Толстый сборник

Игорь полагал, что в его жизни возможно всë. Потому что его жизнь — сука с юмором. Сначала не стало родителей, затем с людьми не клеилось. Разумовский, которым Гром искренне восхищался, чуть не тронулся кукушкой. Они с дядей Федей целую ночь план проговаривали и вместе с вернувшимся с войны Волковым нянькались с поехавшим миллиардером в течении нескольких месяцев. В итоге нашли хорошего психиатра, предварительно посадив доктора Рубинштейна. И Сергей вместе с альтер-эго начали по кусочкам склеивать рассудок. Конечно, сильно помогал Олег, находящийся с Разумовским двадцать четыре на семь. А вот Игорь постоянно на работу мотался, а в башне лишь ночевал, иногда и выходные проводил. В этот период Игорю казалось, что жизнь наконец-то наладилась. Юлька с Димкой притаскивали всякие вкусняшки и даже Птица потихоньку начал привыкать к шумному трио и прощать Олега за долгое отсутствие. Именно в этот тихий приятный период к ним в управление перевели опального Московского майора. То, что тот редкостная дикая тварь из дикого леса, стало понятно по громогласному приветствию: — Ну что, детки, папочка приехал вас всех построить. — Гром, ты слышал? — хохотнул Цветков. — Ты, стало быть, у нас мамочка. — Ага, а Разумовский добрый фей крëстный, — фыркнул Дима. — В яблочко, — согласился Костя. Ксюша Зайцева первой заметила суровый зырк от Московского майора и шепнула: — Шухер, ребят, оно движется на нас. — Срань господня, пойду поработаю, — так же тихо выдавил Цветков и быстро смылся. — Давно пора, — пробормотал Игорь и продолжил вчитываться в детали показаний подозреваемого. — Ты Гром? — Хазин шлëпнулся задницей на край стола и Игорю пришлось подвинуть кружку с остывшим чаем, чтобы не упала. — Что надо? — А чего так хмуро? Чë, народная икона, уже и подойти нельзя? Харя не трескается? Разумовского от Чумного Доктора спас, злодея убил, так сразу всë, теперь простых смертных в упор не видишь? — А надо-то тебе что? — Гром прервал словесный понос и посмотрел на майора максимально спокойно. — Тебя, дядь, в личное пользование. Дима Дубин подавился чаем и жестоко закашлялся. Ксюша постучала ему по спине и отдел вновь погрузился в любопытную тишину. Игорь посмотрел на Петю так скептично, что тот хохотнул. — Не боись, на твою задницу не покушаюсь. — Я так и понял. По какому делу нужен? — Скучный ты, — хмыкнул Хазин. — По делу, которое ведëшь, подозреваемый проходит. Речкин его фамилия, зовут Антон. Нужен мне очень. У его брата наркоты до жопы, только поймать никак не удавалось. Отдай нам его, дядь, а? Филипп Речкин за него много чего хорошего сделает. — Он подозревается в двойном убийстве — рыкнул Игорь, сжимая в руках папку с показаниями. — Так мне ж на время, только ради ловли на живца. Отдам я тебе твоего Речкина младшего, только не ершись. Ну? — Живым? — Я постараюсь, — быстро сориентировался Петя. — Если проебëшься, сам задницу подставишь, — буркнул Гром и нехотя передал файлы на Речкина. — Договорились, дядь. Надо ли говорить, что Хазин проебался и Антона Речкина кокнули на взятии Филипа Речкина? — Хазин! — рявкнул Игорь на всë управление, так что даже Фëдор Иванович подскочил в своëм кресле. — Готовь смазку, драть буду. — Что, прямо здесь? — совершенно не испуганно уточнил Петя, вальяжно развалившись за столом в своëм кабинете. — Я тебе говорил, что мне Речкин живым нужен был? — Не он это, — спокойно ответил Хазин и достал пару документов. Игорь забрал их из рук Пети и внимательно прочитал. — Сухорев, Константин Максимович,— озвучил Хазин. — Это он девчонок грохнул. Лучший друг Антона Речкина. — Как давно ты это выяснил? — насупился Гром. — Как давно ты трахался? — Что?! — Что? — невинно переспросил Петя. — Слушай, давай серьëзно? — Я очень серьëзно. Или ты со своим рыжим программистом трахаешься и его телохранителем? Так судя по виду они явно не справляются... — Скажи спасибо, что они тебя не слышат, — пробормотал Игорь, вспоминая, как Птица реагирует на любые шутки. — Пф, так что, ебëтесь? — Петь. — Ну интересно, правда, мне руки ноги сразу оторвут или ещë помучают? — У нас чисто дружеские отношения, — Гром не стал упоминать, как однажды застал Олега в позе раком под Птицей. — Секс дружбе не помеха, — не унимался Хазин. — Может мне самому тебя трахнуть, чтобы отстал? — задумчиво выдал Гром. Петя довольно оскалился. — Верно мыслишь, только мне лучше дать. — Серьëзно? — Проблемы? — Не дорос. — Охуел?! — разорался Хазин и Гром торопливо рванул прочь из кабинета начальника наркоконтроля. — Сюда иди, псина сутулая, нагибать буду!