Ввысь

Отец Мэн Цзыи – человек, чей голос Сяо Чжань ожидал услышать вновь меньше всего. А ведь он даже не знает об их расставании. Или же знает? — Здравствуйте, господин Мэн,– Чжань шумно вздохнул. — Можешь сейчас говорить? — Да. Я свободен. — В отличии от моей дочери, – на том конце, голос ожесточился. — Я не понимаю о чём вы? — Всё ты прекрасно понимаешь. — Если вы имеете ввиду Ибо... — Именно. Вот видишь, а говоришь, что не понимаешь. — Простите меня. Я давно должен был сказать, что расстался с вашей дочерью. Это очень неправильно с моей стороны. — Я не об этом. Вернее не только это. Цзыи, как только вы разбежались прибежала ко мне и горькими слезами вымаливала вернуть тебя. Тогда я искренне не понимал на кого именно ты променял мою дочь. Сяо Чжань, ты ведь был нормальным парнем, что пошло не так? Сначала я действительно хотел вновь поговорить с тобой, напомнить почему ты у меня в долгу, но когда узнал, что изменил ты моей красавице с парнем, ещё и несовершеннолетним, едва сам смог удержаться на ногах. Тогда Цзыи было категорически запрещено приближаться к тебе. Сперва она ещё возмущалась, но в итоге смирилась и переключила всё своё внимание на карьеру. Мне действительно было противно даже представить, что моим зятем мог стать гомик. — Извините, но если вы позвонили, чтобы унизить меня, то у вас это вряд-ли получится, ведь свой долг перед вами я искупил сполна. Мне неважно чужое мнение по поводу моих отношений с парнем. Это моё дело – не ваше. Поэтому, я по век благодарен вам за жизнь отца и давайте на этом закончим наш разговор. — Не так быстро. Я же говорил, что это только малая часть того, о чём я хотел с тобой поговорить. — Хорошо, я слушаю. Чжань весь подобрался на диване и положил небольшую круглую подушку себе на колени, чтобы было за что вцепиться. Разговор явно предстоял тяжёлый. — Ладно ты бросил её, ладно забыл о своём долге, но то что сделал твой сопляк, это ни в какие рамки не лезет. — В каком смысле? Зачем Ибо что-то ей делать? – Чжань решил пропустить мимо ушей оскорбление, чтобы не повышать и так завышенный градус конфликта. — Не говори, что ты не в курсе, где сейчас находится моя дочь. — Откуда мне знать этот факт? Вероятно, что дома или может с друзьями. Это её личная жизнь и она меня не касается. — Чжань-Чжань, не шути со мной. Она в тюрьме! Твой малец накатал заяву, будто бы Цзыи подрезала вас, что привело к аварии и последующим тяжёлым травмам. Но это ведь ложь! Я сам работаю в клинике рядом с той в которой ты оперировался. И уж я-то знаю, что всему виной криворукость того парня. Ты ведь знаешь, как быстро распространяются новости между врачами. Ещё и когда пациент побывал на грани между жизнью и смертью. О таком делятся в первую очередь. Так сказать – интересный материал, из ряда вон. Так почему же всю вину скинули на мою бедную девочку, а он остался безнаказанным? При чём здесь вообще ОНА?! – под конец фразы Канг буквально сорвался на крик. — Этого не может быть. Мы с Ибо лично разговаривали с тем парнем о последствиях. Упоминаний об Цзыи и в помине не было. Может вы ошиблись? — Какое, блять, ошибся? Тогда, кто по твоему сидит сейчас за решеткой? Кому назначили наказание в виде шести лет лишения свободы? Сегодня было заседание суда и твой ненаглядный был там. — Это какая-то ошибка. Ибо не мог учинить подобное не сказав мне. — Поздравляю, оказывается ещё как мог. Видать слишком сильно ревновал тебя к ней, что решил перестраховаться, чтобы уж наверняка. Чжань молчал долгие две минуты, переваривая услышанное. Неужели его Бо-ди снова наступил на одни и те же грабли. Похоже, что некоторых людей ничего не исправит. — И что вы хотите сейчас от меня? Я не судья и связей выше у меня нет. — У тебя есть время до завтра. — Что вы?... — Чтобы завтра твоей ноги не было в Китае! Никогда больше не смей сюда возвращаться. Я помогу моей девочке выйти как можно скорее, но ты... Ты и так испортил ей всю жизнь. Пока вы в одном городе, да даже в одной стране она никогда не сможет начать жизнь с чистого листа. Сяо Чжань, ты должен исчезнуть. Как будто тебя и не было. И только попробуй увильнуть, тогда я подключу свои связи и сидеть будешь уже ты. Запомни это. — П-простите меня... Чжань вымученно положил трубку. Биение собственного сердца было ощутимо где-то в горле. Он снова солгал. Ибо вновь взялся за своё. Ему плевать на Чжаня и на его чувства. Зачем он так...

