Огни Чикаго

Крис пытался собраться с мыслями, перестать наконец паниковать и заняться делом. Но как это сделать, если тут такое? Он сжал и разжал ладони и недоуменно посмотрел на них: кожа была покрыта коричневатыми и красными пятнами. На рубашке тоже виднелись разводы – будто сумасшедший художник растрепанной кистью сделал несколько небрежных мазков. Некоторое время он рассматривал испачканную ткань на себе, а потом резко рванул и, брезгливо поморщившись, отшвырнул то, что осталось от рубашки, в угол. Может быть, он еще долго пребывал бы в ступоре, но его отвлек звук, неприятно режущий слух. Чуть в стороне, совсем рядом – комнатушка была крошечной, – у стены сидела Мэгги, сжавшись в комок и скулила, словно побитая собака. – Заткнись! – Он… Он… – начала девушка, но снова сорвалась в рыдания и не смогла договорить. Она зажала рот руками и сжалась еще, хотя, казалось, куда уж больше. Крису было почти жаль ее. Почти. – Сама виновата, – отрезал он, глядя прямо в испуганные глаза Мэгги. Надоело смотреть, как она трясется. – Иди вскипяти воды. Живо! – прикрикнул он, когда та не сдвинулась с места. – Ведро возьмешь на улице, а печь вон там. Девушка кивнула, когда мужчина показал в заваленный всяким хламом угол. Когда она вышла из комнаты, стало тихо, этот скулеж раздражал. Он быстро подошел к старой кровати, на которой лежал раненый, бледный и, казалось, бездыханный Зак. – Пожалуйста, пожалуйста… – прошептал Крис, и решился осмотреть его раны. Руки дрожали, когда он срезал пропитанную кровью рубашку и майку. Сколько же крови тот потерял? Она была везде, специфическим запахом пропитался сам воздух. Он ведь выживет? Ведь правда? Он не может умереть. – Слышишь? – со злостью проговорил Крис, вытирая рукой слезы. – Не смей! Он продолжал освобождать кожу от остатков ткани. Все не так страшно, успокаивал себя Крис. Три отверстия – три пули вошли прямо в бок, их нужно достать. Насколько они глубоко застряли, он не знал, оставалось надеяться, что они не вошли в печень или еще куда, он не представлял себе, как справится. Если бы он верил в бога, то сейчас было бы самое время молиться. Еще и врача в округе нет, а в городскую больницу им соваться было никак нельзя. Он почти закончил, когда дверь распахнулась, стукнувшись о стену, и вошла Мэгги, еле удерживая двумя руками огромное ведро. – Черт! – сквозь зубы прошипел Крис, пытаясь за злостью скрыть вспышку страха – а вдруг их нашли? – Я не могу найти дрова, слишком темно, – девушка все еще всхлипывала, но уже не выла. – За домом есть навес, там посмотри. Она кивнула, и он тут же повернулся к раненому. Все выглядело очень плохо, он никогда не вытаскивал пули и не представлял, как сделает это сейчас. Нет медицинских инструментов, нет бинтов и лекарств. Но хватит ему причитать, словно бабе. Он это сделает. И остается только молиться богу, в которого он никогда не верил, что все закончится благополучно. – Прости, но сейчас будет чертовски больно, – проговорил Крис, открывая бутылку виски. Он понимал, что раненый его не слышит, тот находился без сознания. Так что говорилось скорее для собственного успокоения. В ящике стола нашелся пинцет, который Крис прокалил над огнем зажигалки, а затем сунул в виски. Руки больше не дрожали. Он обязан попробовать. А если не получится… Нет, нельзя сейчас об этом думать. Он крепко сжал пинцет и поднес его к ране. Выдохнул и приступил к делу. Спустя несколько минут ему удалось выковырять одну пулю. Крис вспотел и вновь порадовался, что Зак без сознания. Трудно представить, как можно вытерпеть такое издевательство. Когда