АНА Чимин

Проходит ещё полторы недели. Чимин в универе, Чонгук на работе. Старший работает в офисе, на высокой должности. Он гордится тем, что в свои двадцать пять лет, он имеет свой бизнес, хоть и маленький, но для начала и так нормально, свою квартиру, которую сам оплачивает, также он имеет машину, которую через пару лет хочет поменять на более дорогую, и у него есть любящий парень, который всегда поддержит его, в любой момент. Не хватает теперь либо ребёнка, либо котёнка. Раздаётся звонок, и на экране светится неизвестный номер, Чонгук не долго думая, принимает звонок. — да, здравствуйте…да, это я…ч-что?.. в какой он больнице?. Хорошо, я сейчас же выезжаю. Руки дрожат, сердце колотится, что могло произойти с его рыжим малышом? Чонгук садится за руль, сильно вдавливаяет педаль газа. Он не замечает машин, которые ему сигналят, останавливается только на светофорах чтобы не встрять ещё и в криминалку. Он едет на обгон, наверное, с самим собой. Приезжает минут за пятнадцать, выбегает с машины ставя её на сигнализацию и быстрым шагом направляется внутрь. Молодая девушка стоит за длинной стойкой и читает какие-то бумаги. Но сейчас Чонгука это не волновало от слова совсем. — здравствуйте. — он подбегает так быстро и неожиданно что девушка пугается и роняет на пол бумаги. — о мой бог, вы меня напугали. — она хватается за грудь, но быстро соображает кто она и собирается с мыслями. — Пак Чимин. Мне нужен Пак Чимин, в какой он палате? — сейчас посмотрю. Палата №432. — спасибо. — бросает Чонгук, когда уже убежал. Лифт нету смысла вызывать, длинные ноги Чонгука добегут быстрее чем эта машина сначала спустится к нему, а потом ещё и на четвёртый этаж поднимется. Он останавливается возле палаты, осматривает никого ли рядом нет, выравнивает дыхание, трижды стучится в дверь и оккуратно открывает её. — Чимин. — Чонгуки. — что произошло? — он подходит к кровати, садясь рядом и берёт парня за руку, давая понять что он здесь и можно не боятся. — он упал в обморок когда был в университете, истощение. Он вероятнее всего голодал, и его вес близок к минимальному для него, поэтому организм начал давать сигнал тревоги. — объясняет доктор, при этом записывает что-то у себя на бумаге. — но как так? Чимини, я же следил за твоим питанием. Он каждое утро завтракал под моим наблюдением, я готовил ему обед в универ, мы ужинали в конце концов вместе. Как так? — молодой человек, такие люди способны на всё, от слабительных, до вызывания рвоты. Вы не можете уследить за ним 24/7. — вы правы. — видно как настроение ухудшилось, но Чонгуку сейчас не до этого. Сейчас самое главное, чтобы Чимин как можно скорее выздоровел. И теперь то Чонгук сделает всё что в его силах, лишь бы никогда не оставить Чимина. — Чонгук, прости меня. — глаза Чимина покраснели и наполнились влагой. Чонгук погладил его щеку и обратился к доктору. — что нам теперь нужно делать? Мы сможем сегодня поехать домой? — вообще, я не думал отпускать его так рано, но если вы будете очень хорошо за ним присматривать то я подумаю. — обещаю. — Чонгук смотрит умоляющим взглядом, ведь он знает как сильно Чимин ненавидит больницы. — хорошо — хорошо. Значит смотрите, пока-что постельный режим, для начала можете давать ему супы, так как после рвоты могут быть плохие последствия. Потом можно употреблять всё, в меру разумного. То есть вредной пищи по типу чипсов, колы, фастфуда нельзя. Через неделю — полторы нужно обязательно делать упражнения. Не допускать к туалету после еды, да и вообще, лучше ходите с ним в туалет. Справку от освобождения в университете вам выдадут тогда, когда закончите лечение, куратора мы предупредили уже. Всего хорошего вам. — спасибо большое доктор. — дверь закрывается и Чонгук выдыхает. Как он мог не подумать о том, что Чимин просто напросто мог выблёвывать еду? Чонгук так старался для Чимина, а тот втихаря от него делал хуже только себе. — Чонгуки... — значит так. — Чонгук перебивает младшего строгим голосом, и потирает виски. — сейчас, я звоню на работу и говорю чтобы мне дали отпуск, потом мы едем домой и лечимся, Чимин, лечимся. — последнее слово он сказал по слогам, смотря Чимину в глаза. — я понял, помоги мне встать пожалуйста, у меня сильно болит голова. — Чонгук