Темный маг

Клетку подняли, и заблаговременно приготовившиеся авроры тут же надели на руки находившегося в обмороке Тома Риддла антимагические наручники. Его усадили на немедленно появившееся кресло с цепями, обвившими безвольное тело. Поттер такое видел в воспоминаниях о процессах по делу Пожирателей Смерти в прошлом. – Вы все стали свидетелями правосудия в действии, – не без пафоса заявил председатель Визенгамота. – Сейчас прибудут работники Азкабана с дементорами и переправят осужденного в тюрьму, – заверил он и хотел еще что-то сказать, но умолк, недоуменно уставившись на того, о ком говорил. И немудрено, ведь с Темным Лордом начали происходить странные и жуткие метаморфозы. Он просто на глазах у пораженной публики буквально за пару минут усох, превратившись в подобие мумии, а напоследок еще и на мгновение словно засветился золотистым сиянием. Естественно, не для всех это оказалось полной неожиданностью. Поттер и те заговорщики, которые были в курсе дела, облегченно вздохнули: все прошло как надо – душа Темного Лорда Волдеморта отправилась за грань. – Что случилось? – доносясь отовсюду, этот вопрос, произнесенный с доброй долей страха в тоне, многократно повторялся и повторялся, пока председатель не взял себя в руки и не продолжил заседание: – Тише! Кто-нибудь... позовите колдомедика. Мы сейчас разберемся. Похоже, мистер Риддл не перенес ограничения его потенциала, – председатель посмотрел на Руквуда, спокойно упаковывавшего заряженные кристаллы в принесенные коробки, не желая их повредить при транспортировке. – Вы уверены, что не забрали всю его магию? – Я могу поклясться, что на момент окончания процедуры в теле мистера Риддла оставалось ровно десять процентов от его изначального потенциала, – твердо заверил тот, лениво наблюдая, как женщина-колдомедик морщится, проводя диагностику того, кто совсем недавно был Темным Лордом. – К тому же все в этом зале были тому свидетелями, так как показатели состояния магической системы осужденного высвечивались на открытой панели. – Что скажете, целитель Грин? – кивнув Руквуду, спросил председатель. – Этот маг не был человеком в полном смысле этого слова. Да, у него присутствуют все органы, как у человека, но у тела немного другая структура. Оно зависимо от личной магии намного сильнее, чем у обычных волшебников. – Насколько сильнее? – с подозрением зыркнув сначала на Руквуда, а затем и на Поттера, спросил председатель Визенгамота. – Мне сложно делать выводы без основательных исследований, но я сказала бы – раза в три-четыре сильнее, – ответила целитель. – Так он мертв? – прозвучал очередной вопрос, и по залу пронеслась волна приглушенного нервного смеха, ведь ответ казался очевидным. – Это не вызывает ни малейших сомнений, – последовало заключение целителя Грин. – И он не возродится? – Вот уж спросили – так спросили! – покачав головой, среагировала та на нестандартный интерес. – Ладно, – знаком дав понять целителю, что она может быть свободна, председатель, выслушав, что ему на ухо прошептал подошедший министр магии, и кивнув тому в ответ, объявил: – Осужденный оказался не в состоянии перенести назначенное ему ограничение магического потенциала и скончался в зале суда. Его тело будет захоронено... – тут его снова отвлек министр, и ему пришлось выслушать его рекомендации. Снова кивнув, председатель продолжил: – Его тело будет передано в Отдел тайн для исследования и последующего захоронения. Вопрос о награждении мистера Поттера и всех причастных за поимку Темного Лорда в соответствии с законом будет решаться министром магии лично. Заседание закрыто. Все начали расходиться. Тело Риддла, так и оставшееся прикованным цепями на кресле посреди зала, накрыли наколдованным куском черной ткани, а вокруг него выставили охрану, чтобы никто его не разглядывал и не пытался к нему приблизиться. К Поттеру подошел служащий и передал ему просьбу министра, который желал срочно с ним переговорить в своем кабинете для совещаний. Несмотря на усталость, Гарри, разумеется, не стал противиться и, отыскав взглядом Тикнесса, кивнул ему, подтверждая, что принял приглашение. Само собой, один он не собирался идти на встречу. До Атриума его сопровождала целая делегация, в которую вошли все главные помощники проведенной операции по освобождению магической Британии от Темного Лорда и обезвреживанию его ярых сторонников.