***

Когда Ибо мчался обратно в сторону их с Чжанем дома, весь буквально светился от счастья. Юй Бинь даже на всякий случай перестраховался и подёргал ремень безопасности, хорошо ли тот закреплён. Не хочется вылететь в лобовое стекло, когда друг снова сделает резкий разворот автомобиля, наплевав на огромный поток машин. Штрафа, очевидно, им сегодня не избежать. Было бы неплохо если бы только одного. — Эй, придержи коней! Я в больницу в ближайшем времени точно не собираюсь. — У меня просто превосходное настроение, – Ибо поднёс к уху телефон. — Это уж я вижу, – парень раздражённо отвернулся к окну. — Ало, Куань-гэ, мы выиграли. Цзыи за решеткой и выйдет оттуда ещё не скоро. Хотел сказать тебе спасибо. Благодаря твоим советам я теперь рядом с Чжань-гэ и теперь уж точно всё позади. Думаю вечером приедем к тебе. Закуски и выпивка с меня. Жди в семь-восемь. — Пустозвон. — С чего это? — Ибо, ты даже ко мне когда приходишь, чисто для того, чтобы поесть на халяву,– Юй Бинь громко хмыкнул себе под нос. — Но я ведь буду с Чжанем. Он-то в любом случае захватит с собой кучу всего нужного и ненужного. — Это больше похоже на правду. Автомобиль легко затормозил возле ничем не примечательного среди других подъезда. — Надеюсь, моя помощь больше не понадобится. — Спасибо за услуги. — Что ты только что сказал? Я тебе что, в эскорте работаю? — Сори, выражения не мой конек. — Дуй отсюда, иначе сейчас получишь. — Ха-ха. Боюсь, боюсь, – Ибо тихо хохоча вырулил на главную дорогу. — Чжань-гэ, я дома! – младший спешно пытался сбросить с себя верхнюю одежду. – Мы с Куанем поговорили и решили вечером устроить совместные посиделки. У нас есть часа четыре, чтобы собраться и купить всё нужное. Как тебе идея сейчас пойти в магазин? Чжань-гэ? Ибо босиком обошел каждую комнату квартиры – пусто. На столе стояла приготовленная еда и воздух наполнял волшебный запах ландышей. Вероятно, Сяо Чжань решил устроить Ибо сюрприз. Верно, ведь сегодня первый весенний день. — Эх, Чжань-гэ, решил устроить сюрприз, а сам испарился, куда же такое годиться? Где мой главный подарочек? – парень громко озвучил свои мысли. – Ну ничего, я подожду. Ибо удобно устроился на кровати в ожидании главного элемента торжества. Время тянулось слишком долго. Он успел уже просмотреть все новости о произошедшем в мире за месяц, уснуть в позе каракатицы, сыграть во все игры на телефоне и даже начать читать книгу, которая с момента окончания ремонта валялась на полке. "Мастер и Маргарита", как символически. Но Сяо Чжань так и не вернулся даже спустя три часа. Ужасное предчувствие закралось в сердце юноши. Он резко сел на кровати и набрал номер, который знал наизусть. "Телефон абонента выключен или находится вне зоны доступа сети. Пожалуйста, перезвоните поз...", – Ибо швырнул устройство на подушку и вскочил на ноги. Только не снова. Как же он ненавидел этот фальшивый голос автоответчика, ещё с момента его ссоры с Чжанем. И вот, спустя столь длительное время, Ибо слышит его вновь. Слышит, и с каждым озвученным словом, накручивает себя ещё больше. "Куда