Темный маг

День рождения Малфоя и впрямь отмечали в узком кругу по меркам общества, в котором вращалась их семья, – набралось чуть больше двух дюжин гостей. Были приглашены Снейп и Поттер, семейство Гринграсс на правах будущих родственников, несколько школьных друзей Драко и основных партнеров Люциуса по бизнесу из числа родни, само собой, не обошлись и без Эйвери и Мальсибера. Если поначалу кое-кто и удивился присутствию Гарри, хотя все и были в курсе, что во время операции по устранению Темного Лорда Малфои поддержали его сторону, то довольно скоро перестали обращать внимание на героя магической Британии, настолько органично он вписался в компанию. Немалую роль в этом сыграл Мальсибер, с которым у Гарри складывались отличные дружеские отношения, несмотря на разницу в возрасте. Драко завалили подарками, что тому было вдвойне приятно, учитывая, что в последние годы все праздники для него омрачались присутствием в поместье Волдеморта. Гарри с Северусом вскладчину выкупили небольшую маггловскую фирму, выпускающую несколько сортов крема для рук и лица, и подарили ее Драко. Разумеется, не обошлось без напутствия. Снейп посоветовал крестнику изучить принципы ведения этого бизнеса, так сказать, изнутри, чтобы позже можно было открыть подобное производство и в магическом мире, где такие товары все еще продавались в аптеках, а не в специализированных лавках. То, что Драко планировал в будущем, как и его отец, заняться политикой, не отменяло необходимости иметь доход для обеспечения нужд семьи. Ближе к полуночи гости разошлись, и в Малфой-мэноре задержались лишь Гарри и Северус, в присутствии Люциуса и Нарциссы дававшие детальные рекомендации относительно своего подарка – все же Драко в маггловском мире хоть и ориентировался, ведь деньги их семьи были вложены там во многие предприятия, но вольно себя не чувствовал. Затем как-то незаметно все переключились на тему Гринготтса и работы мастеров финансов. – А Гарри, считай, купил своего поверенного с потрохами, сделав ему баснословный подарок. Теперь тот наизнанку вывернется ради денежного благополучия рода Поттер, – словно между прочим отметил Снейп. – И чем же ты так угодил ему? Гоблины ведь неподкупны, – Драко заинтриговало сообщение крестного, собственно, как и его родителей. – А за это, кстати, надо сказать спасибо твоему отцу, – ответил вместо Поттера Снейп и с насмешкой посмотрел на Люциуса. – Почему? – спросил тот, не догадываясь о причине такого заявления. – Помнишь зачарованную тетрадку, подброшенную тобой младшей Уизли, когда Драко был еще на втором курсе? – Северус в упор посмотрел на Люциуса, не пряча своего неодобрения, однако раскрывать тайну дневника Темного Лорда не собирался. – С той тетрадки все и началось. Именно она привела девчонку в логово василиска, расположенное в Тайной комнате Хогвартса. А Гарри, которому вечно нужно было всюду сунуть свой нос, полез ее спасать. – К василиску? – охнула Нарцисса, неверяще уставившись на Поттера. – В Хогвартсе? Ты знал об этом? – спросила она мужа, но тот промолчал. – К василиску, – кивнул Гарри, поняв, что Люциус решил не распространяться о том, что ему было известно на этот счет. – Пришлось мне немного побегать от этого монстра, чтобы не окаменеть и не стать статуей, пока не прилетел феникс и не выклевал ему глаза, а потом я все же убил того, кого зовут королем змей, – в его тоне не было ни капли хвастовства. – Мечом, – уточнил он, не желая вдаваться в детали. Да и упоминать о едва не воплотившемся тогда Томе Риддле тоже не стоило. – Мечом? – Драко насмешливо скривился, считая, что их разыгрывают. – Да. Мечом Годрика Гриффиндора. Его мне феникс принес в Распределяющей шляпе. Дамблдор посчитал, что такой помощи двенадцатилетнему мне будет достаточно для победы над тысячелетним василиском, – язвительно прокомментировал