***

Артур Уизли, которому просто каким-то чудом удалось попасть на заседание Визенгамота, был шокирован произошедшим и поражен способностями Поттера. Это действительно был не тот глупый парнишка с раздутой славой, несколько раз гостивший в их доме. Таким не повертишь. Да и его окружение говорило само за себя – впору было согласиться с Роном насчет того, что Поттер продался Пожирателям. Артур после окончания суда несколько раз порывался подойти к нему и хотя бы поздравить с победой над Темным Лордом, чтобы показать окружающим, что семья Уизли близка к герою, но так и не решился. Уж слишком плотно Гарри окружили бывшие соратники Волдеморта, среди которых лишь Шеклболта и Люпина можно было считать сторонниками сил Света. А Снейп так и вовсе не отходил от него, словно являлся персональным телохранителем. Артур проследил, как Поттер в компании самых влиятельных работников Министерства зашел в зал заседаний министра магии, затем вздохнул, досадуя, что не может последовать за ними и узнать, о чем там будут говорить, и отправился домой, где наверняка его ждали с новостями.

***

Тикнесс не особо удивился, когда Поттер пришел к нему не один, а в компании своих помощников. Жестом предложив всем занять места за столом совещаний, он пообещал: – Я знаю, что все устали за сегодняшний день, поэтому постараюсь быть кратким. Прежде всего, мистер Поттер, скажите, вы заранее знали, как на Темного Лорда подействует ограничение потенциала? Именно поэтому вы настаивали на такой процедуре? – Я настаивал на этом для того, чтобы никто больше не пострадал от него, – Гарри не соврал, но конкретного ответа на вопрос так и не дал. – Как полагаете, сколько ему понадобилось бы времени, чтобы с его багажом знаний и сохраненной способностью колдовать найти способ сбежать из Азкабана? Особенно учитывая, что дементоры на него практически не действовали? Думаю, считаные минуты. И это я не говорю о том, что он мог сделать с теми, кто находился в зале суда, если бы прямо там с него сняли Сферу неприкосновенности, предварительно не заперев в поле артефакта, отбиравшего магию. Он же не был человеком. О чем, кстати, было четко указано в документах, приготовленных мистером Малфоем для суда. И именно на основании тех данных судьи установили размер отобранного потенциала. Я никак на них не влиял и не высказывал своих пожеланий. А почему у вас возник такой вопрос? Надеюсь, вы не жалеете о его кончине? – не скрывая насмешки, спросил Гарри – Нет, не жалею. Просто... Знаете, неприятно быть использованным втемную, – искренне признался Тикнесс. – Простите, Пий, но мы хотели подстраховаться. Если бы у нас ничего не вышло, то хотя бы вы не попали бы под удар, и страна не пострадала из-за того, что министром назначили бы кого-то вроде Лестрейнджа, – подал голос Малфой. – Это не из-за недоверия, а напротив, потому что мы очень ценим вас на этом посту. Так что не держите на нас зла. – А то, что Лорд уже отправился к праотцам, – это хорошо. Ни у кого не будет соблазна его спасти, – подключился к разговору Яксли. – И вы уверены, что он не вернется, как уже однажды это случилось? – Тикнесс великодушно принял извинения и даже был благодарен за добрые слова, сказанные в его адрес. – У нас есть серьезные основания считать, что подобное не повторится, – заверил Эйвери, хотя министр, задавая вопросы, по-прежнему смотрел на Гарри. – Это обнадеживает, – все же с толикой сомнения в голосе сказал Тикнесс. – Мистер Поттер, завтра выйдет статья, в которой напечатают вашу версию убийства Дамблдора, подтвержденную на суде миссис Лестрейндж, а также сообщение о назначении вас на должность почетного советника министра магии Британии и награждении орденом Мерлина первой степени за освобождение мира от Темного Лорда. Вас это устроит? – Для начала – вполне, – кивнул Гарри и усмехнулся, увидев, как настороженно уставился на него министр. – «Для начала»? Как это понимать? – Тикнесс напрягся, предположив, что Поттер был не искренен, когда общался с ним раньше и обещал не вмешиваться в дела Министерства. – Но мы же с вами уже говорили на эту тему. Еще следует добиться амнистии для тех соратников бывшего Темного Лорда, которые мне помогали, а также решить вопрос