Мёртвые горы.

***

Айрис делает пробное движение, и дрожа от ощущения приятной заполненности, приближается к лицу Тома, прикусывая нижнюю губу парня. Ладони на упругой груди сжимается всё сильнее, почти до боли. Том вскидывает бёдра вверх, заставляя девушку всхлипнуть и сам тихо стонет. Как слышится свист и его ладонь пронзает дикая боль. В первые секунды он замирает, пытаясь понять что произошло. Непонимающим взглядом он упёрся в лицо Ай. Её лицо неестественно замерло, а из уголка открытого в немом стоне рта, текла струйка тёмно-красной жидкости. Девушка медленно оседает и заваливается на него, пачкая в крови. По поляне разноситься смех, пробирающий тело дрожью ужаса. Парень опускает взгляд, где его ладонь и грудь девушки с левой стороны соединены, насквозь проходящей стрелой. До него наконец доходит, что сейчас произошло. Том начинает стонать от ужаса и боли, не в состоянии говорить. Он, находясь под впечатлением, отрывает руку от груди девушки, резко дёрнув ей так, что вырывает и стрелу. И наконец он кричит, он ужаса, почти задыхаясь, давясь слезами, а не прекращающийся смех, становиться лишь громче, он не один. Будто детский, заливистый, что ещё больше нагоняет ужас. Томас вскакивает, но подкасывающиеся ноги заставляют рухнуть вниз, раздирая ноги в кровь о камни и ветки. И он всё кричит и кричит. Уже задремавшие друзья вздрагивают, Вел тут же вскочил и уставился в стороны, куда ушла парочка. Когда он отошёл, сорвался на бег, бросая всё что держал в руках. Джу и Эми, переглядываясь, тоже вскакивают и бросаются вслед за парнем. То что они увидели на поляне, заставило замереть от ужаса. Но первым отошёл Вильям, бросаясь к телу девушки. — Господи, Томас, что произошло?! — Кричал потерянный Вел, стараясь нащупать путь Айрис. Но развернув её на спину, на него уставились выпученные и испуганные глаза, полные слёз. Изо рта уже не просто текла струйка, кровь заполняла её рот и силясь вздохнуть, она давилась ей. Кровь шла пеной, приятно розового оттенка. Она схватила Вела за руки, булькая кровью, выдавливая слова. — Нет, Ай, лежи. Не шевелись. Но та не слышала, поднимаясь всё ближе к его лицу. Джу выйдя из ступора, закрыла рот ладонями, чтобы сдержать рвущиеся оттуда крик и рвоту, и кидаясь к Эмилю. Тот не в силах что то сказать и пошевелиться, лишь вцепился объятиями в девушку, прижимая и прижимаясь, ища и давая чувство защиты. Разом звуки, давящие на него, утихли. Девушка перестала подавать признаки жизни. Все всхлипы, крики Вела и Тома, шелесты он слышал как сквозь вату. Он чувствовал мокрые дорожки слёз, катящиеся по щекам, тепло от тела подруги, до сих пор вцепившейся в него. — Нам надо идти, — Первый в себя пришёл Вильям. — Как же Айрис? — Со слезами на потерянных, будто детских глазах, сорванным молящим голосом вопрошал Томас. — Мы потом за ней вернёмся, нам надо идти, — Тянул на себя, вцепившегося в девушку, Тома. Тот почти и не сопротивлялся. — Джуди, Эмиль, пошли, ну же. Эми вцепившись в руку подруги, потянул её за Вильямом. Сначала неуверенно, всё время спотыкаясь, но они набрали скорость. — Скорее, бежим, быстрее, — Только эти слова можно было разобрать среди всхлипов и сорванного, загнанного дыхания. Они бежали быстро, как могли. И в какой то моменты, Эми уловил движение сбоку. В этот же момент всех оглушив тот самый смех. Так что у парня подкосились ноги и он чуть не упал. Он не мог заставить себя повернуть и рассмотреть бежавшего, всем своим нутром чувствуя, что пожалеет об этом. Он вскрикнул от