ситуацию Гарри. – Кстати, ты бы вернул меч в школу, – походя сделал замечание Снейп. – Напомнишь – отдам, – Гарри улыбнулся. Он и впрямь забыл, что меч ему больше без надобности, раз крестражи самоуничтожились, что подтвердило исследование гоблинами чаши Хаффлпафф. – Меч Гриффиндора у тебя? – казалось, что для Драко наступило время сплошных сюрпризов. – Дашь посмотреть? – Если Северус не отберет его у меня раньше, чем ты придешь ко мне в гости, – пообещал Гарри, кивнув на немой вопрос Драко, – он намеревался повести того в Поттер-холл, а затем продолжил свой рассказ: – Так вот... Я убил василиска, но там и оставил, потому что тогда не знал, что он – мой законный трофей. Да и о его ценности как-то не задумывался – мне же было только двенадцать. Хорошо, что в Тайную комнату не так просто попасть, так что туша оставалась там до этого года и прекрасно сохранилась. Северус помог мне снять с нее немного шкуры для подарка мастеру финансов моего рода. – Пфф... Теперь понятно... Полученную возможность изготовить себе доспехи из шкуры василиска гоблин будет отрабатывать твоему роду лет сто, не меньше. Даже если ты обставил это как подарок, у них свой взгляд на подобные вещи, – понимающе кивнул Люциус. – А что с остальной тушей? – Потихоньку разберу. Василиск огромный, ярдов двадцать, если не больше, так что быстро и не выйдет. Гарри мне доверил столь важное дело, практически подарив свой трофей, – Северус отметил, как жадно загорелись глаза Люциуса, и сделал главный удар: – Это тебе, мой друг, нужно сказать спасибо, что Гарри добрался до василиска. Если бы не твоя афера, не видать бы мне горы редчайших ингредиентов. – Сложно даже представить, сколько они могут стоить, – не зная всех нюансов, подлила масла в огонь Нарцисса. Люциус только скрипнул зубами. Знал бы он, что крестраж Темного Лорда приведет малявку Уизли в Тайную комнату, где пряталось реликтовое магическое существо, сам бы отправился ее спасать. Уж для него не составило бы труда справиться с василиском и без легендарного меча. Люциус не сумел надежно скрыть досаду из-за упущенного шанса, и Северус с Гарри удовлетворенно переглянулись. – Оказывается, в Хогвартсе не так уж безопасно, – Нарциссу разбирало любопытство, однако она не стала выпытывать подробности, догадываясь, что не все так просто с той зачарованной тетрадкой, с которой началась рассказанная история. Снейп, не дожидаясь продолжения расспросов о случае с василиском, снова сменил тему беседы, на какое-то время вернувшись к вопросу управления маггловским заводом. Нарциссу не очень интересовали такие разговоры, поэтому, извинившись, она ненадолго отлучилась, чтобы в другой комнате дать какие-то распоряжения домовикам. – Не переживай, крестный. Думаешь, я не справлюсь с маленьким цехом по выпуску всякой ерунды? – Драко показалось, что Снейп не верит в его способность разобраться в тонкостях производства. – Во-первых, не ерунды, а предметов личной гигиены, что всегда будет актуально для людей – будь то магглы или волшебники. Во-вторых, ты скоро обручишься, а затем и женишься осенью. Так что тебе пора остепениться и показать будущей супруге, что ты занят настоящим делом, пусть пока и небольшим для тренировки навыков, – назидательно сказал Северус, а затем после крохотной паузы, словно решал, стоит ли продолжать, добавил: – Не хочу этого говорить при женщинах, тем более при Нарциссе или Гринграсс, поэтому скажу сейчас. Как крестный я ведь должен дать тебе напутствие перед помолвкой и браком? Зная твои склонности, Драко, позволю себе быть откровенным. Если желаешь, чтобы твоя семейная жизнь стала удачной, советую тщательнее скрывать свои вояжи в бордель и увлечение плотскими утехами с разными женщинами и мужчинами, а после брака и вовсе посвяти себя жене. Не уделяй внимания интрижкам с теми, кто начнет хвастать