Осколки памяти

У людей имелась поговорка: "Благими намерениями вымощена дорога в ад". Спок не верил в существование некой абстрактной геенны огненной, куда попадали души людей. Но саму концепцию ада понимал. Человек сам мог создать ад внутри себя и гореть в нем, пока не оставался один лишь пепел. У Джима это почти получилось, а Спок хотел его спасти, помочь, вернуть ему самого себя. Куда приведут благие намерения Спока – не вулканца и не человека? – Капитан на мостике, – оповестил Чехов. Спок бросил взгляд искоса на вошедшего Джима. Тот улыбнулся и небрежно сел в кресло. – Мистер Чехов, сколько времени до базы? – На максимальном варпе – один час двадцать минут, капитан. – Отлично. Нам нужно забрать посла Адорны со свитой и перевезти на их родную планету. Надеюсь, они окажутся веселыми ребятами. – Позвольте напомнить вам, капитан, что это не увеселительное мероприятие, – проговорил Спок. – Одно другому не мешает. – Капитан, – Спок постарался придать своему тону укоряющих ноток, но не особо получилось. – Спок, – ухмыльнулся в ответ Джим и повернулся к обзорному экрану. Адорна – новый член Федерации, пару лет назад они вступили в контакт с Землей и с энтузиазмом пошли на переговоры, а затем и подписали соглашение о сотрудничестве и взаимопомощи. Адорна оказалась выгодным партнером. Их разработки в генетике ушли намного дальше земных или вулканских. А последние, стоит признать, неохотно делились своими знаниями. Адорнцы же с радостью предоставили результаты своих исследований и разработок. На звездную базу сто восемьдесят семь "Энтерпрайз" прибыл точно по расписанию. Он оказался ближайшим в этом квадранте кораблем, который мог перевезти пассажиров на столь длительное расстояние безопасно и с комфортом. Поэтому командование два дня назад прислало приказ следовать на базу. Посол Адорны оказался без своего корабля. Их захватили клингоны и потребовали выкуп – частая практика. Экипаж и пассажиров вернули, а корабль – нет. Офицерский состав "Энтерпрайз" спускался на базу в полном составе, выказывая тем самым уважение адорнцам. Спок отметил радостное возбуждение капитана, предвкушающего новые знакомства. Они попали на неофициальный скромный прием, хотя командование Звездного Флота определенно пыталось пустить пыль в глаза и сгладить те неприятности, что довелось пережить послу. Конференц-зал, спешно украшенный для приема, пестрил одеяниями многих рас. Эта база была одна из старых и успела разрастись и обзавестись обширной и развитой инфраструктурой, и, соответственно, многими поселенцами. Посол со своей свитой сразу бросались в глаза: высокие особи с четырьмя руками и черной кожей, в свободных одеяниях всех оттенков оранжевого, как и радужные оболочки их глаз. Спок держался рядом с капитаном, медленно передвигаясь по залу. – Тот изуродованный, надо полагать, и есть посол, – задумчиво проговорил Джим, прикрываясь бокалом синтетического вина. – Ваш эстетический вкус оскорблен? – Спок, – Джим ухмыльнулся, – если бы я тебя не знал, то решил бы, что это сарказм. – Пожалуй, – ответил Спок, давая возможность капитану самому интерпретировать свой нейтральный ответ. – Что у него с лицом? Такое впечатление, что с него содрали всю кожу, а потом бросили комком, оставив приживаться в таком виде. – Это ритуальное шрамирование. Его делают каждому, кто занимает важный государственный пост. – Надо же. – Также они проходят процедуру оскопления. – Ого. Правда? – Адорнцы весьма любвеобильная раса. Сексуальные практики у них возведены в религиозный ритуал. Иногда они способны увлекаться. – Увлекаться? – Джим бросил на Спока хитрый взгляд. – Да, капитан. Поэтому, вступая на высокую должность, адорнец жертвует этой частью своей жизни ради всей планеты. Внешняя привлекательность и репродуктивные органы не такая уж большая цена за деятельность во благо своего народа. – Ничего себе у них порядки. Разве можно согласиться на такое? – Ответственность и патриотизм. – В твоем голосе, Спок, слышится укор, – Джим вопросительно вскинул брови. – Вам показалось, капитан. – Интересно, если бы подобные ритуалы были у нас, многие бы рвались к власти? – Полагаю, многих бы подобная перспектива остудила. Однако если бы это являлось