боли, что пронзила его плечо. Та же стрела, вонзилась в его руку, застревая, не проходя насквозь. Горячие струйки стекали вниз, Джуди вскрикнула, обеспокоено глядя в его лицо, силясь что то спросить, но сбившееся дыхание и подгоняющий Вел отвлекли. — Кто это, чёрт возьми?! — У Томаса, не отошедшего от смерти любимой, появился гнев. Агрессия, которую надо выплескнуть, — Иди ты, урод! — И он остановился, собираясь накинуться на психа, но. — Том, ты больной! Бежим! — Психовал Вел, дёргая его на себя, под жуткий смех. Он играл с ними, Эми был уверен, если бы он хотел их поймать, давно бы сделал это. Но сейчас он незаметно исчез, создавая иллюзию того, что они оторвались.  — Тихо, замолчи, — Гневно прошипел Тому в лицо Вел, что рвался найти того монстра, — Ты хочешь, чтобы он снова вернулся? Тогда ори громче. Только отойди подальше отсюда. — О господи, я не могу в это поверить, — Джу прижала свои сильно дрожащие руки к груди. Слова выходили невнятные, голос всё время срывался, — Я не могу, господи, за что. — Эмиль хоть и был шокирован не меньше неё, прижал к себе, поглаживая по голове, прижав к груди. — Успокойся, Джу, успокойся, — Повторял он будто мантру, — Не надо волноваться, сейчас передохнём чуточку и побежим. Мы выберемся отсюда, только, пожалуйста, успокойся, — Сбивчито шептал парень, целуя её лоб и мокрые от слёз щёки. — Эмиль, твоя рука, — Очнулась Джу, заметив на своих руках кровь, — Надо что то сделать. — Томас, и ты иди сюда, — Подозвал Вел. Первым делом он, порвав кофту на лоскуты, замотал ладонь Тома. Кровь так и текла, но боли ни он, не Эми не чувствовали до этого момента. Отвлекаясь на побег. Эмилю же он, хоть и понимал сто делает неправильно, вынул стрелу, перевязав перед этим лоскут кофты выше раны. Кровь хлынула сильнее, и парень заскулил от боли, непроизвольно роняя слёзы. — Всё, всё. Прости, я не очень хорош, это максимум, что я могу сделать сейчас. — Спасибо. — Притянув к себе больную руку, подросток прижался к груди Джу. — И что мы будем делать теперь? — Подала голос девушка, обретя голос и способность здраво мыслить. — Где мы вообще? — Мы отклонились от всех ориентиров, которые я знала. Простите, я не знаю где мы, — Сжалась она. — Все в порядке, но лучше двигаться. Хоть куда — нибудь, он может появиться вновь, — Вел негласно перенял на себя роль главного, как самый стойкий из них. В подтверждении этих слов, где — то сбоку раздалось хихиканье. Повернув голову на звук, Эм успел заметить лишь кусок оборванной поношенной одежды. Затрещали ветки и ребята, впавшие в ступор, оторопели, бросаясь бежать за Вильямом. Эмиль чувствовал, как Он дышал им в затылок. И Он был не один. Они бежали до колик в животе, На этот раз не останавливаясь. Бежали из последних сил. Он загонял их, будто направляя в свою ловушку. Вел сам не знал куда бежать, но всё равно двигался вперёд, краем глаза смотря за друзьями. Чужая кровь на руках неприятно стягивала кожу, он сам был в ужасе. Но понимал, что если он не возьмёт себя в руки, никто этого не сделает. Руки, ноги и даже лица их были исцарапаны в кровь. Ветки проходили сквозь одежду, оставляя после себя кровавые борозды. Что уж говорить о лице, даже защищая их, доставалось и ему, чуть не выкалывая глаза. Сердца ребят бились о рёбра, грозя проломить их. Лёгкие жгло, всё кололо и только чувство страха заставляло бежать дальше. Те чувствовали себя, как загнанные в тупик крольчата, дрожащие перед свирепым бешенным хищником. Не разбирая дороги, они проскакивали через