В постели с врагом

      Эрен продолжает идти до конца. Он разрушает все то, что причиняет ему так долго столь много боли. Он медленно и с удовольствием, почти с возбуждением, уничтожает всю Марли и всех марлийцев до единого. Он не думает о любви и сострадании, он думает лишь о своей власти, и чтобы наконец восторжествовала великая элдийская империя. Так говорят.       С тех пор изменилось буквально все. Йегеристы сокрушительно обретают власть и влияние, но слишком поздно, чтобы позволить отцу, держащему политику в Марли, разлучить его с любимой дочерью. С того времени Эрен успевает познать уже с десяток девушек, его детские нежные чувства изменяются в край. Поэтому ему теперь все равно. Он может и Микеллу превратить в очередную секс игрушку.       Микелла не знает, кто такой Эрен Йегер. А когда в Либерио он предстает перед всеми марлийцами во всей своей красе, в облике титана, этот дьявол с острова Парадиз становится ей еще больше противен и ненавистен.       Убийца, дьявол, зло, мерзкий элдийский выродок. Микелла не подступится к нему, не коснется его. Да сто процентов, что она и не взглянет в сторону элдийцев.       Увидев, что творят йегеристы на марлийской земле, отец тщательно пытается спрятать и защитить дочь. Будущее его семьи теперь под угрозой, аристократическая кровь втоптана в грязь, и отец просит все военные силы страны защитить марлийцев.       Микелла не знает, какой был этот Эрен Йегер раньше, кем он был вообще. Для нее он просто ничтожество. Но взрослый элдиец красив, силен и умен — живое воплощение самых смелых девичьих фантазий. Только Микелла не желает знать этого мужчину, не желает видеть его на своей земле. А ведь он не тот, кто, ловко орудуя пистолетиком или лезвием, убивает титанов. Этот Йегер вонзается в загривок другого титана, не думая и не морщась, разрывает его на двое, а в обличье человека владеет оружием безукоризненно, даже не отрывая взгляда. Этого дьявола Микелла боится.       Она все еще видит, закрывая глаза, как прихвостни Йегера, эти чертовы йегеристы, врываются в ее родительский дом поздно ночью, требуя ее немедленно. Видит отца, яростно защищающего ее, его зияющую рану на груди, как результат услужливости Флока перед своим господином. Эрен, конечно, сделает впоследствии выговор нерадивому помощнику в наказание за ее слезы. Только вот потом Микелла будет страдать еще больше, убедившись, что этот проклятый элдиец не просто дьявол. Он — сущий ад на земле. Все это больше похоже на ночной кошмар, чем на начало правления новой политической фракции в стране.       Микелла еще не успевает пережить траур из-за гибели отца и других марлийцев, как оказывается в постели с этим чудовищем. Она в принципе видеть его не хочет, а тем более каждую ночь рядом с собой; касаться — она его не коснется. Только ее мнения не спрашивают. Эрен привык получать все, что пожелает, а считаться с другими элдийцу не пристало. Марлийка не сопротивляется: защитить ее маму и маленькую сестренку совсем некому, а от мыслей о том, что Йегер может с ними сделать, ей становится дурно.       Какие-то несколько дней она молчит. Молчит и брыкается, пока Эрен не дает хорошенькую пощечину по ее нежному лицу, а потом сладко заявляет, смакуя каждое слово, что и маму ее с сестрой этот ублюдок Форстер по его — по приказу Йегера — убил.       Впервые Эрен говорит, что Микелла красивая, в день их первой встречи. С той поры повторяет это слишком часто, превращая комплимент в самые ненавистные слова, но в ответ неизменно получает лишь оглушительное молчание. Микелла, возможно, и хотела бы подыграть ему, возможно искусно. Вообще-то, ей даже все равно, если он не поверит. Только она не может выдавить ни единого доброго слова в адрес дьявола с Парадиза. Ее аристократическая кровь постепенно закипает. В ее глазах уже нет слез, но она замечает, что и его глаза заплаканные. Отчего? Будто он принуждает себя ее ненавидеть. Эрен отчаянно сжимает в кулаке дорогой шелк ее платья, издает нечеловеческое рычание, пытаясь найти в девичьих глазах то чувство, что гложет его безостановочно много лет, но видит только страх. И ему это начинает нравится.       Сколько она выдержит горящих пощечин, сколько ее напряженное психическое состояние сможет удержаться? Часто холодное дуло пистолета у ее горла, но не выстреливает.       Микелла думает, что элдиец может принудить ее ко всему, но не убить. Эрен уверен, что может все, но только рядом с ненавистной марлийкой не может скрыть возбуждения.