с поощрением для всех, кто принял участие в операции. Кстати, вы ведь тоже не должны остаться в стороне, ведь без вашей поддержки нам было бы гораздо труднее все устроить, – сказал Гарри очень серьезно и благодарно склонил голову, признавая заслуги министра, не вставшего у них на пути и не отстранившегося от происходившего, пытаясь оказаться подальше от творившегося, по сути, переворота. – И, разумеется, я надеюсь, что вы и дальше будете продолжать политику, направленную на процветание страны. – Хорошо. Не волнуйтесь, все сказанное вами полностью совпадает с моими намерениями. И еще... – Тикнесс на миг умолк, будто подбирал правильные слова для того, что собирался озвучить. – Завтра же во многих газетах появится сообщение о суде над Темным Лордом и о его смерти. Поэтому мы не можем не довести до граждан информацию о том, что предстоит ряд судебных процессов сторонников Темного Лорда. Как в этом случае быть с вашими помощниками? – Для того чтобы все эти люди, – Гарри обвел вокруг себя рукой, – могли спокойно дальше жить, необходимо, чтобы суд вынес им оправдательные приговоры. Да и меня ведь обвиняли в убийстве. Так что на суд по делу Дамблдора пригласите и меня. Без разницы в каком качестве – обвиняемого или свидетеля. Правда, предупреждаю, именно с этим делом не спешите. На днях мы отправили в Отдел тайн одержимого, и есть основание полагать, что там не обошлось без Альбуса Дамблдора. Позже, когда немного разберетесь с основными вопросами, поговорите с мистером Руквудом, – Гарри улыбнулся сидевшему рядом с ним Августу, которого ему по всей форме представили по пути из зала заседаний Визенгамота. – Не хотите же вы сказать... – Тикнесс не зря считался отличным политиком, он прекрасно умел делать верные выводы из намеков и недомолвок. – То есть вы разоблачили и самого... – Ага... – Гарри расплылся в плутовской улыбке. – Но я не один был, – он покачал головой, намеренно уставившись на Люпина и Шеклболта, намекая на их помощь в этом деле. – Простите, господин министр, но если у вас больше нет срочных вопросов, я хотел бы отдохнуть. У меня был невероятно трудный день. Обещаю, что в ближайшее время стану в Министерстве частым гостем, и мы сможем обсудить все, что вы пожелаете. Директор Снейп – мой наставник, он всегда знает, где меня найти. Я постараюсь держать в курсе своих планов мистера Малфоя, а также мистера Эйвери и мистера Мальсибера. Ну а мистер Люпин сейчас и вовсе практически член моей семьи. Все они смогут разыскать меня, если вам что-то понадобится, – Гарри таким образом очертил круг своих самых доверенных лиц, давая министру понять, что он не один, и лучше не пытаться игнорировать его пожелания и просьбы. Впрочем, министр и так понял, что с Поттером не только сотрудничали не последние люди Министерства магии, но и уважали его мнение, несмотря на его молодость и неопытность. – Разумеется, всем нам надо отдохнуть. Но я, наверное, все же задержусь еще, чтобы никто не проявил ненужную инициативу. – Я составлю компанию, – пообещал Селвин. – А я прямо в кабинете отдохну пару часов, а потом заменю Робардса, – откликнулся Яксли. – Авроры всю ночь будут разбираться с задержанными, так что надо, чтобы кто-то мог за ним проследить. На том и порешили. Однако перед тем как отправиться домой Гарри пришлось еще немного потрудиться и снять Метку у Руквуда. Тикнесс с интересом проследил за тем, как магическая картинка исчезла с предплечья Августа, и не удержался от комментария: – Так вот о чем орал Темный Лорд... – он получил подтверждение, что Поттер и впрямь не только сильный, но и способный для своих лет волшебник, раз мог творить такое колдовство даже без волшебной палочки. – А что он имел в виду, когда вспомнил ритуалы? – Можно, я вам все расскажу хотя бы завтра? – запросил пощады Гарри, чувствовавший себя выжатым как лимон. – Хорошо. Мое любопытство потерпит, – Тикнесс улыбнулся, увидев, какое несчастное лицо состроил победитель Темного Лорда. – Идите отдыхать. Вы хорошо потрудились сегодня. Снейп, Поттер и Люпин не стали больше задерживаться и покинули зал заседаний министра магии, не пожелав всем демонстрировать возможности портключа Принцев. Они намеревались зайти в ближайший коридор и