поваленные деревья и корни, ямы и прочее. Томасу доставалось сильнее, ветки били о обнажённое тело, ведь на нём остались лишь штаны. Что всё время норовили упасть и в очередной раз подтягивая их, он споткнулся и кубырем полетел вниз по склону. И собрав все неровности рельефа своим телом, он распластался на земле, весь грязный и ещё больше в крови. Друзьями, перепугавшись, кинулись к нему, когда психи вновь исчезли из поля зрения. — Черт! Том, ты как? — Склонился над ним Эми, похлопывая по щекам, тем самым приводя его в чувства. — Давай вставай! — Вел только протянул руку, как Том резво подскочил, испугав Эми, и попятился назад. — Блять, блять! — Он обвёл всех своим безумным взглядом, ни на ком не фокусируясь, — Блять! Я не хочу умирать! Не хочу! Я ещё слишком молод! — Психовал тот, громко крича и размахивая руками. Шагая назад он повторял это вновь и вновь, как мантру, ни на миг не замолкая. — Том, успокойся, пожалуйста, — Просила Джу, когда Эми выставил руки вперёд и попытался подойти к парню, — Всё будет хорошо, главное не разводить панику и… — Заткнись! Неужели ты не понимаешь, что мы уже не жильцы?! — Разбрызгивая слюной всё орал Том. — Нет, если мы… И в этот момент Томас задел ногой какой — то механизм и в это же мгновение, Эма, что стоял ближе всех к нему, обдало брызгами крови. Капельки алой густой крови медленно стекали по его лицу и растрёпанным волосам, попадая в раскрытый рот. Он наблюдал как медленно лицо Тома сползало вниз, с мерзким звуком падая к его ногам. Его взгляд метнулся к месту, где раньше было лицо Тома, вместо которого осталось аккуратно срезанное месиво. Кровь стекала вниз, но можно было разглядеть всё в мельчайших подробностях. Мозг, зубы, срезанный хрящ носа и язык, точнее что осталось от него. Тело медленно осело сначала на колени, а затем и полностью, с глухим звуком прямо к ногам Эми. Томас, уже его мёртвое тело, ещё подрагивая и дёргаясь, булькая. Подросток согнулся, выблёвывая свой завтрак, оседая и облокачиваясь на руки, что бы не упасть в это лицом. А Джу, стоящая рядом, издала истошный крик ужаса, пятясь назад, она споткнулась и упала заходясь в рыданиях. — Какого… — Не знал Вел к кому именно подскочить к первому, просто вытаращив глаза, пялился на всё ещё теплый труп своего лучшего друга, переводя взгляд и на свою девушку в истерике. Не в силах пошевелиться. Утерев рот, Эми подскочил у Джу, протягивая ей руку, что бы та поднялась. Она не хотела, но хохот и метательный ножичек, которой по касательной прошёлся по уху Джу, заставив издать ещё один вопль ужаса, и подскочить. — Бежим! — Кинулись они наутёк, таща друг друга за руки. Эмиль, бежавший последним, обернулся. Как и ожидалось, он был в ужасе. Свечка. Самая обычная белая свечка. Потёкший воск, что остался от догоревшей свечи. Вот что ему напомнило лицо Этого. Толи гной, толи цвет кожи был такой. Оно было ужасно, до рвотных позывов. На лбу к глазам тянулся будто огромный кусок сала, под кожей. Нос такой — будто его откусили давным — давно, волосы седые и редкие торчат во все стороны. Губы присутствуют только нижние, у него будто заячья губа. Все верхние зубы прекрасно видно, их было немного, ужасно жёлтые и с зубным камнем, острые, видно что их не чистили никогда. Он склонился над Томом, поднял его руку, отрезал его палец и засунул себе в рот, обсасывая и слюнявя. Он посмотрел прямо в глаза Эма, показательно облизал палец, закатывая глаза и стоная от удовольствия. И Эм не выдержал, отворачиваясь, никогда в своей жизни