Договор

Если в мире все бессмысленно, — сказала Алиса, — что мешает выдумать какой-нибудь смысл?

Льюис Кэрролл «Алиса в стране чудес»

Много лет назад.       Молитва. Последнее, что помнит Морок, — это мужской хриплый голос, читающий молитву. — Услышь же наши молитвы, небо. Возымей силу над ребёнком тьмы. Помоги сыновьям и дочерям твоим.       Он связан тугими верёвками, смоченными святой водой в воскресный день на рассвете. Всё было залито святой водой. Даже земля, на которой он лежал. Разве это не грех? — Не дай ему свободы. Не дай ему мощи его. Не дай ему права ходить по земле тысячу лет.       Его кожа шипит. Он отчётливо видит, как кожа на руке вздувается небольшими пузырями, красными от натяжения и крови. Каждый пузырь один за другим лопается, оставляя обнажённую кровь и кожу. Вино. Эти люди облили его вином, кровью небес. — Станет он слугой человека, будет оберегать носителя своего и не возымеет власти над ним.       Морок истошно кричит в небеса, а затем старается вырваться. Окружающие люди испуганно отшатываются, и он чувствует удовлетворение, совсем немного. Пока старец не успел дочитать молитву, он должен успеть выбраться. Он успеет. — … и да будет покой и мир в душе каждого из нас, ибо… — Ха-ха-ха! Брось! Я вечен! Я слуга самой тьмы! Ты не сможешь от меня избавиться! Изгонишь меня во тьму, и я снова вернусь! Вернусь и уничтожу каждого! Каждого!       Тело выворачивает. Морок чувствует, как ломаются кости. Это не так больно, как удары молота в голове. Молитва убивала изнутри. Это не было привычным экзорцизмом, что-то не так, что-то не то. — … да будет он рабом чистого сердцем человека, пока клеткой будет ему эта книга!       Старец поднимает вверх старый переплёт, и люди вдохновенно вскрикивают. Морок чувствует, как тело постепенно слабеет. — Я уничтожу всех детей ваших, твари! Как только я буду свободен, каждый человек на Земле сгниёт в помойной яме! Вся планета станет вашей братской могилой! Выпустите меня!       Хоровое пение. Окружающие люди тянут высокую ноту, и Морок чувствует в этой песне свою гибель. — Отпустите!       Больно. Почему так больно? — СУКИ! ОТПУСТИТЕ МЕНЯ!       Кажется, он выкашлял сердце. Тот самый человеческий орган, которого у него не было в помине. Он видит, как бьётся его собственное сердце. — Да будет воля твоя, небеса!       Старец захлопывает книгу, и последнее, что помнит Морок, — это молитва изгонения демонов. Однако, не было привычной огненной гиены. — Нет.       Лишь чёрное гнетущее ничего. — Не так! Этого не может быть!       Его дух заперт в книге старца, и у него нет возможности выбраться, пока кто-нибудь чистой душой не откроет книгу. — НЕ-Е-ЕТ!       Он останется здесь надолго.

