Мёртвые горы.

***

Мужчина, мягко говоря, был удивлён, когда нечто неожиданно выбежало из леса прямо под колёса его машины. Он еле успел затормозить, и если бы это выскочило перед его колёсами на мгновение позже, сбил и не заметил бы. Только когда он вышел, сразу браня последними словами этого человека, заметил что что то не так. Точнее не что то, а его ужасный вид. Хотя мужчина не брался утверждать, что это парень, возможно и девушка. В любом случае, это был тот ещё подарочек. Когда ему упало на руки бессознательное тело, неожиданно для себя, он испытал страх. Что могло случиться с этим человеком, от чего бежал, почему в таком состоянии. Рой навязчевых мыслей крутился в голове, пока тело на его руках не издало протяжный тихий стон, прогоняя их все разом. Кровь на руках жгла кожу. Подумав, что он не отмоет её от салона, достал из багажника старую кофту и замотал в неё парня. Его размеры и размеры самого мужчины позволили спокойно и без проблем почти полностью скрыть его тело под кофтой, оставляя только ноги ниже голени. Решение положить того спереди он принял быстро, из соображений что если он придёт в себя и начнёт буянить, утихомирить его было легче. Он опустил сидение, что то почти лежало и заблокировал двери. Путь до дома был не близкий. Отвозить мальчика в больницу или отдел полиции я не захотел. Обычно он принимает решения, тщательно всё обдумывая, но несчастный и беспокойный, даже во сне, вид мальчика всколыхнул в нём что то такое, от чего не хотелось отпускать от себя. Тёплое чувство томилось в груди и улыбка сама расползлась на лице. В голове были хорошие и не очень мысли. До зубного скрежета хотелось сжать мальчика и укусить, откусить кусок от него. Собсвеннические мысли бесили, это было не свойственно ему. По состоянию парня он мог предположить, что он был на грани жизни и смерти. Возможно дикие животные, а может и ещё чего пострашнее. Губы сами собой растянулись в ухмылку. Будет хорошо, если его не будут искать. Он очень на это надеется. Всё это было глупо, но он не привык отказывать себе в чём то, особенно когда настолько сильно желал этого. От дома родителей, откуда он и ехал, до его собственного было около пяти часов езды на машине. Не близкий путь, поэтому навещал мужчина их очень редко. И наконец по прошествии трёх часов на соседнем кресле зашевелились. Сначала едва заметно, замотал он его крепко, на всякий случай. Затем шевеления становились всё более настойчивыми и нервными, истеричным. Из кофты стали слышны всхлипы. Но он решил подождать и не рыпаться, было интересно, что тот сейчас сделает. В какой — то момент, ему видимо стало совсем плохо. Медленные и скованные, по началу, движения стали резкими и обрывочными, видимо испугался и запутался в кофте, всхлипы переходили в рыдания. Поэтому он принял решение остановиться у обочины. — Тихо, успокойся, — Сказал он как можно тише, мягче и спокойнее, но это всё равно до чёртиков испугало парня, заставляя замереть испуганной ланью. Как только он помог ему выпутаться из неё, тот в шоке смотрел на него, открывая и закрывая рот. И как только отошёл от ступора, начал ломиться в дверь, пытаясь открыть её и барабаня по стеклу. Испуганный взгляд метался из стороны в сторону. Мужчине показалось крайне забавным такое поведение. И себя в голове проведя параллель с хомячком, так и называя его про себя. Смеяться он не решился, боясь что у того сердечко остановится. Только вот то, что всё окно кровью испачкал — не очень хорошо. — Успокойся, иначе верну откуда взял! — Не выдержав, прокричал мужчина. У Эмиля, что только что проснулся, особенно запаниковав, когда открыв глаза не увидел нечего, крутились десятки вопрос. Где он, кто сидит рядом, куда они едут и что будет дальше. А после крика незнакомца даже слёзы перестали идти. Он просто и тупо икнул, уперев взгляд в мужчину. Замечательно. Они только недавно проехали очередной город, так что остановку он сделал на трассе посреди леса. — Ты голоден? — Воспользовавшись заминкой хомяка, обратил он его внимание. И не