the sister

Жестокая смерть господина Чжун Ли из ритуального бюро «Ваншэн» стала шоком для жителей Ли Юэ. Под ранним полуденным солнцем консультант выскочил на балкон второго этажа, выходящий на многолюдную центральную улицу. Одной рукой он вцепился в рукоятку ножа, торчащего из его живота. Он ударился спиной о перила балкона и затем… упал с высоты, словно свергнутый с Селестии бог. Люди закричали. Миллелиты прибежали на шум, кто-то позвал врачей, но за считанные минуты стало понятно, что он не просто смертельно ранен, а уже покинул этот мир. Квартира, из которой он выпал, принадлежала довольно известному торговцу шёлком по имени Бэй Юнь, которого вечером того же дня нашли миллелиты, обыскивающие товарные доки. Сначала Бэй Юнь изображал святую невинность, заявив, что не был знаком с Чжун Ли и понятия не имел, почему консультант был в его квартире, но один из его соседей сообщил, что видел, как тот ускользнул с места преступления. После этого он неожиданно быстро раскололся — и всё же его признание было не совсем таким, как все ожидали. — Он пробрался в мою квартиру и сам себя зарезал! — уверял Бэй Юнь, — Я говорю правду, клянусь Властелину Камня! Он точно был не человеком. Он… он ждал меня, когда я пришёл домой. Он посмотрел мне в глаза, вонзил в себя нож и сам сбросился с балкона! Это был не я! Все пытались оправдаться, оказавшись перед лицом закона, но это было откровенно смешно. «Какой же он недалёкий», — согласились жители города. Разве нельзя придумать что-нибудь другое? Лучше бы он настаивал на том, что его сосед обознался, чем утверждал, что Чжун Ли-сяньшэн покончил с собой. Дальнейшее расследование преступления лишь ухудшило положение Бэй Юня. Умирая, Чжун Ли правой рукой вяло прикрывал рану, а в крепко сжатом кулаке левой сжимал лист бумаги. Когда лист развернули, там обнаружилась тщательно прорисованная карта долины Тяньцю с отметкой «X» недалеко от воды. Юй Хэн из Цисин отправилась к отмеченному месту вместе с миллелитами, и в результате недолгих раскопок они обнаружили тела нескольких мужчин и женщин, недавно пропавших без вести. Так что Бэй Юнь был не обычным убийцей — он оказался серийным. Факты были очевидны: Чжун Ли узнал о преступлениях торговца шёлком и безрассудно, но храбро решил его допросить. Бэй Юнь запаниковал, пырнул его ножом, убежал из квартиры и попытался сделать вид, что он тут ни при чём. Старушки-сплетницы Ли Юэ качали головами, пока оплакивали консультанта во время своих чайных посиделок. — Какой красивый, рассеянный дурак! — говорили они. — Он слишком сильно верил в доброту человечества. Я всегда знала, что рано или поздно с ним случится нечто подобное. Единственной из компании, кто не плакал и не превозносил достоинства последней жертвы Бэй Юня, была некая мадам Пин с террасы Юйцзин, которая просто провела рукой по лицу, выглядя донельзя усталой — жест, по которому все присутствующие поняли, что она слишком сильно скорбит, чтобы говорить. Все знали, что мадам Пин и Чжун Ли-сяньшэн были близки; она практически была его бабушкой. По крайней мере, она могла утешить себя тем, что её дорогой друг погиб героически, а его убийцу быстро поймали. За день до суда над Бэй Юнем, Тарталья из Фатуи — Одиннадцатый Предвестник Царицы — приехал в Ли Юэ. Его возвращение в город, который он когда-то чуть не разрушил, прошло… гораздо более гладко, чем ожидалось. Конечно, постоянно утомлённая секретарша из Цисин, которая была наполовину адептом, завидев его, сломала свою ручку пополам, но в конце концов они пропустили его спустя лишь час переговоров и поставив вдвое меньше ограничений, к которым он морально готовился. Ему даже не пришлось давать взятку, и после всей процедуры к нему подошла Кэ Цин и сказала: «Ты мне не нравишься, но тем не менее прими мои соболезнования. Увидимся через несколько дней» — и ушла, прежде чем он успел спросить, о чём, чёрт возьми, она говорила. Разобравшись с Цисин, Чайльд направился к банку Северного Королевства — не такой уж секретной базе Фатуи в Ли Юэ. Стоило ему открыть дверь, как Екатерина побледнела и сразу же вскочила с места. Она обошла стойку и встретила его на полпути в вестибюль. Он открыл рот, готовый съязвить о том, насколько она, кажется, рада его видеть, раз умудрилась оторваться от своих бумаг, но что-то в её выражении лица — то есть в том немногом, что было видно под её