Огни Чикаго

И вот спустя показавшихся невероятно долгими нескольких часов, Крис сидел прямо на полу у кровати и смотрел на слабо вздымающуюся грудь Зака. Казалось, отведи он взгляд хоть на миг – и больше не будет немного рваной вибрации и тяжелого дыхания. Криса все еще трясло, руки дрожали от напряжения. Он попытался закурить, но сигарета выпала из рук. Крис несколько раз глубоко вдохнул и переплел пальцы, сжимая их посильнее. Крис ругал себя. Он должен был оставаться рядом, а не прятаться, потому что стояк появлялся не к месту. Мог бы и потерпеть. Может, Зак не лежал бы сейчас белый как полотно, а Крис не гадал бы выживет он или… Никакого "или" допускать не хотелось. Может, пули все же не причинили непоправимого вреда? Было столько крови, что Крис даже не знал, что и думать. Нужно было искать врача, но времени было мало, а он торопился увезти Зака из города, подальше от Чикаго. Он просчитывал бесконечное множество вариантов в уме, потому что не мог ни о чем другом думать. В самом Чикаго он знал только одного доктора, к которому можно было обратиться в подобных случаях. И тот Бену бы доложился. Крис хотел верить, что поступил правильно, что он не допустил ошибку, о которой будет потом сожалеть. Крис поднялся, разминая затекшие мышцы. Нужно привести Зака в порядок. Вся его грудь и бок были покрыты засохшей бурой корочкой. Крис взял небольшую миску, набрал из ведра воды, которая уже нагрелась, подбросил еще дров в печку. Осталось найти чистый лоскут ткани. Он вспомнил, что привозил сюда кое-какую одежду, одеяла и полотенца. Все это нашлось в ящике под столом. Вещи были завернуты в темную бумагу, и не успели загрязниться. Крис отрезал ножом кусок полотенца и подошел к кровати. Срезал остатки рубашки и майки с Зака, тогда он только до раны добрался, а теперь все эти лохмотья следовало убрать. Затем он намочил кусок ткани в воде и принялся аккуратными движениями оттирать кровь. Прижженные раны выглядели ужасно, но, по крайней мере, кровотечение остановилось. Это ведь, должно быть, хорошо? Он надеялся. Когда Крис закончил, вода была красной, как и полотенце. Пришлось еще пару раз сменять воду и куски ткани, пока, наконец, следов не осталось. Правда, одеяло, на котором Зак лежал, оттереть не удалось. Мэгги, стараясь быть как можно незаметнее, суетилась, что-то делала, убирала, принесла еще дров. В комнате стало теплее, запах сырости и плесени стал не таким ощутимым. Но Крис все равно тщательно укрыл Зака одеялом. – Нам нужна еда, – наконец решилась она подать голос. Крис одернул себя, чтобы не гаркнуть на нее, но Мэгги была права. – Присмотришь за ним, пока я не вернусь, тут недалеко. Крис переоделся, поскольку если его увидят в окровавленной одежде, вопросы непременно появятся, а привлекать внимание нужно меньше всего. На улице он вздрогнул от холодного ветра и запахнул пальто. Он порадовался своей привычке всегда держать бак полным, бензина должно хватить до окраин Эванстона, в Чикаго соваться не стоило. Все знают, что Крис ошивался рядом с Заком, еще и выследить могут. "Форд" завелся с третьей попытки. Крис несколько раз оглядывался на неприметный домик, пока тот не скрылся из виду. Жилые кварталы Эванстона показались через полчаса. Часы на башне показывали почти полдень. Прошло всего лишь чуть более семи часов с того, момента, как он нашел Зака в том переулке, а казалось, что неделя как минимум. Крис притормозил у бакалейной лавки, а затем у овощной, мясной и табачной. Неизвестно когда выпадет возможность снова сюда попасть. На него почти никто не обращал внимания, но Крис все равно торопился побыстрее убраться. На выезде едва вспомнил, что бак почти пустой, и свернул к заправке. Разговорчивый старик приставал с вопросами, пока заливал в бак бензин, и Крис старался отвечать не слишком раздраженно. Почти получилось. Обратно Крис гнал так, словно боялся опоздать. Как