Одна твоя улыбка бесценна...

–Диана! – крикнул Нурлан, кинув пронзающий взгляд в коридор.       Он был взбешëн. Настолько, что едва сдерживал желание резким движением скинуть со стола всë, что на нём стоит. Он осмелился сказать Лëше, самому настоящему гомофобу, о том, что парень, так ещё и друг - его соулмейт. И тут же Диана решила всë обломать, соврав о том, что её вторая половинка - Щербаков и никто иной.       Нурлан уже давно выстроил логическую цепочку событий. Шевельнувшаяся шторка той ночью, слишком стандартная поза, в которой Диана обычно не лежит, слишком мало разговоров с её стороны. Это всë указывало на то, что сначала она подслушала их, ведь разговор о том, что болит у Лëши был только между ними. Ну а потом слишком сильно старалась не выдавать себя. Осталось получить от нее устное согласие со своей виной, а потом показать это всë Лёше.       Удивительно, насколько далеко люди могут зайти, чтобы доказать чью-то неправоту. Или в этом замешаны личные чувства людей. Кто знает. –Что? – с ответной агрессией в голосе ответила сестра. Абсолютно бесстрашная, она частенько вступала в ссоры с Нуром, особенно если ей что-то было нужно. –Разговор есть – парень резко встал из-за стола, подошёл к чайнику и налил себе кружку чая. Не дожидаясь, пока она остынет, Нурлан сделал несколько глотков. Обжигающая жидкость полоснула по горлу, подавив агрессию, пускай и на время. -Что тебе надо? – Диана прошла к столу, села за него и с вызовом посмотрела на брата.       Она, впервые за всë их совместное проживание, увидела в брате столько злости, ненависти, которую едва удерживали стальные прутья самоконтроля. Та агрессия, что была у казаха во время их легких систематических ссор была каплей в океане. Сейчас он готов был крушить, убивать все и всех без разбора.       Нурлан взглядом указал на стул, дождался пока сестра сядет, и начал разговор. Стало понятно, что ничего хорошего из него не –До меня дошел слух – он взял со стола кружку и сделал очередной глоток, поморщившись. – Что ты решила завоевать сердце Лëхи. – Он мой соулмейт, мы будем вместе – даже тут она врала брату. Зная, что он изучал эту тему ни один день и, наверняка, знает больше, чем она. Ей всего 14 лет, ещё два года до первого проявления соулмейта. –Нет, Диана. Два года ещё, кого ты пытаешься…. –Ну у тебя же ещё не появился! – резко прервала его сестра, закинув ногу на ногу и пытаясь скрыть за уверенностью страх. –Ты же одиночкой будешь всю жизнь, хоть моему счастью не мешай! –Заткнись и не перебивай! – Нурлан, крепко сжав кружку, со всей силы несколько раз ударил её об стол. Весь кипяток, что там был расплескался ему на одежду, но парень лишь молча вытерпел боль, слегка зажмурившись. Осколки полетели на пол, а Диана непроизвольно зажмурилась. –Нур, оставь нас с Лëшей в покое. Мы уедем отсюда при первой возможности, не волнуйся! – Она резко сменила тон на более жалостливый, будто он сейчас угрожает ей мучительной смертью. О прекрасный уровень актёрского мастерства, просто браво.       Такие натуральные слезы на глазах, хотя сама ни капли не боится! У отца часто бывали такие приступы агрессии, особенно, когда он много пил. И дети уже привыкли к этому. Но сейчас Диана так усердно строит из себя жертву, что с секунды на секунду побежит жаловаться бабушке, что злой брат её обижает. –А теперь слушай меня. Я знаю, что ты всё подслушала, знаю, что слышала наш ночной разговор. Я знаю каждую детальку тебя, особенно когда ты нервничаешь. Мне нужно лишь твоё признание, Диана. – Нурлан пригладил волосы, глубоко вздохнул и достал телефон. – Говорить будешь? –Нет. Мы с ним соулмейты, так должно быть. — В этом любовном треугольнике явно есть лишний, кто мешает двум возлюбленным жить счастливо. И для Дианы этот «злодей» как раз Нур — Я не виновата, что тебе понравился Лëша. Но природу и судьбу не обманешь. Он будет со мной. –Окей – Нурлан закрыл глаза, подавляя желание перевернуть всю кухню вверх дном, включил телефон и, напечатав там что-то, повернул телефон экраном на Диану. Там черным по белому было написано «Возраст проявления соулмейта - от 16 до 21 года» — Думай головой, когда пытаешься меня обмануть! –У меня она хотя бы на месте и её не сносит от стоящего рядом "друга" – Диана специально сделала упор на последнее слово, переходя на более громкий тон и пытаясь перекричать Нурлана.       Бах. Клетка самоконтроля распахнулась. Казах буквально вылетел из-за стола, сжимая в руке ручку от бывшей кружки. Её осколки протяжно хрустели под кроссовками парня. За пару шагов Нурлан оказался около сестры и навис над ней, словно монстр над жертвой –Нурик…? – в коридоре стоял Лëша. Белый, как самый настоящий вампир.       Улыбка, что была на его лице исчезла так же быстро, как лопается пузырь. Глаза его расширились от увиденного, он не успел подумать, не успел осмыслить. Невидимые шоры* опустились ему на глаза, сужая мир до чудовища, стоявшего напротив. Оно не смотрело так же, как человек, что Леша знал до этого : широко и открыто. Скорее разъяренно, желая убить.       Чудовище стояло, тяжело дыша. Его длинные пальцы сжались в кулак, медленно, еле сдерживая напряжение, разрывавшее каждую мышцу, оно двинулось на Диану, словно снова хотело его ударить.       Руки парня жутко дрожат ноги подгибаются и, кажется, в любой момент готовы бежать так далеко, как только смогут. Не желая видеть продолжения, парень попятился к двери, нащупал ручку, все еще внимательно наблюдая за Нуром, чье лицо в корне поменялось, увидев неподдельный страх в глазах друга. Резкий рывок, дверь с грохотом влетела в стенку и закрылась, закрыв за собой и Лешу. –Вот же… – Нурлан полностью переключил своё внимание на убежавшего парня. Его более не волновала ни Диана и ее агрессия после исчезновения блондина. Только Леша и все, что он может с собой сделать.