все пули с трудом, но все же были извлечены, кровь, казалось, побежала еще сильнее из потревоженных ран. Черт! Зашить нечем, да он и не знает, как правильно это делать. Придется воспользоваться народным способом. В печи разгорался огонь. А он даже не заметил, когда Мэгги успела это сделать. Ведро с водой стояло сверху, занимая почти всю поверхность небольшой печки. Черная труба уходила в стену, но дым все равно просачивался. И как он не почувствовал запах? Крис достал раскладной нож, открыл дверку печки и аккуратно положил его так, чтобы костяная ручка была подальше от огня, а лезвие тут же принялись облизывать языки пламени. Когда Крису показалось, что уже достаточно, он достал нож и подошел к постели. – Прости, – прошептал он и приложил к ране раскаленное лезвие. Зак на краткий миг пришел в себя, вскрикнув, и тут же вновь отключился. Крис стер пот со лба и пошел отмывать виски лезвие, чтобы снова сунуть в огонь и повторить процедуру прижигания с остальными ранами. К запаху дыма в маленьком помещении теперь примешивался запах паленой плоти. Крис дрожащими руками отмывал лезвие, поливая его виски и иногда делая большие глотки. Сейчас как никогда он радовался, что в схроне лежит приличная партия виски, оно ему понадобится. Сзади что-то стукнуло, и он резко повернулся – нервы уже сдавали. – Что ты там копаешься? – Прости, – Мэгги, дернувшись, прижала к груди какую-то тряпку, она что-то складывала на небольшом столе, вероятно, наводила порядок. Она смотрела широко открытыми испуганными глазами, будто он монстр какой. – Не трогай там ничего. – Я… Просто хотела… – Что? – Крис подошел так близко, что видел ее расширившиеся зрачки, она на миг скосила глаза на его руку и всхлипнула. Он заметил это и поднес нож, который еще сжимал, к ее горлу. – Боишься? Правильно. – Прости, – в который раз за этот бесконечно длинный вечер произнесла она. – Я не хотела… Я не думала… – Вот именно, не думала, – Крис отошел в сторону. – Пошла вон! Мэгги, всхлипывая, вышла, тихо прикрыв дверь. – Знаю, что она тебе дорога, – обратился он к тяжело дышащему и все еще находящемуся без сознания Заку, – только поэтому я еще не перерезал ей горло. Крис разговаривал с ним, это хоть как-то помогало, иначе он просто сойдет с ума. Сейчас он оботрет с него кровь, потом снова обработает раны виски. Ну почему он не знает, как правильно все сделать в таких случаях? И все, что ему оставалось сейчас – ждать и шептать словно мантру "Пожалуйста, просто выживи". Он хотел этого больше всего на свете. Чикаго. Два месяца назад. Крис притормозил у неприметного здания без опознавательных знаков. Фонарь над входом покачивался на ветру и чуть поскрипывал. Дверь распахнулась, выпуская смеющуюся девушку со спутником. Они оглянулись и быстро зашагали по улице. Крис хмыкнул и вылез из кабины. Он тоже огляделся, нет ли поблизости копов. Конечно, здесь обычно легавые не ошивались, но кто знает кого занесет в этот район. В последнее время облавы усилились. Но до спикизи[1] Закари вроде еще не добрались. Крис подхватил ящик и пошел к черному входу, толкнул дверь. Сразу послышалась приглушенная музыка и взрывы смеха – посетители наверху вовсю развлекались. Крис спустился в подвал и прошел по коридору. Вдоль стен стояли пустые ящики из-под овощей. Он дошел до самой дальней двери и замер. В приоткрытую дверь он увидел то, свидетелем чего совершенно не стремился стать. Он даже дернулся было уйти, хотя они с Закари договаривались о встрече. Такие дела по-другому не делаются. Но Зака явно сейчас отвлекли гораздо более приятные вещи. Крис