получив ответа, всё равно перегнулся через сидение назад, за перекусом, что дала родительница в дорогу, и поставил в исходное положение сидение. И на все манипуляции Эми вздрагивал, уходя в противоположную сторону. Давило всё, даже тихая музыка. То что они находились посреди леса добавляло нервозности, чувство опасности так же давило. Как и вид незнакомца. Тот был огромный и массивный. Нет, не толстый, а именно массивный. Метра два точно, такой убить может — и не заметить, от этого становилось только страшнее. Он напоминал медведя. Такого же бурого оттенка были его волосы и борода, да и по комплекции. Поскольку его метр шестьдесят пять не шли ни в какое сравнение с этим. Даже на плавные медленные движения мальчик дёргался. А когда ему протянули контейнер с бутербродами он растерялся. Тот старался не шевелиться, когда на него смотрят. Поэтому мужчина силой всучил его, дрожащему мальчонку. — Ешь и ложись спать, ехать ещё прилично, — И взяв влажные салфетки из бардачка, протёр уже почти полностью засохшую кровь с окна и двери, — И постарайся, пожалуйста, не трогать нечего. Всю машину в крови испачкаешь, — Заводя машину и продолжая свой путь, сказал мужчина почти ласково. Он сделал музыку чуть громче, приятная мелодия расслабляла, ненавясчево заполняя пространство. Эми сильнее закутался в чужую кофту, он так и не поел, но уснул, укутанный приятным запахом и музыкой. Его организм слишком вымотался, требуя отдыха. Повезло, оставшуюся дорогу мальчонка спал, свернувшись в кресле прямо с ногами. Он посапывал, иногда всхлипывая во сне, что выглядело невероятно мило.

***

Снова тот лес и сбитое дыхание. Шелест травы и хруст веток за спиной. Предательский камень под ногами, и он летит вперёд. Чужой вес, попытки ударить или спихнуть его с себя нечего не дали. Остриё ножа двигается по спине, разрезая кожу и доставляя боль. Это не просто полосы, вырезают усердно, будто слова. Но нет возможности понять что. Тихий шёпот и такой же смех, нож проходиться раз за разом по одному и тому же месту. Шёпот, пробивающий до самых костей, на ухо. — Эми-иль, сладкий, — Укус в мочу уха, горло сжимают мокрые руки и перед глазами поочерёдно тела убитый друзей, и его собственная. Воздуха всё меньше, лёгкие горят. Резко проснувшись, он вскочил. Крик застревает в горле, так и не вырвавшись. Ощущение чужих рук чувствовалось на шее. Пытаясь избавиться от этого ощущения, руки сами потянулись к шее, царапая её, до крови, но чувство так и не проходило. Вздрогнув всем телом от неожиданного прикосновения к рукам, он наконец оставил свою шею в покое и поднял голову. Взгляд непонимания вскоре изменился на узнавание и, не понятно откуда взявшейся, злости. Вероятнее всего на себя и своё бессилие, слабость. — С тобой всё в порядке? Не калечь себя, давай сюда руки. Молодец, — Мужчина разговаривал ласково, как с ребёнком, — Я Джейкоб, а как твою имя? — Но не получив ответа, через несколько минут спрашивает вновь и впрямь как у неразумного ребёнка. Даже жестикулировал, показывая руками то на себя, то на него. Медленно и почти по слогам проговаривая, — Меня зовут Джейкоб. Джейкоб, а тебя? Твоё имя. Вот тут то глаз и задёргался. Никто ещё не разговаривал с ним, как с полоумным. Но до сих пор его горло отказывалось производить даже звуки, он просто открывал и закрывал рот. Хотя сказать хотелось много всего. Сейчас страх отступил на время. Он хоть и не до конца понимал где находиться, но казалось что здесь пока безопасно. Или на данный момент он стал храбриться. — Ты умеешь вообще говорить или я зря пытаюсь? О. Умеешь? Замечательно, а почему молчишь? Не можешь? Не хорошо. А написать сможешь своё имя, — Эмиль просто вырвал свои руки из захвата и поднёс к его лицу. Кажется у того отпали вопросы. А вот Эми заметил свои обработанные раны. Он наконец решил оценить обстановку вокруг. Скорее всего уже вечер, часы у кровати подтверждали это, показывая 21.43. Шторы закрывали окна, комната освещалась лишь светильником у кровати, создавая полумрак. Комната очень уютна, сам он очень