отношениями с тобой. Лучше вообще не заводи подобных связей после помолвки. Твоей будущей жене это не понравится, и тебе придется долго завоевывать ее доверие, чтобы сделать брак счастливым. Бери пример с отца – он даже с тайным любовником расстался, когда женился на твоей матери. – Ты так говоришь, будто я какой-то сексуальный маньяк, – усмехнулся Драко. – А насчет примера... Так это же ты бросил отца, когда тот женился, а не он с тобой расстался, – вино, выпитое за обсуждением полученного в подарок бизнеса, подтолкнуло Драко к дерзкому замечанию. Гарри украдкой поглядывал на Снейпа, не понимая, зачем он поднял столь щекотливую тему, и скорее почувствовал, чем заметил, что тот весьма доволен собой, словно реакция Драко была именно тем, к чему он стремился. – Сын, я поделился с тобой личным не для того, чтобы ты снова обсуждал мои отношения с Северусом, тем более при Гарри, – сделал замечание Люциус. – И что страшного? Он уже знает про вас, – буркнул Драко, вспомнив, как Снейп устроил им с отцом головомойку по этому поводу. – Но это не повод снова вспоминать о том, что мы с Северусом были когда-то близки. Это личное и... – Так-так-так... Значит, личное, о котором знает даже сын и мистер Поттер, но не я? Северус, ты был любовником Люциуса? – Нарцисса не повышала голоса и выглядела спокойной, но старший Малфой побледнел и даже втянул голову в плечи, из чего можно было сделать вывод, что он лучше других знает свою жену и готовится к неприятностям. – Оу... Не стоит ворошить прошлое, Нарси. Это было так давно. Нам с Гарри пора уже уходить. – Ты это специально сделал, – прошептал Люциус, и торжествующий взгляд Снейпа был ему ответом в стиле «как и обещал, а я слов на ветер не бросаю». – Я? Специально? Вообще-то, это Драко перешел на личности. И ты! – Северус хулигански улыбнулся Нарциссе, а та лишь прищурилась в ответ, давая понять, что не поверила ни единому его слову и точно знала, кто спровоцировал ее сына выболтать секрет. – Всего вам доброго. Не провожайте, я знаю дорогу к камину. Праздник удался на славу, – ехидно добавил он перед тем, как утащил Гарри прочь из гостиной.

***

Лишь очутившись в Принц-касле, где сегодня планировали заночевать, Гарри по пути к спальне поинтересовался: – Ну и зачем ты испортил Драко праздник? – Праздник закончился, когда гости разошлись. И ничего никому я не портил. Я же не виноват, что Драко не умеет держать язык за зубами, стоит ему выпить немного вина в компании близких людей. После уничтожения Лорда он вообще расслабился и не следит за тем, что вылетает из его рта. Будет ему наука. Я вообще ни слова не сказал о том, кто был любовником его отца до свадьбы. А Люциус еще и поддержал Драко, развив тему. Теперь Нарцисса продемонстрирует свой блэковский характер. Так ему и надо! – Северус не скрывал, что отыгрывался на друге за его болтливость в прошлом. – Ты же не расстроился из-за поднятой темы? – Нет. Хотя и не скажу, что это было очень приятно, – честно ответил Гарри, не желая возвращаться к вопросам о бывших любовниках Снейпа. – Но ты же специально завел тот разговор, – он с трудом удерживался от того, чтобы не расхохотаться, – Снейп выглядел исключительно довольным своей проделкой и походил на кота, съевшего любимую канарейку хозяйки и не наказанного за это. – Ты знал, что Нарцисса вас услышит? – Если бы Малфои были внимательнее, то и они услышали бы ее шаги в коридоре, – не стал отпираться Северус и пояснил: – Зная о ее любопытстве, я специально выделил тоном, что не хотел говорить при женщинах, тем более при ней, и был уверен, она обязательно подслушает, что я скажу. – Думаешь, Люциусу устроят скандал? Еще поссорятся... Мне жалко Нарциссу, она расстроится, – Гарри покачал головой, но в его тоне не хватало искренности. Он тоже немножко хотел наказать Люциуса за ненужную откровенность