только остановился, то подхватил один из свертков и тут же поторопился к дому. Дрова потрескивали в печке, дым просачивался сквозь щель в трубу, Зак неподвижно лежал на кровати. А рядом с ним лежала Мэгги, положив ладонь на мерно вздымающуюся грудь. – Забери остальное из машины, – резко проговорил Крис. Мэгги вздрогнула и распахнула глаза, тут же вскочила и скрылась за дверью. Крис подошел к кровати, откинул одеяло. Бок Зака был стянут тканью, кое-где виднелись темноватые пятна. – Ты не прикрыл его раны, это плохо для заживления. Крис вздрогнул от ее голоса – не услышал, как она вошла. – Что ты сделала? – Нашла кое-какие травы и… – Что? Ты оставляла его одного? – Нужно помочь его телу справиться с лихорадкой, – твердо ответила Мэгги, выкладывая продукты из бумажных пакетов. – У него нет лихорадки. – Будет. Скоро. Крис хотел возразить, но замолчал. Что он вообще знал о пулевых ранениях? Может, нужно быть благодарным Мэгги, что она оказалась здесь. – Держи, – она подошла и протянула чашку с темным отваром. – Это те же травы, что я наложила на рану. Попробуй влить в него несколько глотков. Крис кивнул и взял отвар. С подозрением понюхал содержимое. Пахло травой. Он пригубил напиток и сморщился – от горечи сводило скулы. – Это ему поможет, – тихо сказала Мэгги. Крис понадеялся, что так оно и будет. Присел рядом с Заком, приподнял его голову и попытался влить в него немного жидкости. Отвар темной струйкой побежал по подбородку, но Крису показалось, что внутрь тоже попало, хоть немного. И он продолжил, влив с полчашки, хотя часть из этого все же вытекла, намочив импровизированную подушку из свернутого одеяла. Мэгги занималась продуктами. Отыскала глубокую миску и, налив воды, поставила на печку – кастрюль здесь не водилось. Крис присел у кровати на пол и наблюдал за Мэгги. Она нарезала мясо крупными кусками и бросила в кипящую воду, затем занялась картошкой. Крис разглядывал ее темные руки, контрастирующие со светлой тканью ее платья. Закатанные выше локтя рукава открывали предплечье и широкие запястья. Пальцы крепко сжимали нож привычным движением. С одной стороны он был рад, что девушка здесь, потому что ни готовить он не умел, и не смог бы приготовить травы, в которых совершенно не разбирался, да и отыскать их, если на то пошло. А с другой – хотелось, чтоб ее здесь не было, чтобы… Крис провел ладонью по лицу и поднялся. Напряжение не покидало с того момента, как его посреди ночи разбудила Мэгги. Нужно чем-нибудь себя занять, иначе и сойти с ума недолго. Он стремительно вышел на улицу. Ветер холодом обдал спину, но за теплой одеждой Крис возвращаться не стал. Он обошел дом, отыскал под навесом топор. Поленница была почти под крышу заполнена, но колка дров – это то, что сейчас нужно. Вскоре Крис сбросил и промокшую рубашку, оставшись только в штанах. Монотонные взмахи топором отвлекали. Поставить полено, рубануть, затем снова и снова. Он складывал только что наколотые дрова к старым, когда Мэгги окликнула его. Крис развернулся и почувствовал, что злость и напряжение вовсе не улеглись. Любое ее слово или движение казалась подходящим поводом сорвать свою злость. Он толкнул ее на дрова, несколько поленьев со стуком осыпались на землю. Что он собирался сделать? Выполнить свою угрозу и все же придушить? Но с мыслью "Что же он в тебе нашел?" развернул Мэгги спиной к себе и задрал ее юбку. Может, ему тоже полегчает, когда он вставит ей? Мэгги не сопротивлялась, пока он стаскивал с нее белье, а потом возился со своими штанами. Может, чувствовала свою вину и принимала происходящее как наказание. Эта мысль не остудила, наоборот только подстегнула. Возбуждение было неправильным, злым и отчаянным, но оно было, и Крис не сопротивлялся ему. Мэгги напряглась, когда он направлял себя, но даже не двинулась. И Крис двигался резко, доводя себя до исступления. Он кончил быстро, ощутив