он мог пойти? Что могло случиться за столь короткое время, что меня не было?" Парень решил не медлить, а сразу же переодеться в обычную одежду, ведь после прихода оставался в костюме, в котором был на заседании суда, и одновременно он идеально подходил для романтического ужина в стиле директор корпорации и его зам в нерабочее время. Когда он открыл их общий шкаф буквально оцепенел. Внутри висели только вещи Ибо и ни следа пребывания в доме ещё одного человека. Парень быстро осмотрел остальные тумбы, вешалку в прихожей, на которую не обратил внимание по приходе, полку в ванной – ничего. Ни единой вещи Сяо Чжаня не было. В углу их спальни остался только мольберт, некоторые художественные принадлежности и несколько холстов для рисования. Складывалось впечатление, что Ибо всё это время страдал галлюцинациями, и Чжань был всего очередной картинкой в его голове. Но ведь Ибо не занимался живописью. Значит Сяо Чжань всё же не иллюзия, но сейчас даже тени его присутствия не видать. Первая мысль, которая пришла парню на ум, что следует осмотреть его квартиру. Возможно, Чжань решил, что они ещё не готовы полноценно жить вместе и делить общий быт и решил вернуться к себе, но забыл предупредить об этом младшего. Ибо взметнулся на этаж выше и обнаружил дверь запертой. Хорошо, что ему хватило ума в таком состоянии прихватить свои ключи от квартиры старшего. Он трясущимися руками вставил ключ в замочную скважину и забежал внутрь, громко хлопая дверью за спиной. Снова пусто. В квартире не было ни вещей, ни тем более парня, и в помине. Он осмотрел каждый уголок, чтобы ненароком не упустить ничего важного. И оказался прав в своих худших догадках. На прикроватной тумбочке в спальне лежал листок, сложенный надвое, которого очевидно здесь раньше не было. Ибо впился взглядом в чёрные строки, которые через несколько секунд начали плыть перед глазами: "Ибо, я решил написать тебе именно таким образом, а не в смс, потому что не хочу сейчас видеть твоего ответа. Возможно это глупо и я ошибаюсь, но мне кажется, нам стоит отдохнуть друг от друга. Каждому из нас стоит обдумать свои действия и сделать правильные выводы. Мне правда было с тобой хорошо, но иногда каждый из нас нуждается в перерыве. Я оставил тебе обед на столе, твою любимую утку и решил заказать немного цветов для атмосферы. Надеюсь ты увидел. Я не прощаюсь с тобой насовсем и когда-то я напишу или же позвоню тебе, неважно. Надеюсь, ты ответишь. Я пойму если к тому времени я уже буду тебе не интересен и не стану ни в коем случае тебя удерживать около себя насильно. А сейчас мне пора идти. Извини, что написал немного, но у меня больше нет времени и сил, чтобы выкладывать свои мысли. Когда я вернусь, было бы неплохо увидеть наш с тобой особняк возле озера. Я уверен ты помнишь о каком именно месте я говорю. Квартиру можешь продать, я переписал её на тебя. Прощай, Ибо. Только скажу напоследок – не нужно меня искать. Мы не в дешёвом романтическом фильме, где влюбленный ищет свою девушку вопреки всем опасностям. P.S. Надеюсь мы ещё свидимся."

