Глава 5. Хогвартс
4 августа 2021 г., 08:14
— Гарри, а ты будешь писать нам? — Спрашивает Дадли с надеждой.
— Дадли, ты же знаешь, что он не сможет. Его письма могут перехватить.
— Не переживай! Крёстный обещал достать сквозные зеркала к Рождеству. Так что мы сможем видеть друг друга. Нужно только подождать! — Гарри потрепал брата по плечу.
— Готов? — спросил дядя Вернон, глядя в зеркало заднего вида.
— Да, думаю, пора.
Тётя развернулась и протянула мальчику руку, тот сжал её на миг и отпустил.
— Я буду скучать, Гарри. Мы все будем.
— Знаю, тётя. Я тоже буду.
Вернон и Гарри вышли из машины. Гарри опустил голову, и искоса глянул по сторонам, незаметно, как учили крёстный и Северус. Двое, один у стены, один на парковке. Что ж, вот вам маленькое шоу.
Дядя выгрузил тяжелый чемодан из багажника и скорчил мерзкую физиономию.
— Хах! Удачи, парень! Вон там девятая платформа, здесь — десятая. Очевидно, тебе нужна та, что между ними. Жаль, что её ещё не построили! — Дядя рассмеялся и сел обратно в машину. Опустив стекло, он злобно глянул на племянника. — Бывай!
Гарри двинулся по платформе, неловко оглядываясь по сторонам. В билете значилась платформа 9 и 3/4, и ему, как мальчику несведущему, стоило быть растерянным и неуверенным. И ничем не выдать того факта, что расположение платформы ему известно. Те, кого он ждал, вскоре появились.
— Платформа 9 и 3/4, это здесь. Каждый год одно и тоже! Мерлин, сколько же здесь маглов! — Рыжая полненькая ведьмочка всеми силами старалась привлечь внимание мальчика. Хотя багаж выдавал их с головой и без этих выкриков. Очевидно, Гарри считали не только забитым мальчиком-сироткой, но и довольно тупым.
— Простите, мэм, — вежливо обратился он к ведьме, — Вы не могли бы помочь? Я здесь впервые и не совсем… — Гарри стушевался и покраснел.
— О, конечно, мой мальчик! — Ей бы стоило сменить обращение, если не хочет показывать свою принадлежность к Дамблдору, — Всё очень просто: нужно пройти сквозь эту стену, и всё!
Спустя пару минут Гарри уже втаскивал в купе свой чемодан, наблюдая за семьёй рыжих. Мать, отчаянно натирая кончик носа младшего сына, что-то нашептывала ему. Гарри не сомневался, что в ближайшее время его купе перестанет быть одиноким. Интересно, кого директор выбрал ему в приятели?
И действительно, дверь купе отворилась, на пороге возник отчаянно краснеющий отпрыск толстушки.
— Можно? — Робко спросил он.
— Конечно! Здесь свободно!
— Я Рон. Рон Уизли, — протянул ладонь мальчик.
— А я Гарри. Можно просто Гарри.
— Погоди, — рыжий прищурился, вглядывась в лохматую челку, — ты Гарри… Поттер?
— Ну да, — спокойно, как можно спокойнее ответил мальчик.
— Ого! А это правда, ну… у тебя правда есть шрам?
Бог тактичности! Гарри мысленно закатил глаза, а на деле изобразил вежливое удивление.
— Да, а откуда ты знаешь? — Спросил он, убирая со лба челку и демонстрируя отметину.
— Все знают. Ты знаменит в мире магов. И твои родители тоже.
Грустное лицо. Родители — больная тема для сиротки.
— Я совсем их не помню.
— А его… ну, сам-знаешь…
— Воландеморта?
Рыжий вскрикивает и роняет свой свёрток с бутербродами.
— Прости… мне сказали, что его имя не любят произносить, но… я никак не привыкну. Я всего месяц как знаком с этим миром.
— Месяц? А до этого ты жил как обычный магл?
Гарри стушевался. Больше! Ещё больше тоски в голосе и смущения на лице.
— Мои дядя и тётя… они не любят всё волшебное. И меня, если честно, тоже не очень любят. Скорее, терпят, потому что обещали родителям приглядеть за мной. Я…
— Я понял. Давай не будем, если это неприятная тема.