привычной практикой, то никого бы не ужасало. В этом есть плюс – на государственную службу идет только тот, кто абсолютно уверен в выбранной стезе и готов всю жизнь посвятить служению своей планете. Не отвлекаясь при этом на прочие сферы жизни, которые становятся неактуальными и ненужными после ритуалов. – Наверное, ты прав, – Джим передернул плечами, вероятно, представив себе такой ритуал. – А откуда ты о них столько знаешь? – Информация о культурных традициях адорнцев имеется в общем доступе. Вы бы тоже это знали, если бы потрудились прочесть краткий отчет, который я вам прислал. – Слушать тебя гораздо интереснее. Особенно, когда речь идет о столь пикантной теме. – Не сомневаюсь, капитан. – Иногда мне кажется, что ты флиртуешь со мной. – Возможно, вам не кажется, – после паузы проговорил Спок, не глядя в глаза. Джим открыл рот, но ничего сказать не успел. К ним подошел один из членов адорнской делегации. – Джим? – он вопросительно посмотрел на капитана. Спок напрягся. – Да. Но, боюсь, мы с вами не знакомы, – улыбнулся капитан. – Наверное, я обознался, – помолчав, произнес адорнец и тут же вежливо поклонился: – Можете звать меня Ди. Он вглядывался в Джима, словно ожидал… Спок непроизвольно стиснул кулаки. Ожидал, что его узнают. Но Джим не мог. Он не помнил. – Странный какой-то, – проговорил Джим, когда гость отошел от них. – Я бы точно запомнил, если бы увидел его хоть раз. А ты знаешь этого Ди? – Нет. – Что с тобой, Спок? – Все в порядке, капитан. Джима отвлекли, а Спок стоял и не мог сдвинуться с места. Подобного стоило ожидать, невозможно просчитать все вероятные варианты развития событий. Всегда существовали независимые факторы, которые в любой момент могли вмешаться в происходящее. То ощущение, что возникло внутри, подавить не получалось. Страх. Страх преступника, преступление которого оказалось под угрозой раскрытия, за чем последовало бы неизбежное наказание. Должно быть, Спок все же создал себе тот самый пресловутый ад. Но боялся он прежде всего за капитана, не за себя. Если бы вскрылось, что сделал Спок, то Джим конечно не простил бы его. Но что произошло бы с самим Джимом, которого уже однажды раздавили собственные воспоминания? Он не должен был снова спускаться в собственную геенну огненную. Однако и на миг не возникло сожалений и раскаяния в совершенном. Спок поступил бы так снова при сходных обстоятельствах. Адорнец по имени Ди глаз не сводил с капитана, едва не пожирая взглядом. А Спок в свою очередь пристально следил за Ди. – Спок, – Джим хлопнул его по плечу, заставив вздрогнуть. – Расслабься. Тебе такие мероприятия кажутся бесполезным времяпрепровождением? – Вы правы. – Ну, потерпи еще немного. На благо Федерации. Спок кивнул, а Джим ему подмигнул и снова скрылся в толпе. Напряжение не покидало Спока до самого окончания мероприятия. И он облегченно выдохнул, когда пришло время возвращаться. На "Энтерпрайз" отправлялись небольшими группами. И, поскольку Спок контролировал переправку на корабль, то поднимался последним вместе с одним из представителей делегации. – Коммандер Спок, верно? – Да, мистер Ди. – Просто Ди. Ни к чему этот официоз. Он дружелюбно улыбался, а Спок думал о том, что будет, если этого Ди выбросить в открытый космос. Но это была всего лишь мимолетная мысль, которую Спок поспешил отодвинуть подальше. Они отошли от платформы транспортации корабля и направились к лифту. Спуск на палубу с жилыми помещениями проходил в тяжелом молчании. – Знаете, – вдруг заговорил адорнец, – Джим… То есть, капитан Кирк очень похож на одного моего знакомого. Двери лифта открылись, избавив Спока от немедленного ответа. – Прошу, – он жестом пригласил Ди следовать вперед и остановился у одной из дверей. – Ваша каюта. Спок еще раз сверился со своим падом и кивнул. – Ди, – обратился он к адорнцу, – вы обознались. – Не уверен, – задумчиво возразил тот, – потому что сходство… – Вы обознались, – с нажимом повторил Спок. Ди некоторое время молча смотрел прямо в глаза, словно пытаясь понять, что именно ему хотят сказать. – Я понимаю, – неуверенно проговорил он. – Простите мою оплошность. Спок кивнул. – Приятного отдыха. На Адорну мы прибудем через тридцать семь часов и