Cherry

            Середина января. Пятница.       Что мы получим, смешав в равных пропорциях: разногласия с родителями, участие в войне, лучшего друга медленно умирающего от проклятья, работу без выходных?       Помимо недосыпа, раздражённости и депрессивных мыслей?       Правильно! До досадливого классический больничный, в компании ряда восстанавливающих зелий.       Такое бывает, когда организму нужна передышка, отдых да хоть несколько минут без беспокойных, почти навязчивых задних мыслей, если иногда не выдыхать, то за дело берётся психосоматика, которая, например, даст сначала иммунной системе поблажку в пропуске типичной простуды, а после может одарить более серьёзными заболеваниями, перетекающими в хронические.       Эли вымотала себя достаточно, чтобы разум совершил вынужденную «сиесту», пока организм занимается поднятием температуры, свербением в носу и саднящим горлом.       Чтобы не усложнять ситуацию и не подвергать маленьких пациентов вирусной опасности, Беннет взяла больничный на 4 дня, в надежде быстро прийти в себя и вновь вернуться в строй под названием «Пожалеем себя в другой раз!». Квартира Элизабет.       Вечером она, накормленная куриным супчиком и сдобренная хорошей порцией зелий, дремала в объятиях Билла, позаботившегося о ней, несмотря на протесты девушки, с порога заявившей ему:       – Я немного разболелась. Давай увидимся, когда я не буду сопливым рассадником вирусов? Не хочу тебя заразить. – после тихо всхлипнула, потому что, спеша открыть дверь, запнулась об одеяло, в котором спала словно в коконе, упала, и, по всей видимости, содрала кожу на подбородке о короткий ворс ковра. Pov Билл.       Сквозь плотные занавески просвечивало серое небо, белый шум, создаваемый тяжёлыми каплями дождя, словно мантру повторял: «Спи, засыпай, реальный мир слишком резок и уныл сегодня», но сон не шёл, учитывая ситуацию.       У Эли всю ночь то поднималась, то падала температура. Она часто просыпалась, пару раз меняли мокрую от жара пижаму.       Часы на прикроватной тумбочке показывали почти девять утра, нужно подниматься и приготовить завтрак. Эли, отвернувшись к стенке с магической грелкой, сопела заложенным носом, ресницы подрагивали, говоря о том, что ей явно в царстве Морфея более чем комфортно.       Умывшись и приготовив для себя кофе, а для сопящего комочка чай с зельями,я засмотрелся на фотографии в рамках.       На некоторых Эли в Хогвартсе со знакомыми улыбается и машет сине-серебряным шарфом. Много разных колдофотографий с Оливером и даже несколько с Чарли, когда они успели побывать на рок концерте?! Дюжина, по всей видимости, с семьёй. И всего одна со мной, сделанная на мой день рождение, тогда она познакомилась с моими друзьями и коллегами. Малышка. На неё тогда обрушился шквал внимания от экстравертов.       Послышался звук льющейся воды, через 20 минут появилась Эли в белой хлопковой пижаме с динозавриком и надписью на спине «Храпозаврик».       Вытирая волосы цветастым полотенцем, она довольная усаживается на диван, приманивая к себе кружку с чаем.       – Как себя чувствуешь?       – Намного лучше. – она почесала свой красный носик и чихнула. – Спасибо, что побыл со мной.       – Будь здорова, – я отвлёкся от созерцания ярких улыбок Эли и опустился рядом с ней, нежно пахнущей цветами липы и нотками ванильного геля для душа. – У нас только одно общее колдо.       – Вообще-то не одно! – взмахнула моей палочкой, которая лежала на столике. – Акцио портмоне, – из сумку у входа на хорошей скорости левитировал её кошелёк. – Вот смотри!       На фотографии 3*5 я и Эли что-то обсуждали, склонившись к друг другу.       – В тот день, мы сидели в баре компанией?       – Именно.       – Откуда оно у тебя?       – Оливер где-то достал.       – В Норе должны быть колдо с Рождества, по-моему, даже удалось запечатлеть момент, когда Рон с Гарри…       Стук в дверь прервал наши воспоминания.       – Я открою, – целую висок. Эли кивнула, возвращаясь к напитку. – Ждёшь кого-то?       – Не-а.       – Здравствуйте, вы к кому? – передо мной стояла пара, мужчина в сером пальто и женщина в белом.       – Элизабет Беннет здесь проживает? – мужчина держал в руках картонную коробку средних размеров с красными буквами «ЭЧБ утиль вернуть хозяйке», а женщина клетчатую переноску, видимо, в ней дремал представитель кошачьих.       – Смотря, кто спрашивает. – подсознательно отмечаю схожие черти во внешности с той, кого спрашивают эти люди, необладающие магией.       – Билл, это мои родители. – в её голосе звучит безразличие. Только серые глаза, пронизанные красными капиллярами, выдавали калейдоскоп эмоций.       Мистер Беннет – мужчина среднего роста и телосложения, волосы темнее, чем у Эли, очки в грубой оправе, холодный взгляд.       Миссис Беннет - женщина чуть выше Эли, её взгляд такой, с каким до войны ходили аристократы священных 28.       Родители учили, обращать внимание на глаза людей, мимика может соврать, только взгляд покажет подноготную.       Через 7 минут чета Беннетов скептически осматривали квартиру, задерживаясь на картинах, они присели на диван, пока мы с Эли готовили чай на кухне. Ни она, ни её родители не проронили ни слова.       Когда чай оказался разлитым по кружкам, я решил всё таки прервать звенящую тишину. Помню, как Эли говорила, что отношения между ней и родителями натянуты. Помню, сочувствующе-поддерживающий взгляд миссис Вуд, которым она смотрела на Эли на праздничном завтраке в Норе после Рождества.       Я никогда не спрашивал, что конкретно произошло между ними, давая выбор Эли самой рассказать или же не рассказывать, в конце концов это их личное.       – Мистер Беннет, миссис Беннет, я не представился, – привстал и протянув руку. — — Билл Уизли.       – Я доктор Беннет, это моя супруга доктор Беннет. – рукопожатие получилось крепкое.       – Элизабет, кем тебе приходится этот молодой человек? – Мистер Беннет посмотрел на Эли.       – Билл – мой парень. И опережая ваш вопрос, да, он как и я наделён магической кровью.       – И это не так уж и важно. – Миссис Беннет, поправила пальто, которое ни она, ни её муж не оставили на вешалках у входа. – Мы приехали передать остатки твоих вещей.       – Я думала, вы уже их давно выбросили. – будничным тоном спросила Эли, пряча удивление в глотке чая.       – Большую часть, разумеется, мы утилизировали. Джереми помогал сортировать, поэтому можешь не переживать. – её отец в той же манере как и жена ответил, указывая жестом на коробку.       – Как он? Я писала ему и звонила, только он… – Вишенке не дали договорить.       – У него всё замечательно, учиться в престижном университете, 10 декабря проходила Нобелевская премия. Джереми воодушевился работами лауреатов и наотрез отказался вернуться с нами на пару дней в Англию. – Мистер Беннет, вынул из внутреннего кармана пальто небольшую стопку конвертов с марками Англии и Норвегии.       – А как твои успехи Элизабет, всё так же? – спросила миссис Беннет, отрывая взгляд дочери от конвертов, разрисованных от руки смешными картинками, подобным комиксам, которые привозила на каникулы Гермиона для Рона с Гарри.       – Да, всё так же. – пожала плечами, сдерживая эмоция. Ход её грудной клетки будто замедлился. Я положил руку на поясницу Эли, она выдохнула, немного расслабляясь от тепла ладони.       – Не удивительно, если человеку дано стремление становиться лучше, он развивается и достигает для себя и своих близких идеального исхода. Жаль, что тебя обошло стороной такое стремление. –женщина выпрямила спину, хотя казалось бы прямее некуда.       Сейчас напряжение заразило и меня, никто не имеет права принижать Эли, даже если это люди, которые являются её родителями.       Эли словно прочитав мои мысли сжала мою руку, призывая не вестись на манипуляции.       – Что ж, не будем задерживаться, всего вам хорошего Уильям. Элизабет, мы хотели попросить тебя не писать и не связываться с Джереми, твои письма его отвлекают и он задаёт вопросы.       – Вы хотите, что бы я перестала общаться со своим родным братом, с моей семьёй? Он взрослый человек и в праве сам решать с кем ему общаться, если он задаёт вопросы о том, почему я для вас стала чужой, то я отвечу на них!       – Ты правильно выделила свою позицию по отношению к нашей семье, «чужая» это слово хорошо подходит! Хочу напомнить ты давно не часть семьи, ты сделала свой выбор! – резко ответила женщина, бросая наполненный презрением взгляд на волшебную палочку.       Мистер Беннет поднялся, подавая жене руку.       – Вы ущемляете его в правах! – Эли тут же соскочила, начиная жестикулировать, она делала так в нескольких случаях:             Первый случай – когда мисс Беннет очень воодушевлена и прибывает в прекрасном настроении.             Второй случай – когда она «напала» на причину появления заболевания в её практике и уже знает, как помочь человеку.             Третий случай – самый неприятный для обеих сторон баррикад, она выпотрошит всю правду матку, да-да милая Вишенка превращается в демона с крыльями ангела, после она замыкается в себе, переваривая и болея внутри. Виновники находились, словно под конфундусом.       Я наблюдал все три случая за наши несколько месяцев отношений.       – Это не тебе решать! – отрезал мистер Беннет.       – Вы его просто используете! Пользуетесь его уникальностью, прославляясь за счёт склада его ума. Вы подумали о том, что с ним будет, когда нас может не стать?! – Эли указала указательным пальцем сначала на каждого из родителей, а после на себя. – Скажите, если я не права. Но, ведь Джер до сих пор не допускает вас к себе ближе, чем на 1 метр.       – На что ты намекаешь, Элизабет? Говори прямо раз взялась устраивать тирады при постороннем человеке. – было видно, как закипает миссис Беннет.       – Во-первых, Билл не посторонний человек! Во-вторых, мир, что вы так отчаянно укоряете, стал живым щитом между смерть несущим поддонком и вашим миром. – Эли сжала край пижамы, не зная, как успокоить свои ледяные руки. – Смерть устраивала жатву каждый день, и я каждый день и каждую ночь молилась всем богам и силам, что бы выжить, ради Джереми.       – Ближе к делу, Элизабет. – в один голос проговорила пара.       – Хорошо. Думаете, я заметила и не проанализировала ваше поведение? Доктор Беннет. В чашке, ваш любимый чай с молоком, ни вы, ни ваша жена не притронулись к своим кружкам, значит это лишь одно, вы на диете, у вас, доктор, длительное время высокие показатели сахара в крови, и судя по тому, что прибавились диопртрии в ваших очках, случалось уже несколько приступов инсулиновой комы, об этом говорит и легкий тремор в руках. Какой исход может быть в следующий приступ, если рядом не окажется скорой инъекции?       – У вас, доктор Беннет, тоже диета, вы готовитесь к химиотерапии, мне действительно жаль, что ваша ремиссия завершилась. Но, всегда есть надежда на ещё одну… – выдохнув, она продолжила уже тише. – Я хочу сказать, что каждый из нас близкий по крови Джереми, должен… Нет, просто обязан, позаботиться о том, как он будет контактировать с обществом без нас. Я не хотела вас ткнуть носом в ваши серьёзные заболевания и моё предложение о лечении магическим способом всё ещё в силе и будет всегда. Я хочу, чтобы Джер знал, что в случае чего я всегда помогу ему, не отгораживайте нас.       – Мы тебя услышали, мы обговорим это семьёй и в случае чего отправим ответ. – огласил Доктор Беннет.       Сухо попрощавшись, чета Беннетов вышли из квартиры Pov Автор.       Элизабет не стала провожать своих биологических родителей. Она только вытерла одинокую слезу со щеки, осела на ковёр напротив переноски.       – Привет, Коко, – жалобный писк тут же заполнил комнату. – Давай вытащим тебя из этой жуткой переноски. Билл присел рядом с детским любопытством рассматривая серый пушистый комок с чёрным пятном шерсти на голове, затрагивающим ушки.       – Коко, познакомься – это Билл. – кошка задрала голову обнюхивая свою «старую» знакомую. – Билл, познакомься – это Коко, ей уже 14 лет. Коко – кошка моих бабушки и дедушки, за ней после их смерти присматривали люди, которые следили за домом. Теперь дом продают, иначе бы я не увидела эту коробку и эту милую мордашку.       – Приятно познакомиться, Коко. – парень погладил кошку, давая себя обнюхать. Так он дал кошке понять, что опасности нет.       – Боюсь, это единственное приятное знакомство за это утро. – грустно усмехнувшись, Эли опёрлась со мной плечо о плечо. – Мои родители сложные люди. Вивьен и Патрик, так их зовут, они как обычно не упустили момента показать свою степень докторов в научной деятельности.       – Так они научные работники?       – Именно, а ты подумал, что они магловские целители?       – Да. Это обращение «Доктор», действительно сбивает с толку.       – Отец физик-теоретик, мама микробиолог. Боже, я так грубо с ними разговаривала.       – Поверь мне, не грубее чем они с тобой.       – Для них я и так не самый лучший ребёнок на свете, как должно быть в семьях с детьми, а теперь после чуть ли не прямого вопроса о ситуации с их здоровьем, они ещё больше обозлятся на меня. И Джер отвыкнет от меня, и больше не примет.       – Почему родной брат не сможет тебя принят?! Наш Перси пошёл против всей семьи, наломал дров, но мы и не думали отказываться от него, конечно, близнецы устраивают ему подлянки. Порой Джинни, проходя мимо, заколдует его министерские бумажки в танцующих человечков из пергамента. Да чего уж греха таить, я отвесил ему знатный подзатыльник на правах старшего брата.       – Джер не такой как мы, он удивительный, особенный, у него своё восприятие и видение мира. Ему в два года поставили диагноз Аутизм, было сложно, мы подстраивались под него и ни о чём не жалели. – тёплые воспоминания вызвали улыбку и ещё пару слезинок.       – Слышал, что у людей с таким диагнозом есть одарённость. – Билл вспомнил лекцию по магловедению о том, какие маглы удивительные люди и том, что у них бывают различные особенности в поведении не контролируемые ими.       – Да, Джереми живёт и дышит экспериментальной физикой. Я стала первым человеком, кому он разрешил обнять себя в осознанном возрасте. И тогда я впервые услышала упрёк от родителей, честно говоря уже не помню в чем был его смысл. Долго думала, что срывы родителей заслужены, как и их медленное неизбежное отделение меня от семьи после первого проявления магии.       – Как это было?       – Это было красиво и грязно. Мне было 9 лет, в художественной школе летом проводят пленэр, в тот день ливень шёл стеной, а я так вдохновилась идеей рисовать на свежем воздухе с друзьями. В итоге урок рисования отменили, я разозлилась на погоду, знаю, что это глупо обижаться на тучи, живя в Англии, ну не смейся. – она толкнула улыбающегося Билла, явно вспомнившего как Эли негодовала от града в начале ноября. – В итоге обои в моей комнатке покрылись брызгами гуаши от ковра до потолка.       – Моя магия пробудилась, когда мне исполнилось 3. После ванны мама распутывала мои кудрявые волосы, мне стало больно, я просто зажмурился и мои волосы с того дня больше не завивались. – демонстрируя идеально прямые волосы, Билл стянул с них резинку.       – У тебя были кудряшки? Остались колдофотографии? – глаза и фантазия девушки уже загорелись.       – После пожара в Норе не осталось ничего из детства.       – Это очень печально. Из моего детства у меня есть только парочка фотографий, остальные у Джера, ему так спокойней.       Остаток дня прошёл за просмотром 4 сезона сериала «Друзья» и поеданием пиццы, хотя к середине второй серии Эли уснула, согреваясь теплом парня.       Кошка Коко обосновалась под чугунной батареей, периодически проверяя наличие двух людей.       Проснулась Элизабет Беннет только на следующее утро, в палате больницы Св. Мунго.