***

      Он бежал так сильно, как мог. Никогда ещё ему не хотелось провалиться под землю от стыда, как сейчас. Ну не рассчитывал Нурлан, что парень вернётся так быстро. Да и пройти вся эта беседа должна была быстрее.       Точного маршрута он не знал, но подсознание вело его к речке. Там, где Лëша впервые его спас и...эта речка прошла многое. Она была молчаливым хранителем их тайн, скрывала в своих тёмных водах самые пугающие разговоры, а вмятины на стволе дуба отражали весь гнев, что накапливался у этих двоих.       Но, думая о речке, на развилке он все-же свернул в другую сторону. Не останавливаясь даже передохнуть, парень продолжал бежать, иногда сбавляя скорость для минимального восстановления дыхания.       В горло словно запихнули комок мяты или мятной жвачки. Оно жутко болело, дышать становилось тяжелее с каждым новым замедлением. Но он не мог заставить себя остановиться. Вина поглощала все эмоции, оставляя лишь желание бежать и спасать. –Лëша! – Нур забежал на ближайшую заброшку.       Блондин когда-то рассказывал, что тут можно делать всë,что угодно и тебя ни за что не увидят. Прислушался. Тишина, ни всхлипов ни вообще какого-либо движения.        Его тут нет. Время, время, время! Каждая секунда была на счету. Домой он не побежит, опасно, а значит точно пляж.       Ещё несколько минут бега с парой вынужденных остановок для отдышки, и вот он. Песок! Кроссовки с разбегу занырнули в раскалённую золотую пыль. Да, да да! Он тут! Живой! Сидит у дуба, спрятав голову в коленях. –Лëш... Я не злюсь. Можно подойти? – речь звучала очень отрывисто, через каждые пару слов приходилось делать паузы, чтобы схватить ртом хоть немного воздуха. Руки предательски дрожали от напряжения и страха за друга. Разговаривая с блондином, как с напуганным котёнком под дождём, казах сел на корточки и замер, ожидая разрешения.       Блондин лишь еле заметно кивнул, с трудом поднялся на ноги и наклонил голову вниз, скрывая за шевелюрой большую часть лица. Он верил другу. Верил, что тот его не тронет и никогда не посмеет причинить ему вред. И сейчас тоже поверил. Но показывать какие-либо эмоции он будет только с самым близким ему человеком. Не тем, ради которого отдают жизнь и делают что-то опасное. Тот, с кем можно поделиться самым сокровенным, что может быть использовано против тебя. Все, что накопилось на душе. Излить всю душу, а потом долго сидеть в объятиях, слушая равномерное сердцебиение. и ощущая себя в полной безопасности –Никакого вреда. Я обещал быть с тобой и обещания сдерживаю. –парень раскрыл руки для объятий и вновь замер, вопросительно посмотрев на затылок друга. Снова кивок.       Мягкие шаги, носки красных кроссовок остановились перед блондином, а в следующую секунду тёплые, еще слегка дрожащие руки обняли Лëшу. И опять так тепло, словно тот Нурлан, которого Щербаков видел несколько минут назад и этот - два разных человека. Не может быть, чтобы человек мог из разъяренного монстра, который, казалось, готов был крушить всё и всех, мог превратиться в ласкового защитника, что спасёт тебя от всех напастей. И всë это из-за простого страха Лëши.        