Сяо Чжань

Ибо вцепился ногтями в тонкую, пропитанную влагой, бумагу, иероглифы на которой уже начали плыть и, со злости, едва не разорвал ее на две неровные части. Огромное море эмоций сейчас бушевало в каждой клеточке молодого тела, заставляя опасно вскочить и броситься обратно в прихожую. Это он решил?! Это он знает, что им нужно?! А Ибо никто не хотел спросить, что им делать и в чём они действительно нуждаются? Теперь его неимоверно трясло от ярости, которую от так пытался сдерживать. Почему он решил за них двоих, даже не предоставив шанса высказать свою точку зрения? Вопиющая несправедливость! Ибо сметал всё на своём пути. Даже намеренно зашёл в некоторые комнаты и перевернул всё вверх дном. В нём клокотала такая ярость, что казалось ещё немного и он окончательно слетит с катушек. В воздух летели стулья, светильники, тумбы – всё, что попадало под руку. Когда приступ кончился, парень тяжело упал на пол коленями и почувствовал как что-то острое впилось в ногу. Он мгновенно отскочил обратно и безумно глядел на предмет перед собой, не веря своим глазам. Кулон с маленьким самолётиком лежал брошенным, посреди руин, которые устроил сам парень. Цепочка была разорвана, и наиболее вероятно Чжань нечаянно обронил его, когда в спешке собирался. Ибо бережно подобрал серебристый аксессуар и прижал обеими руками к своей груди. Нет. Он не может всё так оставить. Им нужно поговорить. Ибо найдёт его, и пусть Чжань возмущается сколько ему влезет. Ему очень нужно высказаться.

***

— Проходи. Говори, что у вас на этот раз произошло. Снова поругались из-за пустяков? – Ван Чжочэн медленно отворил дверь квартиры, при этом пытался открыть опущение веки указательным и средним пальцем второй руки. — Не до шуточек сейчас. Чжань пропал. — В каком смысле пропал? – уже более осознанным взглядом он следил за движениями парня. — В самом что ни есть прямом. Я уже был у Хайкуаня, он сказал, что сейчас же поднимет ваших ребят на его поиски. Чжань оставил мне записку, что как будто нам нужно отдохнуть друг от друга и чтобы я не искал его. — Ну так может он прав? Возможно вам действительно стоит некоторое время пожить отдельно друг от друга? Не думаю, что пережив столько всего вместе с тобой, он в состоянии вот так все бросить и уйти навсегда. — Нет. Я чувствую, что здесь что-то не чисто. Вчера всё было отлично. Похоже, неприятности так и липнут к нам, – Ибо начал ходить туда-сюда по комнате в раздумьях. — Неприятности трусливы – они никогда не ходят поодиночке, а собираются в стаи и атакуют все разом. — Что правда, то правда. Не долго мы летали на девятом небе. Но как пережить падение с такой высоты, вот это загадка... — Есть идеи куда ещё он мог пойти? Может к друзьям, знакомым, родителям? Чжань-Чжань, всегда любил быть в компании с кем-то. Давай я попробую ему позвонить. — Бесполезно. У него выключен телефон. А у остальных его нет. Ну, у тех о ком я знаю лично. — Ибо, мы должны найти моего брата. Боюсь, что сгоряча он может наделать глупостей. — А я про что тебе уже минут двадцать говорю. Но пока что ни ты, ни я ничего не можем больше сделать. У тебя есть ещё идеи? Вот и у меня нет. Остаётся только надеяться, что ваши сработают быстро и оперативно. — Тут можешь не сомневаться. Лично новый состав набирал. Звонок в пять утра заставил двоих молниеносно кинуться поднимать вызов. В то время как новой информации о пребывании Чжаня от коллег парней не было, безошибочно номер Чжаня сейчас буквально жёг глазную сетчатку ярким светом в ночной тьме. Не мог же он успеть потерять телефон за несколько прошедших часов? Напрашивается вывод, что... — Привет.. Подожди, не говори ни слова, я должен кое-что сказать тебе. Он отлично слышал обеспокоенное дыхание собеседника по ту сторону. Собственные слёзы давно застилали взор и слова кое-как удавалось складывать в что-то похожее на умное предложение. — Знаешь, а моя мечта всё же осуществилась, а ты не верил.