Гарри обрадованно кивнул. В этот момент дверца купе отъехала, и пожилая ведьмочка с тележкой спросила, не желают ли они чего-нибудь. Изобразить восторг и счастье. Волшебные конфеты!
— Мы возьмем всё! — Гарри ловко достаёт золотые монетки из мешка. Что ж, не так уж много. Десять галлеонов, и у него появляется новый друг. А если применить кое-что, подаренное Северусом… Три капли сыворотки падают на шоколадный кекс, щёлкает затвор на двери, и Гарри снимает маску сиротки.
— Рад познакомиться, Рон. Подружиться со мной велела твоя мама?
— Да.
— А ей — профессор Дамблдор?
— Да.
— Ты должен следить за мной?
— Да.
— Ты сам этого хочешь?
— Нет.
Что ж, это хорошая и плохая новость одновременно. Гарри лениво развернул шоколадную лягушку и откусил кусочек. Как насмешка — в ней оказалась карточка с директором, лукаво подмигивающим из-за своих половинчатых очков.
— Ты давал какие-то клятвы, обеты или обещания? Подписывал что-либо? У тебя имеются какие-либо следящие артефакты или охранные амулеты?
— Нет. Но чемодан закрывала мама.
— Хорошо, — Гарри достал палочку и прошептал несколько формул, рассказанных Сириусом. Всё было чисто.
— Ты действительно хочешь подружиться?
— Не знаю. Наверное, да. Я хочу решать такие вопросы самостоятельно.
— Зелье скоро выветрится. Ешь сладости, я не большой их фанат.
— Спасибо. Так всё, что ты говорил до этого, было неправдой?
— Не совсем. Я и правда Гарри Поттер.
— Но в мире магии ты явно не новичок, — кивнул на палочку рыжий. — И палочка эта не твоя. Слишком старая для палочки первокурсника. Кроме того, зелье. У тебя есть покровитель в нашем мире, но ты не хочешь о нём говорить.
— А ты довольно умён.
— Мама считает, что я довольно глуп. И это мне на руку. Так что менять мнение семьи я не собираюсь.
— Думаю, мы сможем подружиться, — протянул Гарри руку ещё раз. Рон пожал ладонь.
Дверь купе снова отъехала.
— Вы не видели жабу? Мальчик по имени Невилл потерял свою жабу.
— Нет, — улыбнулся Гарри, отметив чуть заметную полуулыбку Рона. Маски Поттер умел менять моментально.
— Вы тоже первокурсники? Я Гермиона Грейнджер, — представилась девочка.
Гарри как можно незаметнее изучил её. Довольно высокая, худая, с пышной гривой волос. Передние зубы чуть заметно выдаются вперёд. На правой руке маленькие пятна от от чернил. Значит, тренировалась писать пером. На всё это ушло не больше пару секунд.
— Я Гарри.
— А я Рон.
— Гарри? Гарри Поттер?
Неужели больше никто не может носить этого простенького имени?
— Да, — смутился мальчик.
— Я читала о тебе! Очень жаль твоих родителей. А ты, Рон, из семьи волшебников?
— Да. Чистокровный.
— Здорово. А мои родители маглы. Вы уже читали учебники? Мне безумно хочется скорее попасть в школу. Думаю, мы приедем туда к ужину. Я прочла весь учебник по истории магии! И даже успела выучить кое-что из чар. Смотри!
Она вытащила палочку и направила ее в лицо Гарри. Инстинкты сработали мгновенно. Палочка взлетела вверх, Петрификус Тоталус сковал первокурсницу до того, как она закончила произносить заклинание. Рон молча встал и запер дверь.
— Не бойся, — глядя в наполненные ужасом глаза девочки, произнёс Гарри, — сейчас я тебя расколдую. Извини, я немного испугался твоего напора. Фините.
— Вижу, ты тоже зря не терял времени. Что ж, приятно видеть, — с достоинством произнесла девочка, но голос её дрожал. — К слову, я только хотела убрать грязь с твоей рубашки. «Тергео», знаешь такое?
