I always thought I might be bad (Now I'm sure that it's true)

Стрелка настенных часов давно преодолела отметку в два часа ночи, но Техно до сих пор не спалось. Он стоял около длинного, на удивление покрывающего весь его рост, зеркала. По пояс голый, мужчина смотрел на себя через мутное от разводов воды отражение, мохнатая рука с бурого цвета когтями огладила грудь, заросшую и от того ещё более ярко-розовую, избегая припухшие соски, огладила твёрдый пресс и плоский живот, останавливаясь у кромки штанов, из которых слегка выглядывали лобковые волосы. Щёки Техно покрылись румянцем, он сжал губы в тонкую линию и посмотрел на слегка приоткрытую дверь. Сегодня был тот самый день, та самая ночь, когда он чувствовал, что Филза будет спать крепко. Не только ссора с Уилбуром, но и продуктивная тренировка с ним и Томми измотали Фила. Техно видел это, по слегка прикрытым глазам, по вздымающейся медленно груди, по его тихой просьбе сделать массаж. В голове всплыли картинки оголённых плеч и спины, Техно неровно вздохнул и нетерпеливо вышел в коридор. Лунный свет красиво лился на полы, создавая узоры квадратиков, по которым теперь медленно и слегка боязливо проходил мужчина. Комната Фила находилась на первом этаже, благо Техно, будучи проектировщиком их лестницы, отлично знал все скрипучие места. Пройдя гостиную и остановившись у тёмной дубовой двери, он сделал ещё пару вздохов, нежно нажал на ручку и проскользнул в комнату отца. *** В три часа ночи, конечно, не рассмотреть весь интерьер комнаты, но он в любом случае был довольно минималистичен. Несколько полочек с одеждой, ширма с яркими росписями веточек сакуры, стол из светлого дерева и узкая кровать, обод которой практически лежал на полу из-за низеньких ножек. В отличии от других комнат, здесь не было ни ковра, ни штор, только лёгкая тюль развевалась от приоткрытой форточки. Техно боязливо, но уже более уверенно пересёк комнату и остановился у кровати, смотря на Фила, что мирно спал на боку, растопырив во все стороны крылья. В их доме никогда не было защитных заклинаний против грабителей, Фил говорил, что магии вообще не доверяет и предпочитает оставлять дом на охрану волков. Их не одурачить, не усыпить заклятием так быстро, чтобы без единого шума, ведь лай они поднимают, когда кто-то ещё только за воротами. Поэтому Техно беспрепятственно мог зайти во всегда незапертую комнату отца. Что он вообще тут делал? Это будет намного сложнее объяснить... Младший опустился на колени перед кроватью и вытянул дрожащую руку, смахивая блондинистые пряди с чужого лица. Пусть Филу и было уже далеко за сорок, ни единой старческой морщинки не было видно на его лице, кожа была всё такой же гладкой, румянец здоровым, а губы пухлыми. Взгляд невольно задержался на них, слегка приоткрытых, из которых лилось слегка свистящее ночное дыхание. Техно закрыл глаза и наклонился совсем слегка. Никогда он не позволит себе прикоснуться к Филу таким образом, которым всегда грезил. Не сможет он уже отмыться от всей той грязи, но ещё хуже – он запачкает отца. Мужчина был для него всем, без него у Техно не было смысла жить, он не знал, кем бы стал, если бы рядом не было отца. И конечно, это не его вина, что в сердце Техно проникли эти нездоровые мысли, поэтому младший давил их, словно гнойные прыщи, сам же кривясь от собственной ничтожности. Но ничто не могло запретить ему мечтать и представлять. Вот и теперь, он наклонился совсем слегка, но в голове продолжил путь, наклонился сильнее. Его длинные волосы упали на плечи Фила, руки огладили лицо, он чувствовал мягкие и тёплые губы. В каждый из разов, когда Техно приходил в комнату отца, он любил представлять, как тот проснётся на полпути поцелуя, простонет непонимающе, но не будет