без свидетелей отправиться домой, но не успели сделать и десятка шагов, как их окликнули: – Северус, подожди! – Яксли и спешивший следом за ним Роули торопливо подошли к Снейпу и, хоть в поле видимости, учитывая поздний час, не было праздно шатавшихся зевак, тут же демонстративно окружили всю их компанию чарами конфиденциальности, не желая быть случайно подслушанными. – Надо бы кое-что прояснить, – вполголоса отметил Яксли. – Насчет смерти Дамблдора, – уточнил он, а Роули кивнул, давая понять, что и его интересует тот же вопрос. – Хотите вернуть себе воспоминания? – саркастично скривившись, спросил Северус и переглянулся с Гарри, точно на что-то ему намекая или безмолвно с ним о чем-то советуясь. – Да с тобой сложно быть уверенным – вернешь или изменишь, – Яксли покачал головой. – То есть ты не веришь показаниям Гарри, данным под Веритасерумом? Ты же в курсе, что антидота от него не существует? – Северус забавлялся растерянностью на лицах бывших соратников по темной стороне. – Значит, это все-таки Белла его убила? – Роули как-то облегченно вздохнул. – Знаешь, я всегда думал, что на тебя это не похоже. Ты просто не мог так спокойно заавадить кого-нибудь. И да, я хочу вернуть память о том моменте, если это возможно, – Роули с самого начала гораздо беспечнее отнесся к новости о том, что ему подменили воспоминания. – Без проблем, – Снейп пожал плечами. – Вспомни тот момент и посмотри мне в глаза, – попросил он, и Торфин Роули охотно подчинился. Не прошло и минуты, как он довольно заявил: – Ну вот! Теперь у меня нет никаких сомнений в том, что это сделала чокнутая Белла! А почему, когда Лорд проникал в сознание, было больно, а сейчас... – Роули помахал рукой, намекая, что ничего не почувствовал. – Потому что Лорд был дилетантом, – презрительно фыркнул Северус. – Все? Ты предпочтешь оставить память без изменений? – спросил он у Яксли, но тот вместо ответа задал вопрос: – А как вышло, что Белла вспомнила о своей роли в убийстве? – Я сопровождал Гарри, когда он разговаривал с Петтигрю и Беллой, – Снейп пожал плечами. – Не думал же ты, что я пойду в Азкабан за то, чего не делал? – Кэрроу тоже уже подкорректировал мозги? – Считаешь, надо? Если потребуется, верну и им воспоминания. Но, полагаю, после свидетельств мистера Поттера, – Северус выделил тоном фамилию, придавая ей значимости, – признания Беллы в совершенном ею убийстве будет достаточно. – А если мы пригласим другого специалиста? Он сможет определить, у кого из нас, – Яксли указал на себя и на Роули, – настоящие воспоминания? – Для него ваши воспоминания будут настоящими, потому что я работаю профессионально, а он не знает, где именно стоит блок. Но попробуй, раз имеешь желание. Расскажешь мне о результате. А еще можете сравнить свои воспоминания в Омуте памяти, – едко предложил Снейп, который был уверен в филигранности своего вмешательства в память Роули и Беллатрисы Лестрейндж, где изменил картинку буквально пары секунд реальности, достаточных для произнесения двух слов – «Авада Кедавра». – Корбан, ты хочешь меня и Гарри в чем-то уличить? Тогда вызови нас на допрос, и мы под Веритасерумом подтвердим, что Дамблдора убила Белла, – он криво усмехнулся. – Мне просто неприятно знать, что у меня в голове рылись, а я об этом ничего не помню, – оправдал свои расспросы Яксли. – Так в том же и суть правильно выполненного ментального воздействия, чтобы о нем не знали и его не чувствовали. Все? Мы можем идти? Гарри сегодня так выложился, что уже засыпает на ходу, – отметил Северус, и все глянули на Поттера – тот действительно побледнел и держался на одной силе воли. – Простите. Нам не стоило вас задерживать, – обеспокоенно отозвался Роули. – Вы же не оставите его в таком состоянии одного? – спросил он, переведя взгляд со Снейпа на Люпина. – Не оставим, – заверил Ремус и приобнял выглядевшего не лучшим образом Гарри. – Северус, пойдем, – в тоне Люпина прорезалась тревога, и он поторопил Снейпа. – Мы тоже направляемся к каминам... – начал Роули, однако его никто не слушал. Люпин решил, что следует поскорее отправиться домой, поэтому тут же приготовил часы-портключ и, как только Северус кивнул и взял его за руку, – сразу же активировал перемещение.

