Анемо резонанс

– Мы полетим в Мондштадт! – Что? Сяо все ещё не мог поверить в то, что он не спит. Весь этот день странным гулом в сердце отзывался: смертельная рана, полчища склизких монстров вокруг, прилетевший ангел, странные разговоры и прикосновения. А теперь здесь, на берегу мелкой речушки, в величественной долине Лиша, божество предлагал ему немыслимое – бросить все и переместиться в королевство свободы. Барбатос тянул свои мягкие белые руки к сожженым, покрытым шрамами рукам Сяо, проблескивая голубыми глазами как водной гладью, и улыбался так, как никто прежде. Улыбка эта предвещала что-то удивительное, то что Якса в жизни не видел. – Мы полетим. Твердо утверждал Бог Поэзии. Он, протягивая ладонь, как бы безмолвно обещал показать свой мир, свои мечты и желания, хотел поделиться своими мыслями. Сяо вдруг почувствовал себя ребёнком – таким же скованным и потерянным он был. Вообще это чувство преследовало его ещё с их первого знакомства, ведь и тогда, и сейчас происходило что-то невероятное, почти похожее на сказку. После всего что было Сяо думал, что его уже ничем не удивишь. Он почти привык к внезапным, порой очень нелепым встречам, но сегодня Анемо Архонт превзошел все его самые смелые догадки – он предлагал показать свою жизнь. Вот только можно ли вот так вот бросить свою страну и отправится далеко-далеко в малоизвестном направлении... Будь он кем угодно кроме Яксы, он бы без раздумий пошел, но его сдерживал лишь... контракт... Контракты для Ли Шэ словно кровь для любого смертного – жизненно необходимы. Тысячи сделок заключаются каждый день, тысячи контрактов подписываются. У Сяо же он был один единственный – с Властелином Камня. Моракс, освободивший его от старого жестокого тирана, выдвинул всего два условия. Первое – истребитель демонов должен верой и правдой служить своей стране, должен защищать простой народ от оставшейся ненависти Богов. И второе – ни при каких условиях нельзя принимать свою человеческую половину. Никаких отношений, никакого живого страха и никаких людских желаний. Люди, как объяснил ему господин, одновременно являются сутью и слабостью этого мира. Это противоречие делает их слабее, и только что-то свыше может защитить и направить людской род. – Я не могу. По контракту. Собственный голос показался Сяо сухим, а собственный ответ обычной отговоркой. В голове только: «мне страшно, и я не знаю, что будет если соглашусь». Это должно было осадить Барбатоса, но глаза его почему-то ещё сильнее загорелись, а сам он лишь ещё шире улыбнулся. – Ты ведь заключил его с Мораксом, верно? Ничего, я поговорю с ним позже. – Нет, это не... – Я правда потолкую с ним, тебе не достанется. Я смогу его убедить. – Разве можно так? – Пожалуйста, Сяо! Я хочу показать тебе свой дом... При последних своих словах Барбатос молительно приложил руки к сердцу и снова посмотрел щенячьими глазами. Сердце от этого моментально защемило. Наверное, он знает какой эффект производит таким личиком и пользуется этим, но злиться на него совсем не хотелось. Хотелось только переступить ещё одну черту, позволить себе ещё одно маленькое желание, а после не думать о последствиях. Что это за чувство? Это не похоже на знакомое одиночество, долг, цепи, сковывающие Сяо всю жизнь. Этот юноша напротив предлагает... свободу? Да, это слово называется так. Свобода сладкая, дурманящая и слишком сильная, чтобы ей противиться. – Только ненадолго... В тот же миг Барбатос засиял точно красивый самоцвет при восходящем солнце. Бог Ветров был счастлив, но будто не хотел нарушать тишину, что хранила в себе предвкушение от скорого путешествия. Посияв ещё немного, поэт отошёл на несколько шагов назад и сложил руки в странном знаке. Его косички вспыхнули лазурным, как и печати на груди и ногах. Сяо замер, не зная что происходит, как вдруг лёгкий ветерок подул из-за всех сторон сразу. Он подхватил травинки, оторвал несколько полевых цветков и закружил их в вихре вокруг божества. Тот с очень сосредоточенным выражением кукольного лица надул румяные щёчки и... послышался шорох перьев. За спиной Архонта за несколько мгновений распустились крылья. Они были большие, белые, с длинными аккуратными перьями, отдающие жемчужным блеском. Крылья сначала потянулись в разные стороны, словно разминаясь после долгого отдыха, а затем сложились вместе как у лебедей или каких других