***

Наше время.       Институт, в котором преподавали азы журналистики, славился своей долгой историей. Зданию было свыше трёхсот лет, и Варя восхищенно вздыхала, проводя ладонью по старым стенам высшего учебного учреждения.       Неудивительно, учитывая, как долго она мечтала вырваться из-под родительской опеки сюда, в место, где на четыре года сможет вздохнуть полной грудью. Короткий срок, но эти жалкие крупицы времени — всё, что у неё есть. А дальше Варя постарается что-нибудь придумать.       Толпа первокурсников, таких же студентов, как она, громко гудела и сбивала всё на своём пути. Варя еле сдержала смешок, когда услышала разговор старшекурсников: — О Боже, кто впустил сюда этих животных? Они же нам весь институт разнесут. — Да ладно, вспомни, как ты на первом курсе спалил волосы декану математиков. Скажи спасибо, что она тебя не отчислила, а только рассмеялась. Дай ребятам порезвиться. Они ещё натерпятся. — В свое оправдание скажу, что на тот момент у неё была просто отвратительная прическа. Слава Ядвиге Петровне.       Более взрослые ребята спокойно ходили возле стенок, давая бывшим школьникам насладиться собой и своим достижением. Попасть в этот ВУЗ стремился если не каждый первый, то каждый пятый школьник страны точно, лишь немногим это удавалось. Не МГУ, но учеба обещала быть интересной.       Варя соврёт, если скажет, что была менее взбудоражена, чем остальные ребята. Университет — это недолгая путевка в счастливую жизнь без надзора родителей и их указаний.       Кафедра, куда их направили, находилась на втором этаже института и напоминала те самые кабинеты из американских фильмов. Варя мечтательно выдохнула, когда села за стол рядом с такими же ничего непонимающими, удивленными и шокированными студентами. — Рада приветствовать вас, юные Познеры и Соловьевы. Надеюсь, вы приготовились к труду и обороне, так как с завтрашнего дня Вы начинаете учиться.       Варя пожала плечами. Она готова пойти на что угодно, лишь бы вновь не оказаться в родном доме. — Я куратор вашей группы. Меня зовут Василиса Васильевна, и завтра первой парой у Вас будет мой предмет — история. Надеюсь, вы проявите себя на занятиях.       Кто-то восхищенно присвистнул, кто-то удрученно выдохнул. Слишком быстрый старт после коротких каникул. — Сегодня я выдам домашние задания, которые вы должны сделать к завтрашнему дню. — Что? Домашка? Сегодня даже пар официально нет!       Василиса хмыкнула и посмотрела на первокурсников с усмешкой в глазах. — Журналист должен быть готов ко всему. Особенно к чрезвычайным ситуациям, которые в жизни обычного человека просто невозможно представить.       Она достала из кармана целую пачку карточек, перевязанных лентой, и начала выкладывать маленькие бумажки на стол, белой стороной вверх. Снизу на бумажках было что-то написано. Своеобразная лотерея. — Завтра прикрепите Ваши бумажки к готовым рефератам. Вы должны сделать статью на одну-две страницы, сенсацию, чтобы выпустить в печать и сорвать овации читателей. Бумажка поможет подтвердить тот факт, что Вы не сжульничали. Если вы случайно потеряете листок, то ваше задание будет аннулировано и станет приравниваться к невыполненному. В случае невыполнения порученного Вам задания — неуд. и дополнительное штрафное задание к следующему дню.       Кто-то возмущенно стукнул кулаком по столу. Варя устало прикрыла глаза. Всё, что угодно, лишь бы остаться при вузе и не видеть лиц родителей и старшей сестры. Она сможет. Напишет статью и продолжит учиться. — Сейчас вы по одному будете выходить к столу и тянуть бумажку. Я буду показывать пальцем на того, кто должен выйти. В коридоре вас будет ждать ваш куратор-старшекурсник. — Чуть погодя, она добавила. — Ах, да, в конце вы должны указать источник информации. Обязательно, чтобы была указана книга из нашей библиотеки. Для начала достаточно и одной.       Варе с нетерпением хотелось узнать своё первое задание. Хоть бы это было что-то простое.       