- нервный смешок неожиданно вырвался наружу не в состоянии сдержаться. — Где ты? Что с тобой? Пожалуйста скажи мне, я умоляю тебя. — Прошу тебя, не нужно слов. Я позвонил тебе просто чтобы сказать спасибо. Не спрашивай за что, просто прими как факт. Я хочу чтобы ты был счастлив, вопреки всему. Пожалуйста. — Но я же.. — Это уже не имеет значения, поверь мне. — Чжань-гэ, что ты такое говоришь?! Я же даже не успел ничего тебе сказать. Почему ты всё решил за нас двоих сам? Нет, стой не отвечай! Это решим потом... — Потом не будет, Бо-ди. — О чём ты? Сяо Чжань, сейчас же скажи, где ты находишься. И о какой сбывшейся мечте ты говоришь? — Ван Ибо, у меня есть пять минут не больше, может меньше. Я не стану их тратить на то, чтобы отвечать на все твои вопросы, подумай сам. Этот звонок... У меня возможно больше не будет шанса этого сказать, поэтому, Бо-ди, – парень легко выдохнул продолжение фразы, – я всегда любил и люблю тебя. Жаль только, что у птиц одна жизнь, а не девять. У них нет ни второго, ни тем более третьего шанса, чтобы что-то изменить. Я свой второй человеческий шанс уже использовал, пора побыть и мне птичкой. Как думаешь, какой? Интересно было бы узнать твоё мнение. Ибо, прости, должен прерваться, мне нужно идти. Все таки времени оказалось меньше, чем я ожидал. Ещё раз спасибо за то, что был в моей жизни. Твой черёд идти за мечтой. Прощай. — СЯО ЧЖАНЬ! На том конце послышались длинные гудки. Ибо сжал кулон, который всё это время не выпускал из рук, настолько, что маленькие крылья едва не пронзили тонкую кожу ладони. Он потерял не аксессуар, он потерял свой талисман, свою звёздочку, которую они когда-то вместе зажгли на той крыше. Одну на двоих. В квартиру ворвался запыхавшийся Куань и сразу же бросился к Ибо, который теперь больше напоминал мертвеца, нежели живого человека. Он схватил холодные руки парня и вопросительно посмотрел на А-Чэна. Тот молча уставился в одну точку на полу, словно именно на том месте сейчас сидел призрачный дух его брата. Он слышал их разговор. — Бо-ди, А-Чэн, парни нашли где находится Чжань! Он... — Феникс, – сухими губами уверенно озвучил Ибо. — Бо-ди, какой феникс? Ты о чём? Я говорю, что твой Чжань-гэ нашёлся. Едем за ним. Он... — Я знаю где он. Поехали, – пошатываясь парень поднялся на ноги. — А-Чэн, что с ним? — Не сейчас, Куань. Позже расскажу. Его нельзя оставлять одного, – Чжочэн схватил его за рукав куртки и потащил за собой вдогонку.

***

До аэропорта Чжань добрался довольно быстро если учитывать пробки на дорогах и немного медлительного таксиста за рулём. Сразу видно – новичок. Пройти контроль на входе и табло с расписанием рейсов тоже не составило труда. До вылета ещё было немного времени, поэтому он успел перекусить в местном буфете небольшим маффином и запить непривычно горьким для себя американо. Когда по громкой связи объявили о посадке на нужный рейс, Чжань уверенно поднялся и последовал указаниям женского голоса. Он не впервые в аэропорту, но это был его первый раз, когда он решился. Салон старший оценил достаточно комфортным, да и соседи – пожилая пара, не худшие компаньоны в дороге. Хотя говорить с ними парень всё равно не собирался. Когда уже осталось несколько минут до вылета в душе неожиданно начали скрести кошки. Возможно он всё же неправильно с Ибо поступил и нужно было сначала поговорить, а не оставлять глупые записки, но было уже поздно. Какой сейчас смысл, если уже сидишь в самолёте и через немного впервые полетишь в облака. Самолёт медленно начинал набирать скорость и постепенно поднял шасси. Чжань вцепился руками в подлокотники и