— Да. Я… прости. Я правда не хотел тебя пугать.
— Ну, у тебя не вышло, — чуть нервно улыбнулась ведьмочка, поднимаясь на выход.
— Гермиона, — позвал Гарри, — ты же знаешь, что колдовать вне стен школы нельзя?
Девочка хитро улыбнулась.
— Знаю. Но мы ведь ещё не школьники. Технически.
Гарри и Рон переглянулись.
— Шоколадную лягушку? — протянул рыжий угощение новой приятельнице.
***
— Скажите, мистер Поттер, что я получу, если смешаю корень златоцветника и настойку полыни? Гарри мысленно дал верный ответ, зная, что Северус его прочтёт. — Не знаю, профессор. — Замечательно, Поттер. Очевидно, прочесть хотя бы первую главу учебника вы не удосужились. Где вы будете искать безоаровый камень? — Простите, сэр, я не знаю, — пролепетал Гарри, подсовывая очередной мысленный ответ. — Прекрасно. Хотя бы назвать разницу между волчьей отравой и клобуком монаха вы можете? Гарри едва не прыснул в кулак. Что за детские вопросы? — Нет, сэр. Но, кажется, Гермиона может ответить. Не хотите спросить ее? — Дерзите? Что ж, пять очков с Гриффиндора, Поттер. И задержитесь после урока, я назначу вам наказание. Гриффиндор дружно охнул, смотря на профессора с ненавистью. Слизеринцы радостно маслились. — Всем открыть тетради. Записываем! Если смешать корень златоцветника… Едва дверь за однокурсниками закрылась, Гарри небрежно, почти лениво наложил заглушающее заклятие. — И что, теперь мой факультет будет страдать всякий раз, когда нам нужно перекинуться парой слов? — Ерунда. Ваша Грейнджер заработает очки на первой минуте следующего занятия, — отмахнулся профессор. — Как первая неделя? — Неплохо. Все девочки жалеют бедного сиротку, парни мечтают подружиться. Но мне достаточно Рона и Гермионы. Что с Малфоями? Драко пытался со мной подружится, но довольно криво. — Очевидно, они пока в раздумьях. Ищут пути отхода для разных вариантов. Ты — один из путей. Но Драко не так прост. Парень не слишком увлечён всей этой ерундой и играет свою роль не слишком охотно. Что с Грейнджер? — Пока не ясно. Но её энтузиазм временами пугает. — Думал, на девочек тебя потянет чуть попозже, — криво ухмыльнулся Снейп. — Лучше болтать с такой зубрилкой, как она, чем с тупицами-амбалами, как у Малфоя. Уверен, Драко ужасно скучно с его шкафами. Даже мебель более развита. — Ясно. Всё, вон, Поттер. Явишься ко мне в кабинет в субботу, для отбывания наказания. Будешь вычёсывать блох одному псу, — добавил Снейп тихо. — Северус? — Чего? — Мне жаль, что я не на твоем факультете, — искренне сказал Гарри, спрыгивая с парты. Снейп закатил глаза, но на душе у него потеплело. Не смотря на то, что Гарри — сын Поттеров, Снейп для него значит многое. Настолько, что мальчик хотел бы оказаться на Слизерине. Сам Северус когда-то готов был отдать многое, чтобы иметь возможность сидеть за одним столом с Лили. И не важно, каких цветов будет тот стол. Март 1980 года. — Входи, Северус, — позвал тихий голос. — Вы хотели видеть меня, мой лорд? — Теперь ты можешь присутствовать на собраниях внутреннего круга. Не заставляй больше посылать за тобой, — голос тих, но угроза и предупреждение ощущается в самом воздухе. — Твоё место рядом с Ноттом. Северус занял место за круглым столом, стараясь сесть как можно бесшумнее. — Итак, благодаря нашему другу Северусу, нам стала известна весьма и весьма важная информация. Было произнесено пророчество, согласно которому грядёт тот, кто может пошатнуть наше положение. После поисков мы выбрали две наиболее подходящие кандидатуры. Из Мунго доложили, что в июле ожидается двое младенцев. У Лонгботтомов и у Поттеров. Ни один из младенцев не должен явится на свет. Возражения? Сидящие за столом молчали, склонив головы. Северусу