Первым позвали какого-то мальчишку с самого последнего ряда с краю. Тот вытянул бумажку и тут же ошалело отодвинул её от себя. — Вы издеваетесь?! Что это за ересь??? Насколько можно полагаться на достоверность «Истории государства российского» Карамзина как исторического труда? Её даже в школьной программе не было! Вы думаете я успею прочитать книгу к завтрашнему дню???       Василиса улыбается, а затем скучающим голосом протягивает: — Ты должен не только прочитать эту книгу, но и сделать из этого сенсацию. Заинтересовать обывателя прочитать твою статью. В случае если вы просто напишите сухой текст, не сделав из этого репортаж, — я засчитываю это задание на три и дам дополнительное. Нужную информацию найдёте в библиотеке. И не разочаровывайте меня.       Парень что-то невнятно говорит и в бешенстве выбегает из кафедры, явно раздосадованный преподавателем и ситуацией в целом.       Василиса Васильевна лишь смешливо кричит ему вслед: «Вся информация в библиотеке!» — и переводит взгляд на следующего студента.       Студенты редели один за другим. Задания становились скучнее и сложнее. Кто-то должен был сравнить две карты Удмуртской республики и описать это красивым литературным языком. Кто-то должен объяснить недостатки картины «Мона Лиза» и сказать, почему она должна висеть в музее Сыктывкара. Варя усиленно сжала виски. Она сделает всё, лишь бы не возвращаться домой. Всего лишь реферат на две страницы. Ничего страшного. Она точно справится.       Палец Василисы Васильевны указал на неё. Варя поднялась с места и подошла к столу. Рука дрожала от нетерпения и восхищения всей этой абсурдной ситуации. — Владислав IV. История монарха, которую должен знать каждый.       Варя стыдливо отвела глаза: она без понятия, кто это такой, и явно бы не знала раньше, если бы не задание. Девушка поспешила выскочить из аудитории. Куратор приветливо помахал рукой и снова отвернулся к остальным ребятам, видимо он старался приветствовать каждого из них. — Вот такие дела, челики. Ничего страшного нет, потерпите. Сча все выйдут и я вам всем всё подробно объясню чё, кого, как, где, когда и почему.       Варя сконфуженно встала в ряды первокурсников. Кто-то уже собрался в маленькие групки — студенты с общими интересами. Кто-то, как и она, одиноко стоял в углу.       Когда из аудитории вышел последний человек, студент-старшекурсник заговорчески всем подмигнул. — Ну что, избранные? Рад буду поближе познакомиться с каждым из вас. Надеюсь, мы поладим.       Её одногруппники радостно подняли руки вверх. Их веселье не омрачало даже трудное домашнее задание. — Сегодня, мои дорогие, будет проходить тусовка вместе со старшекурсниками. Обычно четвертый курс не тусуется с первым, но раз в год, в честь начала поступления мы устраиваем такую тусовку. Благодаря ей можно наладить связи, с кем-нибудь подружиться или даже… — Потрахаться!       Все парни громко посмеялись, а девочки смущенно хихикнули. Варя напряженно потерла шею. Нужно было срочно найти информацию и сделать реферат, а уже потом идти веселиться. — Именно! Вечеринка начнётся сегодня, сразу же как вы выйдете из корпуса, и закончится завтра в 9! Такое мероприятие нельзя пропустить, старшекурсники придумали целую развлекательную программу: боулинг, кино, клуб — всё за их счёт!       Первокурсники восхищенно выдохнули, но кто-то из девчонок неуверенно поднял руку. — Стойте, но у нас пара начинается в восемь, мы же опаздаем.       Практически все удрученно выдохнули. Даже Варя. Сейчас она теряет возможность наладить знакомства. Неужели и в институте ей придётся проводить время одной?       Старшекурсник хитро улыбнулся и пожал плечами. — Ну, если для вас важнее учеба, чем возможность завести новых друзей, то сидите дома и зубрите, детки.       Варя отчетливо услышала, как кто-то стиснул зубы и нервно выдохнул: к черту всё, я не могу пропустить вечеринку. Сама она терялась перед выбором, впрочем, как и многие. — Ну что же, давайте я проведу вам экскурсию и уже потом отведу на вечеринку. Поехали!       Всё было не так весело на первый взгляд.