начал ритмично вдыхать и выдыхать, как его учила мама, чтобы побороть паническую атаку. Возможно, если бы сейчас Ибо был рядом он бы не так переживал. Так. Всё. Нужно прекратить думать о нём. Он сам предложил им отдохнуть друг от друга, так чего теперь жалеть. Набрав достаточную высоту, самолёт продолжил двигаться прямо и Чжань наконец смог расслабить напряжённые плечи. Оказывается это не так уж и страшно. Просто нужно привыкнуть, вот и всё. Он сам не заметил, как под тихие разговоры людей между собой, глаза начали закрываться сами собой, а когда открыл, застал странную картину. Люди шептались друг с другом громче обычного. Пара старичков взволновано смотрели на стюардесс, которые практически бегали с одного конца в другой. Спустя минуту раздумий он таки решился спросить. — Простите пожалуйста, а вы не подскажете, мы что уже скоро идём на посадку? Все так начали шуметь. — Должны скоро сесть, – первой отозвалась бабушка, – но люди не из-за этого волнуются. — Что-то случилось? — Сказали, что небольшая поломка. Скоро должны устранить. Но как мне кажется, любая поломка на борту самолёта ничего хорошего за собой не несёт. Вот все и встревожились. — Спасибо, что рассказали. — Да мне совсем не трудно, – старушка мило положила свою руку на сжатые руки Чжаня. Спустя ещё немного времени самолёт начал, по ощущениям, медленно опускаться вниз. — Извините, – парень легонько перехватил за запястье мимо идущую стюардессу. — Да? Говорите пожалуйста быстрее, нужно срочно оповестить всех людей. — А мы не слишком рано садимся? Должны же вроде бы приблизительно через полчаса-час. — Самолёт падает, – прямо и без колебаний ответила девушка и побежала в сторону кабины пилотов. — Падает? – громко выкрикнул дедушка. — Я же говорила, маленькие поломки никогда ничем хорошим не заканчиваются, – бабушка медленно закрыла глаза и, откинувшись на спинку сиденья, легко улыбнулась. У Сяо Чжаня мороз пробрался по коже. Через несколько секунд механический голос только больше усугубил панику людей. Техническая неисправность двигателей. Чжань пытался совладать со своими эмоциями, ведь нервничать в их случае – добровольно подняться на эшафот, но когда воочию увидел дым через иллюминатор, больше не мог сдерживаться. Парень обнял себя за плечи и уставился на людей, которые от возмущения прекратили слушать любые наставления персонала, что пытались вразумить перепуганные массы и спасти их жизни. Его начало трясти. Первый полёт стал первым кошмаром в столь глобальном масштабе с которым он лично сталкивался. И чем ближе они были к земле, тем крики и слезы пассажиров усугублялись. Все знали что их ожидает. Вопреки всем стараниям пилотов, самолёт стремительно летел прямиком вниз, не изменяя курса. Огромная железная машина больше не слушалась указаний людей. Оставалось верить только в богов, но и те в их случае были бессильны. Судьба неодолимо нагоняла их по пятам. Когда все начали подниматься со своих мест и бессмысленно безумно толкаться в узком проходе, Чжань почувствовал себя одной из мышей в мышеловке – кажется сыр так близко, но смерть на шаг ближе. Он повернул голову вправо и потрясённо застыл, глядя на пару старичков, которых кажется вообще не волновало ничего, что происходит вокруг. Они нежно смотрели друг другу в глаза и улыбались. Они смирились. И Сяо Чжань смирился тоже. Разговор с Бо-ди выдался очень тяжёлым. Теперь и те маленькие крупицы нервов, что оставались, рассыпались мелким порошком. Теперь он знал, что чувствует человек, который говорит «прощай» навсегда. Слишком сложно, слишком больно, всё это просто слишком. Теперь единственное, что оставалось у него внутри – пустота. Ни радости, ни волнения, ни горя. Ничего. Чжань просто удобней сел в сиденье, закрыл глаза и вконец... улыбнулся.

