ты моё спасение, адепт.

***

— Мне больше ничего не нужно, просто верните мне моего возлюбленного. Я не люблю, когда кричат. Мои уши в этот момент просто раскалываются, а злость накатывает и сидит в остывшем взгляде. Ненавижу когда кто-то гладит мои волосы, когда просят быть более открытой, громкой, я посылаю на все четыре стороны. Смех, он у меня слишком громкий. Мои слёзы всегда превращаются в улыбку несмотря на боль скрытную внутри. Иногда мне кажется если кто-то в этот момент дотронется до меня, я.я просто рассыплюсь на мелкие куски стекла. За моей спиной прожитой боли трамвай, а я улыбаюсь снова лишь бы забыть прошлое с ним, теряя кусочки себя шаг за шагом. Смеюсь громко, чтобы слёзы не превратили лицо в красное недоразумение. Я не люблю, когда меня не слушают и осуждают, потому что никто никогда не слушал, кроме Сяо. Я не люблю, когда повышают голос, потому что адепт выходил из себя за секунду и хватал их за горло. И я ненавижу, когда кто-то трогает моё тело, потому что защитник Якса любил до него дотрагиваться, нежно проводить носом по шее и вдыхать запах ванильных духов. Он любил заплетать неаккуратные косы и смеялся с каждой торчащей волосинки. Вечность за вечностью, жара и чёртов мороз, холод и тепло — всё меняется, кроме моей невыносимой тоски по его тёплым ладоням и неловкой, иногда глупой, ухмылке. По его торчащим во все стороны волосам. Но как так вышло, что всё, за что он меня полюбил, вдруг стал ненавидеть. Моё тело не чувствовало тепло его холодных пальцев почти вечность, мы спали, отвëрнуты друг от друга, а моя душа до глубины была в километре от его, да она пыталась догнать его, но он спрятал её далеко за холмом и спрятался в свитере связанным из безразличия. — Я снова читаю нашу переписку написанную из многочисленных писем. Адепт пах зимой и холодным дождливым вечером. Его вечно лохматые, синие волосы и мятая рубашка. Сяо всегда переходил дорогу, не смотря по сторонам. Пил на утро кофе без молока. Я без его не смогла, а он справлялся. У него было много родинок на теле, я всегда целовала их всех. Шрам на спине от падения со скалы. Его милые ямочки при улыбке. Защитник Якса всегда писал с большой буквы и не вникал в моду. Мы с ним разошлись этим летом, в начале августа, в моё любимое время года. Он бежал ко мне с букетом только распустившихся ромашек, сорванных со двора, а я смиренно ждала момента когда, наконец смогла бы по настоящему признаться. Когда я призналась ему, он сказал, что разлюбил или не любил вообще. Сяо стоял минуты пять, разглядывая мои руки. Попрощался и попросил больше не курить на балконе поздней ночью, а то заболею. — Я сделала из воспоминаний целый гербарий и повесила над тумбочкой, посвятила каждый листочек тебе. Только вот я смирилась жить без тебя спустя много лет. Сяо спал очень мало, любил прогуливаться ночью из-за чего я сбила себе режим. На улицах при встрече лишь коротко кивал мне и молчал, не спрашивал, как мои дела, и не игнорировал, ведь знал, что хуже безразличия ничего нет. Я не знаю, почему снова вспомнила о нём, но сегодня опять шёл холодный дождь, и я вспомнила запах твоих нежных волос и смех с утра, которым меня будил. Знаете мой новый парень меня не полюбил. Меня никто как адепт не любил, ни один человек не мог подарить мне этих чувств. Я отчётливо помню, как мы встретились, когда я курила возле двери своего подъезда, а он даже не думал прятаться от дождя и гордо шёл, весь промокший до ниточки, пока все бежали и перепрыгивали лужицы. Сяо показался мне самым одиноким человеком на земле. Я крикнула ему, что идёт дождь, а он не спешил даже спрятаться от него. — Эй, пойдёмте ко мне на чашечку чая, — а он ответил, что пьёт лишь кофе без молока. Он был старше меня на два года. Парень был моей противоположностью, был тем, кого я боялась потерять больше всего на свете. Я ведь тогда не должна была идти за тобой, верно. Он очень изменился после отношений со мной. Сильно боялась его потерять, что сама собственными руками отпустила на произвол судьбы. Я медленно, мучительно его разрывала, а поняла это, когда увидела его со слезами на глазах у моего порога, когда долго не отвечала ему. Я развалилась когда-то под одним человеком, а после — осознанно убивала других. Но я точно бы не хотела, чтобы он был таким же, как и я. Мой побег от больных чувств привёл меня к одиночеству. Я вернулась к матери, она ненавидела меня. Я променяла её на какого парня из университета — я так сильно себя ненавидела из-за этого. Она всегда твердила, что наши отношения это дерьмо и больше кроме поцелуев и сухого секса у нас ничего не будет. Но она ошиблась, у меня, у него были сильные чувства к друг другу. Я убежала от света снова во тьму. Так сильно скучала по нему, что царапала себе лезвием вены рук. Всё закончилось тогда когда, я возвращалась домой. Увидела Сяо у чужой машины. Он кому-то улыбался закуривая с чужих рук сигарету, и тогда я поняла, что, наверно, мы слишком разные. Нет, нет всё это, типо слухов о том, что противоположности притягиваются полный бред. Ему никогда не нравился запах сигарет. Я стала его больным местом, пока адепт все это время был моим спасением.

***