***

— А это библиотека. Кладезь, наверное, всех знаний в мире. Большинство из нас находит нужную информацию здесь; ходят слухи, что Василиса Васильевна прочитала все книги в этом месте и сейчас даёт задания по прочитанному материалу.       Варя кивнула и нервно остановилась. Библиотека была последним местом в их маршруте. Экскурсия подходила к концу.       Сейчас она хотела сделать всё и сразу, но понимала, что так не выйдет.        Либо учеба, либо веселье. Но… учёба гораздо важнее, чем вечеринка. Я могу показать хороший результат. Преподаватель оценит мои старания. Но друзья… Я могу наладить социальные связи, а задания сделать потом. Чёрт. Не понимаю. Ладно, решено. Я сделаю задание и приду на пару. В следующем году наверняка будет подобная вечеринка. — Ну что? Все готовы пойти веселиться?       Варя нервно отошла от толпы. Её отсутствие всё равно никто не заметит: она не успела хоть с кем-то познакомиться. Кто-то поступил точно также, отходя от основной массы людей. Одна девочка, достаточно крупная на вид, неловко задела её плечом и прошептала извинения. Варя солидарно кивнула и сама отбежала к полке с энциклопедиями. Возможно, если у неё останется время, то она успеет на вечеринку. Приоритет был на учебу.

