Чёрно-белые игры

      — ... Заносчивый, наглый, самовлюблённый болван, такой же, как его отец, — исходил ядом Снейп в кабинете директора.       — Ну, будет тебе, Северус. В мальчике ведь есть что-то от Лили, — снисходительно улыбался директор.       — Ничего. Я начинаю думать, что Поттер притащил в дом бастарда. Недоносок больше похож на плод его с Блэком любви, чем на сына Л...Лили, — споткнулся о имя подруги Снейп.       — Ты ошибаешься. Мальчик скромен и обаятелен, как она. К тому же, у него её глаза.       — Насмешка судьбы.       — Как твоё расследование? Удалось наладить контакт с Квиррелом?       — Не совсем. Кажется, он побаивается меня. В чём именно вы его подозреваете, директор?       — Я думаю, что профессор обрел весьма интересные связи этим летом. В частности, есть подозрения, что он подружился с кем-то из Дурмстранга, и хочет поделиться сведениями о нашей школе. Кроме того, переманить наиболее талантливых учеников. Ах, как некстати, что Николас попросил меня придержать у себя камень. Боюсь, такой артефакт станет искушением для вероломного Квиррела.       — В метке ощущается пульсация, профессор, — поделился Снейп, усаживаясь в кресло, — вы уверены, что Тёмн…       — Уверен. Да, Том непременно возродится, в этом нет сомнений. Но Квиррел здесь ни при чём.       — Фламелю было бы лучше оставить камень у себя. Поттер и его компания непременно захотят...       — Уж не волнуешься ли ты за мальчика, Северус? — улыбнулся директор, незаметно, как казалось ему самому, проникая в сознание зельевара.       — Мне глубоко плевать на Поттера, — злобно прошипел Снейп, — меня выматывают ваши поручения. Присматривать за мальчишкой, узнавать намерения Квиррела, охранять камень, варить тонны зелий для больничного крыла… Кстати, я уверен, мадам Помфри ими торгует, потому что её запасы испаряются с нечеловеческой скоростью. Быть может, поручите мне ещё что-нибудь? Чистить зубы псине Хагрида? Протереть пыль в подземельях? — Рявкнул профессор, сверля директора взглядом.       — Северус, мальчик мой, я вовсе не хотел перегружать тебя. Думаю, Квиррела ты можешь оставить. Поручу это профессору Макгонагалл. А зелья могут сварить старшекурсники.       — Эти идиоты не отличат сок мандрагоры от крови дракона, — хмыкнул зельевар.       — И прекрати цепляться к мальчику, Северус. Два месяца, а он уже отбыл у тебя три наказания.       — Четыре. В эту пятницу Поттер снова наказан, — хищно улыбнулся Снейп, — увы, от Лили ему не досталось ни капли здравого смысла.       Снейп вышел из кабинета директора, потирая лоб. Голова болела от ментальной защиты, но это было необходимо. Даже годы усердной службы Дамблдору не защищают от проверок. Тем хуже для него — старик сам воспитал себе достойного противника. Ход чёрных.