ругаться или пытаться его убить. Он улыбнётся сквозь поцелуй и расслабленно закроет глаза, очертит ладонями спину сына и обхватит его за шею, притягивая ближе. Техно тогда завалится на него сверху и обхватит за талию, вжимаясь в чужой пах и постанывая тихо. А потом они сделают что-то очень-очень плохое, но очень-очень приятное, чего не захочется вспоминать утром. Но они вспомнят и объяснятся, и признаются, и будут долго целоваться, зная, что у них ещё тысяча ночей впереди. Техно сжал вместе бёдра и закусил губу, ему нужно уходить. Держась за обод одними пальцами, он открыл глаза и застыл: Филза лежал на спине, смотря прямо на него светящимися голубыми глазами. Отшатнувшись, младший подавил желание заорать, а только плюхнулся на задницу, чувствуя, как начинает знобить всё тело. Но внезапно Техно посмотрел на отца и понял, что ему просто показалось. Мужчина всё ещё лежит с закрытыми глазами, в той позе, в которой Фил лежал ещё когда его сын зашёл в комнату. Вставая максимально тихо, Техно пулей вылетел за дверь, не забыв её прикрыть. Пока он дошёл до своей комнаты, приступ паники немного поутих и Техно плюхнулся на свою кровать, накрываясь лёгким одеялом. В голове до сих пор стоял образ отца на кровати, волос, разбросанных по подушке, пухлых приоткрытых губ, померещившихся светящихся глаз, ночной рубашки, что едва закрывала грудь мужчины. Техно закусил губу и сжал в кулаке одной руки простынь, ослабляя второй шнуровку на штанах. – Папа, – прошептал младший, слегка выгибаясь. Только Луне он мог подарить свои фантазии. *** Проснувшись с первыми лучами солнца, Техно встал и поспешил в ванную. Обычно после походов к Филу и вытекающей из этого жёсткой дрочки, Техно сразу идёт в душ, а потом возвращается к месячному акту сублимации и воздержания. Странные вчерашние галлюцинации немного пошатнули его самообладание, поэтому последнее, о чём он тогда думал, был душ. Открыв дверь в коридор он сначала высунул голову, проверяя, не снуёт ли кто-нибудь в такую рань. Убедившись, что всё чисто, Техно спокойно вышел на задний двор, направляясь в баню. Пока мужчина набирал воду из колодца, в голову продолжала лезть одна навязчивая мысль. А что, если Фил и правда проснулся? Нет, бред, он бы не смог так быстро перелечь на бок, тем более в то же самое положение, как и был. Да и крылья его, большие и громоздкие, не дали бы сделать это за доли секунды. – Прекрати себя накручивать, – прошептал он самому себе, тут же слыша, как Голоса начинают наперебой отвечать ему. Техно, как обычно, попытался подавить их и просто пошёл обратно в баню. "А что, если бы Фил правда проснулся?" – спросил ехидно один из голосов, а другие тут же подхватили идею. За секунду его голова наполнилась тысячами предложений различной степени извращения. Господи, ну почему он не может быть нормальным? Ведь детство у него было абсолютно обычное, не считая, конечно, смерти матери. Он любил её, пусть она была ему не родной. Он так же искренне, как и Фил, плакал у её постели. Слова отца о том, что их мать "вернулась домой", в детстве не приносили успокоения, а только запутывали. Сейчас, конечно, Техно понимал, кем была его мать и что ей нужно было в определённый срок вернуться на небо навсегда. Но это не отменяло того факта, что он потерял дорогого ему человека. А потом всё шло своим чередом, он и его братья росли, тренировались и учились вместе под строгой, но справедливой эгидой отца. До девятнадцати лет Техно вообще не очень интересовался отношениями. Меч был его другом, а щит любовницей. Всё изменилось после того, как Уилбур и Томми ушли "искать приключения", а он остался один на один с отцом. В первые дни он думал, что ничего не изменится, тренировки были всё такими же изматывающими, еда