он так не бегал. Никогда. Спортсмен из него никакой, поэтому спустя время он кое — как поспевал за Джуди и Вильямом, стараясь смотреть под ноги и по сторонам. Все звуки заглушал стук сердца в ушах. — Поднажмите, — Теперь уже Вел нас вперёд. Что — то с боку хрустнуло, он не успел всё осознать, по инерции бежа дальше, но не почувствовал почву под ногами и рухнул вниз. Ему повезло больше всего, ведь упал он не на голую землю, а на друзей, вызывая сотны боли. — Прости, — Спохватился Эми, вскакивая, — Прости, милая, — И протянул руку Джу, поднимая её с Вильяма, ему досталось больше всех. — Вильям, ты в порядке? — Кинулась к парню девушка, — Вставай, ну же. Вверху что то хрустнуло и Эмиль поднял голову, натыкаясь взглядом на того психа. На его испуганный крик и пара подняла головы вверх. Их было двое и они, улыбаясь своими уродливыми ртами, нетерпеливо переступали с ноги на ногу, кружа вокруг ямы, в которую они провалились. — Срань господня, — Подорвался и Вел, загораживая спиной Джу и Эми, — Что вам надо от нас, ублюдки? — Не зли их, пожалуйста, — Шептала ему на ухо девушка. Но хохот и издаваемые ими звуки, будто ослиное ржание, давили на Вела, доведя то точки и он кричал, орал и проклинал. И вскоре монстрам надоело, они начали злиться. На все просьбы замолчать, парень отмахивался. В очередной раз когда так делал, зацепил, пытающегося успокоить его Эми, ударяя так, что тот отлетел. После вспышки боли, перед глазами начало чернеть, путались вверх и низ, так что из раза в раз силясь встать, он заваливался, пока не потерял сознание. Проснулся он резко, будто выныривая из воды. Резко, но болезненно, так же теряясь в пространстве. Он хорошенько приложился головой о твёрдую землю, когда отлетел. — Это… Это был не сон, — Прошептал Эми поднёс свои дрожащие ладони к лицу, выдыхая и оглядываясь. Место было незнакомо. Всё вокруг было либо поломало, либо очень грязным от времени. Желудок свернулся в приступе тошноты, паника прошибло тело, когда подросток осознал в какой ситуации он оказался. На поверхностях столов запёкшаяся кровь и черная жижа масла. Сам он в клетке, на неё дне свалена кровавая одежда. Её размеры позволяли только сидеть с согнутой спиной. Стон в оглушающей тишине напугал ещё сильнее, но обернувшись, он наткнулся на такую же потерянную подругу. — Джу, — Парень прижал её к груди, утирая слёзы, — Где Вел? Что случилось и где мы? — Не знаю, — Та переводила умоляющий взгляд с комнаты на него. Её голос хрипел, от него у самого Эми комок встал поперёк горла, — Я не знаю. Не помню. — Успокойся, не надо плакать, — Сейчас её слёзы вызывали чувство раздражения. Хоть он понимал, что это нормальная реакция, у него самого они наворачиваются, но сейчас он хотел чтобы она взяла себя в руки. Звук ударившейся о стену двери, невольно заставил вздрогнуть их обоих. В проёме образовалось такое же уродливое нечто. Его лицо было не менее уродливее. Только в противовез тому, череп был будто обтянут кожей. Волос не было ни на лице, ни на голове. Глаза вытаращены и безумны, почти полностью чёрные и красными лопнувшими копилярами. Нос длинный и согнутый, как птичий клюв, а рот аномально большой, с редкими и заострёнными зубами. Вообще лицо было по хищному вытянуто. Оно, предположил Эмиль, было женского пола. Уродливое цветастое платье с фартуком и маленькие бугорки в районе груди толкали его на такие мысли. Он же не уловил момент когда это подошло к клетке с ними, заметив только когда оно, взяло палку и тукнуло в кровавую рану от