остался, будто к месту прирос, и как завороженный смотрел на представшую картину. На шатком столике, который мерно поскрипывал, лежала Мэгги, а Закари ритмично двигался между ее широко расставленных ног. Его крупные ладони яркими пятнами выделялись на темной коже бедер девушки. Глаза его были прикрыты, словно он полностью погрузился в удовольствие. Крис смотрел и не мог оторваться, чувствуя, как внутри все стягивает в комок. Ему нужно уйти. Немедленно. Крис сглотнул, когда понял, что Закари больше не зажмуривается, а смотрит прямо на него. Это был тот самый момент, когда Крису определенно следовало развернуться и отойти, а не подглядывать, но он ничего не мог с собой поделать. Он все так же держал ящик с виски, который стал неимоверно тяжелым, а острые края плохо обработанного дерева впивались в пальцы. По крайней мере, руки у него были заняты. Закари вдруг закусил губу и замер, подрагивая. Крису показалось, что он ощутил то же самое и сам, будто и его омыло удовольствием. По спине бежали струйки пота, а губы были сухими, словно это он только что сорванно дышал, трахая чернокожую Мэгги. – Давай, милая, – Зак отстранился от девушки и привел свою одежду в порядок. – Мне работать нужно. Мэгги вскочила, одернула платье и поспешила уйти. В дверях наткнулась на Криса и, опустив глаза, прошмыгнула мимо. Она знала, что не нравится ему. Да Крис этого и не скрывал. – Привез, да? – Зак посмотрел на его ношу. – Давай сюда. Зака абсолютно не смутило то, что Крис стал свидетелем его забавы с Мэгги. И у Криса закралась мысль, а не было ли это подстроено. Но тут же одернул себя. С чего бы Заку такое делать? Когда припекло, тогда и потрахался – обычное дело. Наверняка он думал, что успеет закончить до приезда Криса. Крис поморщился от терпкого запаха секса и подал Закари ящик. Пальцы еле разогнулись, так сильно он, оказывается, их сжимал несколько минут назад. – Еще шесть ящиков в машине, и я прихватил четыре бутылки "настоящего МакКоя"[2], больше не удалось, сам понимаешь. Торрио все прибрал к своим рукам. – Чертов макаронник! – А О'Бэнион[3] лучше? – Не напоминай, – поморщился Закари. – Он снова подсылал своих шестерок. Пока они еще вежливо просили. Хотя имел я их, и это "вежливо". Почему они просто не оставят меня в покое? Будто и так мало загребают. – Рано или поздно тебе придется под кого-то пойти. – Хреновый выбор, да? – Зак вскинул взгляд и улыбнулся. – Ладно, тащи остальное. Крис быстро перенес оставшееся в машине виски. Зак вытаскивал бутылки из ящиков и складывал в дыру в стене. Когда закончил, аккуратно прикрыл ее щитом, маскируя под кирпичную кладку стены, и придвинул тумбу. – А скотч оставлю себе, – он подхватил бутылки и сунул их в медицинский чемоданчик. – Я удавлюсь разливать его этим… Некоторые и "джейком"[4] не прочь побаловаться. Как вообще эту гадость можно пить? Так что "настоящего МакКоя" им не видать. – Я и не сомневался. – Спасибо, друг. Так, ну что, как обычно? – Зак достал свернутые в рулон банкноты и сунул Крису в карман рубашки. – А за скотч сколько? – Это подарок. Крис сначала все же хотел выставить счет, потому что скотч достать было трудно и стоил он недешево, но почему-то в последний момент передумал. Было приятно сделать подарок Заку. – Я бы никогда такое добро задаром не отдал. Но спасибо, – он хлопнул Криса по спине и кивком указал наверх. – Зайдешь? – Можно. На самом деле Крис был рад поскорее убраться из этого помещения, где он стал свидетелем пошлой и возбуждающей сцены. Здесь помимо сырости все еще пахло сексом. И ему бы хотелось верить, что член заинтересовался