любил такой стиль. Сочетание камня и дерева даровали комфорт. Эми не чувствовал штанов, кажется на нём была только футболка Джейкоба, что очень возмутило его. — Принести тебе воды? Может поешь? — Не понял его рассерженный взгляд мужчина. Приходилось жестикулировать, — Ты был очень грязный и мне пришлось тебя искупать. Не мог же я одеть на тебя грязную одежду обратно. А вещей твоего размера у меня нет. Тебе следует поесть. Даже не увидев, только учуяв аромат мяса, он только и успел перегнуться через кровать, прежде чем парня стошнило. — Чёрт, тебе плохо? — Живот мог извергать только желудочный сок. От его запаха и вкуса становилось хуже. Горло жгло, глаза щипало, а живот сводило. Ему насильно впихнули стакан с водой, заставляя пить. — Вот так, мой хороший. Пей аккуратно, маленькими глотками, — Когда стало легче, Джей убрал за ним. — Тебе стало плохо? От запаха еды? Не любишь мясо? — Тот вернулся с тарелкой каши с фруктами и проследил, чтобы половина была съедена. С уходом мужчины в большом пространстве комнаты становилось пугающе. Пугающе пусто. Хотелось встать и спрятаться, но не было сил и несмотря на то что он проспал пол дня, Эмиль вновь вырубился. И на этот раз без сновидений. — Просыпайся. — Легкое прикосновение к плечу заставило проснуться и встрепенуться. — Это я. Всё в порядке. Уже почти обед. Надо поесть. Пока Эмиль ел, Джей сел позади него и стал перебирать его волосы. — Они такие мягкие, — Парень дёрнулся, чуть не опрокидывая столик с тарелкой, вырывая из рук чужие волосы. Мужчина хоть и нахмурился недовольно, но пока промолчал, — Уже можешь говорить? Жаль. Он встал и расправил шторы на панорамных окнах, запуская лучи солнца, преобразив комнату и открывая вид на небольшой балкончик. Но Эмиля охватил ужас. За окнами открывался вид на лес, тёмный и большой. Со всех, видимых ему, сторон он окружал его. Не осознавая того он полз подальше, придя в себя только когда свалился с кровати, больно ударившись. Чувство безопасности ушло и сознание затапливало паникой, призывая бежать. Но ноги дрожали как у новорождённого оленёнка. Стук сердца в ушах заглушал все посторонние звуки. Чувство той ночи вернулись. Перед глазами уже не эта комната, а тот дом и прутья клетки и запахом крови. Только в этот раз, когда его схватили, он сумел ударить держащего. Первым, чем попалось под руку. Вместо того что отпустить, Эми стиснули сильнее, встряхивая и давая пощёчину. Голова метнулась в сторону, но он тоже впился в руку нападавшего своими короткими ноготками, протыкая голую руку до крови. Тогда дали уже сильнее и по другой щеке, злясь, но прижимая к себе. Сперва подросток пытался сопротивляться, брыкаясь, царапаясь и кусаясь, но его прижимали сильнее и он успокоился только когда дышать было тяжело и больно, приходя в себя. — Ненормальный что ли? Что с тобой? — Сил хватило на прижаться сильнее, превозмогая боль, выпрашивая защиту. — Тише, мальчик, тише. Я здесь. Джейкоб, переступая себя и свою злость, утешал его. Напряжённая спина расслабилась, послушались всхлипы и протяжные стоны. Хоть это было и не в тему, но Джей подметил, что тот стал издавать звуки. Но теперь озадачивало бешенство хомячка. В этот момент казалось, что он сошёл с ума. На груди расползалось мокрое пятно. Звуки затихли, но ладони по прежнему крепко сжимали края футболки. Тепло и приятный запах окутывал, как и медвежьи крепкие объятия. Это давало временное чувство защищённости. — Пойдёшь в ванну? Там ты сможешь привести себя в порядок. — И не дожидаясь ответа, мужчина встал, всё ещё держа его в объятиях и отправился в ванную, закрывая окна жалюзями и оставляя Эми одного, удостоверившись что он пришёл в себя и может стоять, — Я буду стоять за дверью, постучи как закончишь или станет плохо. — Ложись под одеяло, — Джейкоб лёг рядом, на одеяло. Эми пытался отодвинуться подальше. Было стыдно за эту сцену. Тот хоть сейчас и не подавал виду, что ему не понравилось, мягко говоря, это. Но было жутко. А ещё он понял в чём дело без слов, задвинув шторы. По сути, это