в юном месяце... августе

***

      отовсюду слышится пальба. где-то кричат люди. постоянно слышно визг шин и рёв моторов.       и вся эта какофония сопровождается музыкой. банальной музыкой, которая звучит из всех громкоговорителей на каждом углу города. она всё играет и играет, пока людей расстреливают, зарезают, душат, насилуют, травят, избивают, крадут и издеваются.       пока идёт судная ночь.       пока полиция и скорая не действуют. пока власть не регулирует. пока всё и вся — закон.       Серёже банально страшно, потому что все эти крики людей — пугают его до застывания крови в жилах. до оцепенения, до холодного пота, до бессонницы, до панических атак.       он сидит, трясётся, а потом жмурит глаза, раскачиваясь и обнимая свои колени, а потом быстро считает от одного до десяти. никогда сразу не помогает, и он считает до двадцати, а потом и до ста.       где-то на пятидесяти он наконец всегда успокаивается. но лучше всего считать до восьмидесяти восьми — в тысяча девятьсот восемьдесят восьмом родился Игорь. Игорь Гром. его партнёр. любовник.       муж.       когда через входную дверь слышатся шаги, тяжёлые и быстрые, Серёжа вскакивает с места, утирая слёзы рукавом кофты, и хватает нож, который лежит рядом. медленно, на цыпочках идёт к двери, становится к стене и перехватывает холодную рукоять посильнее. дрожать почти в миг перестаёт, даже напрягается слегка. готовится, если что, убить.       убить.       в окно что-то летит. кирпич. но прочные стёкла не бьются, а вот Серёжа трясётся, крупно вздрагивает и почти роняет нож. шаги уже возле двери: чёткие и грубые.       голубые глаза в миг становятся жёлтыми. он теперь хищник.       — Серёж?..       у Игоря почти полное обмундирование, повязка на голове и руки в крови. зато держит ими пакет. за поясом торчит приклад пистолета. это Игорь, и он дома. от него пахнет молоком, печеньем, разрухой в городе. пылью кирпичей, солью крови, резким запахом пота, противным порохом и горячим, почти раскалённым металлом.       — Игорь!       нож выпадает из рук, ослабших и безумно дрожащих. он кидается на шею к мужчине, обнимает и вдыхает калейдоскоп ароматов. чувствует, как эти родные запахи его окутывают, а горячие большие ладони Игоря его обнимают. пакет с провизией со стуком падает на пол, за окном раздаётся взрыв; один за одним.       вдали пылает город и небо.       до конца судной ночи остаётся два часа, а по городу всё играет и играет первая симфония Чайковского.

***