, Чарли нам много рассказывал про тебя и Оливера. Честно признаться, я счастлива, что мой второй сын обрёл близкого человека.       — Они отличная пара. Дополняют друг друга.       — Лучше и не скажешь! Ты пьёшь облепиховый чай или лучше зеленый?       — Если можно, то облепиховый.       За считанные секунды, благодаря призывающим чарам, на столе появились две кружки солнечного чая и яблочный джем с тостами.       Мы с Молли обсуждали рецепты бананового хлеба с орехами. Удивительная женщина, такая простая, такая радушная.       За окном послышались приветствия. Через пару минут на кухне появился Билл.       К слову о Билле, после ужина в кафетерии Св. Мунго, мы больше не виделись и не общались. Чарли, как-то сказал, что старший брат погряз с головой в работе.       Если скажу, что не ждала письма или встречи с Биллом, то конкуренцию во вранье составит мне только Пиноккио со своим носом. Pov Билл.       Сегодня день не задался с самого утра. К уже проделанной работе добавилось в два раза больше. Бонусом сверху, 5 новеньких работников, ничего не знающих и практически самостоятельно мало соображающих, если это касается важного дела.       Слава Мерлину, близнецы решили устроить вечер костра, уже года три мы не провожали так лето.        У Норы собирался народ, парни оккупировали сад, девушки гостиную, бегло поприветствовав всех, отправился на поиски «Тягучки».       — Привет, мам, у тебя не будет вытягивающего бальзама? — даже несмотря в сторону стола, открыл ближайший шкафчик.       — Бальзам на верхней полке! Сынок, что случилось?       — На работе одно заклятье отскочило, задев шрамы, —поворачиваюсь к маме, держа аптечку. — Привет, прости, не заметил тебя.       — Привет, — Элизабет кротко поздоровалась, но за доли секунды, её взгляд стал серьёзным. — Заклятие было тёмным? — она встала и подошла ко мне, принося лёгкий шлейф нежных духов.       — Только с такими работаем. — пожал плечами. Эли взяла меня за руку, усаживая на табурет, что стоял у открытого окна. А я засмотрелся её серовато-зелёными глазами. Её ладони такие аккуратные и нежные. С этими раздумьями я совершенно забыл, что мои шрамы вскрылись и как назло не поддавались заживляющим чарам, и сейчас кровь тонкой струйкой бежит по шее, впитываясь в синюю футболку.       — Не против, если я проведу осмотр?       Кивком даю согласие.       — Если я понадоблюсь, то буду в зале. — мама вышла, оставив нас наедине.       — Сними футболку. —Эли проводит какие-то манипуляции, кровь перестаёт бежать, вены начинают просвечивать сквозь кожу. 10 минут в тишине, только смех и разговоры за стенами кухни.       — Это же не просто шрамы, так ведь?! — между её светлыми бровями появляется морщинка «задумчивости». — Твоя кровь чистая, только эти участки кожи бунтуют, — мягко касаясь моей щеки, она вновь бормочет заклинание, стягивающие кожу обратно в рубцы. Больно, очень больно. — Прости, нужно потерпеть. Либо затянуть их сейчас, либо придётся накладывать также малоприятную мазь 2 недели.       — Помнишь ночь, когда Дамблдор погиб? — Эли кивнула, облокачиваясь на подоконник. —Тогда напали пожиратели смерти на школу, малым отрядом мы отправились на защиту. В сражении с Сивым я получил эти шрамы. Опережая твой вопрос, Фенрир Сивый страдал ликантропией. Благо, тогда было не полнолуние, и он находился в человеческом обличии. Поэтому…       — Ты не стал оборотнем. — закончила за меня Эли.       — Не стал, но остались эти шрамы. Надеюсь, они тебя не смущают. И если тебя напугала или смутила эта история, то я пойму.       — Я целительница, меня таким не напугаешь. У каждого из нас есть шрамы, не существует абсолютно «чистых» людей, — Беннет намочила кусочек марли, смывая кровь с моей шеи и ключи. — Спасибо, что рассказал историю своих.       — Расскажи про свои шрамы. Думаю, это будет честно, история за историю.       — Ты прав, — Эли вернулась к своему уже остывшему чаю. — Я и мой младший братик любили лазить по деревьям. У семейного дома была огромная территория, в центре которой рос дуб. Он был просто огромен. Массивный ствол, выглядывающие из под земли толстые корни и конечно же раскидистые ветви. Только вот растение уже доживало свой век. Однажды мы как обычно забрались на ветку. Мне было 7, Джереми 5. Ветка из-за ветхости обломилась, и мы полетели вниз. Братик сломал тогда руку. Открытый перелом. Море крови. Я вывихнула ногу и получила две глубокие раны на лопатках и сильный ушиб спины. Я тогда очень испугалась за брата. Таким образом, я заполучила два шрама на спине и страх высоты.       — Чёрт, действительно есть причина боятся высоты. Твой братик тоже волшебник?       — К сожалению или к счастью, Джер не волшебник.       — Все в сборе! Мы выходим! — Чарли зашёл на кухню.       — Эли, где ты успела уже замазюкаться? — Вуд внимательно осматривал свою подругу-сестру.       — Вот блин. — Эли осматривала худи.       На рукаве её толстовки была моя кровь.       — Пойдём, я дам тебе другую кофту, а эту застираем.       — Ничего страшного, просто парочка капель и всё, — она подошла к мойке и с помощью перекиси водорода, которую нашла в аптечке, удалила кровь без следов. — Ну вот и всё, можем идти.       В гостиной уже никого не осталось.       Выйдя на улицу, я тут же потерял Эли из виду, видимо её утащила Джинни. Pov Эли.       Конечно, я слышала, что близнецы Уизли разворачивали самые громкие вечеринки в выручай комнате, но так тогда и не побывала на них.       Шли мы уже 45-50 минут, компания собралась внушительная, не меньше 30 человек, с некоторыми я успела познакомиться по пути, кого-то помнила со школы.       Смеркалось очень быстро, осень дышала в затылок, пуская туман по озеру, небо окрасилось темнотой, становилось прохладнее. Я уже успела мысленно дать себе подзатыльник за то, что не додумалась надеть куртку потеплее. Застёгивая ветровку, я шла чуть позади Оли и Чарли.       — Замёрзла? — вновь бархатный голос раздался справа от меня.       — Немного.       — Я взял тебе тёплую кофту, заметил ещё дома твою тонкую куртку.       — Не стоило, правда. Сейчас у огня станет теплее.       Билл остановился, доставая из корзины вязаный свитер.       — Надевай.       — Мне не настолько холодно.       — Это пока, мы уже подходим к воде, там будет холоднее.       — Там и буду думать.       — Твой нос уже начинает краснеть. Ты целитель, должна знать, что можешь легко простыть.       — Сдаюсь. — с довольной ухмылкой, Билл протянул мне кофту, надев её поверх куртки.       — Давай помогу, — в пару движений рукава огромной, для меня, кофты были закатаны, а капюшон худи одет мне на голову. Уизли взял мою ладонь правой руки, сцепляя со своей и убирая в карман своей куртки. — Так будет теплее, идём.       — Спасибо.       Пока мы шли, болтали обо всём и ни о чём одновременно, обсудили работу и прочие мелочи жизни двух трудоголиков, какими мы с ним как оказалось являемся.       С Биллом так легко общаться, сейчас, идя в его вязанной кофте коричневого цвета с белой буквой «У» (Уильям), ощущая аромат его одеколона, мысли путаются, мозг отключается, а тело расслабляется. Словно оно находится под какими-то чарами.       И вот на довольно просторной поляне у берега, нижние ветви деревьев и кустарников укутаны в гирлянды из ретро лампочек Эдисона, в центре собраны поленья для костра, вокруг стоят низкие лавочки, на земле разложены пледы с подушками, чёрно-красный бумбокс мигом оживился, стреляя треками двух миров.       Парни, нёсшие корзины с помощью магии, стали левитировать их содержимое на столики.       Мы с Биллом расцепились, к нему подошли незнакомые мне парни, а я вернулась к Оли и Чарли.       — Вы классно смотритесь. — Оливер подмигнул мне.       — Не понимаю о чём ты. — конечно, я понимала о чём он, вот только… Только нужно ли это нам? Вернее не нам. А мне и ему.       — Я принёс нам выпивку! — Чарли держал 3 бутылочки сливочного пива с повышенным градусом.       — Ты мой спаситель, спасибо!       Дальше атмосфера этого мероприятия, как и градусы в крови, располагали к хорошему времяпрепровождению. Время бежало как сумасшедшее. Иногда, я ловила на себе взгляды Билла.       — Вишенка, это же наша песня, давай поднимайся. — бумбокс проигрывал песню «Macarena» Los del Rio, Оливер протянул мне руки, вовлекая в танец.       Мышечная память прекрасно помнила движения танца. Всё происходило само собой. Уверена, мало кто обратил на нас внимание, так как все занимались своими делами. Кто-то болтал, кто-то пританцовывал, кто-то выпивал и так далее.       От костра уже остались угли, заиграла спокойная мелодия, парочки тут же стали заметны.       Я же решила, что с меня сегодня хватит, поэтому решила отойти подальше для успешной и незаметной трансгрессии, ну или хотя бы без расщеплений, всё таки алкоголь делал своё дело.       — Опять сбегаешь, Эли.       — Я не сбегаю, просто ухожу по-английски, Билл.       — Это одно и тоже, Беннет. —подойдя ближе, Уизли прислонил ладонь к моей щеке, поглаживая большим пальцем скулу. — Не хочу, чтобы ты уходила. Я не знаю, что происходит, но когда ты рядом, Эли, чёрт…. я чувствую твою магию. Словно само моё естество выбирает тебя.       — Я не…       — Тшш… Я не закончил. У меня уже был опыт отношений, но ты другая. — Билл поцеловал меня и мы трансгрессировали к побережью.       Глубокая ночь, шум волн, свежесть ветра, уже знакомая терраса с плетённой мебелью. В доме не горел свет.       Мы избавлялись от одежды, едва отрываясь от губ.       Губы, его губы блуждали по моей шее, ключицам, спускаясь ниже и раздвигая рамки приличия. Время замерло, словно давало нам насладиться друг другом, прочувствовать эмоции, отдаться в полную власть желания.       Слегка шероховатые руки очерчивали мой силуэт, местами сжимая, оставляя следы, по которым явно не вернуться. Точка невозврата осталась уж слишком далеко за пределами досягаемости. Плавные, углубляющиеся движения. Рваное дыхание. Разгорячённые тела. Его твёрдые мышцы, рядом с ним я плавилась, полностью отдаваясь.