Драко о том, что следовало похоронить в памяти, а не доставлять неприятности ему, Гарри. – Ты разве заметил, что Нарцисса расстроилась? Не выдумывай. Она просто устроит Люциусу хорошую головомойку. И не за то, что у него триста лет назад была со мной связь, – она умная женщина и не станет тревожиться из-за прошлого, а за то, что утаил от нее это. Не беспокойся, Нарцисса немного побушует, а потом подарит ему горячую ночку. Это она при посторонних такая холодная и недоступная, – Северус задорно улыбнулся. – Видел, как Драко притих? – Ну ты и злопамятный, – в тоне улыбавшегося во весь рот Гарри звучала похвала, а не укоризна. Он почувствовал себя отомщенным за те несколько дней, которые когда-то ему пришлось провести в переживаниях из-за болтливого Драко. – Еще и за дневник Риддла «поблагодарил» Люциуса, – замечание прозвучало исключительно ехидно. – А как он скрипел зубами из-за того, что упустил возможность прибрать к рукам василиска... Просто чудесная музыка для моих ушей, – Северус, закрыв за собой дверь спальни, мечтательно закатил глаза к потолку. – Да уж... С тобой нельзя ссориться, – Гарри подтолкнул Снейпа к ванной комнате. – Пора ложиться спать, а то завтра не сможешь работать. – Ты прав. Угораздило же Малфоев устроить вечер в честь дня рождения в понедельник. – Так на субботу отложить не вышло же из-за помолвки, – отметил очевидное Гарри. – Могли просто совместить оба торжества, – пожал плечами Снейп. – Сам ведь говорил, что Драко не упустит случая получить два подарка. Так, болтая ни о чем, они разделись и скрылись за дверью ванной комнаты, откуда еще долго доносились довольное урчание и страстные стоны – сон решили сократить за счет более приятного для души и тела занятия.

***

Помолвка наследника рода Драко Малфоя с Асторией Гринграсс прошла с помпой. Поттер впервые присутствовал на таком многолюдном мероприятии. Ему казалось, будто в поместье собралась половина общества волшебников Британии. Среди гостей он заметил не только министра магии Тикнесса и множество важных чиновников из Министерства, но даже мадам Малкин и мистера Олливандера. Это в очередной раз доказывало, что большинство волшебников из старых семей являлись родственниками, пускай и очень дальними. Нарцисса Малфой помирилась со своей сестрой Андромедой, с которой, по сути, и не ссорилась, а лишь не общалась: сначала чтобы не сердить родителей, а позже из-за связи мужа с Темным Лордом. Теперь же им ничего не мешало поддерживать отношения, пусть и не слишком близкие – прошлого, которое развело их по жизни в разные стороны, не изменишь, – но ровные и неконфликтные. Поэтому на помолвку пришли и Андромеда с дочерью и зятем. Учитывая участие Ремуса в подготовке и проведении операции по устранению Волдеморта, его уже хорошо знали многие из товарищей Снейпа, а следовательно, и Люциуса Малфоя. Так что он не чувствовал себя лишним на этом празднике и охотно знакомил жену с теми, о ком ранее только рассказывал, отвлекая от переживаний за сына, впервые оставленного на попечении домовиков в Поттер-холле. Астория была так прелестна в бирюзовом воздушном платье, что Драко не мог отвести от нее глаз. Он словно впервые ее видел – такую непередаваемо красивую, хрупкую, нежную, с очаровательной улыбкой и обворожительным взглядом. – Мне кажется, что твои советы Драко насчет амурных дел не понадобятся, – усмехаясь, шепнул на ухо Северусу Гарри, когда официальная часть приема закончилась, а будущие молодожены были связаны магическими узами помолвки. – Только посмотри, как он горделиво придерживает ее за руку. Того и гляди кинется всех отгонять от своей невесты. Такой важный и, похоже, безоглядно влюбленный. – На него действует проведенный обряд. Помнишь, какое притяжение было между нами, когда мы обменялись кольцами? – Северус хитро стрельнул глазами. – Только ему