стрелы в его руке, вынуждая застонать от боли. Оно явно было довольно такой реакция, хлопая в ладоши и откидывая палку. Только оно хотело просунуть в клетку руку, как в комнату вошли те двое, что были у ямы. Против воли вырвался задушенный вдох, когда Эми уже вблизи увидел лицо «Свечи», как прозвал он его у себя в голове. И была ещё одна причина, эти двое вывалили содержимое двух огромных мешков, что притащили они. Это были тела Ай и Тома. В этот раз услышав всхлип сбоку он не стал раздражаться, у него самого катились слёзы, пока «Птица» радостно залепетал что то на своём, принялось суетиться у стола, разделывая тела. Он пораженно замер, не в силах выдавить из себя звук и отвернуться от этого. Он во все глаза наблюдал как она потрошила его друзей, словно поросят. Как в замедленной съёмке наблюдая, за опускающимся острым лезвием, отделяющим голову, руку и ноги от туловища. Где то рядом согнулась Джу, выблёвывая желудочный сок. Все звук доходили до него с опозданием. Вот тесак вновь опускается на тело Ай, отрубая её изящную ручки от тела, но звука нет. Мерзкий звук разрывающейся плоти и хлюпанье крови доходит спустя секунд 10. Эми наблюдал и чувствовал, как внутри него что то надрывается. Отвести взгляд он нашёл в себе силы, когда услышал возмущённое, полное боли мычание. Тот, чьё лицо сочитало в себе черты лица и Птицы и Свечи, вёл Вильяма к противоположному углу. Он был в плохом состоянии, Эмиль поразился как вообще у того есть силы на что то. Проволока, с явно наточенными лезвиями, впивалась в тонкую и нежную кожу на его шее, руках и лодышках, раздирая беззащитную плоть. Кровь текла всё сильнее с каждым его движением, а мелкое отродье лишь сильнее тянуло за проволоку, намеренно причиняя больше боли. — Вильям, господи! — Прилипла к решётке Джуди, пытаясь быть ближе к своему парню. — Господи, что же они сделали с тобой? За что вы это делаете с нами? — Надорванным голосом кричала она, а на попытки Эмиля заткнуть её, отмахивалась как от мухи, также как делал это сам Вел несколько часов ранее. Они внезапно вместе отпрянули к другому концу клетки, вжимаясь спинами в прутья до боли, когда перед их лицами резко появился Свеча, гадко улыбаясь и облизывая отрезанное ухо. Наслаждаясь перекошенными лицами своих жертв, он отворил дверь клетки, хватая волосы Эмиля и притягивая его к себе. Лицо подростка обдало зловонное дыхание с нотками железа крови. Скользкий, холодный шершавый язык большим мазком прошёлся по его кожи от подбородка до переносицы, частично слизывая слёзы и кровь с мелких от веток царапин, оставляя после себя влажный след слюны. На медленно расползающееся мокрое пятно и тихое журчание, уродец сильнее рассмеялся и отпихнул от себя грязного Эми. Тому не было стыдно за то что он сделал, не в этой ситуации. Свеча, запомнив крикуна и не желая, чтобы это повторилось, подошёл к Велу, которого успели прицепить и натянуть проволоку на шее так, что если он не будет стоять на носочках, она либо оторвёт его голову, либо задушит. Надавил на его скулы, насильно раскрывая рот, и вытащил язык до предела, отрезая маленьким ножичком под корень. Парень закричал, как и Джу, начиная захлёбываться кровью. Он визжал, но из-за крови выходил лишь булькающий звук. Вильям рвался из стороны в сторону от боли, причиняя себе ещё больше новой боли, из-за острой проволоки. Звуки, что он издавал ужасали, всё нутро замирало, хотелось сжаться в маленький комочек и исчезнуть. Девушка под боком продолжала надрывно кричать, заходясь в