происходящим из-за Мэгги. Она его раздражала. Он и сам не понимал почему. Но он же видел ее шикарную задницу и большие сиськи. По определению должно на нее вставать. Просто она вечно смотрела взглядом влюбленной коровы на Зака, и вцепилась в него словно клещ. Ну ладно, он немного перегибает, тут же отругал себя Крис. Ему было жаль Мэгги. Не повезло ей родиться такой – не белая и не черная. И мамашу ее белые колпаки застрелили в очередном порыве избавить мир от черного отребья. Будто сами лучше! Зак спас ее и теперь пригрел, дал работу и крышу над головой. И Крис готов был об заклад биться, что из-за этого Зак еще огребет проблем. Хотя иногда казалось, что Заку и причин-то особых не нужно, проблемы просто обожали его. Крис шагнул следом за Заком в просторное помещение. Патефон, поскрипывая, выдавал что-то французское. Крис не разбирался в музыке. Он считал, что основной критерий – это нравится или нет, а в тонкостях был не особо силен. Звучащая сейчас музыка ему нравилась. Окружающим, похоже, тоже. Почти все столики были заняты, посетители чинно прикладывались к чашечкам, в которых плескался отнюдь не чай. Зак вдруг застыл и напрягся, Крис проследил за его взглядом и тяжело вздохнул. Ну, вот и проблемы. Бен. Он был копом, прикормленным О'Бэнионом. Но еще он был порядочным ублюдком. Бен вразвалочку подошел к барной стойке и оттолкнул одного из посетителей, освобождая себе место. Люди за столиками притихли, когда увидели копа, старались делать вид, что ничего особенного не происходит. Некоторые тут же ушли. – Эй, ты, – обратился он к Мэгги, – налей мне промочить горло. Она попыталась прошмыгнуть мимо, но Бен выставил ногу и, воспользовавшись замешательством девушки, притянул ее к себе. – Отпусти ее, – процедил Зак. – Да ладно тебе. Ей понравится, обещаю, – засмеялся Бен и обратился к девушке: – Ну что, не хочешь попробовать настоящего мужика? У меня побольше будет, чем у него. И он схватил ее ладонь, с силой вжал в свой пах. – Бен, отвали, я сказал. – Ладно, – он поднял руки ладонями вперед. Мэгги тут же отскочила и зашла за стойку. Крису не понравилось выражение лица Бена, да и Зака тоже. Эти двое никогда не умели нормально разговаривать. Но Зака можно понять. Бен как дерьмо, прилипшее к ботинкам, пока ототрешь, весь измажешься. Когда его уже пристрелят? Ведь нарывается он по полной. Рано или поздно его не спасет ни ирландская крыша, ни родственнички из главного управления. – Ублюдок, – прошипел Зак. – Остынь, парень, – успокаивал его Крис. – Это все из-за нее. Он кивнул на Мэгги, старающуюся быть незаметной. Зак неопределенно передернул плечами. – Эй, ты тоже на нее нацелился, что ли? – он удивленно посмотрел на Криса, неправильно истолковав его пристальный взгляд. – Я думал, такие не в твоем вкусе. – Зато, кажется, вполне в твоем. – Она сама на меня запрыгивает, – ухмыльнулся Зак. – Грех не воспользоваться. Крис хмыкнул и закурил. В зале и так дым стоял сизой пеленой, курить не хотелось, но ему нужно чем-то занять руки. – Что это? – возмутился Бен, скривившись, когда попробовал содержимое поставленной перед ним чашки. – Чай, – невозмутимо ответил Зак. – А что не так? – Я ведь знаю, что ты приторговываешь виски. Так что плесни мне пару глотков. – Бен, у меня приличное заведение. Могу предложить еще молока или воды. Бен поморщился, но промолчал. Крис внимательно наблюдал за ним. Он явно искал повода нарваться. Взгляд постоянно возвращался к Мэгги. Бен отодвинул чашку, бросил несколько монет на столешницу и тут же направился в подсобку, куда только что отправилась Мэгги. Крис