***

      Рон и Гермиона в очередной раз притащили Гарри в библиотеку. Со стороны казалось, что зубрилка-Грейнджер взяла в оборот двух оболтусов и гоняет их по домашним заданиям. В действительности же юная ведьма всерьёз обеспокоилась тайной третьего этажа. Гарри лишь незаметно закатывал глаза, глядя на расследование друзей. Он прекрасно знал, что скрывается в закрытом коридоре и кто охраняет вход. Но делиться тайной с друзьями мальчик не спешил. И крёстный, и Северус предупредили, что стоит подождать с выводами. О том, что Рон ставленник Дамблдора, рыжий и сам признался, а вот с Гермионой стоило быть осторожным. Маглорождённая ведьма была тёмной лошадкой.       «Доверяй, но проверяй» — неустанно повторял Блэк, выдыхая бесконечные клубы дыма. И Гарри знал на горьком примере родителей, что это истинная правда.       К тому же, смущало рвение, с которым новоявленные друзья стремились раскрыть тайну камня. По словам Северуса, камень должен послужить приманкой, взыграть к поттеровской геройской натуре. Ловушка была расставлена ловко, а вот понять, действительно ли клюнули на неё Рон с Гермионой или же этот интерес напускной и фальшивый? Приходилось глупо кивать их идеям и подыгрывать планам.       — Думаю, на разведку нужно идти в четверг, — хлопнула по столу Гермиона.       — О чём ты?       — Гарри, где ты витаешь? Я о третьем этаже! Я все продумала. Мы с тобой улизнём с ужина и пойдем на разведку. Уверена, пока все празднуют Хэллоуин…       — Гермиона, у меня уже и так четыре наказания, не хватало ещё, чтобы Снейп заметил, что меня нет за столом… — простонал Гарри.       — Мда… профессор явно точит на тебя зуб… Знать бы, почему? Тебе не интересно? Думаю, тут тоже кроется какая-то тайна! Но… нет. Это я отложу на потом. Сейчас важнее узнать, что спрятано на третьем этаже. В прошлый раз я отчётливо слышала рык с запертого крыла… А вдруг там дракон?       — Ещё один? — зевая, спросил Рон.       — У Хагрида крошечный дракончик, а там может быть особый, контрабандный вид дракона, с ценной шкурой или чешуёй.       — Гермиона, с твоей фантазией книжки надо писать, — улыбнулся Гарри. — Я уверен, там просто идет ремонт. Думаю, братьям Рона об этом должно быть известно. Небось, тестировали какое-нибудь заклинание, и развалили ползамка.       Рыжий высунул язык и украдкой глянул на братьев. Те сидели над учебником по трансфигурации, периодически что-то бормоча под нос.       — Ладно. Уговорил, — притворно вздохнула Гермиона, и Гарри замер, ожидая подвоха. — Я отправлюсь туда одна.

***

      — Троль! Трооооль! В подземелье трооооль! — Истерически верещал вбежавший в зал Квиррел.       Ему тут же бросились подвывать впечатлительные девочки всех возрастов и даже некоторые мальчики. Хаос поднялся невыносимый. Профессор защиты от тёмных сил, охрипнув, осел на пол и закатил глаза. Школьники бросились к выходу, создав внушительный затор в дверях.       — Тихо! — раздался властный, требовательный голос. Шум смолк, дети обернулись к учительскому столу, в центре которого грозно высился директор. — Старосты, организуйте свои факультеты. Все разойтись по спальням!       Гарри бросил короткий взгляд на Снейпа, тот кивнул, и вышел из зала через боковую дверь.       — Нужно предупредить Гермиону, — взволнованно начал Рон, — вдруг кто-то заметит? Перси дотошен, наверняка всех пересчитает на входе.       — Нет, идём в спальню. Если поймают нас троих, не отвертимся. А Гермиона вполне сможет сказать, что отлучалась в дамскую комнату, — покачал головой Гарри.       Товарищи пристроились к веренице гриффиндорцев, ожидая своей очереди на выход. Обернувшись, Гарри увидел, как в той же боковой двери, через которую зал покинул Северус, исчезает край пурпурной мантии Квиррела.       — Нокс! — Шепнул Снейп, сворачивая в коридор третьего этажа. Тролль в подземелье? Какой жалкий, дешёвый трюк.       Впереди послышался шорох, а глаза, постепенно привыкающие к темноте, различали какое-то движение. Пока Снейп раздумывал, стоит ли выждать или обнаружить нарушителя сразу, скрипнула дверь, и коридор огласил чудовищный рык, а следом визг. Расстояние до двери Северус преодолел за доли секунды. Не раздумывая, он бросился вперёд, заслоняя собой чью-то крошечную фигуру. Взмах! — и зельевар скривился от боли. Псина разодрала ему брючину, оставив глубокую рану на ноге. Невербальное заклинание отбросило пса к стене, и этих мгновений хватило на то, чтобы схватить спасённого и выбежать из собачьей конуры.       Отдышаться, остановить кровь. Только после этого можно обернуться и узнать, чью тушу он только что спас. С каменного пола коридора, с ужасом и страхом, на него взирали карие глаза зубрилы-Грейнджер.       — Минус пятьдесят очков с Гриффиндора, — прошипел Снейп, глядя на бледную первокурсницу, — неделю наказаний после уроков! — Он нагнулся и, как котенка за шкирку, поднял девчонку на ноги. — В гостинную, живо! — Рявкнул зельевар, сдерживая стон. Раненая нога ужасно саднила. Грейнджер потрясенно молчала.       На выходе из коридора они столкнулись с Квиррелом. Профессор был возбужден и заикался сильнее прежнего.       — Я ус-лы-лышал шу-ум, и ре-рреши…       Ложь. Шум из коридора не может проникнуть сюда.       — Вы ра-ранен-ы-ы, проф-ф-фессор? — Кивнул Квиррел на ногу.       — Пустяки. Проводите мисс Грейнджер к факультетской гостиной, профессор. Мне нужно проверить, всё ли в порядке на моем факультете, — бросил Снейп, и, не обращая внимания на боль в ноге, стремительно зашагал прочь от проклятого коридора.       Из-за угла за картиной взирала пятнистая старая кошка.