истерике. Алая, густая кровь медленно стекала вниз, капая вниз, в таз. Псих же спокойно и довольно засунул себе отрезанный язык в рот, пережёвывая, и мерзко чавкал. Мелкий скакал вокруг Свечи, и достав где то кружку, зачерпнул себе кровь с таза. Половина не попадала в рот, стекая вниз, пачкая его. Птица, обратив внимание, взяла тряпку и что то гневно крича, била этих двоих. У неё уже что то булькало в кастрюле, огромной словно ведро, издавая отвратительный запах. Мясо. Сейчас только учуяв этот запах, Эми вспоминал разделанные тела друзей. Их Птица уже убрала куда то, оставив после себя только стекающую со стола кровь. Та капала и капала, образовывая под столом уже целую лужицу. Вильям уже еле дёргался в агонии. Тот умирал от потери столького количества крови. Эмиль так смотрел на всё широко раскрытыми глазами, не в силах даже моргнуть. След на щеке холодил, как и мокрые штаны. Всё тело обдавало волнами боли, исходя от потревоженной раны на руке и расходясь дальше по всему телу. Желудок сводило больше, ком в горле мешал, не давая нормально вздохнуть. Семейка же уродцев спокойно уселась за стол, после того как Мелкий потыкал кочергой в живот едва живому Вильяму. Птица, еле дотащив огромную кастрюлю, мерзкого даже на вид, варева, разложила комками, будто собакам, его счастливым уродам. И они спокойно ужинали, пока им не надоел непрекращающийся скулёж девушки. Джуди забилась в угол клетки, сжимаясь как можно сильнее, и прижимала руки к животу, надеясь что боль уйдёт. Она всё скулила и скулила, и Эми наконец заметил расползающееся кровавое пятно у неё между ног. — Господи. О Господи, — Только он успел осознать происходящее, его откинули сильным ударом, и глава семейки, протянув руку за девушкой, вытащил её. — Нет, нет, нет. — Шептал себе под нос парень, — Не надо, пожалуйста, отпустите. Но никто не обратил на него внимания, сосредотачивая его на брыкающейся девушке. Мелкий скакал вокруг, тыча в неё пальцем и хохоча. Птица, хоть и напускала вид недовольства, была чему то рада. и лучше бы он не знал почему. Свеча держал её за шею, вынуждая встать на носочки, Джу впивалась и царапала его ногтями, но тот не замечал этого, сосредоточив внимание на Птице. Та встала позади девушки, любовно прижимая к лицу её длинные волнистые волосы. Что происходило дальше, подросток видел будто со стороны. Уроды усадили подругу на стул и привязали её руки к подлокотникам, а ноги к ножкам стула. Зафиксировали ей грудь, так сильно что он видел, насколько трудно ей было дышать. Они о чём то переговаривались на своём языке, и уже тогда понятно было что ни о чём хорошем. Мелкий, вставший позади стула, собрал и натянул на себя волосы, а Свеча тем же небольшим ножичком, что он отрезал язык Вильяму, отступив несколько сантиметров от волосяного покрова, начал резать. Он срезал скальп с его, ещё пока живой, подруги. Джу кричала. Кричала громко и её крик проникал внутрь тела, пронимая насквозь. Казалось его слышно за много много километров. Она всё кричала и кричала, звала его, звала на помощь. Но он нечем не мог ей помочь, лишь захлёбывался в слезах. Когда теряла сознание от боли, уходя в спасительную темноту, Птица била её электрошокером, и придя в себя она вновь кричала. Они смеялись над ней, её болью и страданиями. А он нечего не мог сделать. Даже если бы была возможность, он не смог. Было страшно, до ужаса страшно. Как никогда в жизни. И впервые в жизни Эми молился. Всем кому знал от матери. Даже если не о спасении, хотя бы о безболезненной