одиннадцать минут. Спок развернулся и ушел. Он был уверен, что адорнец все правильно понял. И насколько тот убежден, что узнал Джима – не важно. Вскоре они прибудут на Адорну и всему предстояло закончиться. Хотя по-прежнему существовала вероятность, что подобная встреча могла повториться с кем-то еще из прошлого Джима. Однако насчет Ди в будущем не стоило не волноваться. Насколько Спок понял, вскоре того ожидало значительное повышение и в случае согласия – еще и ритуал. Но Спок недооценил этого адорнца, решив, что четко дал понять – не стоит пытаться войти в контакт с капитаном Кирком. Или он просто проигнорировал скрытую угрозу в свой адрес. Спок следил за размещением посла, которому отдали во временное пользование капитанскую каюту, и его свиты. Экипажу "Энтерпрайз" пришлось потесниться. Большую часть помещений корабля занимали исследовательские лаборатории, поэтому жилых отсеков свободных не было. Спок возвращался к себе, в его каюту по настоянию капитана никого не пустили. В одном из коридоров он увидел мирно беседующих Джима и Ди. Джим смеялся и откровенно флиртовал. В любом ином случае Спок молча бы ушел, но не сейчас. Он обнаружил свое присутствие, негромко кашлянув. – Капитан, вас искал мистер Скотт. Спок не соврал, Джима действительно искали, но умолчал, что вызов был вовсе не срочным. – Хорошо, – тот кивнул Споку и сразу повернулся к своему собеседнику: – Простите меня, Ди, но мне нужно идти. – Конечно, я понимаю. Надеюсь, мы продолжим нашу беседу, – адорнец легко коснулся пальцами запястья Джима. – Я тоже, – Джим не отдернул руку и улыбнулся, бросил быстрый взгляд на Спока и направился в сторону турболифта. Спок проводил взглядом капитана и обернулся к Ди. – Вы же понимаете, что я не мог упустить возможность? – проговорил тот. – Понимаю. – И все же, уверен, что это Джим, которого я… – Мистер Ди, если в прошлый раз я выразился недостаточно ясно, то сейчас уточню: вы определенно обознались, что бы ни думали по этому поводу. И капитан Кирк занят. – А это было грубо, – усмехнулся Ди. – И, полагаю, доступно? – Да, коммандер Спок, – он чуть поклонился. – Стоит приносить поздравления относительно вашего нового назначения? – Я еще не принял решение. – Согласиться будет логично. – Конечно, – серьезно ответил Ди. – А теперь я вернусь в свою каюту, если позволите. Спок кивнул и отступил в сторону, пропуская адорнца. Спок уже готовился ко сну и размышлял, стоит ли заняться медитацией – вечер выдался эмоционально насыщенным. Раздался сигнал, оповещающий о посетителе – на пороге стоял Джим. – Могу я войти? – он неуверенно переступал с ноги на ногу. Спок приглашающе повел рукой. – Что-то случилось, капитан? – Нет, – Джим сжал кулаки, расслабил, разгладил невидимые складки на форме. – Спок… – Да, капитан. – Черт! Или я неправильно тебя понял и рискую испытать на себе твой знаменитый вулканский приемчик, или ты… – Джим запнулся. – Объясни мне, что происходит? Потому что эти игры и хождения вокруг да около меня достали. Или я сделаю глупость… Может я неправильно тебя понял? Может… – Джим, – Спок преодолел разделяющее их расстояние и взял в ладони его лицо. Джим всматривался с неопределенным выражением глаз, не отдергиваясь, но и не помогая. И Спок его поцеловал. Нежно коснулся чуть приоткрытых губ, почти целомудренно. Джим горячо выдохнул и прижался всем телом. Спок прислонился к его лбу своим и замер, все еще удерживая лицо ладонями. – Господи, Спок… – прошептал Джим и быстро облизал губы. – Почему ты?.. Черт! Почему я не?.. Почему я такой дурак? – Это был риторический вопрос? – Пожалуй, да, – засмеялся Джим и запустил пальцы в его волосы. – Теперь я тебя не отпущу. – Не имею ничего против данной перспективы, – прошептал Спок в губы. И в этот раз поцелуй стал глубоким и куда менее целомудренным. – Я сейчас взорвусь, – задыхаясь, почти простонал Джим и обхватил Спока за шею обеими руками, притягивая к себе, словно боялся упустить. Спок снова впился в его рот, подхватил под ягодицы, заставляя обхватить себя ногами. Джим удивленно отстранился и засмеялся: – Чувствую себя хрупкой женщиной. – Необоснованно. Вулканцы значительно сильнее людей. Даже полувулканцы. – Я помню. Ты меня как-то едва