не светит отправиться с Асторией в постель до брака, поэтому он так и напряжен. Ему кажется, что сейчас все, как и он, вожделеют его невесту. Это пройдет через несколько дней, когда личная магия приспособится к узам. – Но ему же не перестанет нравиться Астория? – Гарри никогда раньше не задумывался о таких нюансах помолвки. – Не думаю. Она и впрямь хороша собой. К тому же из уважаемой семьи, с хорошим приданым, отлично воспитана, умна, достаточно сильная волшебница и у нее ангельский характер. Кто откажется от такой жены? Да любой на его месте был бы счастлив, даже я... Ой... Ты чего толкаешься? – с насмешкой спросил Северус, прервав провокационные похвалы Астории. – Не смей засматриваться на невесту крестника, а то он проклянет чем-нибудь коварным, и что я тогда буду делать? – наигранно ревниво отозвался Гарри, прекрасно видевший, что его специально дразнят. – Будешь лечить. В постели. Сексом. Жарким, – на грани слышимости прошептал Северус. – Пфф... Ты нарочно намекаешь... – Гарри усмехнулся. – Давай пройдемся среди гостей, а то я уже готов сбежать отсюда, чтобы воплотить в реальность твои фантазии. – И о чем вы секретничаете? – Мальсибер вынырнул из толпы, как черт из табакерки. – О-о... Судя по румянцу, – он указал на Поттера, – я не вовремя? – Напротив, как раз очень кстати, – отозвался тот. – Мы тут прикидывали, не захочет ли Драко устроить свадьбу поскорее. Он так обожающе смотрит на невесту. – Его можно понять, Астория – просто конфетка. Они прекрасно смотрятся рядом, – оценил парочку Нэш. – Люциус не позволит перенести дату свадьбы и заставит выдержать достаточный срок, чтобы потом никто не бросал тень на честь невестки. Идемте к столам и выпьем за здоровье наследника Малфоев и его будущей жены, – предложил он и потянул Гарри в указанном направлении, кивком заставив Снейпа следовать за ними.

***

Дни Гарри были до предела заполнены заботами о Поттер-холле и Блэк-хаусе, встречами с мастерами финансов обоих требующих внимания родов, поиском места для организации предприятия и поселка для оборотней и оформлением этого начинания по всем правилам в Министерстве магии вместе с Люпином, а также подготовкой к предстоящим выпускным экзаменам уровня ЖАБА. Так что он едва не забыл о слушании по делу отчуждения магазина у близнецов Уизли, благо Орренс вовремя его предупредил об этом. Заодно Гарри вспомнил и о встрече с Грейнджер, назначенной на этот же день. Предварительное слушание проводилось одним судьей в небольшом зале Отдела гражданских разбирательств. Записи вел секретарь. Были приглашены представитель истца мастер финансов Орренс, ответчики Фред и Джордж Уизли, а также свидетели Гарри Поттер, Ли Джордан и Гермиона Грейнджер. Появление последних двух было неожиданностью не только для близнецов, но и для Гарри, хотя он и упоминал их имена, когда давал показания при расследовании дела. Сначала судья спросил, не желают ли истец и ответчики пойти на мировую, самостоятельно решив вопрос к обоюдному согласию, на что Фред и Джордж в два голоса категорично заявили, что не отдадут свой магазин, потому что никому его не дарили. Затем всем приглашенным по очереди задали по несколько вопросов, чтобы уточнить детали дела и выяснить, подтвердят ли их правдивость свидетели в присутствии ответчиков. – Мистер Ли Джордан, вы заявляете, что до отправки за границу для обучения являлись близким другом ответчиков. Вы знаете, на какие деньги мистер Фред Уизли и мистер Джордж Уизли открыли свой магазин? – Да. Гарри Поттер в тысяча девятьсот девяносто пятом году отдал им свой выигрыш на Турнире Трех Волшебников – тысячу галлеонов, – четко ответил тот, окидывая братьев Уизли напряженным взглядом. Он только неделю назад вернулся в Британию и тут же получил вызов в Отдел гражданских разбирательств. – Откуда вам это известно? – Близнецы Уизли