безвкусной, а кровать холодной. Но через месяц он заметил разницу. Будучи совсем один, Фил направлял всё своё внимание на старшего сына. На тренировках они стали драться против друг друга, чего раньше никогда не было. Техно стал лучше понимать стиль боя отца, стараясь максимально его скопировать, из-за чего получал многочисленные подзатыльники. По вечерам Фил уже не гнал его к братьям, позволяя сесть в соседнее кресло и беседовать. Правда, старший не очень любил заводить с сыном серьёзные разговоры, называя любой аргумент Техно "сущим бредом". Поэтому чаще всего Техно читал что-то вслух, пока Фил лежал с закрытыми глазами и слушал. Именно в этот промежуток времени в первые несколько месяцев Техно чётко осознал, что он наедине с человеком, которого боготворил всю свою жизнь. Теперь мужчина пытался всеми силами заполучить признание, нежность и похвалу отца. В ход стали идти не только тренировки на износ, но и подарки, что Техно делал в кузнице неподалёку из найденного им золота. Серьги, кольца, браслеты, всё это он дарил не из тупого "уважения", он хотел видеть на лице Фила яркие эмоции, хотел знать, что отец дорожит им и зависит от него так же, как это делает Техно. Младший вытаскивал отца поужинать, не жалея заработанных денег, делал комплименты, ожидая комплимент в ответ, не отходил ни на шаг, ища повод помочь. В какой-то момент, видимо, Филза заметил странное поведение сына и ехидно сказал: – Прекрати вести себя как пиглин, у которого гон. Подавляй свои инстинкты, животное, я же подавляю. И мир вокруг Техно, кажется, разбился на миллион кусочков, что уже никаким клеем не склеить обратно. В ту ночь он лежал на мятых простынях и пялился в потолок, тяжело дышал и шептал, как умалишённый, что он не животное, он человек, что эти чувства подлинные, не вызванные гормонами. Ему было противно, хотелось вырвать сердце из груди, но несмотря на это, любовь к Филу была самым сильным чувством, что он испытывал и уже не мог просто избавиться от него. Поэтому он зарыл его глубоко в мозгу, возвращаясь только в подобные, как вчера, ночи. – Техно? – голос Уилбура и стук в деревянную дверь вывел старшего из мыслей. Оказывается, он выпал надолго и просто теперь сидел голый на скамейке перед тазиком с водой и с мылом в руках. – Да? – Техно встал и взял ковш, принявшись набирать в него воды и спешно мылить волосы. – Я просто увидел, как ты заходишь в баню. Всё окей, ты торчишь там уже минут двадцать? – Просто задумался. Что-то ещё? За дверью послышалась короткая тишина. – Эм, ты не против, если я зайду? Я тоже хотел помыться. – Конечно, дверь открыта. Техно услышал скрип двери, почувствовал ветерок сквозняка и поёжился. Высунув мокрую голову, он увидел, как Уилбур снимает рубашку, свободные штаны и берёт старый тазик, что они больше не используют, с верхней полки. Интересно, какие парни нравятся Филу? Может быть, ему нравится кто-то более худощавый и изящный, вроде Уилбура, а не огромные и мускулистые, как Техно? Это бы разбило его ещё сильнее. Уилбур встал у проёма и удивлённо вскинул бровь. Пройти ему мешал, конечно же, Техно, что стоял столбом и пялился чёрт знает куда. – Можно пройти? – Эм-м, да, конечно. – старший наконец отодвинулся и подошёл к собственному тазику, взял мыло и начал как можно быстрее мыться. Было неловко, хотелось не то что провалиться под землю, а исчезнуть, чтобы Уилбур не подумал о том, как он отупел за эти девять лет. У них с братом были достаточно близкие отношения. Схожесть характера помогала им сблизиться, а умение слушать – делиться проблемами. В уме старшего всплыло воспоминание, как Уилбур тихо рыдал рядом с ним, говоря, что уже не может терпеть каждодневные тренировки и деспотичного отца. Тогда Техно ничего не ответил, просто