Сладкий бариста

      На той улице, по которой ему чаще всего приходилось идти к месту стоянки своего личного, и кто бы сомневался, одного из самых дорогих в России автомобиля, находились многоэтажные, совершенно невзрачные, в духе мокрого и холодного Питера, серые здания. Лишь одна кофейня украшала взоры миллинов людей, постоянно куда-то неуспевающих и несущихся. А ранним утром, словно действительно по волшебству, это место могло лишь одним видом поднять настрой и натянуть лёгкую улыбку невыспавшемуся телу, неохотно идущему на ежевневную работу. Возможно, яркий антураж и делал половину работы, однако главным преимуществом, отличающим это местечко от расположившихся рядом продуктовых, специально работающих в этих районах для привлечения голодных покупателей, стал ароматный, необъяснимо желанный запах свежесваренного кофе.       Когда Николай проходил рядом, манящий привкус зёрен кофе на губах уже не давал покоя. Каждый раз, а нередко бывали случаи, что он уже далеко отходил от кафейни, спешащий разрабатывать концепцию нового видеоролика, а проще говоря, просто очень занятой видеоблоггер, не мог сдержать своих инстинктов и вновь открывал уже такую знакомую деревянную дверь, с негромко звенящим колокольчиком, оповещающим о зашедшем клиенте.

***

      Солнечная погода баловала питерцев последнюю неделю. Хотелось проводить всё больше времени на открытом воздухе и неспешно прогуливаться по широким улицам северной столицы, разглядывая каждый клочок архитектуры, оставленной предками на наше созерцание и, разумеется, эксплуатацию.       На часах без пяти минут семь, и на удивление выспавшийся Николай Соболев, неспешной походкой, зная, что сегодня ему совсем незачем торопиться, делает вид, что задумался, остановившись у входа в кафушку (мол, есть ли у меня вообще свободная минутка на распитие напитков?). Однако он планировал забежать сюда ещё со вчерашнего утра, после того, как чуть ли не на ходу завязывал галстук на шее и с рассерженным, озабоченным видом, опаздывая на съёмки, старался не вдыхать приятные ароматы.       Зайдя в светлое, просторное помещение, озарённое первыми лучами солнца, Николай повернул налево и усадил себя за высокий красный стул, какие обычно дизайнеры предпочитают ставить в подобных местах и у барных стоек ночных клубов. Пространство рядом с этой осветлённой рабочей зоной заведения было затянуто негустной, полупрозрачной пеленной, от чего Коле даже показалось, что воздух здесь определённо плотнее, чем на улице.       Сегодня он специально не стал временить с утренними сборами и вышел "в свет" в хорошем расположении духа. Его примерный план распорядка дня заполнял уже почти ежедневный пунктик, раздающийся в голове, а может быть, и в самом сердце, мягко и протяжно  - душистый кофе по-Венски и никакое другое, а значит и сегодня, по его намерениям, он сможет ощутить лёгкий вкус взбитых сливок и приятного, средне-горького экспрессо.       Кафейня никогда не была заполнена людьми. Здесь, по мимо его самого, всегда присутствовало от силы четыре-пять человек, которые никогда не мешали друг другу и не нарушали личного пространства, давая возможнось каждому побыть с самим собой, что не могло не радовать Николая. Однако, особую атмосферу вносил в это заведение харизматичный и позитивный в любое время суток кофейный сомелье, а как было написано у него самого на стильном чёрном бейджике с "золотой" оконтовкой, приколенном к бордовой рубашке в мелкую клетку - "бариста Дмитрий".       Да, они к Николаем стали приятелями именно с тех пор, как он и начал регулярно появляться здесь. Дмитрия лишь иногда заменял какой-то светловолосый и невысокий стажирующийся бариста, но с тем, как правило, дружеского диалога обо всём насущном у них не завязывалось. Наоборот, он всегда удивлялся тому, с какой же лёгкостью они могут начать разговор на любую тему с Димой, как часто этот привлекательный не только внутри, но и снаружи человек замечал, что он - всегда полный энергии и сил, казалось бы, такой самодостаточный и  загруженный работой на YouTube молодой и успешный видеоблогер Николай сегодня не в духе, и как всегда ненавящего, но с ласкою и заботой в голосе предлагал выпить вторую кружечку кофе или какой-нибудь холодный экзотический десерт за счёт заведения, чтобы отвлечь его от работы и дать немного передохнуть от ежедневной суеты. В такие минуты, Соболев мог буквально заговариваться, забывая кто он и где находятся. Масленников же всегда в свою очеред был рад приходу полюбившегося посетителя. Хоть и редко удавалось застать Колю в хорошем расположении духа, тем не менее ему всё чаще и чаще не удавалось скрыть по-настоящему детскую радость и неожиданную, а потому и самую искреннюю улыбку при его появлении в дверях кафейни.       Соболев не переставал верить в то, что их связь с каждым днём становилась всё мене похожей на дружескую. Приятельские отношения то и дело, что не единожды затрагивали личные темы, о которых эти двое с другими просто не обсуждали. Интерес вызывали не только насущные проблемы и вопросы о том, "как прошёл твой день" или новости спорта, гораздо большее внимание хотелось уделить важным мелочам из жизни друг друга. Дмитрий часто интересовался, нравится ли Коле кофе, приготовленный им сегодня, а тот всегда рад был видеть, как длинные, изящные музыкальные пальцы заваривают очередную кружку душистого кофе. Соболев не мог отрицать того, что его глаза слишком внимательно, а иногда и непозволительно долго, концентрировались на объекте явной симпатии. Однако, он размышлял не только об этом.       Последнии месяцы для Николая Соболева проходили по одинаковому сценарию. Утро. Будильник. Мысли о нём.       Казалось, сладкий бариста по-хозяйски разгуливает в его сознании, вторгается в черезчур интимное пространство его мыслей и остаётся с ним до конца дня, а там, снова, только уже во снах, встречаются два одиноких человека, тайно желающих спать в обьятиях друг друга.