***

— Чёрт! Про него ни слова! Где этот Владислав IV???       Варя безуспешно пыталась найти хоть что-то. Где-то эта книга должна была лежать. Хотя бы крупица информации. Библиотека была слишком огромной. А библиотекари как назло ничего не знали, повторяя безуспешное: реестр книг будет зарегистрирован завтра, девушка. Книги в открытом доступе, так что возьмите сами, что вам интересно.       Ученики быстро уходили. Крупная девочка, с которой она совсем недавно столкнулась и, видимо, будет учится на одном курсе, нашла свои книги достаточно быстро и уже ушла домой. Варя даже маломальскую книжку найти не могла. — Блин, какая вечеринка вообще?       Пыль щекочет нос, и Варя чихает. Остался ещё один отдел, самый дальний и пыльный. Совсем старый. Было видно, как полки шатаются под тяжестью книжек. — Ну же, лишь бы найти. Хоть что-то. Пожалуйста.       Рука тянется к совсем старенькому переплету. Краешек книги крошится, но она всё же достаёт книгу, открывая на введении. Тяжёлая. Несмотря на старую обложку, бумага была плотной и белой. Какой-либо текст отсутствовал, абсолютно чистые, белые страницы. — Что за ерунда? Это какая-то шутка? — Ну привет, красавица.       От неожиданности Варя роняет тяжелую книгу на пол и вскрикивает. Вверх поднимаются клубы пыли, и она кашляет из-за першения в горле. Слишком резко.

***

      Невзирая на заточение и абсолютное ничего вокруг, Морок всё чувствовал и слышал, что происходит снаружи. Он не мог видеть, но остальные органы чувств работали исправно.       Половина его силы была заточена в книгу, и это бесило. Часть души темного Бога поглощена книгой, смех да и только.       Первые десять лет книга лежала у старика. Морок слышал, как мужчина ежедневно подходил к книге и читал христианские молитвы. Позор. Он — славянский Бог. Великий Морок. Властитель лжи и покровитель воров, слушал молитвы поклонения другому Богу. Тем не менее, старец ухаживал за ним по мере возможности: протирал пыль, аккуратно ставил на полку повыше, чтобы до неё не могла дотянуться ни одна душа, кроме самого старика. В начале он не понимал этого, но когда хозяин стал сменяться один за другим понял, что не замечал даже такой заботы.       Старика сменил его сын, а затем внук, правнучка, праправнук и так далее. Кто-то относился к нему также бережно и не открывал книгу по велению предка, кто-то даже не обращал внимания и рассказывал про маразм старика. Морок злился. Очень сильно. Он хотел на свободу.       А потом на их земли пришло татаро-монгольское иго. Морок кричал в пустоту, он мог помочь, мог отвадить врагов, пусть только дадут ему свободу, он обещал простить всех, лишь бы изничтожить недругов. Но его мольбы были проигнорированы и просто-напросто не расслышаны.       В ту ночь дом старца был разрушен на куски. Сам он либо сбежал, либо был убит. Морок не мог видеть, и он очень надеялся, что всё-таки мужчине повезло и он выжил.       Один из представителей вражеского войска выхватил уцелевшую в огне книгу и открыл. Морок надеялся, что он освободится. Но ничего не произошло. — Не может быть! Договор! А как же договор с небесами, книга? А?       « … да будет он рабом чистого сердцем человека, пока клеткой будет ему эта книга!» — О, да ладно? Чистого сердцем? Издеваешься, да? Очень смешно, ха-ха-ха.       Книгу открывали ещё ни один раз, но каждый из разов Морок вздыхал с надеждой. Сейчас. Когда-нибудь. И так секунда за секундой, год за годом, десятилетие за десятилетием.       Книга не старела, она подпитывалась его магией, стараясь не развалиться от самого главного врага любого существа и любой вещи — времени.       Он слышал многое, что происходило в мире: дворцовые заговоры, перевороты, революции, реформы. Кто-то убивал, кто-то был убит. Всё сменялось, всё умирало и снова рождалось. Кроме него. Он был вне времени, наедине с договором, с собственным проклятием.       Однажды его книга неведомым образом оказалась в университете, на старой книжной полке библиотеки. Его открывали, но ничего не происходило. Морок знал, знал, что здесь были чистые сердцем люди, они были рядом. Совсем близко. Но отчего-то они проходили мимо, никогда не открывая книгу, в которой он был заточен. — Почему? Почему??? Они проходят мимо, не давая мне шанса! Они ведь чисты душой, у них есть желания! Почему они не открывают мою книгу? А? Ты слышишь меня? — Их желания мимолетны и никак не влияют на жизнь. Они это знают, они могут справиться сами. Книгу откроет человек чистый, светлый, которому нужна помощь в деле, в котором он бессилен. Жди. — Мне надоело ждать! Надоело! Как долго я должен ждать? Скажи!       Тишина. Как обычно. Книга говорила лишь когда ей было удобно. — Ответь мне! Поговори со мной!       Молчание. Впрочем как и всегда.       Секунда за секундой, год за годом, десятилетие за десятилетием. Что такое время для практически бессмертного существа? Сущие пустяки. Но как же было скучно и одиноко. — Когда придет время, Морок, вы с человеком составите договор. Человек загадает свои желания, а ты избавишься от оков. Жди. Совсем скоро. Не пройдёт и столетия. — О, ну, конечно, когда мне хочется поговорить мы молчим и строим из себя недотрогу, а когда я решаю полежать, отдохнуть и подумать о своём, то мы тут: здрасьте, как дела.       Тишина. — Эй, чего молчишь?       Ничего. — Ты оглох что ли?       Никакой реакции.       Морок устало прикрыл глаза. Совсем скоро, да? Совсем скоро он окажется на свободе и сможет увидеть мир. Как жаль, что мамы больше нет. Он бы очень хотел увидеть новый мир вместе с ней.