не знал и не умел поддерживать, несмотря на то, что ему тогда уже было девятнадцать. Вспоминая это сейчас, Техно понимает, что если бы такая ситуация произошла вновь, он бы всё равно стоял столбом, не зная, что делать. На секунду появляется желание признаться во всём брату, рассказать об этой проблеме, попросить помощи, но Техно отмахивается от этой идеи всеми силами. – Не хочешь потом позавтракать со мной? – спрашивает Уилбур, натираясь одной из своих любимых сизальных мочалок. Он обожал чувство, будто кожа сдирается заживо. – Мы приехали ещё два дня назад, но до сих пор так и не поговорили с глазу на глаз. Тем более, раз представилась удача мне проснуться так рано. – Хорошо, – ответил Техно, выливая на волосы ушат воды. – Ты почему, кстати, так рано проснулся? В такое время даже Фил ещё спит. Уилбур хихикнул и пожал плечами. – Томми начал сильно храпеть и не давал спать, я ушёл к себе, но уже не мог уснуть. Техно посмотрел на него и нахмурился. – Вы спали в одной кровати? – Просто засиделись допоздна разговаривая. Томми вырубился первым, а я следом. К этому моменту старший уже вышел из бани в сени, начал вытираться большим белым полотенцем. В голове крутились тысяча разных мыслей, а голоса, не давая Техно покоя, подхватывали каждую из них, насмешливо обсуждая. Техно натянул рубашку, нижнее бельё и штаны, сложил полотенце и убрал на одну из полок. Внезапно его спина почувствовала, как к ней прижимается чужая грудь, худощавые руки обхватили его талию, Уилбур прижал его к себе сильнее и положил подбородок на плечо, утыкаясь в чужую шею, покрытой слегка влажной шерстью. Руки Техно застыли на полпути от полки, он даже не услышал, как Уилбур вышел, оделся и подошёл к нему сзади. Несмотря на немного странное место и время, что брат выбрал для объятий, Техно смог всё же расслабиться. Плечи его опустились, он издал нервный вздох и накрыл ладони брата своими. – Тебе как будто пять лет, честное слово, – фыркнул старший, отлично ощущая, каким горячим было его лицо. – Даже такой, как я, не может не растаять после встречи с братом, которого не видел девять лет. – из-за того, что лицо Уилбура было зарыто в шерсть, голос его казался слегка приглушённым. Они постояли так ещё минуту, после чего Техно, который уже просто не мог выдержать чувство стыда, вырвался из чужих объятий и вышел из бани. – Пойдём, иначе я опоздаю на тренировку. Уилбур покачал головой, но покорно вышел следом. *** Дом встретил их приятным ощущением прохлады и слегка спёртого воздуха. Вокруг плотным слоем всё ещё лежала тишина, но Техно был уверен, что вот-вот начнут горланить первые петухи. Уилбур, уже отлично ориентируясь на кухне, поставил железный, окрашенный в белый, чайник с водой и небольшой заварник, в который то и дело лез ложкой, перемешивая бурые кусочки листиков. Техно сидел за столом и наблюдал за братом. Почему-то именно сейчас не хотелось путаться под ногами, пытаться посмотреть, не закипела ли вода в чайнике, или достать печенье. Было тихо и спокойно, им обоим не нужно было болтать без умолку, чтобы наслаждаться компанией друг друга. Иногда они всё же перекидывались секундными взглядами, улыбались, а затем Уилбур отворачивался, продолжая мазать тягучее желтоватое масло на тосты. Но, конечно же, в доме с четырьмя людьми покой даже в такое раннее утро не мог длиться долго. Громкий зевок пронзил коридор и в проёме показался Томми. Он медленно моргал и облизывал от утреннего сушняка губы, при этом перебирая на макушке спутанные патлы. На нём была вчерашняя одежда, которая состояла из сероватой от времени рубашки и неподпоясанных бордовых брюк. Посмотрев на Томми, Уилбур с удивлением понял, что тот на фоне братьев выглядел ужасно потрёпанно. Одежда Техно всегда была