конечно же поднял Чимина и помог ему одеться. Они вышли в коридор, там их встретила молодая девушка, та, которую так напугал Чонгук, она отдала им листочек с названиями лекарств и витамин, сказав что доктор забыл об этом сказать. Они поблагодарили и спустились к машине. — Чонгук, прости меня пожалуйста. — они ехали в полной тишине и Чимин решил первым пойти на контакт. Тем более ему есть что сказать. — я жалею что не послушал тебя тогда, но я не мог, я правда не мог остановится. — Чимин видит как руки Чонгука сжимают руль до побеления костяшек, но решает продолжить. — я думал что... Я комплексую по поводу своих больших бёдер, толстых пальцев, пухлых щек. Меня настолько бесило то, что я не могу от них избавится, что я решил голодать, ведь многим это помогало, пропадали щеки, уменьшались бёдра, за пальцы вот не знаю. — он вздыхает и добавляет тише. — я хотел совершенствоваться ради тебя, я боялся что ты можешь меня разлюбить если я потолстею. Но виновен в этом полностью я, не беспокойся. — замолчи. Я прошу тебя, заткнись сейчас же! — Чонгук злой, он безумно злой и даже немного разочарован во младшем. Он включает аварийку и стаёт на обочину дороги, но не глушит машину. — Чимин! Какой же ты дурак. — Чон зарывается пальцами в свои волосы силой из оттягивая, но слышит громкий всхлип справа. Он выходит из машины дабы не наговорить лишнего, в голове столько всяких мыслей. А самая главная что Чимин буквально чуть не убил себя из-за Чонгука. Он подышал свежим воздухом всего минуту и зашёл обратно в машину. Чимин вытер слёзы со щек, но взгляда не поднимал. Чонгук понимает, что Чимину сейчас не лучше него самого, ему намного хуже, поэтому Чон берёт себя в руки. — Чимини, я тебе хоть раз говорил, что люблю худых и костлявых мальчиков? Или может быть я тебе говорил что ненавижу жир на бёдрах, или может большие щеки? — он говорит это спокойно и смотрит на Чимина, то мотает головой в отрицательном жесте. — воот, так с чего ты взял что я брошу тебя, если ты поправишься? — Чимин немного пожимает плечами и сутулится. — оххх… посмотри на меня, слышишь? — Чонгук кладёт руку на худое колено и поднимается немного выше. Чимин нерешительно поднимает взгляд, хоть и хочет его отвести. — когда я тебя только увидел, больше всего мне запомнились твои щечки, такие пухленькие, как твои губы. Первая мысль у меня была что ты похож на утёнка. Милого, маленького утёнка. Я всегда любил щипать тебя за щечки, ты это знаешь. — Чимин издаёт смешок и немного краснеет от смущения. — дальше твои пальчики. Самые милые пальчики, ты знаешь кто мой фаворит из них, твой мизинчик. Помнишь. Как мы гуляли по берегу моря, держась мизинчиками? Я никогда не забуду как ты тогда упал попой прям в воду, но я продолжал держать тебя за мизинчик. — Чонгук оттопыривает мизинчик и берёт им мизинчик Чимина. Второй смеётся ещё сильнее, вспоминая тот момент и в груди разливается тепло. — и наконец третье, самая сексуальная часть тела это твои бёдра. Я тебе часто запрещал носить дома шорты и штаны, чтобы я мог любоваться на твои прекрасные бёдра. Но Чимин, то, что находится внутри тебя, имеет намного большой смысл чем то что снаружи. Для меня ты всегда будешь моим малышом, маленьким Чимином. И в дальнейшем любимым мужем. — Чонгук заметил как поменялось выражение лица Чимина и внутри надеется что смог достучатся, а если нет, то сделает всё возможное для этого. — я хотел сделать это позже, но раз выпал такой шанс. — он копошится в подлокотнику между сиденьями и достаёт оттуда красную бархатную коробочку. Чимин не дышит. Он реально перестал дышать на моменте, когда увидел красную маленькую коробочку. Пять слов, двадцать три буквы, но такой большой смысл вложен в эти слова. — Чимин, ты станешь моим мужем? И конечно же Чимин сказал да, они шли к этому четыре года. Сквозь все ссоры и недопонимания. — конечно, Чонгуки. С глаз полились слёзы радости. Чимин будто сквозь туман помнит как Чонгук надевает на безымянный палец золотое кольцо с небольшим бриллиантиком, а по бокам гравировкой написаны их имена. Чимин заходится новой волной слёз но тянется к Чонгуку за поцелуем. Пусть поцелуй солёный от слёз походу уже не только Чимина, но они теперь главное то, что они вместе навсегда. До конца.