***

      Всё случилось резко, неожиданно. Он беспечно насвистывал старый мотив песни, услышанный ещё пятьдесят лет назад, и ни о чем не думал. Он почувствовал боль. Кто-то очень небрежно схватился за корешок. А затем нежные касания к обложке, почти невесомые. Легкое поглаживание по страницам. И дуновение ветра. Впервые за долгое время книга была открыта.       Его вырвало наружу. Резко, до одури приятно. Он видит девушку. Странного рода наряд. Большая рубаха из плотной ткани, стягивающие ноги штаны. Морок слышал, что мода менялась, но даже подумать не мог, что так. Слишком чудно и в какой-то степени вульгарно. Хоть коса на месте осталась. И в голове высвечивается одно имя: Варвара Ивановна Ветрова. — Что за ерунда? Это какая-то шутка? — Ну привет, красавица.       Морок цокает от пронизывающей боли, когда девушка роняет книгу. Эта вещь успела поглотить часть его души и стала частью тела — обидно. — Поаккуратнее с книгами обращаться можно? Она не резиновая, между прочим.       Девушка тихо ойкает, извиняется, а затем вопросительно смотрит на него. — Извините. Вы что-то хотели?       Влад окидывает взглядом книгу в руках, а затем морщит нос. Несмотря на постоянную подпитку магией, обложка желала лучшего. Неудивительно, что книгу из чистых душой никто не брал в руки: страх, что она тут же развалится был у него самого. — Ты сорвала джекпот! Я джин, или кто-то там, из книжки, которую ты только что открыла. Рад буду помочь тебе в твоих желаниях.       Он соблазнительно улыбнулся, стараясь очаровать, но девушка лишь отвернулась продолжая рассматривать книгу. Обидно. — Эм, красавица, там абсолютно пустые страницы. Я стою перед тобой, рассматривать нужно меня, а не книжку.       Девушка удивленно посмотрела на него, а затем на книгу. Пролистнув пару страниц, она напряженно выдохнула: — Ничего.       Она поспешила закрыть книгу. — НЕТ! СТОЙ!       В последний момент Влад просунул руку между страницами, не давая возможности книжке закрыться. Пока девушка не поставит подписи, он будет заложником книги, а не девушки, а значит исчезнет, как только книга закроется. Подпись. Ему нужна её подпись. — Эм, что? Она же пустая. Её… — Слушай, ты будешь в шоке, но если ты закроешь книгу, я исчезну. Смекаешь? Так что не закрывай её, хорошо?       Девушка кивает, Морок убирает руку и спокойно вздыхает, как вдруг чувствует резкую боль и перед глазами вновь темнота. — ДА ЧТО ЗА ДЕРЬМО?!

