Cherry

Рождество. 7:43 утра. Pov Элизабет.       – Доброе утро, малышка. – сквозь сон чувствую лёгкое поглаживание спины с россыпью поцелуев на оголённом плече, шеи и губах.       –Билли, ещё чуть-чуть, милый. – всеми силами отдаляю момент прощания с таким славным утром. Поворачиваясь с одного бока на другой, утыкаюсь носом в его крепкую грудь, с головой уходя под одеяло, прячась от утренних лучей. Вновь размякнув, забываюсь досмотром пускай уже и смазанного сна.       Через 40 минут, мы стояли в ванной комнате. Я пыталась привести себя в порядок, если честно, выходило из рук вон плохо. В зеркале отражалась «помятость», а не Эли Беннет. Усталый взгляд, дополненный амбре тёмных кругов, от явного недостатка сна. Волосы, собранные до этого в косу, больше напоминали гнездо пикси. Вынужденная смена до 2 утра. Примерно в 3:50 Билл нашёл меня, спящей за рабочим столом в моем кабинете.       Я проснулась утром в его кровати и в теплых объятьях.       –Какие планы на сегодня? – Билл размазывает мёд по тостам, стоя в одних клетчатых пижамных штанах, несобранные волосы подсвечиваются ярким солнцем, свободно блуждающим сквозь незашторенные кухонные окна, открывающие вид на крайне беспокойное море.       – Точного плана нет, но дел куча. – сижу на кухонном гарнитуре в рубашке из комплекта пижамы Билла, распутывая клубок из нескольких гирлянд. Несмотря на канун Рождества ни у меня в квартире, ни в доме Билла, вы не найдёте даже намёка на праздник, не говоря уже про наряженные ёлки и виной этому бессовестному поведению наш с ним трудоголизм. Именно поэтому мы сейчас в сжатые сроки пытаемся навести марафет интерьеру. Это второй год, когда я не украшаю своё жилище к празднику, но дух рождества от этого меньше не стал. Возможно, стал даже крепче, ведь важнее люди окружающие в это время.       – Почему бы тебе не воспользоваться магией? – он подходит ко мне с тостом и чашечкой жасминового чая.       – Слишком просто! – забираю тост и слизываю янтарный мёд, который норовит стечь. – Можешь считать это некой рождественской традицией. Когда мы с братом были маленькие, бабушка с дедушкой по линии отца, всегда брали в свои руки украшение семейного дома. Они старались с каждым годом всё больше включать нас в это мероприятие, даже дали название этому времяпровождению «Момент, когда дом переодевается в волшебство». Первым делом дедушка доставал всевозможные коробки с праздничной атрибутикой. Мы вчетвером собирались за кухонным столом и принимались распутывать метры гирлянд и мишуры с цветастым дождиком. Попивая молоко и закусывая печеньем с изюмом и апельсиновым шоколадом, бабушка причитала, что дедушка неаккуратно сложил «лампочки- мигалки» в прошлый раз, и поэтому мы сейчас потратим не менее 2 часов только на размотку тонких проводков. Он же ей со всей любовью отвечал:             «– Душа моя, ты такая красивая, когда злишься! Будь моя воля, я бы ещё раз женился на тебе!»       После он нам подмигивал, шёпотом добавляя:             «– Эли! Джер! Помогите мне, внучата!»       Мы тут же заступались за него, говоря:             «– Дедушка Джон, не виноват! Это Гринч запутал «лампочки-мигалки! Честно пречестно! »       – Гринч? – Билл, стоял напротив меня, помогая с безобразием светотехники.       – Да, Гринч. Это персонаж детской сказки Доктора Сьюза, «Как Гринч украл Рождество».       –У нас всё было в разы проще либо близнецы, либо Ронни кое-как собирали гирлянду, а отец магией распутывал её перед праздниками, из причитающих был только Перси. – Билл поднял моё лицо за подбородок, провёл кончиком языка вдоль нижней губы, слегка прикусил и отстранился. От него пахло лосьоном после бритья. – Иди ко мне. – полушёпотом излагает Билл вновь возвращая свои губы на положенное им место, то есть к моим, снимая меня со столешницы.       Переносимся на диван, Билл гладит мою спину под футболкой. Я откидываю голову назад, влажная дорожка от поцелуев тянется от мочки уха до ключиц. Зарываюсь пальцами в его волосы. Рубашка, как и его штаны слетают быстро, оказываюсь под Биллом, прижатая спиной к кофейному столику. Разность температур запускает мурашки по телу.       – Ты чертовски красивая. – нижнее бельё летит в сторону, только его горячие руки и поцелуи.       Только стон слетает с губ, тело поддаётся любой его манипуляции, вот он плавный переход от тонкой грани сладкой истомы к верхней отметке возбуждения.       С улицы послышался хлопок трансгрессии.       – Чёрт, кого там принесло! – первым делом Билл находит мои трусики и верх, благо рубашка доходит мне почти до колен, но я всё равно для дополнительного прикрытия накидываю плед.       – Где твоя палочка? – Билл направил свою на дверь.       –В спальне.       –Иди за ней Эли, потому что мы сегодня никого не ждали.       Дважды повторять не нужно, быстро забежав на второй этаж, из мантии выуживаю палочку и бегу вниз.       Наводим палочки на дверь, хоть война прошла, но не все приспешники Лорда пойманы, так же как и не все они смирились с участью проигравших. Поэтому выдыхать ещё очень рано, а дышать полной грудью больно. Все члены семьи Билла пользуются камином, как впрочем и друзья. Все предупреждают о своём визите.       – Их двое. – Билл опускает палочку.       – Ты чего палочку опустил? – немного нервозно спрашиваю, не отворачиваясь от двери.       Шаги приблизились, а Билл саморучно открыл дверь незваным гостям.       –А я говорил, что нам обрадуются! –Джордж, зашёл первым.       – Привет! – сказала я, опуская палочку и отдёргивая рубашку ниже, хотя она и так всё хорошо прикрывает.       –Доброе утро, братец и наша любимая невестка. – Фред с близнецом обменялись взглядами приправленными ухмылками.       – Я думала, Оливер ваш любимчик. – с близнецами, как и с Чарли быстро нашёлся общий язык.       – Смотри-ка Джорджи, Эли нас раскусила. – братья сгримасничали удивлённые мордочки, проходя на кухню.       – И я не ваша невестка.       – Это временно! – прозвучало мужское трёхголосие.       – Извините, что помешали, – в унисон произнесли Фред и Джордж. – Но на повестке дня семейное собрание! — важным тоном произнёс старший из них.       Билл наклонился ко мне, поцеловав в висок, прошептал:       – Штанишки, малышка.       Поднявшись наверх, я переоделась в свою рабочую мантию целителя, которая висела на плечиках в открытом шкафу Билла.       Значит, он её почистил от следов крови и моих слёз. В последнее время, я всё чаще «расклеиваюсь» в конце смены, обычно даю волю эмоциям дома, в ванной, только вот вчера я«выдохлась» рано.       Мерлин, храни таких мужчин как Билл Уизли!       Взмахами палочки, удаляю только едва проступающие следы засосов. Расчесываю волосы, собирая их в лёгкую косу.       Заправляю кровать, открыв перед этим окно, запуская леденящий воздух, пропитанный морем. Комнату сразу обволакивает шум бушующих волн, шелест песчинок, бьющихся о стены коттеджа украшенного вдоль и поперёк ребристыми ракушками.       Достаю из шкафа футболку и носки для Билла.       Парни сидели за кухонным столом, к ним присоединились Перси и Рон.       – Доброе утро, Эли! Как дела? – Перси отсалютовал кружкой с кофе.       – Привет! – буркнул Рон, наяривая тосты.       – Доброе утро, всё хорошо, спасибо. У вас как? – протягиваю вещи Биллу. — Держи.       – Спасибо, милая. – отвечает он, начиная одеваться.       – Нормально, если не считать того, что мама с девчонками оккупировали кухню и столовую. Даже позавтракать не дали, отправили «куда-нибудь посидеть и не мешаться им», – Рон от эмоций начал жестикулировать, вызывая улыбки старших. – Гарри отправился к Люпину, я же не в восторге от детских криков и пелёнок, вспомнил, что Джордж и Фред намыливались сюда.       – Рон, Эли только спросила «как дела?», а ты тут ей свою тираду вывалил. – Перси с укором взглянул на младшего.       – Ничего страшного, всё нормально. –поцеловав Билла в щёку, отпила из его кружки пару глотков. — Всем пока! Заранее счастливого Рождества, мальчики. – одарив всех улыбкой, направилась к выходу.       – Я думал, ты ещё побудешь с нами. –Билл пошёл за мной.       – Я бы с радостью, но мне ещё нужно встретиться с миссис Вуд и подготовиться к рабочей смене. – обуваюсь в чёрные замшевые ботфорты на устойчивом каблуке.       – Эли, ты куда? – послышался голос Фреда.       – Ты разве не с нами справляешь Рождество? – подхватил Джордж.       – Моё Рождество пройдёт сегодня на дежурстве со стажировкой. – выдавливаю из себя улыбку, попутно запуская руки в рукава пальто, что держит для меня Билл.       – Кто работает в Рождественскую ночь? – возмутился Рон. – Хотя бы за двойную ставку?       – Стажировки не оплачиваются, Рон, –Билл сложил руки на груди и опёрся о стену. – Элизабет сейчас проходит обучение и переаттестацию. – он объяснял парням, в заключении посмотрел на меня и добавил. –Но, Эли присоединиться к нам ближе к 2 утра, да детка?       – Надеюсь! Пока!       Почти срываюсь на бег. Морозное солнце заставляет щуриться. В городе безветренно, но холод так и норовит ужалить непокрытые слоем одежды участки кожи.       Чертыхаюсь, не обнаружив в карманах пальто варежки. Учитывая, что дома их давно не наблюдалось, как в прочем и в рабочем кабинете, значит, опять потеряла.       Молодец, Эли!       Обидно до слёз, их мне подарили на прошлое Рождество, его мы «праздновали» скрываясь от Пожирателей. Гриндилоу знает, где отец тогда раздобыл адрес моей квартиры.       Прячу руки в карманы, заочно добавляя пункт в список покупок.       – Добрый день, миссис Вуд. – Я шагнула в уже открытые объятия женщины, что подарила этому миру Оливера и приняла меня в свою семью.       – Здравствуй, дорогая! К чему этот официоз? – поцеловав меня в щёку, она придирчиво оглядела меня. – Эли, ты похудела ,милая, работа в Мунго скоро совсем тебя измотает! Бедная моя девочка! – заботливо поправ мой объёмный шарф, она улыбнулась, беря меня под руку.       – Работа есть работа, от неё никуда не деться. — в знак своей невиновности, я пожала плечами, и мы отправились вниз по улочке немагического Лондона.       – Ну почему же, всегда есть куда деться. Выйти замуж, например, или же, что ещё лучше — сменить сферу работы. Сейчас наш мир оживает, люди возвращаются в Британию. Столько открывается возможностей для вас — молодых. Эли, ты сможешь смело совершенствовать свои умения и знания за достойную оплату твоего труда.       – Вообще-то, я уже меняю сферу деятельности. – тяжело вздохнув, начинаю свой рассказ. — Тётя Сара, вы же знаете, в Мунго после войны катастрофически не хватало целителей, – она кивнула. – Так вот из-за нехватки штата, главные целители-управленцы заполняли ячейки как им угодно, персонал не справлялся, мы работали и продолжаем работать практически без выходных. И совсем недавно, буквально две недели назад, нам сообщили, что штат целителей и младшего персонала пополнится. И всё вроде бы хорошо. Но, как говорится, подвоха нет, есть загвоздка. Молодых заместителей, заменяют на ценных «прибывающих».       – Эли, мне жаль. Как они вообще додумались до такого? Где раньше были эти целители? Вас молодых после кровавого поля боя, привели на другое не менее кровавое и жестокое, вы вытянули и его, а теперь так бессовестно ваш труд обесценивают? – Миссис Вуд, не на шутку разозлилась, она негодовала, как и все молодые целители.       – «Бывшие-новые» целители раньше занимали эти посты, просто ретировались ещё в начале прошлого года в соседние страны. Нам же руководство предложило, оставаться в своих отделениях только на пост ниже. Или же бесплатно получить переаттестацию с обучением в другие отделения на свободные ячейки.       – И ты решила перейти?       – Да, в детское отделение. Хотя раньше я не стремилась туда.       – Знаешь, если посмотреть в этом есть и свои плюсы. В будущем сможешь стать частным целителем для семей. У тебя уже есть опыт работы в отделениях проклятий и тяжёлых травм. В любом случае, ты всегда можешь рассчитывать на нашу поддержку.       – Спасибо. Честно, я даже как-то не рассматривала вариант частного целительства.       Закупившись букетами Пуансеттии в цветочной лавке, а также некоторыми продуктами из списка для праздничных блюд, мы отправились в имение Вудов.       Время за готовкой пролетело стремительно, кухонные часы показывали 7 вечера.       