***

Прошло две недели. После того случая, они всё хорошо обсудили, сидя на кухне и вместе кушая суп, который Чонгук приготовил сам, впервые. Но Чимину понравилось, да и Чон признал что вышло не плохо. На весах был привес в три килограмма, что было хорошим результатом как для начала. Чимину сложно понимать что то, к чему он так упорно стремился — рушится, но рядом Чонгук, который поддерживает и объясняет что так будет лучше, что Чимин в безопасности, и тот верит, потому что любит. Субботнее утро, солнышко светит, несмотря на то, что за окном уже середина осени и довольно прохладно. Вылазить с тёплой постели совсем не хочется, тем более когда рядом с тобой лежит твой парень, даже будущий муж. Чимин подлазит ещё ближе к Чонгуку, целует много раз в губы и не только, а потом ложится спать дальше. Чонгук пытается не засмеятся в голос, но лёгкой улыбки не скрывает. Хорошо что Чимин не видит. В дверь звонят, и Чонгук лениво открывает глаза чтобы посмотреть на время. 8:32. Чонгук вовсе и забыл что ждёт кое-кого. Он аккуратно встаёт с кровати, надеясь что Чимин сейчас не проснётся. Мысленно радуется и бежит открывать дверь. — здравствуйте. — здравствуйте, вы Чон Чонгук? — да это я. — тогда это для вас, хорошего вам дня. — Чонгук берёт в руки коробку с дырочками, он знает что там находится, а точнее кто, и букет с гипсофилами. Чимин их обожает. Благодарит курьера за доставку и просит закрыть дверь, так как обе руки заняты. Он медленно подходит к кровати напевая заветную песенку. — С Днём Рождения тебя! С Днём Рождения тебя! С Днём Рождения Чимини! С Днём Рождения тебя! Просыпайся. Чимин каким-то образом оказался на Чонгуковой стороне кровати, закутанный с головой в одеяло. Из-под одеяла послышалось мычание, затем показалась рыжая макушка, а потом сонные глазки. — вставай, у меня для тебя есть сюрприз. — хихикает Чонгук и садится на кровать, рядом с Чимином. — это тебе, малыш. Я очень сильно тебя люблю. — он протягивает сначала букет и замечает как загорелись глазки его парня. А потом вручает коробку, и Чимин почувствовал там копошение, немного испугался. — Чонгуки, я боюсь это открывать. — сонным, немного охрипшим голосом говорит Чимин. — давай вместе? Раз... два...три... Чимин открывает глаза и видит в коробке маленького, пушистого, рыжего котёнка. — Чонгук, как ты догадался? Я так хотел котёнка. — Чимин нежно берёт рыжое чудо на руки и кладёт себе на грудь. Котёнок начитает урчать и Чимин целует его в макушку. — спасибо тебе огромное, я тебя так люблю. — и я тебя люблю, малыш. Ты мой лучик, который светит мне путь в будущее. Чимин ставит котёнка на кровать, а сам падает в объятия Чонгуку, целует нежно, с благодарностью за всё. За счастливые дни, за поддержку, за взаимную любовь и за то что он у него есть. — как ты его назовёшь? — спрашивает Чонгук, пытаясь отодрать от своей футболки рыжий комок. — мне кажется Гарфилд ему подойдёт больше всего. — хаха, хорошо. И так, с сегодняшнего дня, с этой минуты, тебя зовут Гарик. — Чон поднимает котёнка как в мультфильме «Симба» и продолжает свою речь. — В тапки не срать, корм не рассыпать и по ночам не орать. Будь послушным, если не хочешь ночевать в подсобке. — шепчет Чонгук уже ему на ухо и отдаёт Чимину. — теперь ты полноценный член нашей семьи.