сами хвастались этим передо мной и еще несколькими студентами Гриффиндора, – без заминки ответил Джордан. – Но они ведь тогда еще учились. Почему вы уверены, что они потратили те деньги именно на покупку магазина? – Годом позже они предлагали мне войти с ними в долю. Они жаловались, что им не хватает денег, отданных им Поттером, чтобы, кроме магазина в Косом переулке, открыть и его филиал в Хогсмиде, чтобы снабжать студентов своей продукцией. Говорили, что много денег из той тысячи ушло на закупку ингредиентов для их товара. Но я планировал продолжить учебу на континенте, поэтому не рискнул потратить собранную родителями сумму, – Джордан умолк, посчитав ответ достаточным. – То есть именно так и сказали, что покупки совершали за деньги, полученные от мистера Поттера? – Да. Я еще тогда заметил им, что у них разыгрался аппетит, раз не хватило такой большой суммы. – Ясно. Что вы знаете о передаче прав на магазин «Всевозможные волшебные вредилки»? – Ничего не знаю. – Спасибо, мистер Джордан. Мисс Грейнджер, вопрос к вам. Вы можете подтвердить свидетельство мистера Джордана о получении ответчиками денег от мистера Поттера? – Да. Гарри Поттер говорил об этом, и я слышала от близнецов Уизли, что он отдал им тысячу галлеонов, на которые они планируют открыть магазин приколов, что и сделали позже, – стараясь быть краткой, ответила Гермиона. – Они купили магазин именно за деньги Гарри и не скрывали этого, – уточнила она, заметив вопросительно уставившегося на нее судью. – Что вы знаете о передаче прав на магазин? – Ничего, – зыркнув на Поттера, сказала Гермиона. – Задам вопрос по-другому, – терпеливо произнес судья, – вам знаком этот документ? – он подал Грейнджер зачарованный пергамент, послуживший основой для открытия дела. – Да, я видела его раньше, – врать или увиливать от ответа Гермиона не решилась, ведь она и так недавно сталкивалась с правосудием и даже отбыла наказание. К тому же ей уже задавали этот вопрос прежде, когда несколько дней назад вызывали к следователю Отдела гражданских разбирательств. – Когда и при каких обстоятельствах? Что вам о нем известно? – Гарри Поттер показывал эту записку мне и Рону Уизли, демонстрируя ее свойства – то, как подписи превращаются в насекомых и двигаются по пергаменту. Ему казалось это забавным. – Когда это было? – потребовал уточнения судья. – Не помню точно. Пару лет назад. Я случайно увидела, что он что-то рассматривает, и спросила, что это. Он сказал, что подписи зачаровали Фред и Джордж Уизли, – Гермиона умолкла, но потом все же добавила: – А в марте я видела копию этого эмм... рисунка у близнецов Уизли. Когда Гринготтс на них подал иск. – Это не рисунок, мисс Грейнджер, а документ, – поправил ее судья. – А разве он не должен быть составлен по определенным правилам? – Грейнджер не утерпела и высказала свое сомнение в правильности оценки записки судьей. – Мисс Грейнджер, уверяю вас, этот документ составлен по всем правилам магического мира, и его подлинность удостоверена экспертом путем сличения магических подписей с контрольными отпечатками магии составивших этот договор волшебников, – назидательно ответил судья, явно недовольный тем, что кто-то усомнился в его компетентности. – Спасибо, мисс Грейнджер, за сотрудничество. Итак, все собранные показания подтверждены. Стороны дела не изменили своего мнения и не желают решить спорный вопрос самостоятельно? Нет? Тогда окончательный суд назначается на десятое августа. Все свободны. – Через два месяца?! – в тоне Фреда прозвучало возмущение вперемешку с отчаянием. – А как же магазин? Мы можем продолжить работать? – одернув брата, уныло спросил Джордж, не слишком надеясь получить положительный ответ. – До решения дела по существу магазин будет закрыт, – скупо бросил судья и, собрав подготовленные секретарем бумаги в папку, покинул зал.

