Под шёлковым небом

Мичи родилась в семье, несущей на плечах своих потомков великий крест и проклятие. Множество мальчиков из рода Убуяшики страдали от неизлечимой болезни и умирали не доживая до тридцати. Проклятие не обходило стороной и девочек. Они были вынуждены выходить замуж до тринадцати лет и Мичи уже почти достигла этого возраста. - Пожалуйста, станьте моим супругом! Девочка сгибается пополам в поклоне перед опешившим Столпом ветра. Её уши пылают, а сердце ухает где-то в желудке. - Я? У Такаши очень приятный голос, мягкий и спокойный. Сейчас в него вплелась нотка удивления, но даже так нельзя было сказать, чтобы Сугимото выпал из душевного равновесия. - Да, Вы. Мичи казалось, что она сейчас сгорит со стыда, но стойко терпела. - Я понимаю твои обстоятельства, - сочувственно вздохнул мужчина - но между нами восемь лет разницы. Думаю, тебе стоит подыскать кого-нибудь помладше. - Нет, - твёрдо отвечает девочка - если Ваше сердце никем не занято, пожалуйста, не отказывайте мне. Мичи встретила Столпа ветра три года назад, когда тот посетил свое первое собрание в поместье Убуяшики. Его тусклые зелёные глаза смотрели на весь мир с тихой улыбкой. Охотники, знавшие Такаши, хором пели о доброте и надёжности мужчины. Очень скоро девочка убедилась в их правоте. - Могу я спросить, почему ты так настаиваешь именно на моей кандидатуре? У Сугимото не было причин отказывать девочке, кроме её возраста, ведь любовь Такаши навсегда умерла вместе с карими глазами одной смелой истребительницы демонов. Мужчина, как и все Столпы, был предан семье Убуяшики. Он был готов помочь даже в таком деликатном деле, хоть и не понимал выбора Мичи. - Потому что Вы хороший человек, - не задумываясь ответила девочка. Нельзя точно сказать, любила Убуяшики Сугимото или просто восхищалась его силой, но когда он сказал ей поднять голову, поняла, что не ошиблась. Такаши встал на одно колено, чтобы Мичи не пришлось запрокидывать голову, и бережно взял её руки в свои. - Я принимаю твою просьбу. Русые волосы мужчины сияли в лучах солнца, словно расплавленное золото, когда он, склонившись, поцеловал ладони невесты. Их брак одобрил единственный оставшийся член семьи Убуяшики - старший брат Мичи. Юноша обнял сестру на прощание и коснулся губами её лба, благословляя прожить долгую жизнь за них обоих. Девочка переехала в небольшой домик Столпа ветра на окраине деревни. Он родился и вырос в этих краях, а потому все жители знали его и любили. По началу Мичи было тяжело вести хозяйство одной, но и сам Такаши и дружелюбные местные во всём помогали ей. Так что она быстро смогла освоиться. Три года спустя в семье Сугимото родился ребёнок. Отец души в нем не чаял. Одним из самых приятных сердцу воспоминаний для Мичи стало то, где Такаши держит на руках Мегуми. В такие моменты его отстраненный взгляд немного прояснялся. Девушка знала, что он её не любил, но заботился и уважал, относясь с теплотой и вниманием. Этого Мичи было достаточно. Через два года их мирный лад был нарушен известием, пришедшим из поместья Убуяшики. Такаши тогда не было дома и девушке ничего не оставалось, кроме как взять сына и отправиться туда одной. Прошло много лет с тех пор как она покинула поместье и сейчас девушка вернулась, но не счастье горело в её глазах. Сугимото передала старой служанке спящего Мегуми и прошла в указанную комнату. Кио и Мичи были единственными детьми из их поколения. Между ними был всего год разницы и они всегда были рядом, а потом девушка оставила его наедине с невыносимой болью. Если бы она осталась тогда с Кио, он не покончил бы с собой? Тёмная борозда на шее брата не позволяла дать ему ответа. Мичи опускается на колени и целует мертвеца в лоб, повторяя его прощальный жест. - Мне не следовало покидать тебя, - шепчет девушка. Семья Убуяшики проклята. Она знает только две вещи - долг и смерть. И все кто с ней связан обречены. Жена Кио выпила яд, узнав о смерти супруга. Всё что после них осталось, смотрело сейчас на Мичи печальными сиреневыми глазами четырёхлетнего ребёнка. По взгляду Кагаи Сугимото поняла: мальчик знает, что так или иначе разделит горькую судьбу родителей. Тогда девушка взяла племянника за плечи и пообещала быть рядом. Она переехала обратно в поместье, где прошло её детство и где все напоминало о Кио, включая его сына. Брат Мичи появился на свет слабым, даже по меркам семьи Убуяшики, а потому у Кагаи не было ни братьев, ни сестёр. В его жизни