Удивительно, как семья Вудов относиться к приготовлению праздничных и семейных ужинов. За 10 лет знакомства с ними не перестаю восхищаться их идиллией и устоями. Существует правило в праздники и в дни, когда вся семья и друзья семьи собираются, все люди из персонала, смотрящие за имением уходят на выходные. Готовкой занимаются хозяева и их близкие, конечно, если гости не против. Обычно участие принимают все, атмосфера к тому добродушно располагает и наполняет теплом семьи.       Примерно с 13 лет, я встречаю Рождество здесь. Это никого кроме меня не смущало. Раньше я переживала из-за того, что моя биологическая семья не ждала меня на праздники, со временем это чувство начинает сглаживаться.       В этот год Оливер попросил меня побыть с его родителями, ведь он далеко. Я была рада провести время с тётей Сарой и дядей Крисом.       За несколько часов, мы успели обсудить множество всего тем: планы на грядущий год, потери и успехи уходящего, поделились переживаниями о здоровье Оливера, результаты анализов, которые он прислал в последнем письме совсем не утешали. 10 вечера.              В Рождественскую ночь начальство решило, что негоже оставлять людей без праздника, поэтому в разы сократили штат в эту ночь.       Везучесть и я совершенно разные несогласованные вещи. Именно поэтому я сейчас здесь в холле Св. Мунго, а стоило простой жеребьевке выплюнуть моё имя и ещё парочку десятков имён таких же мало удачливых. Но, хочу заметить, что мы сейчас стоим перед главным целителем и никто не ноет о не справедливости, все понимают, что главное в этом здании — благополучие наших подопечных.       – Доброй ночи, желаю счастливого Рождества и лёгкой смены! Самое главное — это подарки! Всем, кто сейчас передо мной, как говорится с барского плеча, даю три официальных выходных, дорогие коллеги! –Главный целитель быстро ретировался, дабы избежать вопросов от уставших работать без выходных сотрудников. Целых три дня из положенных пяти в честь праздника, и вовсе не буду заикаться о желаемом отпуске, чтобы лишний раз не пускать слюни на грёзы выходных в тёплой стране.       Детское отделение встретило тишиной. Группу из 27 моих подопечных уже уложили спать нянечки, через 20 минут их смена закончится. 12:37 ночи.       Время проносилось незаметно, бумажная волокита не удручала, даже наоборот успокаивала и приводила мысли в некое подобие порядка.       Проверив жизненные показатели маленьких пациентов, я решила наконец-то устроить праздничный ужин, состоящий из салата и кекса, что мне упаковала с собой чета Вудов. Выбор места для приёма пищи не велик либо в кафетерии, либо рядом с красавицей ёлкой в холле детского отделения. Долго я не думала.       Холл детского отделения резко отличался от холлов других отделений Св. Мунго, и это в принципе не должно удивлять, но всё-таки рождественского волшебства хочется даже самому скупому на эмоции существу.       Свежий фонд «Детство без войны» позаботился о каждом ребёнке, находящемся в стенах этого здания. Были подготовлены сладкие подарки, мягкие игрушки, настольные игры, книги.       Гирлянды освещали помещение, ёлка украшена творениями детей мягко укрывала ветвями подарки для своих поклонников.       Послышались шаги со стороны лестницы и шуршание бумажного пакета.       – Билл! – словно ребёнок, увидевший Санту, со всех ног поспешила к любимому.       – Ты же не думала, что я оставлю тебя одну в Рождество? – Уизли поцеловал меня в губы, придерживая за талию.       – А как же остальные? Ты сбежал от семьи?       – Во-первых, я объяснился с родителями. Во-вторых, я не подросток, чтобы отпрашиваться. В-третьих, Эли ты тоже моя семья. Знаю, у нас всё развивается быстро, но меня устраивает этот темп.       – Меня тоже всё устраивает.       – Медлить будем в старости, сидя за чашкой чая у камина.       – Тебе виднее, не мне же почти 30.       – Туше.       В пакете у Билла оказались по две порции ужина от миссис Уизли.       – За наше первое Рождество! – Билл трансфигурировал из двух стеклянных ёлочных игрушек фужеры и наполнил их безалкогольной виноградной содовой.       – За наше первое Рождество!       В полночь мы скрепили наш тост поцелуем, и останавливал нас от последующих действий только голос разума, напоминающий о нашем местонахождении.