смерти, обращаясь ко всем сразу. Всё её лицо затапливала кровь, она была по всюду. Казалось, что нет других цветов кроме красного, алого. Только когда Свеча всё срезал, они ненадолго оставили её в покое. Птица нетерпеливо выхватила скальп у Мелкого и натянула себе на голову, кружась и хохоча. Она красовалась перед зеркалом, и двое психов, поддерживая её радость, хлопали ей, лопоча на своём. Эмиль мимолётно бросил взгляд на них и вернув внимание на бессознательную девушку. Он устал, ему было так плохо, что он обстрагировался от всего этого. Это всё происходит не со мной, всё повторял себе он. Сон, дурное ведение. Не реальность. Но уйти всё никак не удавалось. Он вернулся к реальности, когда Свеча и Малой вернулись к Джу. И тем же ножичком, кусочек за кусочком они отрезали от её плоти, возвращая её к сознанию. Кричать она уже не могла, только стонала и всё время теряла сознания. Из раза в раз. Они наигрались, когда она не приходила в сознание. Эми не мог даже предположить, что она мертва. Он рыдал, но тихо, совсем не издавая звуков. Кажется, даже если бы захотел, не смог. Поев и нарозвлекавшись, уроды разошлись. Погрузив дом в темноту, они пошли спать. А Эмиль всё смотрел на прикованную, без скальпа и большинства плоти на теле, к стулу Джу. Пытался уловить хоть малейшие признаки жизни, пока не услышал за собой её голос. — Эмиль? — Он заторможено обернулся, — Мышонок, не плачь, тише. — Она прижала его к груди, поглаживая по голове, утешая и напевая мелодию, пока он не перестал плакать. — Вот так, мышонок. Не надо плакать. — Она поднесла своё лицо к его, так же как тогда прикасаясь своим носом к его, — Спасайся. Пожалуйста, постарайся. Ради меня. Эми только открыл рот, как она исчезла. Растворилась прямо на глазах, а там где она прикасалась, кожу холодило. И он очнулся. Тихо шарил на клетке руками, натыкаясь на замок. Стараясь не шуметь, Эми ощупывал там, где он предполагал, был замок. Он так долго шарил руками, что почти отчаялся, как вдруг услышал едва различимый щелчок. Руки дрогнули и сердце забилось чаще, подросток аккуратно, сантиметр за сантиметром открывал дверцу, при малейшем скрипе замирая и оглядываясь. И когда нечего не происходило, он продолжал. Руки дрожали сильнее, чем шире он открывал, тем сильнее он нервничал. Двигался по темноте он на четвереньках, ощупывая каждый свое шаг. Шёл туда, где была, как он помнил, дверь. Дальше он смутно помнил, как выбрался от туда и как нашёл выход. Помнил только тишину. Он не мог больше бежать, только медленно передвигался. Только вперёд, он сам поразился, как его не заметили и не хватились. Эмиль лишь шёл, уже не о чём не думал, на автомате. Кажется, прошла целая вечность, уже начало светлеть. Но с каждым мигом, чем дальше он был от того дома, тем больше у него сил прибавлялось. Идя всё увереннее, и когда стало светлеть, он совсем осмелев, побежал. Бежал, даже когда перед глазами начало темнеть временами. Бежал, пока не почувствовал под ногами асфальт, сначала даже не поняв. До конца убедился и почувствовал дикое облегчение, когда он услышал скрежет колёс о дорогу и сигналку. Перед глазами совсем темно, но он шёл на звук. В голове маячила мысль, что это не значит, что в безопасности. Ему надо бежать дальше. Сердце стучало, перебивая все звуки и кажется крики, в голове шумело, будто сломанный телек. Ноги подкосились и перед глазами окончательно почернело. Но боли при падении он не ощутил, только сильную хватку. Испугаться только не успел, вырубаясь окончательно.