осталась только Сугимото и обязанности Оякаты-самы. Девушка старалась дать Кагаи всё, что родители не успели. Она заботилась о нём и Мегуми, временно исполняла обязанности главы корпуса истребителей демонов. - Я тобой так горжусь, - тихо улыбается Такаши, глядя на спящих мальчиков, положивших головы на колени его жены. Мичи подняла на мужчину усталый взгляд, погладила детей по волосам. Столп ветра склонился и поцеловал её в лоб. - Я тобой так горжусь, - Кио смеётся и треплет сестрёнку по белой макушке - вот и выпал первый молочный зуб. Девочка плачет, у неё полный рот крови, она стекает по подборку и пачкает рукав брата. Это воспоминание кажется диким, чужим, ведь Кио уже нет. Прошло два года с его смерти, а Мичи не может прекратить горевать. - Не грусти, - Такаши гладит супругу по щеке, его тусклые глаза нежно улыбаются - я принесу вам с Мегуми дораяки, когда вернусь с задания. - Этот ребёнок слишком много их ест, - покачала головой девушка и посмотрела на мужа - Вы, вагакими, кстати, тоже. - Хорошо, что у нас есть ты, - Сугимото сжимает протянутую руку Мичи, прощаясь - скоро вернусь. Он не вернулся. Девушка думала, что после смерти брата хуже уже не будет, однако она заблуждалась. - Вероятнее всего, он встретился с высшей луной. Шинджуро стоял рядом с какуши и старался не смотреть в глаза временно исполняющей обязанности главы корпуса истребителей демонов, ставшей сейчас просто Сугимото Мичи, потерявшей мужа. Взгляд девушки блуждал по тому, что осталось от Столпа ветра. Оторванная левая рука, лежала рядом с торсом, правой не было, ног по колено тоже. Голова с одной стороны раздавлена, так что вытек глаз, оставив глазницу пусто зиять. В русых волосах, ржавых и слипшихся от крови, белели осколки разбитого черепа. - Благодарю Вас, - Мичи вежливо поклонилась Столпу пламени. - Нет, - Шинджуро опустил голову - я должен был прийти раньше. - Тогда мы бы потеряли двух Столпов, - спокойно ответила Сугимото - так что всё в порядке. Мужчина изумленно взглянул на говорившую и вздрогнул. Сейчас на него мёртвыми глазами смотрела не Мичи, а Ояката-сама. Перед ним все охотники равны. - Прошу за мной, - Сугимото обратилась к какуши - дети не должны это увидеть. Шинджуро сглотнул и, вернувшись домой, вознес богам молитвы, прося сберечь его семью и не дать никогда испытать боль, подобную той, что пришлось Мичи. С похорон Такаши, Кагаи больше никогда не видел, чтобы девушка искренне улыбалась. Любая её эмоция шла рука об руку с печалью. Такой он Сугимото и запомнил. "Моя дорогая Мичи, надеюсь, когда ты будешь читать завещание, наш сын будет уже взрослым..." Мегуми долго плакал и ещё несколько лет всё ждал, когда отец вернётся. Мальчик спрашивал у мамы каждый день, когда он придёт, и видел ответ в её померкших глазах. Но не мог этому верить. "... и ты тоже. Оставлять тебя одну ужасный поступок с моей стороны, надеюсь, ты меня простишь." Мичи не злилась, она тосковала. Так сильно, что в иные дни не могла даже подняться. Девушка лежала и тихо плакала, без дрожи и всхлипов. "На твои плечи легли обязанности Оякаты-самы, было бы хорошо, чтобы я умер уже когда господин Кагаи достаточно подрос." Последний Убуяшики старался самостоятельно выполнять хотя бы крошечную часть обязанностей. Он хотел, чтобы Сугимото смогла больше отдыхать, просил её об этом. Однако Мичи лишь с задумчивой печалью улыбалась. "Даже если нет, я знаю, что ты будешь сильной и справишься." Девушка учит Мегуми писать, нежно водит своей рукой его руку с кисточкой. Кагаи рядом, с интересом наблюдает за успехами маленького друга. "С тех пор, как впервые взял твои ладони, я ни разу не пожалел о сделанном выборе. Ты стала моей единственной спутницей и подарила жизнь нашему ребёнку. Спасибо, за время, проведённое вместе, Мичи." Сугимото становилась старше, мудрее. Её боль застыла в причудливую скульптуру, которую время украсило плющом и нежными цветками вьюнков. Женщина покинула родовое поместье, доверив Кагаи Амане и Химеджиме. К тому времени её стиль фехтования был уже почти готов и она нашла себя в сражениях с демонами. Забота о Мегуми научила Мичи заново улыбаться. Любовь помогла им наконец принять смерть Такаши и двигаться дальше, ведь они всё ещё были друг у друга. - Мама, - голос холоднее зимней ночи, в которую женщина встретила сына. Алые глаза демона, которых они клялись убивать. Мороз ледяными пальцами скребёт сердце изнутри. - "Прости, вагакими, я не справилась..."