величавых птиц. Юноша открыл глаза, махнув длинными ресницами и протянул ладонь. – Залезай. *** Наверху было прохладно. Ветер холодил лицо, умытое речной водой, а волосы приятно развивались по обе стороны от головы. Сяо лежал у Архонта на руках, свесив босые ноги к земле, и чувствовал всё, что чувствует он – сердцебиение, дыхание, сокращение мышц при взмахе крыльев. Его руки придерживали тело в районе ребер, но когда Бог Ветров делал какой-нибудь вираж, они так и норовили соскользнуть и коснуться открытой кожи на боках. Сяо старался смотреть только вперёд, либо же вовсе закрыть глаза, но сколько бы он не пытался это сделать, взгляд всё равно возвращался к острому лицу, устремленному вдаль либо же к груди, обтянутой белой тканью. Всё это вызывало в голове привычный диссонанс, и Сяо всё удивлялся каким способом этот парень продолжает изумлять своими поступками и словами. Смотреть в глаза своему господину? Немыслимо, но это происходит. Сидеть с ним под звёздным небом? Опять какой-то бред, но это происходит. Быть спасённым его руками? Да, да, и ещё раз да, это выводит привычный ход мыслей из строя и ломает выстроенные принципы, но... это происходит. Что будет дальше Сяо не хотел думать. Сожжёт его в адском пламени Моракс или он умрёт на чужой земле – не важно. Сейчас Сяо на подсознательном уровне хотел только одного: чтобы этот полет никогда не заканчивался. Однако, всё в этом мире имеет конец. Вот и вечно золотые и оранжевые деревья под ними закончились, боковым зрением Сяо увидел сапфировую гладь воды под собой, а после... запестрели зелёные луга. Как в фантастических рассказах рыбаков дальнего плавания, Моднштадские поля и леса тянулись к горизонту, сливаясь в одно большое зелёное пятно. Чуть дальше белели шапки горных хребтов, которые облака заботливо укрывали в свои мягкие объятия, а вдалеке виднелся сам город. Сяо, сам того не замечая, замер, оказался прикован к красоте нового мира. Он издал звук, граничащий с «вау» и выдохом, а сам всё глядел и глядел, боясь даже моргнуть, лишь бы не пропустить чего. Барбатос краешком глаза покосился на своего "пассажира" и улыбнулся. Всё это было не зря. Приземлились они где-то в глубинах лесов. Сяо молчаливо наблюдал как изумрудные верхушки деревьев сначала были совсем маленькими, потом приблизились, и вот уже они выше его самого. Кроны деревьев образовывали зелёную шапку над головами, тем самым прикрывая землю от солнца. Когда Архонт подлетел к земле, Адепт не сразу понял, что уже пора слезать. Он, очарованный красотой Моднштадта, смотрел даже на траву с немым восторгом, и только заметив на себе чужой взгляд, осознал, что путешествие уже окончилось. Смутившись, он наконец спрыгнул в густую высокую траву, напоминающую кошачий подшёрсток. Его босые ноги вновь испачкались в росе и соке растений, на которые он ненароком наступил. В нос ударил незнакомый ранее запах лесных цветов, встречающихся только в этих местах, а так же глубокая влажность воздуха. Барбатос в это время почти беззвучно приземлился за спиной Сяо, поравнялся с ним и, не отводя взгляда, поделился: – Люблю этот кусочек леса. Он самый далёкий и люди сюда почти не захаживают. При этих словах он тоже вздохнул полной грудью, пробуя пряный аромат своего же леса. Его длинные ресницы, маленький носик и румяные щёки отлично дополняли красоту здешних лесов. – Ха-ха, кое-что вспомнил! Барбатос мгновенно сменил свое настроение на более веселое и, открыв глаза, игриво улыбнулся. – Я тебе хочу что-то показать. Заговорщически прошептал Бог Поэзии. Он, точно легконогая лань, кинулся вперёд, увлекая за собой. Сяо не ожидал такого и не понимал, что делать, но когда услышал окрик: «догоняй», тоже почувствовал что-то похожее на игривость. Ощущая себя немного неловко, он побежал вслед за другом. Поначалу казалось, что он совсем рядом, буквально под носом и догнать его проще простого, однако в один момент божество ускорился. За одну секунду он превратился в маленькую белую точку, маячившую где-то на горизонте из зелёных деревьев. В адепте в тот момент что-то ёкнуло – что-то абсолютно звериное, хищное. Оно проснулось в наполовину человеческом сердце юноши и хлесткой острой эмоцией захватило разум. Вдруг захотелось достигнуть своей цели, обогнать Архонта, победить в какой-то непонятной и призрачной гонке. Позабыв про правила, Сяо рысью пустился