***

Артур пришел в «Ракушку» незадолго до полуночи. Близнецы к тому времени давно вернулись к себе домой, Билл и Флер, поужинав и накормив малышку, спали, а Молли, Рон и Гермиона коротали время за поздним чаепитием. – Ну что там? – быстро накрывая стол для вернувшегося из Министерства голодного мужа, спросила Молли. – Темный Лорд мертв, – скупо бросил Артур, намереваясь сначала немного поесть, ведь у него с обеда крошки во рту не было. – Да кто тебе такое сказал? И ты всему веришь? – насмехаясь, прокомментировал его слова Рон. – Все это выдумки! – Замолчи! – резко оборвал его Артур, не желая выслушивать глупости младшего сына. – Я своими глазами видел, как он загнулся после того, как ему до десяти процентов опустошили потенциал. Мне хоть и не без труда, но удалось попасть на суд в качестве начальника сектора. Видели бы вы Поттера! Такой важный, ему все кланяются... Дайте поесть, потом все расскажу. А где Билл? – Так у нас же внучка родилась, – спохватилась Молли, правда, в ее тоне не доставало радости. Она все же надеялась, что Флер родит мальчика, наследника. – Невестка много сил из Билла выпила, так что они спят. – Разбуди его. Я не собираюсь дважды рассказывать, да и, может быть, Билл решит, что понадобится что-то срочно предпринять прямо с утра, – скомандовал Артур, признававший, что его старший сын обладает отличными знаниями и рассудительностью, и принялся за еду. Сейчас он, как никогда ранее, ощущал себя главным в семье, ведь только ему удалось попасть на суд над Темным Лордом. Позже Артур детально рассказал о том, как проходило заседание Визенгамота. Рон снова попытался затянуть песню о подставном неназываемом, но его заставили умолкнуть и не фантазировать. – Рон, если то был поддельный Темный Лорд, то куда делся настоящий? Или ты считаешь, что он по доброте душевной решил отдать власть Поттеру? – Билл был категоричен и не дал брату возразить. – Нам надо подумать, как теперь взяться за дело. Но исходных сведений маловато. Мы не знаем, какой у Поттера теперь статус. – Вряд ли его похвалят, наградят и отправят учиться, как мы думали раньше, – покачал головой Артур и с досадой добавил: – А Кингсли и Ремус сумели примазаться. Даже Хопер с друзьями-молчунами вертелся там рядом с ними. Я уже не говорю о внезапно воскресшем Снейпе, который еще и заявил, что Дамблдора Лестрейндж убила, а не он. Почему же тогда в Ордене правду не сказал? Что-то там все мутно и с его смертью, и с его участием в деле Альбуса. – Может, Снейпа воскресили, как и неназываемого? – предположила Молли и содрогнулась от собственных же слов. – Не было похоже, что Минерва шутила, когда говорила о том, что его убили. – Много та Минерва знает! Разве она своими глазами видела, как его упокоили? – буркнул Артур. Пересказав случившееся, он испортил себе настроение – его душила обида на упрямого Поттера, отвернувшегося от них из-за ссоры с Роном. – Теперь к Поттеру не подступиться. Да и на суде он четко заявил, что передал министру список тех, кто ему помогал поймать неназываемого. – Он снова возродится, – бросила вполголоса Гермиона, до этого молча сидевшая в сторонке и сверлившая взглядом свои руки, сложенные на коленях. – Кто? Снейп? Или Альбус? – Молли выпучила глаза, уставившись на Грейнджер, своей отрешенностью чем-то напомнившую ей пророчицу. – Темный Лорд, – уточнила та все тем же безучастным тоном. Гермиона никак не могла смириться с тем, что оказалась в стороне во время решительных действий Поттера, а она ведь многим пожертвовала, чтобы оказаться в первых рядах оппозиции. И все пошло прахом из-за желания Билла спасти брата любой ценой, из-за