***

      Варя вскрикивает.       Как только ей удалось закрыть книгу, парня не стало. Исчез. Как будто сквозь землю провалился. — О Боже, что?       Она снова открывает книгу, и парень вновь появляется перед ней. — Слушай, это очень…       Бах! Закрыла. Никого. Открыла. — Дерьмо, не делай…       Бах! Закрыла. Никого. Открыла. — ПРЕКРАТИ!       Она не успевает вновь захлопнуть книгу, как парень предусмотрительно вырывает книжку из рук. — ТЫ ТУПАЯ? ТЕБЕ ДВУХ РАЗ НЕ ХВАТИЛО, ЧТОБЫ ПРОВЕРИТЬ: РАБОТАЕТ ЭТА МАГИЧЕСКАЯ ИГРУШКА ИЛИ НЕТ?       Варя кивает, а затем кричит. К счастью, библиотекарь вышел на обед. Морок торопится прикрыть ей рот, но девушка начинает отбиваться. — Не верю! Не верю! Уйди! Это шизофрения. Это всё галлюцинации.       В какой-то степени это было комично, но не для них. Дикий страх. Варя дрожащими руками хватается за руку, которая прикрывает ей рот. — Не будешь шуметь и выслушаешь меня — я тебя отпущу. Договорились?       Варя смотрит в пронзительно голубые глаза и нервно кивает. Вряд ли у неё шизофрения, она слишком явственно чувствует прикосновения к себе. Так резко эта болезнь не проявляется, насколько она знает. — Кто ты?       Она злится, говорит очень резко, стараясь больше не попадаться на эту уловку. А ещё, самую малость, ей интересно, что за чертовщина здесь происходит. — О, красавица, поверь, это очень интересный разговор, я тебя заинтригую.       Варя смотрит в хитрый прищур и уже хочет захлопнуть книгу и убрать на полку, но понимает: книга была уже в руках неизвестного. — Я знаю, что у тебя есть список желаний, который ты не можешь выполнить сама. Я знаю твоё имя — Варвара. Судьба послала меня к тебе на помощь, чтобы я исполнил все твои мечты.       Варя кивает и нервно спрашивает: — Это что-то из религии, да? Я знаю, что в христианстве существуют ангелы-хранители и… — Нет.       Парень отрезал грубо. Не дал ей даже договорить. — Ваше хри-сти-ан-ство — это детский лепет по сравнению с тем, что я из себя представляю. Я славянский Бог — Морок. Ещё меня называют покровителем воров. — Покровитель воров. Ага, да. Только с чем ты мне поможешь? Я грабить банк не собираюсь.       Морок удивленно приподнял брови, а затем перевёл сытый взгляд на книгу. Варя испуганно посмотрела вслед его взгляду. — Нет, глупая, ты не понимаешь. Я дам тебе возможность загадать абсолютно всё. Только поставь подпись в книге. — Кровью?       Варя нервно сглотнула. В фильмах, где есть какая-либо сделка с дьяволом всегда было что-то не так. Цена за свои желания слишком высока: душа, разум, сердце. — Что? Фу! Дикари. У вас вроде ручки изобрели, какая кровь?       Морок поморщил нос, держа книгу всё ещё открытой. Как только девушка перед ним поставит подпись, он сможет закрыть её и будет свободен. — Ну же, дорогая, одна секунда, и все алмазы мира перед тобой.       Варя вздрогнула. Он протянул к ней открытую книгу и улыбнулся. По мановению руки посреди страницы появилась обычная синяя ручка. Морок довольно потирал ладони. Наконец-то, сейчас. — Не знаю.       Морок опешил. — Что значит не знаю? Я дам тебе всё, что хочешь! Тебе нужны деньги? Ты станешь богатой! Слава, популярность? Да пожалуйста! Я дам тебе всё! Понимаешь? У тебя неограниченное количество желаний! Пиши, пока страницы книги не закончатся!       Варя задумчиво окинула взглядом парня перед собой. Дело принимало странный оборот. Она хотела отказаться: захлопнуть книгу и убрать куда подальше, это не её проблемы и не ей их решать, но что-то останавливало её. Девушка взволнованно прикусила губу, обычно тихий отголосок души, отвечающий за разного рода авантюры, сейчас кричал. — Деньги? Откуда ты возьмёшь эти самые деньги? По твоим словам, ты всего лишь дух, заточённый в этой книге. О каком материальном состоянии может идти речь?       Морок расслабленно улыбнулся. Получилось. Он явно заинтересовал её. — Красавица, я славянский бог лжи и обмана. В глазах смотрящего я принимаю облик самого красивого человека по его мнению. Я могу заворожить, надоумить, обмануть и разузнать всю правду. Деньги — это такая мелочь по сравнению с моими талантами и той мощью, которую я могу показать.       Это всё больше напоминало шутку, неудавшийся кем-то розыгрыш. Она вновь хотела отказаться, а затем осеклась. Всё, что она хочет? — Ты можешь абсолютно всё? Исполнить все мои желания?       Морок ответил не без усмешки: — Абсолютно. Я достану тебе всё, что захочешь. Честными и нечестными путями. Только напиши все свои желания на пустых страницах этой книги, и я исполню твои прихоти.       Варя мешкалась. Книга была достаточно толстой — в ней было не менее трёхсот страниц — столько возможностей, о которых она не могла раньше и думать. Опять же, даже если всё это глупый розыгрыш, то отчего ей не согласиться? Она практически ничего не теряет. Разве что надежду. — Даже свободу? Ты можешь дать мне свободу?       Морок опешил, но быстро взял себя в руки. По редким отрывкам разговоров, услышанным от студентов, посещающих библиотеку, кажется, рабство давным-давно отменили. По крайней мере официально.       Но даже так, он согласен сделать всё. Освободить девчонку взамен на свою свободу. Иронично, как ни посмотри. — Конечно. Свобода, деньги, знания всех трёх миров. Я подарю тебе жизнь, о которой ты так мечтаешь! Всего лишь нужно подписать.       Варя думает. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, не так ли? Но если это розыгрыш? То просто покажется дурочкой. Не самая страшная цена за исполнение всех её желаний. — А что получишь ты?       Раскрывать сразу карты казалось опрометчивым поступком. Опять же, если он не придумает причину, девушка откажется, нужно будет обыграть всё в свою пользу. Морок осторожно взял ручку из рук девушки и вписал одно условие на страничке книги. Он не собирается до смерти нянчится с этой девчонкой. — В славянской мифологии три — сокральное число. В условиях нашего договора будет одно единственное условие с моей стороны: я буду служить тебе и исполнять твои прихоти в течение трёх лет. В свою очередь я обещаю исполнить абсолютно каждое твоё желание. По истечению срока я буду свободен от своих обязательств с условием, что твои желания будут исполнены.       Варя задумчиво хмыкнула и крепче сжала ручку. Она же ничего не теряет? Так? — Ну же, красавица, всего одна подпись — любой каприз будет исполнен.       Девушка с силой прикусила губу и размашисто поставила подпись. Будь, что будет. — Прекрасно.       Морок ощущал, как силы возвращались к нему. Полностью. Больше он не ощущал того же, что и книга. К нему вернулась практически вся мощь, разве что появилось ощущение ошейника на шее, но скоро он сможет и это исправить. — Каков будет первый приказ, Варвара? Девушка, не думая, пишет на странице книги: — Свободу от родительской опеки. Навсегда!       Морок едва заметно улыбается. Это будет интересно.