бежать во все ноги. Он мог использовать Анемо силы себе в помощь, как иногда делал в особенно сложных битвах, но почему-то не стал. Не осталось в голове каких-то связанных мыслей, в ушах стучала кровь, а ноги скользили по мокрому ковру травы. Два парня петляли по чаще, перепрыгивали через поваленные стволы дубов, дышали часто и улыбались. Даже Сяо. Он сам не заметил, как уголки его губ странно дёрнулись вверх и не захотели больше опускаться. Но, увлечённый погоней, он просто бежал вперёд, купаясь то в прохладной тени крон, то в море солнечных ярких лучей. Внезапно белая точка остановилась и начала расти на глазах. Дикий восторг пуще прежнего захлестнул Сяо и он, пусть уже уставший, напряг свои ноги, чтобы бежать быстрее. Когда очертания Амемо Бога стали совсем чёткими, воин вдруг осознал, что делает. Его должен был уколоть стыд, но этого не произошло. Он просто сбавил скорость до лёгкой трусцы, а потом и вовсе до шага. Барбатос стоял у старой плакучей ивы, что свесила свои длинные тяжёлые ветви до земли, и молчал. Сквозь них тщетно старался пробиться свет, что очень контрастировало с тенью, царящей вокруг. Парень смотрел прямо в ветки, точно видел их насквозь, и очнулся только когда почувствовал присутствие знакомого. Крылья, к слову, куда-то исчезли. В его глазах не осталось и следа резвости, что горела там ещё недавно, только бесконечная задумчивость. – Сяо.. я хочу тебе показать кое-что важное. Только... Это личное. В полголоса сообщил темноволосый юноша. Сам он выглядел точно зачарованный. Сяо не успел отреагировать, как Барбатос поднял кисть руки и раздвинул полог ивовых листьев. В глаза ударил солнечные лучи, а после... перед глазами зазеленело. Перед ними раскинулось огромное поле. Высокая трава нежно-зеленого оттенка трепыхалась от лёгкого ветерка вокруг. Её шелест обволакивал уши, успокаивал одним своим видом. Сяо шагнул в море травы, вдохнул чистый воздух полной грудью. Выдохнул. Не смог закрыть глаза, потому что все вокруг напоминало идеализированный сон. Защитнику Ли Шэ никогда не снились раньше сны, а недавно начали. Как раз с появления в его однообразной жизни Мондштадтского Архонта. И сейчас он как в своих множественных снах шел по бесконечному полю, задевая пальцами шершавую траву и нежные цветы самых разных оттенков. По синему-синему небу лениво плыли белые ватные облака. Своей неторопливостью они приглашали разлечься под кронами, вздремнуть или почитать любимый роман. Это место казалось нереальным, сказочным, и хотелось только одного – поверить в этот сон и остаться в нём навсегда. – Это всё моя магия. Вдруг послышалось за спиной. Барбатос подошёл совсем вплотную, чуть ли не положил подбородок на плечо юноши. От каждого его слова шли мурашки – воздух, выдыхаемый им оседал на коже, щекотал, заставлял краснеть. – Ваша магия? – Да. Цветы здесь не вянут, а дожди не идут. Здесь я отдыхаю от работы. – Работы? Сяо переспрашивал совершенно без задней мысли. Он даже не подумал о том, что задаёт глупые вопросы, он был очарован всем сегодняшним днём. Не хотелось вспоминать их обязанности и чины. Здесь, в Моднштадте, пусть они будут просто двумя друзьями, прогуливающимся по лесу. Это ложь, побег от реальности, но разве нельзя порой подставить голову под тёплый ветер и глубоко вдохнуть душистый запах соцветий? Это же называется свободой? – Наверное не нужно называть это «работой»... Я про свои обязанности Архонта. При этих словах он помрачнел и печально посмотрел вдаль. Сяо попытался проследить куда он смотрит, но не увидел там ничего важного. Барбатос пялился куда-то в пространство, грустнел с каждой своей новой мыслью и молчал-молчал-молчал. Жуткое желание как-то отвлечь божество от тоски вспыхнуло в юноше. Сам того не осознавая, он схватил его за плечи и... прижался? Сяо слышал об «обьятиях», знал, как это действие влияет на смертных, но точно не знал как это сделать. Сейчас он, осторожно придерживая чужие хрупкие плечи, прижался грудью и уткнулся носом куда-то в ключицу. Странное ощущение трепета при этом возникло в его теле: сердце на секунду замерло, в животе начал расцветать какой-то огненный цветок, щёки обожгло жаром, а глаза отчего то захотелось спрятать. Сяо почувствовал себя очень уязвимым, когда это чувство настигло его. Странно. Непривычно. – Не расстраивайтесь, пожалуйста. Вы... ты не должен