казалось, что его сердце рухнуло вниз, за пределы организма. Он думал, лихорадочно соображал. Должно быть что-то, что заставит лорда передумать. Лили… она не может умереть. — Мой лорд… — язык казался деревянным, звуки давались с трудом. Срочно, выбросить из головы все мысли, кроме одной, — в пророчестве говорится, что ребёнок должен родиться. Вам не кажется, что, убив нерождённых младенцев, вы не выполните условий пророчества? И тогда нам придется ждать следующего июля. Не лучше ли дать детям появиться на свет, а уже потом избавиться от нужного? По рядам пожирателей пронесся шепоток. Дерзкий новичок имел наглость возразить плану господина. — Хватит, — голос Воландеморта был тих, но его услышали, и шёпот тут же смолк, — ты правда так считаешь, Северус? — Проникновение в сознание было искусным и немного болезненным, но пришлось терпеть. — Впрочем, вижу. Что ж. Пусть сопляки рождаются. У Лонгботтома чистокровная женщина, будет жаль избавиться от такой. — Мой лорд, — Северус опустил голову. — Внутренний круг свободны. Ближний — остаться. Заскрипели стулья, шорох мантий, лёгкий шёпот. Половина сидящих за столом покинула свои места. Северус прибавил шаг и скрылся в дверях своей лаборатории. Едва дверь за ним закрылась, он съехал вниз, оседая на пол. Лили. Лили…***
— Рад видеть тебя в добром здравии, Северус, — старик смотрит хищно, пронизывает насквозь своим взглядом. — Как поживает твой господин? Лукавить нет никакого смысла. Не перед тем, кто видел метку. Тем более, в этой игре всем известно о двойном дне. Тёмный лорд знает, что Северус отправился к Дамблдору. Знает об этом и сам Дамблдор. А сам Снейп что-то вроде воланчика между двумя ракетками — получает с обеих сторон корта. — Шлёт вам привет, — сухо отвечает зельевар, — а мне интересно, что вы хотите от меня. — Я заметил, что ты не новичок в окклюменции, мой мальчик. И хочу предложить тебе нечто весьма ценное за небольшую услугу. — Не ходите кругами, профессор. — Кажется, ты в раздумьях, мой мальчик. Тебе наверняка очень хочется спасти одну девушку. Снейп застыл. Конечно, Дамблдор в курсе, что Снейп рассказал о пророчестве. Но откуда он знает про Лили? — О, мой мальчик! Неужели ты думаешь, что старик не умеет сосчитать до трёх и сложить два и два? Кандидатов в будущие противники Воландеморта двое — сын Алисы и сын Лили. В голове звенела только одна мысль: «Сын. У неё будет сын от Поттера». — Я могу помочь тебе. Я могу сохранить им жизнь. При определённых условиях. — Им? — Лили, её сыну и мужу. Но взамен… — Что? — Снейп подался вперёд, вцепившись в подлокотники кресла. — Взамен ты станешь моим шпионом. Будешь приносить полезную информацию из лагеря врага. — Вы же понимаете, что меня убьют уже вечером, скажи я вам «да»? — Понимаю. Но ты — превосходный окклюмент. И своё «да» ты можешь преподнести по-своему. К примеру, ты скажешь, что я предложил тебе работу, и предложишь стать шпионом для лорда. Не волнуйся. Я позабочусь о том, чтобы тебе было, что доносить. — Какой в этом смысл? С тем же успехом вы можете обмениваться с Тёмным лордом совами, — процедил Снейп. — Для тебя смысл есть. Укрепишь положение в рядах своего господина. Спасёшь любимую женщину, получишь доступ к отличной лаборатории… — Я не могу на это пойти. Я буду предателем со всех сторон. — Но не предашь самого себя. Тебе не спасти Лили в одиночку. Лорд не позволит сохранить ей жизнь. — Это мы ещё посмотрим. Снейп стремительно покинул кабинет директора, стараясь не попадаться на глаза студентам и профессорам. Благо, ему были знакомы многие секретные ходы, способные сократить время пребывания на публике. Выход был, и он был очевиден. Он идёт в гости. К Поттерам.