вспыльчивости Рона, из-за ее собственной доверчивости. Но карты в игре жизни сданы, и теперь приходилось играть тем, что было на руках. – Я уверена, что Поттер не отыскал его крестражи. Мы за два года только один нашли. Не мог он остальные в одиночку так быстро собрать. – Крестражи? Это то, о чем говорил Аберфорт? – спросил Артур. – Да. Это их поиски нам поручил Альбус Дамблдор, – подтвердила Гермиона, решив, что теперь нет причины хранить тайну, раз об этом шла речь на последнем собрании, а все присутствующие здесь и сейчас – там были. – И сколько их? – Билл, хоть и выпил зелье для восстановления сил, и немного подремал, все равно выглядел болезненно. – Дамблдор говорил, что семь. Уничтожено три, – Гермиона была краткой. – На этом можно будет сыграть, надо только хорошенько все продумать, – Билл кивнул, принимая информацию к сведению. – Главное, никому не рассказывайте об этом раньше времени, – он посмотрел на Рона и Гермиону по очереди. – Что еще у нас есть против Поттера? – Он связался с Пожирателями, – все же всунул свои пять кнатов Рон. – Боюсь, это теперь для него плюс, а не минус, – Артур покачал головой. – Они же все свои действия явно с министром согласовали. – Значит, и министра нужно убрать, – категорично заявил Рон. – Думаете, всем нравится, что у власти тот, кого поставил туда змеемордый? – И как это сделать? Пойти и сказать, чтобы выметался из Министерства? – Гермиона скептически посмотрела на своего парня. – Так ты же у нас умная, значит, обязательно придумаешь, как все организовать, – уверенно заявил тот на полном серьезе. – Предлагаешь собрать свой Орден? – Грейнджер посмотрела на Билла, который казался ей самым здравомыслящим в этой комнате, но, не дождавшись от него никакой реакции, задумалась. – Похоже, никаких срочных действий предпринимать не нужно. Завтра я послежу за обстановкой в Министерстве, – пообещал Артур, зевнул и обратился к Молли: – Пора спать. Идем домой. Здесь твоя помощь больше не нужна, раз невестка уже родила. Завтра придешь и разберешься с проблемами по хозяйству, если без тебя не справятся, – имея целый выводок детей, Артур не считал роды чем-то особенным. Он, конечно, поздравил сына, но не видел необходимости оставаться здесь на ночь. – А Поттер теперь ведь может спокойно дать образец своей магии по делу близнецов, – с ненавистью в тоне бросил Рон, напомнив всем еще об одном нерешенном вопросе. – Мерлин! А ведь точно, – Молли всплеснула руками. – Ребята надеялись что-нибудь придумать, пока ему не было ходу в Министерство, а оно вон как обернулось. Что же теперь будет? – То же, что и раньше. Я уже говорил, чтобы они не надеялись выкрутиться, раз за дело взялся Гринготтс. Пускай падают Поттеру в ноги – тогда, может, хоть денег не лишатся, а только магазина, – рыкнул Билл. – Они же в него Бомбарду не кидали, как Рональд, – он презрительно посмотрел на брата. – А что сразу «Рональд»? – возмутился тот. – Если бы не ты, мы не оказались бы в такой заднице! – припечатал Билл, не стесняясь присутствия родителей. – Держал бы язык на привязи, тогда вон там, – он ткнул пальцем в колдографию на газетной странице, – рядом с победителем Темного Лорда стоял бы ты, а не всякие... – Билл удрученно махнул рукой и, кивнув матери и отцу на прощание, отправился в спальню к жене и дочке. – Да если бы Поттер не узнал, какой ритуал ты провел... – начал Рон, но Молли так на него посмотрела, что он замолчал. И все же, укладываясь спать, он продолжил бухтеть о том, что ни в чем не виноват, а все началось с того, что Билл не придумал ничего лучше, чем продемонстрировать Поттеру свои ненужные умения в темном колдовстве.