чистой и новой на вид, а Уилбур, несмотря на потрёпанность одежды, имел отличный вкус, что позволяло ему выглядеть, как сошедший со странички каталога одежды манекенщик. – А теперь мы можем увидеть енота в естественной среде обитания. – сказал Техно, явно пародируя детские книжки о животных. – На этой иллюстрации вы можете увидеть, как он учуял еду и спешно направился из берлоги наружу. Томми на это бровью не повёл, но для приличия показал средний палец. Старший даже удивился как-то, ожидал кучу матов и беспорядочные удары кулаками, но получил только это, даже обидно слегка. Видимо, действительно поздно легли. – Уилби, налей мне кружечку, – сонно пролепетал Томми и сел рядом с Техно, тут же разваливаясь вдоль плотной руки старшего и кладя голову тому на плечо. Техно не смел шевельнуться, лишь краем глаза замечая, как умиротворённо поднималась и опускалась грудь под тонкой тканью рубашки. Скоро на столе появилось три кружки, тарелка с тостами и корзинка печенья. Техно сидел на скамейке у стены и, несмотря на наличие двух стульев на другом конце стола, оказался зажатым между двумя своими братьями. Они то и дело норовили взять его за предплечье, погладить по ладони или легонько ударить в грудь. Возможно, для них это было обычным делом – касаться других, тем более такого близкого человека, как брат, легонько и проявлять заботу через физический контакт, но Техно казалось, что он рассыпается на кусочки. Он не понимал, куда смотреть или девать руки, поэтому максимум тянулся, чтобы достать печеньку и быстро отправить ту в рот.  Но кухонное спокойствие утра, конечно же, не могло длиться вечно. Из проёма, как и Томми полчаса назад, вышел Фил, плотно и с ворчанием потягиваясь. Он остановился, посмотрел на сыновей, что сидели на узенькой скамейке в кучку, но ничего не ответил и лишь хмуро прошёл дальше. Налив себе в кружку черноту кофе, старший отпил слегка и почувствовал раж удовлетворения от горького вкуса. – Не засиживайтесь слишком, – бросил Фил в сторону сыновей, – допью кофе и пойдём на улицу. – Эм, одна проблемка, Фил, – Уилбур ухмыльнулся, да так, что ехидностью за километр веяло, – мы собирались с Томми прогуляться по рынку, купить ему новой одежды и прочее. – Что? – Мы идём куда? Щёки Томми покрылись алыми от стыда пятнами. Он посмотрел вниз и, как назло, в поле зрения попалась маленькая дырочка на его рубашке. Да, они и правда не брали своей лучшей одежды, всё-таки место для багажа у них было очень ограничено. Но Фила это, похоже, совсем не волновало. Он сжал столешницу с силой, костяшки на пальцах побелели, а звук скрипевших зубов было слышно вполне отчётливо. – Почему я слышу об этом впервые? – А зачем нам говорить тебе? Мне больше не шестнадцать, да и у Томми уже давно молоко подсохло, не нужны нам ни твоя помощь, ни твоя защита. – Да ты, щенок, видно, и не помнишь, зачем пришёл. Вы, как позорные собаки, бежали, даже не попытавшись бороться. А к кому вы, поджав хвосты, прибежали за помощью? Правильно, ко мне. Теперь же, живя в моём доме, ты не хочешь подчиняться моим правилам. Двое прожигали друг друга взглядом около минуты и Фил, не выдержав, забрал свою уже остывшую кружку и вышел из кухни. – Делайте, что хотите, – крикнул напоследок старший и уже через секунду звуки его шагов затихли. Они продолжали сидеть в тишине, пока Томми всё же не поднял на Уилбура глаза, полные раздражения и непонимания. – Зачем ты это сделал?! Младший встал из-за стола и поравнялся с братом, который опирался о кухонный гарнитур поясницей. Сжав кулаки, Томми снова и снова прокручивал в голове прошлый вечер и то, как Уилбур смотрел ему в глаза и врал, врал бессовестно и совершенно не... не заботясь о нём. Неужели всё было именно так? Неужели Уилбур настолько