***

– Гарри, я... – начала Гермиона, но тот ее перебил: – Прости, мне нужно кое-что уточнить. Встретимся в Атриуме, как и договаривались, – Поттер вызвал Темпус – до назначенного срока было еще полчаса. – Если не возражаешь, минут через десять, – предложил он. – Хорошо, – не стала спорить Грейнджер и направилась к двери, но ее остановил окрик Фреда: – Так ты теперь с Поттером? А я-то думаю, куда ты делась? Оказывается, ты под Поттера легла... – Не смей говорить гадости! – вспыхнула Гермиона. – Ни под кого я не ложилась! – выкрикнула она и сбежала из зала заседаний, не желая слушать незаслуженные оскорбления. – Мистер Уизли, если не хотите встретиться со мной еще в одном суде по поводу клеветы, то лучше закройте рот. Не то я припомню все, что вы транслировали по колдорадио, а свидетелей у меня предостаточно – как минимум четверть населения магической Британии, – холодно обронил Поттер и скривился, бросив брезгливый взгляд вслед Грейнджер, – он не мог даже представить, что кто-то решится пустить ее в свою постель, зная, что она трахалась с недоумком Роном, в конце концов получившим Печать предателя крови. – С тобой мы еще разберемся, – прошипел Фред в ответ, но при посторонних тему развивать не стал. – Друзья, что происходит? – Ли Джордан недоуменно переводил взгляд с близнецов на Поттера, о чем-то шептавшегося с гоблином, и обратно. – И почему вы не ответили на мое письмо? – Мы не получали никакого письма! И какой ты друг, раз свидетельствовал против нас? – буркнул Джордж и направился на выход. – Что значит «против вас»? Я не сказал ни слова лжи, – оторопел Джордан, последовав за близнецами в коридор Министерства магии. По сути, он до сегодняшнего дня даже не знал, в чем состоит дело. – И я вам написал сразу после того, как меня вызвали к следователю и задавали вопросы про вас. – Может, Джинни забыла отдать нам письмо? – предположил Фред, обращаясь к брату. – Какая разница. Если бы этот не откровенничал и не сказал, что мы на деньги Поттера все купили, а дура Грейнджер не подтвердила это... – Джордж недовольно махнул рукой. Они с Фредом убеждали следователя, что вложили в магазин в основном свои деньги. Проверить такое оказалось бы сложно. Без свидетелей это было их слово против слова Поттера. Они для расследования ухитрились отдать книги учета лишь за последние пару лет, когда у них прибыль упала, заявив, что остальные сожгли Пожиратели, когда напали на их магазин. Насчет личности устроивших небольшой пожар в их лавке и сожженных бухгалтерских книг они соврали. А вот дебош с применением Инсендио в их лавке и впрямь был, даже авроры приходили разбираться, и имелась запись в отчетах Аврората, что и выяснил следователь. Хотя дело тогда не заводили, да и хулиганов не нашли. Однако в тот раз пострадали лишь некоторые товары в торговом зале. Но кто сейчас докажет, что именно попало в огонь, если авроры посчитали убыток слишком незначительным и не передали дело следователю. А теперь свидетельство Джордана и Грейнджер свело на нет все усилия близнецов хоть как-то уменьшить свой ущерб. – Но откуда мне было знать, что гоблины отбирают у вас магазин? Я вообще всего неделю назад приехал на каникулы, а тут этот вызов к следователю, – оправдывался Ли Джордан. – Не гоблины, а Поттер, – процедил сквозь зубы Фред. – Сволочь и предатель... – Да что здесь случилось? Вы же дружили с Поттером. Я думал, вы и сейчас с ним. Он же победил неназываемого. Об этом и на континенте было в газетах. – Он теперь дружит со Снейпом и с Малфоями, – презрение в тоне Джорджа можно было черпать горстями. – Лижет пожирательским ублюдкам задницы. – Идем в паб. Посидим за кружкой эля, и мы тебе все расскажем, – предложил Фред. – Хорошо, – Джордан не знал, что и думать. Поттер и впрямь показался ему совсем не таким, каким он его помнил по школе. Но вместе с тем он понимал, что дыма без огня не бывает, значит, он не из простой вредности отдал тот документ гоблинам. Да еще и намек на какую-то клевету, за которую он может подать на близнецов в суд, мгновенно заткнувший тем рот. Поэтому Джордан решил выслушать, что скажут друзья.