не придушил одной рукой. – Прости. – Уже. – Ты позволишь?.. – Спок осекся. – Если ты хоть что-нибудь не сделаешь, то я начну умолять. Или угрожать. В любом случае… Спок снова прервал его тираду поцелуем. Это было приятно. Пожалуй, стоило взять за правило – прекращать словоизлияние капитана подобным способом. Спок раздевал его медленно. Он видел Джима обнаженным, помнил, как выглядит его тело, но этого не хватало, требовался еще тактильный контакт. Изучить ладонями все его тело, каждый изгиб, ощутить влажную от испарины кожу, жесткие волосы на ногах и в паху. Сомкнуть пальцы на твердой плоти. Это ощущалось непривычно и странно – ласкать подобное своему тело, без мягких и округлых изгибов. Спок растягивал его медленно, ласкал, доводя возбуждение едва не до пика, дразнил. Ловил приглушенные стоны, дарил наслаждение и получал. С Ниотой он не испытывал подобного, она не будила в нем столько чувств, не провоцировала бесконечный конфликт двух сущностей. Спок замер над распростертым под ним Джимом. Глаза жгло от переполнявших эмоций. – Спок, – тихо позвал Джим и стер пальцами влагу с его щек. – Спок… – Я… – Я так плох? Ты разочарован? – шутливо спросил Джим, но взгляд оставался серьезным, не соответствовал легкомысленному тону. Хотя Спок понимал, что Джим хотел разрядить обстановку. Но эта фраза… Эти же слова он сказал тогда, на Орионе, после преступной слабости Спока. – Джим… Мой Джим, – наконец выдавил из себя Спок, высказывая то, что давно билось внутри. Это звучало непривычно, но было правильным. – Твой. Спок прижался так плотно, как только мог. Уткнулся ему в шею, прячась. Трусливо скрывая свои эмоции, которые прорвались наружу. Они его захлестывали и грозили погрести под собой. Спок чувствовал так много: радость обладания, отголоски боли Джима, который даже не помнил своих терзаний; вину за то, что самолично принял решение за них двоих, наслаждение и страх; горькое сожаление о невозможности ментального контакта, ведь его память хранила то, чему стоило оставаться погребенным в дальних уголках. Он позволил себе чувствовать все это. Главное, теперь не утонуть, не захлебнуться. – Спок, все хорошо, я с тобой, – шептал Джим, чуть подкидывая бедра, побуждая двигаться, водил ладонями по спине, целовал куда придется. "Я с тобой" – эхом отдавалось у Спока внутри. Что он мог сказать Джиму? Как объяснить, почему так остро все ощущает? Действия Споку всегда удавались куда лучше слов. Поэтому он просто начал двигаться, подводя их обоих к оргазму. А после, когда Джим, доверчиво прижавшись, спал рядом, Спок уснуть не мог. Он пытался взять себя в руки. Требовалась медитация, поэтому он осторожно высвободился из объятий и опустился на пол рядом с кроватью, принимая удобную позу, расслабляясь. Сосредоточенность ему всегда помогала мыслить ясно и логично, когда не приходилось отвлекаться на посторонние вещи. Напряжение последних месяцев сказывалось не очень благоприятным образом. Он стал эмоционально нестабилен, это проявлялось в мелочах: в мыслях, действиях, принятых решениях. Самое сложное осталось позади. Спок считал, что поступил верно, изменив память Джима, вернув его прежнего, уничтожил сломанное существо, что нашел в том отеле два месяца назад. Подобные манипуляции Спок никогда не совершал ранее. Что бы он делал, если бы допустил ошибку? На этот вопрос не хотелось искать ответа. Спок не стер память полностью, не изменил личность, лишь немного подкорректировал воспоминания, убрав то, что причиняло Джиму такую боль. Насколько это вписывалось в этические и моральные рамки? По вулканским меркам все было логично, по человеческим же… Пожалуй, аморально. Однако Джим перешел черту, возвращение из-за которой было уже невозможно. Он сломался. А сломанное всегда нуждается в починке. Теперь капитан Кирк действительно вернулся. Тот самый, которого Спок помнил и который сумел пробраться глубоко внутрь. Спок открыл глаза и не сдержался, повернул голову. Джим во сне выглядел моложе, мимические морщины разгладились, рот чуть приоткрылся. Спок коснулся его волос, мягких наощупь. Он все еще не осознал до конца, что подобные жесты ему теперь доступны. Он защитит Джима, даже от самого себя.

Сентябрь – ноябрь, 2013.