его не уважал, что проигнорировал собственное обещание, что дал несколько часов назад? Сердце сжалось, из-за чего в груди нещадно заболело. Он не хотел никого видеть. Буквально два дня назад его переполняла радость от встречи с семьёй, но теперь казалось, что это была самая ужасная идея в его жизни. Казалось, что было бы лучше остаться около границ Л'менбурга и сдохнуть от голода, но с размытыми воспоминаниями счастливой жизни, что когда-то у него была. Не пришлось бы чувствовать, как его брат плюёт ему в лицо и, кажется, проходится по нему подошвой ботинка, оставляя грязные, смердящие следы, от которых потом ещё месяцами не будут сходить бурые царапины. В глазах защипало, Томми выбежал из кухни, входная дверь хлопнула, послышался лай собак. Уилбур опомнился только через пару мгновений и с абсолютно похоронным выражением лица отправился вслед за младшим. *** Тишина теперь не казалась Техно чем-то приятным и уютным, она давила со всех сторон. Он смотрел на своё отражение в остывшем чае и не понимал, как можно было такую радостную атмосферу между братьями превратить в обугленный кусок идеи, концепции того, что общество называло "семьёй". Техно не был тупым, у него были глаза и уши. Чёртовы вечера вместе, обещания на мизинчиках, походы в магазины. Взгляд Уилбура, пока он передавал Томми чашку чая, он отлично узнавал. Может быть, Уилбур ещё не осознаёт, что с ним происходит, но скоро он поймёт и уже будет зависеть только от него, заполучит он себе Томми или попытается скрыть далеко не родственные чувства. Попытается так же, как пытается Техно. Даже интересно, кто первый из них не выдержит. Резко встав, мужчина оставил всё на столе и вышел в коридор, сразу обращая свой взгляд на дверь у боковой стены. Она была приоткрыта. И Техно, что держался чёртовых 10 лет, внезапно будто пал на колени перед иконой, целуя её и вопрошая: "Когда эта пытка закончится?". Он на негнущихся ногах подошёл к самой двери и постучал. – Не сейчас, Техно, я занят. В другой ситуации мужчина бы просто ушёл, беспрекословно подчиняясь приказу отца, но сейчас обстоятельства играли ему на руку (может быть, как скоро он узнает об этом?). Он продолжал стоять у двери, гладя сосновую древесину кончиками пальцев. – Папа, пожалуйста, я понимаю, что сейчас ты никого не захочешь видеть, но позволь мне помочь. Прошу, хотя бы раз дай мне это сделать. Наступила пауза, а затем дверь слегка приоткрылась, из проёма показался Фил. Его волосы были всклокочены, а ладони покрывали свежие царапины, что продолжали ещё кровоточить. У Техно пересохло во рту. Комната была в полном хаосе, чего раньше его отец никогда не допускал. Филза сел прямо на пол перед грудой каких-то книг и спрятал лицо в ладонях. Он сидел спиной ко входу, а соответственно и к Техно, который подошёл ближе и теперь был в считанных сантиметрах от спины старшего. – Я не понимаю, Техно. Я же растил его, вас троих, как достойных людей. Так почему Уилбур вырос не мужиком, а тряпкой? Почему ты и Томми выродились нормальными? Губы Техно дрожали, он не знал, что сказать, и не понимал, как отец может говорить подобное о собственном сыне. Но, что хуже, он не видел в отце того, что был виноват. "Неблагодарные, убить их!" "КРОВИ, ХОТИМ КРОВИ РОДИЧЕЙ!" "Подойди ближе, ублажи свои желания." Голоса в голове бесновались, из-за чего он ещё сильнее не мог сконцентрироваться. В какой-то момент они превратились в белый шум, а всё происходящее вокруг начало казаться нереальным. А вдруг это на самом деле сон? – Ты мне очень напоминаешь её, – Техно слышал слова отца словно из вакуума. Он упал на колени, но не чувствовал боль, обхватил руками чужие плечи, прижался лицом к затылку. Со стороны это казалось обычным, но уютным объятием, и только