грустить. Именно так – странно и непривычно – он вымолвил что-то недопустимое. То, о чём даже думать нельзя. Нельзя, но он всё же сказал, с придыханием, дрожащим тихим голосом и прямо ему в ухо. Барбатос в чужих руках замер как пойманный зверёк. Дыхание его сбилось. Было непонятно что творится на его лице, но после этих слов с губ сорвался тихий выдох. Он, наверное, не верил в то, что услышал, не верил в то, что происходит. Сяо если честно тоже. Ещё месяц назад и в фантазиях он не мог себе представить, что будет "обнимать" и утешать Архонта. А самое главное – будет обращаться к нему на ты. Вдруг поднялся ветер: травинки хороводом закружили вокруг их тел, под ногами взбесилась трава и штормовым морем заходила около них. Сяо заметил – кончики его темных волос вспыхнули лазурным, а на собственном плече зажглось витиеватое тату. То же самое происходило с его другом – кончики косичек, печати на груди и ногах. Два парня как ошпаренные отскочили друг от друга, и... всё стихло. Ветер рассосался буквально за пару секунд, волосы и тату сделались как раньше. Воитель смотрел на Барбатоса как в зеркало – точь-в-точь такие же круглые глаза и задержанное дыхание. – Что это? Свой же голос оказался хриплым и чужим, а в горле и вовсе от страха всё пересохло. Подходить теперь друг к другу было страшно, вдруг опять начнётся. Да что там подходить, даже двигаться стало невозможно, и они оба как марионетки замерли. – Это вы... кхм, ты сделал? – Н-нет... Бог Поэзии выглядел и звучал растерянно. Он маленькими шажками подошёл к месту где они стояли и блестящими от тревоги глазами осмотрел его. Место как место, вот только Якса ощутил – он него тянуло невероятной Анемо энергией, не видимой обычным взором. Барбатос осторожно присел на корточки, провел кончиками пальцев по траве и бросил полный осознания взгляд на Сяо. Он что-то понял. Что же это? Он ведь скажет? Не смолчит? Но Бог молчал. Он так же сидел в высокой полевой траве, задумчиво смотрел под ноги и теребил какое-то случайно попавшие под руку перо. Напряжение нарастало. Хотелось подойти и спросить что не так, но он не решался, пока не услышал тихое: – Сяо, подойти, пожалуйста. Нужно кое-что проверить. Сам он встал, выпрямил спину и посмотрел прямо и пронзительно. Только Сяо сделал пару маленьких шагов навстречу, как Барбатос схватил его за руки и притянул к себе. Неуклюже спотыкаясь, юноша впечатался в него, покраснел и хотел было по привычке отодвинуться, но замер, когда поэт наклонился к нему и горячо прошептал: – Обними меня. Сяо в ступоре. Сяо не существует. Сяо чувствует, как его сердце с каждым мгновением учащает ход. Деревянными от напряжения пальцами, он нерешительно положил ладони на чужую спину, прямо на лопатки. Они значительно выпирали, натягивая белое одеяние до упора, и... этим можно было любоваться вечно. Поэт Ветров вдруг показался Сяо таким хрупким – узкие плечи, плоская грудь с острыми рёбрами, небольшой рост. В его руках он совсем мельчал, но судя по сладкому выдоху в шею, он и был не против. Между ними и сантиметра не осталось, вдруг стало так жарко и так хорошо. Не в силах больше противиться, Сяо сделал то, о чём, наверное, мечтал с момента их встречи – закрыл глаза и позволил себе расслабиться в его объятиях. И снова поднялся шторм. Вихрем ветер закружил вокруг их переплетённых тел, сорвал несколько травинок и отправил их в полёт. Даже с закрытыми глазами Сяо видел голубое свечение, снова возникшие из неоткуда, но ничего не предпринял. Не отскочил, не испугался. Почему-то подсознательно показалось, что так и нужно, что этот ветер тут не спроста, ведь чтобы сейчас не произошло, он ни за что не смог бы отпустить Архонта. – Сяо, сяо.... Барбатос хрипел ему в ухо, задыхался в собственном шёпоте, в нежности и трепете от того самого неизвестного чувства. И Сяо разделял это с ним. Он никогда в жизни не чувствовал в точности то, что чувствует другое существо, но сейчас был уверен – в животе Барбатоса тоже расцвёл огненный цветок. Один на двоих. – Ты знаешь что это? Шорох перьев прорезал напряженный воздух. Прямо на глазах Яксы из лопаток, точно вода, заструилась белые крылья. Они выросли за считанные секунды, растянулись в разные стороны и тут же накрыли их большим светлым куполом. Перья защекотали нос, а Сяо не мог сдержать какой-то глупой счастливой улыбки. – Это Анемо резонанс...