***

— Бо-ди, А-Чэн возможно они ошиблись! Сейчас же соберитесь! – вопреки своим же словам, щеки Хайкуаня были полностью мокрыми от слёз. 6:24 – это время Ибо больше не забудет никогда. Срочные утренние новости по всем телеканалам страны наперебой оповещали людей о страшной трагедии, которая произошла примерно час назад. Все огромные цифровые билборды уже больше получаса транслировали ужасные кадры с места событий, где заядлые корреспонденты говорили об одном и том же, но с разных ракурсов. Позади них стояла картина хуже описанных в книгах порождений ада и всего подземного мира в целом. Люди пытались прорваться сквозь нерушимую стену полицейских и спецназовцев. Они буквально выли, бросались на спину друг другу, рвали на себе одежду, но ни на миг не останавливались. Один мужчина за спиной женщины-корреспондента подвернул ногу и упал на землю, но остальным было плевать. Толпы шли прямиком по нему и съёмочной группе пришлось на некоторое время прекратить прямой эфир и броситься человеку на помощь. Остальных уже сложно было назвать людьми. На огромной территории Вашингтона воцарился полнейший хаос. Авиакатастрофа. Остаточный огонь после взрыва до сих пор горел на некоторых деталях самолёта. Огромное количество пожарных без устали тушили каждый из элементов фюзеляжа и остатки салона, которые с трудом, но всё же можно было различить. Работники Министерства по реагированию на чрезвычайные ситуации КНР прямо перед глазами одичавшей толпы доставали если не целые трупы, то останки человеческих тел. Обгорелые конечности истекали кровью и можно легко догадаться насколько отвратительно пахли жареным людским мясом. Американцы стояли чуть поодаль, но также не могли сдержать сдавленные охи и выступившие слезы. Те же кто бросался вперёд больше всего, очевидно были родственниками, друзьями или знакомыми, которые столько времени ждали то, что осталось от пассажиров самолёта. Одна совсем молоденькая девушка начала рвать на себе волосы, когда увидела на носилках окровавленного мужа либо же брата без одной руки и с чёрной как смоль кожей. Близь её стояла женщина с двумя маленькими девочками близняшками за руки и глупо смотрела вперёд себя, когда врачи рядом один за другим увозили погибших в трупных мешках и кричали ей не мешаться. Неравнодушная американка средних лет больше не могла смотреть как малышки кашляют и плачут от едкого дыма и не могут понять почему мама не слышит их, не уводит из этого страшного места, поэтому схватила всех троих сзади и повела далеко в сторону. Насколько же Ибо было страшно увидеть родное любимое лицо среди грязных безжизненных тел. Лю Хайкуань немного грубо встряхнул сначала одного, а потом и второго. — Хватит! Прекратите нюни пускать! Ещё ведь неизвестно сколько пострадавших и сколько выживших. Возможно это наши парни ошиблись и Чжаня вообще не было на борту. Я сейчас же им позвоню и скажу чтобы перепроверили все данные, – Куань едва в состоянии держать в руках телефон, начал набирать нужный номер. — Не нужно. Они не ошиблись, – Ибо вяло перехватил поднятую руку, останавливая. – Ты прав. Ещё не известно кто жив, а кто... – «мертв» застряло у младшего в горле, так и не показавшись на свет. Когда он поднял пульт, чтобы наконец прекратить вакханалию, на экране появилась женщина-корреспондент, которая вела репортаж с места событий и помогла спасла мужчину от сильных увечий, а возможно и смерти под ногами разъярённой толпы. Ибо на несколько мучительных секунд замер. — А сейчас у нас появились сведения о состоянии пассажиров и экипажа самолёта "Airone", которые попали в авиакатастрофу буквально полутора часов назад. Данные предоставленные специалистами по изучению техногенных катастроф больших масштабов исследовательского института штата Вашингтон и другими способствующими организациями, а также учреждениями. На данный момент нам известно, что... Сердце Ибо прекратило биться в момент. Он усиленно пытался проникнуть, сквозь экран, на место, где сейчас вероятнее всего находился его любимый человек. Среди обломков, гор человеческих трупов, убитых горем людей и, обжигающего своей опасностью, пламени. Дышать было не то что невозможно, парень в мгновение ока фактически разучился это делать. Один только пульс ощутимо бился где-то в вене на шее, пуская по всему телу разряды тока, заставляя чувствовать себя ещё живым. — Нам известно, что выживших – нет. Все находящиеся люди в салоне авиалайнера погибли. Останки каждого из членов экипажа и авиапассажиров были извлечены с места трагедии и переданы в местные морги для последующих разбирательств. Приносим свои глубочайшие соболезнования родственникам погибших. С сегодняшнего дня объявляется траур, поэтому давайте почтим память жертв ужасающей катастрофы, которая вовеки останется в памяти жителей не только Китая, но и целого мира, минутой молчания. Его. Больше. Нет.