лишь слабое облегчение. Затем отодвинулся и поправил свою одежду. Мэгги одернула платье и поднялась. – Тебе нужно поесть, – тихо проговорила она и ушла. Крис прислонился к стене и пошарил в карманах на предмет сигарет. Вытащил смятую пачку и спички, закурил. И чем он теперь лучше ублюдочного Бена? Ничем. В дом ему пришлось вернуться, потому что взмокшее тело быстро остудил по осеннему холодный ветер и загнал в тепло. Мэгги глянула на него, и во взгляде не было злости, от этого Крису стало еще хуже. Она протянула ему миску с едой и ложку. Похоже на какой-то густой суп. Крис кивнул и опустился на пол возле печки. Есть и правда хотелось. А потом он уснул прямо на полу, даже не заметив, когда его сморил сон. Проснулся Крис от слабых стонов. Он вскочил и тут же очутился рядом с кроватью. Заку стало хуже. Он метался, его кожа была мокрой и горячей. Мэгги стояла рядом и обтирала его мокрым полотенцем, пыталась удержать его руки подальше от ран, чтобы он не повредил их. Крис отобрал у нее полотенце и занялся Заком сам. Мэгги устало села и прикрыла глаза. Следующие сутки Заку лучше не становилось. Он горел, метался, стонал, иногда что-то бормотал. Крис и Мэгги по очереди сидели около него, бесконечно обтирая холодным полотенцем и удерживая в одном положении. И в итоге Зак успокоился. Жар начал спадать, по крайней мере, уже не казалось, что он сгорает изнутри. Мэгги сменила ему повязку, наложила свежую травяную кашицу. Напоила отваром, насколько это получалось. Им оставалось только ждать. Они с Мэгги почти не разговаривали. Та все время находила себе занятие: готовила, убиралась, выстирала их одежду, растирала сухие травы и кусочки травы для очередной перевязки Зака. Даже отыскала неподалеку старую ржавую, но целую ванную и Крис помог втащить ее в дом. И появилась возможность вымыться. Крис уходил, чтобы дать девушке возможность уединиться. Он даже сделал импровизированную ширму, отгородив кровать от остальной части комнаты, повесив одеяло на веревке. Крис спал на полу рядом с кроватью, а Мэгги возле печки. Зак пришел в себя на четвертый день. Крис как раз вошел с улицы с охапкой дров для печки, как встретился с ним взглядом. Зак слабо улыбнулся, и Крис почувствовал как напряжение теперь окончательно его отпустило. Мэгги как раз в очередной раз меняла ему повязку. Она тоже улыбалась. – Где мы? – спросил Зак хриплым голосом. – Недалеко от Эванстона, – ответил Крис. Зак прикрыл глаза. Он все еще выглядел болезненным – обострились черты лица, губы пересохли и потрескались, волосы слиплись от пота и торчали в разные стороны, щетина почти превратилась в полноценную бороду. Но он пришел в себя, и это главное. В последующие дни Зак много спал, много ел и мало разговаривал. Крис не знал, куда себя деть. Когда Зак был в бреду, он мог сидеть рядом, помогать или просто смотреть на него. А теперь… Отношения с Мэгги стали более напряженными, хотя, казалось, за последние дни они вроде как притерлись друг к другу, но оба чувствовали себя не в своей тарелке. Почему так ощущала себя сама Мэгги, Крис не знал, думал, что из-за произошедшего возле поленницы. Ему было стыдно за свой поступок, но он даже не подумал извиниться. Ему хотелось, чтобы она просто ушла. Возможно, этого хотелось и Мэгги – чтобы ушел Крис. Но не он мог ей сказать об этом, взять и просто прогнать, и она не заикалась. Они здесь были ради Зака, и приходилось просто терпеть присутствие друг друга. В один из дней Крис стоял возле дерева неподалеку, курил и смотрел в ночное небо. Холод пробирал до костей, но он упорно оставался на улице и старался не думать, что Мэгги там, наедине с Заком. Может ему и правда стоит оставить их вдвоем и просто уехать? А потом разозлился на себя. Черта с два он это сделает. Он быстро вернулся в дом, резко открыв дверь. Мэгги сидела возле печки и вздрогнула, когда Крис буквально ворвался в