нечего не изменило, лес всё так же стоял там. Но ему хотя бы не мерещились мелькающие сквозь деревья тени. — Постарайся не уснуть, — Сказал мужчина и углубился в чтение чего то на ноутбуке. Видимо работал или что то ещё. А пока тот не смотрит, он тренировал горло, пытаясь выдавить хоть звук. Выходило не очень, лишь тихие звуки, похожие на стоны. Но лучше, чем нечего. Хорошо, их заглушал работающий телевизор. Хотелось большего, вопросов к Джею было уйма. Но мелко подрагивающими руками он нечего не мог написать, поесть то он смог с трудом, пару раз чуть не проткнув себя что то. То и дело ловя на себе взгляды, внутри начинало вскипать. Хотя подобное тому, что он сделал ранее, повторять не хотелось. Эми удивлён как его не прибили за это. Вздрагивая время от времени от громких звуком или резких движений рядом, прошёл день. Мужчина прерывался от работы, только принести ему еду и перекус. Он пугал, непонятно что было на уме. Почему он всё ещё здесь, а не в полицейском участке или больнице. Не хотелось понимать, всё плохое отметалось ввиду неверия, но только такие варианты и были. Чем дольше была тишина, тем больше он нервничал. Когда стало совсем невыносимо, переступив через себя, Эмиль придвинулся ближе и тронул руки мужчины кончиками пальцев, издав невнятный звук. — Что такое? Ты хочешь кушать? Воды? Чего тогда? — Вздохнув мучительно, и чуть не закатив глаза, Эми аккуратно дотронулся до царапин на руки, что оставил недавно. Погладил, попытался точнее. Из-за тремора в руках аккуратно не получалось, Джей чувствовал небольшую боль от прикосновений, но не остановил его, наслаждаясь моментом и боясь спугнуть того. — Я больше не злюсь на тебя, но постарайся так не делать. Такое простилось только в первый раз, понял? — Парень кивнул и пристыженно опустил голову, закрывая лицо волосами. — Это всё? Подросток вскинул голову, и решительно посмотрев, взял локон волос в руки, изобразив пальцами ножницы. — Ты хочешь подстричься? Нет. — Возмущённый и немного злой взгляд рассмешил, и поднял в душе что то, что говорила ему сделать так, чтобы мальчишка больше не смотрел на него таким взглядом. Не смел даже. — Мне нравятся твои волосы. Если они тебе так мешают, я могу заплетать тебя. И ухаживать за ними. Не смотри так, я серьёзно. Фыркнув, Эмиль отвернулся и лёг, с головой накрывшись одеялом, на другой край кровати. А на следующий день, когда он проснулся, заметил что мужчина не шутил. В ванной стояли бутылёчки с шампунями, бальзамами и прочей косметикой для ухода за волосами. Джейкоб приобрёл для него даже фен, потому что ему самому тот не требовался. Ещё бы чуть чуть и он бы нервно рассмеялся, но к счастью или сожалению, у него запершило в горле и он закашлялся, рядом стоящий и что то объясняющий ему мужчина не понял, что это был смех. — Воды? — Заботливо поинтересовался тот, поглаживая по спине. — Держи. Не за что. Эта забота уже раздражала. С его появления здесь, мужчина всё время заботился о нём. Лишь иногда было видно его раздражение, но он быстро его отгонял. Сейчас страха не было, он отступил, его заменяло раздражения. С ним носились, как курица с яйцом. Все шторы закрыты и не открываются. Надолго не оставляют одного, если он не спит. Но на все попытки выяснить что то, яро жестикулируя, мужчина смеялся или отмахивался. Тогда хотелось ударить Джейкоба, но Эми не решался больше прикасаться к тому. С того же дня, как и говорилось, тот перенял заботу о волосах на себя. Мало того что мыл и сушил, ещё и учился по клипам в интернете делать причёски. За ним смотрели даже в ванной. Когда он попытался воспротивиться этому, намереваясь выгнать наблюдателя, его остановил в миг потемневший взгляд того. Тогда он чуть не упал из-за подкосившихся ног. Больше попыток помыться одному он не принимал. Не лез вместе с ним и хорошо. К нему вообще не лезли более банальной заботы, никакого подтекста. И Это сводило с ума. На первый этаж его не пускали, хотя что говорить о первой, когда и на втором кроме спальни, ванны и просторного коридора нечего не видел.