выругался и потушил сигарету. Зак заметил Бена и рванул следом, а через миг Бен вылетел оттуда, потирая челюсть и сверкая гневным взглядом. Зак появился следом. – Она всего лишь шлюха, – прошипел Бен. – Но эта шлюха не хочет тебя, – закричала Мэгги, показываясь за спиной Зака, одернула юбку, и плюнула на пол, прямо под ноги копу. – Ты еще пожалеешь, Зак. Тебе стоило быть со мной повежливее. – Пошел на хрен, ублюдок. Это мой бар, и он на нейтральной территории. Твой босс до него не дотянется. – Очень скоро, Зак, очень скоро, – пробормотал Бен и направился к двери. Зак было бросился за ним, но Крис его перехватил. – Оставь. Зак вырвался из хватки и раздраженно дернул руками: – Я его убью. – Тебе мало проблем? – А это вообще не твоего ума дело, Крис. Понял? – Как скажешь. – А ты чего тут вертишься? Сидела бы и не высовывалась, – прикрикнул на Мэгги Зак. Та сникла и тут же занялась посетителями, требовавшими еще "чая". Зак был всем как кость в горле. Он отказывался платить Торрио и О'Бэниону из принципа. Его еще и не особо доставали, но народу в его спикизи становилось все больше – нет лучшей рекламы, чем сарафанное радио. А это значит, что его заведением вскоре заинтересуются, и кто в итоге подгребет под себя – тот еще вопрос. Что ирландец, что итальяшка были с завидными аппетитами на деньги и власть. Крис понимал, почему Зак не хочет ни под кого идти, ведь придется отваливать приличный процент и играть по чужим правилам. А Зак не признавал правил. Но в итоге ему все равно выбора не оставят. По хорошему, Крису следовало бы держаться от Зака подальше, потому что когда придут серьезные неприятности, зацепит всех кто рядом. Но Зак за недолгое время стал его другом, а друзьями разбрасываться не стоило. Это хорошая причина, даже учитывая возможность схлопотать пулю. *** [1] Спикизи – нелегальные питейные заведения, в которых подавали алкоголь во времена сухого закона. От англ. speak easy – "говорить негромко" – в связи с тем, что в них требовалось делать заказы таким тихим голосом, чтобы находящиеся в зале агенты полиции не могли его расслышать. [2] "Настоящий МакКой" ("the real McCoy"). Капитан Билл Маккой возил в Америку первоклассный шотландский виски. Скотч был разрешен в США в то время, но продавался только в аптеках по рецепту. Коллеги Билла и покупатели утверждали, что он никогда не разбавлял виски: его товар всегда уходил с репликой "the real McCoy" – "настоящий Маккой". Эта фраза стала нарицательной в США и переводится как "настоящая, неподдельная, "родная" вещь". [3] Джон Торрио был итало-американским гангстером, который помог создать криминальную империю известную как Чикагская организация в 1920-х годах, которая позже была унаследована его протеже, Аль Капоне. Он также выдвинул идею Национального преступного синдиката в 1930 году. Дайон О'Бэнион – выходец из Ирландии. Управлял огромной преступной группировкой, был конкурентом Торрио. Чикаго был поделен на сферы влияния, границы которых все время менялись. [4] Джейк – настойка из экстракта ямайского имбиря, содержащая до 85% этилового спирта. Министерство финансов, под руководством которого соблюдался сухой закон, приказало внести изменение в формулу настойки, чтобы она стала более горькой и неприятной для употребления в больших количествах. Фармацевты-любители, чтобы обмануть тесты, добавили промышленный пластификатор, думая, что он не токсичен. Однако некоторые химические элементы пластификатора поражали клетки головного и спинного мозга. В результате любителям "джейка" парализовало ноги или руки, а некоторые и вовсе умирали.