комнату. А Зак лежал с закрытыми глазами. Крису стало стыдно за то, что он ведет себя так странно. Мэгги тут же поднялась, взяла пустое ведро и вышла. – Крис, – вдруг позвал Зак. – Что с моим баром? Он чуть подтянулся вверх, поморщился и откинулся на спинку кровати. Крис даже удивился, что это не было самым первым вопросом, когда он только пришел в себя. – Сгорел, – Крис присел на кровать. – Бен, – Зак сжал кулаки. – Я его убью. – Если ты к нему сунешься, то живым не уйдешь. – Значит, я должен просто спустить ему все? Свой бар, то, что сейчас валяюсь в какой-то дыре, Мэгги. – Не похоже, что она сильно расстроена своим положением. И она тебя сдала, – не удержался Крис. – Этот ублюдок ее избил и изнасиловал. Он так смаковал детали, рассказывая мне об этом, что хотелось эти слова вбить ему в глотку вместе с его гнилыми зубами. Крис отвернулся. А чем он сам лучше? Он тоже изнасиловал ее, и не важно, что она не сопротивлялась. – Так что там произошло? Мэгги мне не много рассказала. – Да нечего рассказывать. Бен заявился с копами и, ухмыляясь, направился вниз. Мэгги объявилась чуть раньше, избитая, но не сказала, что случилось. А когда ворвался этот ублюдок, то я все понял. Она не виновата, Крис. Она просто женщина. Крис хотел бы быть таким же понимающим. И он вполне согласен был с тем, что женщинам надо помогать, его правильно воспитывали. Но именно к Мэгги он не мог испытывать сколь-нибудь добрые чувства. – Я понял, – отрезал Крис и дернулся подняться. – Ни хрена ты не понял, – Зак схватил его за предплечье. Крис посмотрел на него и сглотнул. – Зачем ты снова это делаешь? – Что? – Крис быстро облизал губы. В том месте, где Зак крепко его держал, кожа начала гореть. – Сбегаешь. – Я не… – он замолчал. Потому что действительно хотелось сбежать и избавиться от этого прикосновения. Хотя что в нем такого страшного? Зак просто держит его за запястье и буравит своими темными глазами. – Отпусти. И Крис не сразу понял, что Зак уже разжал пальцы, а ощущение прикосновения осталось. – От меня, наверное, несет как от свиньи, – улыбаясь проговорил Зак, пытаясь разрядить обстановку, потому что напряжение становилось все ощутимее. – Да, воняешь ты порядочно, – с облегчением усмехнулся Крис и поднялся. – Поможешь мне? – С чем? – Ну, с ванной. – Ага. Крис рад, что было чем занять руки. Он подтащил ванну поближе к печке. Дверь распахнулась, впуская холод. На пороге появилась Мэгги с полным ведром воды. Крис забрал его и водрузил на печку. Когда вода была готова, Крис положил на стол мыло, полотенце и свежую одежду. Затем помог Заку добраться до ванны. – Сам справишься? – спросила Мэгги. Она стояла в стороне и не знала что делать. – Ага, – кивнул Зак. Крис вышел из дома следом за Мэгги. Он рад, что она тоже не осталась, хотя эта мысль была по-детски глупой. Заку может потребоваться помощь, а он остался там один. Мэгги некоторое время помялась, оглядываясь на входную дверь, а потом медленно побрела в сторону леса. Крис вздохнул. – Не уходи далеко, темнеет уже. Она обернулась и кивнула. Крис присел возле поленницы. Он здесь, рядом с домом, услышит, если Зак позовет. Крис закурил и плотнее закутался в пальто. Снова посетила мысль, что, может, стоило вернуться домой? Хотя эта хибара на отшибе ему даже нравилась. Вернее ему нравилось находиться здесь с Заком. Если бы еще Мэгги ушла. И что тогда? Будто это могло что-то изменить. Легче не станет, Крис был уверен. Он будет снова и снова остро чувствовать присутствие Зака. Почему-то там, в Чикаго, все было проще, хотя именно тогда так не казалось. А здесь они заперты в одной комнате, а Крис никак не мог привыкнуть, что Зак постоянно перед глазами. И все чувства обострялись, хотя это может быть из-за того, что он волновался о здоровье друга. Да, все верно. Но теперь все придет в норму. Волнения позади, Зак идет на поправку, жизнь налаживается. Что-то