***

      — Дура. Соплячка. Идиотка, — тихо ругался Снейп, залечивая рану. — Надо было дать псине сожрать девчонку. Зачем идиотка полезла туда?       Вместо обезболивающего зельевар откупорил бутылку пряного красного вина и устроился в кресле у камина, выставив ногу на низкий пуф. Вино не заглушит боль, как огневиски, но хотя бы притупит горечь воспоминаний. Прожить эту ночь без погружения в пучины собственной памяти Северусу не удавалось ни разу за последние десять лет. Сделав большой глоток вина, он закрыл глаза, вспоминая последнюю Ночь Всех Святых, когда он улыбался.       Октябрь 1980 года.       В воздухе витал запах свежих булочек с корицей, тыквенного пирога и жареных каштанов. Запахи навевали странные, ностальгические мысли о школьных праздничных пирах. Северус отвернулся от окна, натянув капюшон мантии до самого носа.       — Тёмный лорд будет ждать. Сейчас он готовит ещё несколько передвижений в Министерстве. Насколько мне известно, ему удалось заполучить своего человека ещё в одном отделе. Кажется, его забавляют игры в кошки-мышки с Краучем. Я видел, как Крауч-младший выходил из Малфой-мэнора.       — Сынок Крауча? Шпионит или его взяли в оборот?       — Скорее второе. Но утверждать не могу. Малфой взял небольшой перерыв, ушел в налаживание связей. Этакий подарок к рождению сына. До Рождества он освобожден от общих собраний.       — Какая щедрость, — фыркнул Блэк, прикуривая сигарету. Снейп поморщился, глядя на дурно пахнущие магловские приспособления. Блэк расценил это по своему. — Хочешь? — Протянул он пачку.       — Ни в коем случае.       Над дверью в дом звякнул колокольчик. Поскальзываясь и на ходу набрасывая на плечи шаль, к ним спешила раскрасневшаяся Лили.       — Все готово! Идём за стол! — Звонко позвала она.       Северус встал, кивнул Блэку.       — Постараюсь прийти до Рождества, если не будет срочных новостей.       Снейп на миг замер, так как ему предстояло пройти в каком-то шаге от Лили, чтобы покинуть барьер и трансгрессировать.       — Куда, Сев? — Нахмурилась она. — Я же сказала, всё готово. Ждём только вас.       — Я не… — попытался отмахнуться от неё Снейп, но девушка уже схватила друга за руку и потащила в дом. — Мне нужно... это опасно, я…       — Брось. Всем нужно отдыхать. Разве кто-то променяет кусок тыквенного пирога в кругу семьи на глупую войнушку?       — С ней бесполезно спорить, да? — Хохотнул Блэк за спиной обескураженного зельевара.       Следующий час Лили рыжим сгустком энергии летала от кроватки ребёнка к мужу, от мужа к его друзьям, от них — к Северусу. Она подкладывала пирог и подливала вино, ворчала на Блэка, когда тот пытался прикурить сигарету, и давала по затылку мужу, колдующему для Гарри приведений. Следующий час Снейп всеми силами старался сохранить ледяную оболочку, не дать ей треснуть и обрушиться вниз потоками воды. Но пряное вино сантиметр за сантиметром топило его личный айсберг, отогревая душу. Пока Северус, наконец, не улыбнулся. Чуть заметно, лишь самыми уголками рта, но это была самая настоящая улыбка.       В тот вечер война, шпионаж, предательство и боль остались где-то там, за порогом. В тот вечер он позволил себе на миг представить, что это его дом, его жена и его ребёнок. Что это его друзья.