Техно знал, что ещё чуть-чуть – и он проедется по острию ножа, по которому ходит. – Даже в последние месяцы на Земле она не отходила от меня. Готовила, убирала, охотилась на животных и врагов поблизости. Я ничего не делал, но был доволен жизнью домохозяина. Она говорила, что Ангелу следует сидеть и хранить спокойствие и светлый ум. Она обнимала меня каждый раз так же крепко, как и ты меня сейчас. Сынок... Одно слово. Одно слово, произнесённое тихо, почти шёпотом, схватило в свой большой кулак все ниточки самообладания в Техно и вырвала на корню. Он словно в бреду схватил воротник зеленого халата и спустил вниз, оголяя бледные, усыпанные шрамами плечи. Лицо аккуратно водило линии вниз-вверх, вправо-влево и через пару мгновений сухие пухлые губы прикоснулись к мягкой коже. Техно чувствовал, как спина отца покрылась мурашками, как он испустил тихий вздох, и пребывал от этого в полном экстазе. Руки дрожали, в глазах плыло. Он уверен, если когда-то попробует наркотики, то эффект будет не настолько сильный, как от Фила. Губы дрожали, продолжая осыпать поцелуями всё, до чего могли дотянуться. – Папа... – не своим голосом, слишком высоким и пронзительным, протянул Техно. – Папа, я делаю хорошо? Скажи, что я делаю хорошо. Господи, он звучал как избалованный ребёнок, с которым не поделились конфеткой. Может быть, отчасти он всё ещё являлся таковым. Но сейчас Техно нужно было только одно – внимание отца. "Целуй, целуй, целуй..." "Наконец-то" "Мы хотим его всего." Техно зажмурился и отшатнулся. Новая порция демонических голосов, кричащих наперебой, как ни странно, отрезвила его. Он прикрыл глаза так сильно, что чернота век поплыла серыми пятнами. Грубые руки схватили его запястья и повалили на пол. Неожиданная смена плоскостей заставила Техно распахнуть глаза и увидел перед собой лицо отца. Его глаза были словно одержимые, губы застыли в гримасе не то боли, не то злости. Одной рукой он умудрялся держать руки сына пригвождёнными к полу, а второй ловко разматывал пояс своего халата. И внезапно Техно почувствовал приступ тошноты. Это не то, чего он хотел. Он вообще этого не хочет! Конечно, он фантазировал о сексе с Филом, но это было не просто влечение. Он не животное и это не инстинкты. Последнее, чего сейчас хочет Техно – быть оттраханным невменяемым отцом. – Фил, прекрати! – Техно попытался вырваться, но внезапно вспомнил, насколько Фил иногда в раже сражения мог превосходить его по физической силе. – Не надо, это не ты! Ты бы этого не хотел. – Не указывай папе, что делать. Тебе будет хорошо, Техи, папа единственный, кто знает – что будет для тебя хорошо и как сделать тебе хорошо. Шёлк поплыл с туловища, оголяя грудь и подтянутый живот. Техно, не теряя ни секунды, смог высвободить ногу из-под бёдер отца и ударил того со всей силы в грудь. Фил отлетел в противоположную стену. Младший выбежал из комнаты чуть ли не на четырёх и сразу рванул ко входной двери. Лай собак, крик воронов и голоса, зазывающие его обратно, превратились в одно большое месиво, что, кажется, таило цель свести его с ума. Перед глазами мужчины мелькали только грозные сосновые деревья и странная белая сетка. *** Филу понадобилось полчаса, чтобы очухаться. Он лежал на полу, в синяках и царапинах и со стояком в штанах. – Блять, это полный пиздец, – прошипел Фил и зарылся пальцами в волосы, оттягивая так, что, кажется, смог вырвать пару клоков. Ещё час ему понадобился для того, чтобы поднять голову и по полной тишине в доме понять, что никого рядом с ним больше нет. Фил встал на ноги и побежал к двери, распахивая её ударом ноги. Дверь шарахнулась о деревянную стену и старший застыл, поднимая в небо шокированный взгляд. Впервые за пятнадцать лет сверху падал крупный, рассыпчатый снег.