загрохотало, и Крис тут же бросился в дом. – Эй, что случилось? – Зак удивленно уставился на ворвавшегося Криса, тут же смутившегося. Зак просто уронил ведро, и оно покатилось по полу. Крис поднял его и поставил, стараясь не пялиться на голого Зака. Тот уже вылез из ванны и вытирался полотенцем. – Как твоя рана? – Наверное, повязку надо сменить. Крис кивнул и отвернулся, сбросил пальто. Мэгги приготовила травы и ткань для перевязки, поэтому он просто взял все и направился к Заку. Тот уже натянул штаны и сел на кровать, принялся снимать намокшую повязку. – Выглядит все не так уж и плохо, – Зак осматривал начавшие заживать раны. – Девочки будут в восторге от твоих шрамов, – неуклюже пошутил Крис и принялся обрабатывать рану. Снова наложил травяную кашицу и обернул тканью. Пришлось наклониться слишком близко, это делать было проще, когда Зак был без сознания. А теперь почему-то слишком неловко, ведь он практически обнимал поднявшего руки Зака, чтобы было удобнее накладывать повязку. А потом его руки опустились Крису на плечи. Крис поднял глаза. Он не хотел смотреть на чуть приоткрытые губы Зака, на его влажную кожу и мокрые волосы, с которых стекала вода. И он не хотел ощущать горячие ладони на своих плечах. И он совсем не хотел ощущать его дыхание на своей коже. Но Крис даже с места не двинулся. Руки Криса все еще лежали поверх повязки, лишь большие пальцы касались обнаженной кожи. А потом Крису показалось, что он ослеп, хотя он просто зажмурился и чуть качнулся вперед. А Зак тут же притянул его к себе, запустил пальцы в волосы, притягивая к себе. Крис застонал, когда они столкнулись губами. Зак тут же углубил поцелуй, скользнул языком глубоко в рот. Крис отвечал, все еще не веря, что это происходит на самом деле. Щетина царапалась и кололась, и это был самый странный в жизни Криса поцелуй. А потом они услышали стук двери и одновременно посмотрели на застывшую на пороге Мэгги. На краткий миг Крису стало неловко, а потом кольнуло неуместным злорадством и следом – раскаянием. Он поднялся и вышел. Ему срочно был нужен свежий воздух. Когда он прикуривал, то руки тряслись как с похмелья. Постоянно стучала входная дверь, то открываясь, то закрываясь – Мэгги выносила воду из ванны. Она ничего не сказала, но стала свидетелем того, чего ей точно не следовало видеть. Будь это кто-то другой, а не Мэгги, то могли и пристрелить за подобное проявление отношений. Но не перед Мэгги ему оправдываться. Последующие дни все они делали вид, что ничего не произошло. Зак уже выходил на улицу, стоял подолгу, щурясь от солнечного света и курил. Крис часто ловил на себе его горящий жадный взгляд, слишком откровенный. Не хотелось задумываться о его значении, но Крис не мог себя остановить. Он изводил себя рубкой дров, но этого было мало, и испытывал небольшое облегчение от быстрой дрочки за поленницей, вздрагивая от каждого звука. А однажды не услышал. Зак подошел неслышно, Крис его не заметил, но почувствовал, когда к спине плотно прижались. Зак не сказал ни слова, а Крис даже не обернулся, лишь вздрогнул, когда чужая рука оттолкнула его собственную и перехватила возбужденный член. Он кончил после нескольких движений, сжав зубы и кулаки до боли. Зак просто ушел и Крис был ему благодарен за это, потому что требовалось немного времени, чтобы прямо посмотреть в глаза. А сейчас на это он был неспособен. Крис не знал, что будет дальше. Конечно же, ему пришлось вернуться в дом. И оказалось, что смотреть в глаза Заку не так уж и неловко. Он слегка улыбался, сбривая многодневную щетину, и от этой полуулыбки становилось теплее. Мэгги бросала на них взгляды, не поддающиеся расшифровке. Крису было ее жаль, но она по-прежнему его раздражала. И мешала. А может, наоборот служила сдерживающей преградой. Она занималась какими-то своими делами, отвечала односложно и старалась быть тихой и незаметной.