форменной маской, — заставило его остановиться. — Господин Чайльд, — поприветствовала она, — Вы прибыли намного раньше, чем ожидалось. Я отправила письмо всего несколько дней назад. Как вы смогли так быстро узнать о произошедшем? У него похолодело внутри от страха и ощущения дежавю. Учитывая слова Екатерины и действия Цисин, стало понятно, что в его отсутствие в Ли Юэ что-то случилось, причём совсем недавно — это точно относилось к нему, и он опять узнаёт последним. — У меня талант, — ответил он, — но на всякий случай, расскажешь мне ещё раз, что именно произошло, на этот раз поподробнее? Екатерина достаточно хорошо его изучила, чтобы сразу понять по этим словам, что он вообще не в курсе дела. Она ещё сильнее побледнела, что предвещало очень плохие новости, которые он упустил. — Конечно, господин Чайльд, — пробормотала она, — Ваш кабинет до сих пор свободен. Я расскажу вам там, — женщина заколебалась и добавила: — возможно, вам лучше будет присесть. — Это связано с Тевкром? — резко спросил Чайльд, — Он вернулся в Ли Юэ? С ним что-то случилось? — О, нет, это никак не связано с вашим братом. Ах. Конечно, нет; он попрощался с Тевкром и остальными членами семьи на берегах Снежной. Его младший брат физически не смог бы добраться до Ли Юэ быстрее и попасть в беду. Чайльд заставил себя расслабиться. — Тогда вперёд, в мой кабинет. Когда они пришли, Екатерина закрыла за ними дверь, а Чайльд сел за свой стол. Он сжал кулаки и коротко отчеканил: — Рассказывай. — Ваш друг, Чжун Ли-сяньшэн из ритуального бюро «Ваншэн», был убит в начале этой недели. Цисин поймали того, кто это сделал, и завтра он предстанет перед судом; похороны Чжун Ли-сяньшэна состоятся через три дня. Господин Предвестник, мы, сотрудники банка Северного Королевства, глубоко сожалеем о вашей потере. Чжун Ли. Убит. Похороны. Слова гремели в его голове, совершенно бессмысленные. «Что, — подумал Чайлд, — опять?» — Дицзюнь, — сказал Сяо, — опять? Укротитель демонов сидел за столом на самом высоком и уединённом этаже постоялого двора «Ваншу». Перед ним стояла тарелка с миндальным тофу, а напротив него расположилась элегантная темноволосая женщина в чёрно-золотом ципао. Перед ней были расставлены несколько лучших блюд «Ваншу», которые она медленно, но верно ела в одиночку, время от времени критикуя их. — Тебе стоит попробовать жареную окру, — сказала Властительница Камня, Богиня контрактов и (бывшая) Гео Архонт Ли Юэ, — Хотя её недосолили, нельзя отрицать качество ингредиентов. Сяо услужливо взял палочки для еды и поднёс к губам один кусочек бамии. Он прожевал его, проглотил, а затем окончательно отложил палочки. — Я не хочу подвергать сомнению ваши решения, Дицзюнь. Вы, как всегда, мудры и самоотверженны, — Гео Архонт была довольно-таки уверена, что это неправда, но уже давно отказалась от попыток напрямую исправить Сяо. — Я просто… удивлён вашей внезапной жертвой, учитывая, что вы, кажется, очень хотели уйти в отставку. Она мало что могла сказать в свою защиту. — Полагаю, от старых привычек трудно избавиться, — размышляла Властительница Камня, — Хотя Ли Юэ заслужил свою независимость, когда дело доходит до подобных событий, я всё ещё не могу стоять в стороне и смотреть, как страдают обычные люди. Мне нравится думать, что своим решением я спасла жизни, потому что я не в восторге от прямого вмешательства. Она почти сразу отказалась от идеи просто проинформировать миллелитов. Чжун Ли заслуживал доверия в глазах жителей гавани (за исключением того короткого промежутка времени, когда он был в дружеских отношениях с Фатуи), но они всё равно спросили бы, откуда он это узнал, а у него не было никаких доказательств, которые бы не сделали его ещё одним подозреваемым (или не раскрыли, что он адепт). И, несмотря на сложившееся общественное мнение об интеллекте Бэй Юня, торговец на самом деле довольно умело заметал следы. Чжун Ли решил, что должно произойти что-то громкое. Что-то такое, что обратило бы все взоры к Бэй Юню и заставило людей внимательно присмотреться к нему. — Ты пойдёшь в гавань? — спросила она, — Я знаю, что ты ненавидишь толпу, но Чжун Ли кое-что оставил тебе в своём завещании. — Если Дицзюнь того пожелает. — А если Дицзюнь пожелает, чтобы ты ел больше овощей… Сяо устало потёр виски, а Властительница Камня рассмеялась и решила пока что довольствоваться маленькими победами.