Да, перед тем, как убежать и постараться вовсе исчезнуть из жизни друга, блондин заметил, как поменялся в лице Нур, увидев неподдельный страх в его глазах. Оно резко потеряло всю агрессию, стало взволнованным, словно сын, что попался за какой-то пакостью или ученик, что ждет результатов важного экзамена. –Тихо, малыш. Всë нормально, я не злюсь. – Нур поглаживал парня по спине, пытаясь утихомирить это дрожащее, беспомощное и полное страха тело.       Лëша неосознанно крепче прижал к себе Нурлана и глубоко вздохнул. Он в безопасности, он рядом с тем, с кем должен быть. Как ему казалось, должен быть. В голове он понимал, что так быть не должно. С его появлением в доме казаха, между его сестрой и самим другом начались вечные ссоры, отношения стали холоднее, а сам Нур начал легче выходить из себя. –Прости, я не должен был появляться у вас в жизни. Сегодня вернусь домой – выдал блондин, избегая контакта взглядами. Ему было стыдно. –Ни за что! Ты ни в чëм не виноват! –Да фигня это всё. Ещё и сижу плачу перед тобой, как баба последняя. –Что? Бред это, полный бред! Мы такие же, как и девочки. Тоже умеем чувствовать и тоже можем грустить. Слезы - лишь показатель того, что ты человек. И при мне можешь этого не стесняться... – Нурлан сел на бревно и посадил на колени парня. Щербаков тут же упал головой на его грудь и закрыл глаза, поджав руки как щенок. –Знаешь. Даже если ты не мой соулмейт, и я ошибался, когда так думал... На меня всегда можно положиться. И я не позволю тебе снова пережить то, с чем ты жил дома. – Нур задумчиво перебирал пшеничные волосы Лëши запаха свежескошенной травы. Сейчас опасно было делать хоть какие-то действия. Эта хрупкая атмосфера могла разрушиться от любого неаккуратного движения, от лишнего слова. — Ты…Спасибо…Это, хах…мило, наверное — мысли давались Леше тяжело, но и винить его за это нет смысла. Поэтому Нур лишь незаметно улыбнулся и наклонил голову так, чтобы была видна та часть лица друга, что выглядывала из-под его шевелюры.

***

— Я так и не понял, Диана - мой соулмейт? Или это ты? — полушепотом протянул блондин, слегка отстранившись и вопросительно наклонив голову, будто пытался прочитать мысли казаха. — Думаю, из нас двоих это я. Диане, во-первых, 14, а во-вторых, все доказательства, что она тебе приводила - просто повторение наших слов ночью. — Нурлан замолчал, размышляя, а стоит ли предлагать ему проверять, ведь в случае неудачи кто знает. Что может произойти. — Давай проверим. Просто ради интереса. — хмыкнул Леша и аккуратно слез с рук Нура, засмущавшись. Он только сейчас отошел от шока и понял, что находится на коленях того человека, который считает его гомофобом.       Собрав остаток сил, блондин ударил друга в плечо. Не слишком сильно, но и не так уж слабо. Нур дернулся, а следом за ним дернулся и Леша, ощутив боль в плече. Как раз там, куда он и ударил. — Увы и ах для тебя. Можешь быть с Дианой, мне не принципиально. — Сабуров отвел взгляд. Все его догадки подтвердились.       Он так долго к этому шел, так тщательно пытался выведать и добиться правды, что не учел чувства другого. Ведь они не один будет в отношениях. Может, Лехе вообще противно с ним общаться, может он не хочет его видеть. Может, ему важна Диана, а не он. Да, природу не обманешь и в итоге их все равно сведет судьба, но зачем это все. Зачем делать вид, что тебе комфортно в отношениях, когда вторая половинка несчастна и тянется к другому. Это лишние нервы, так еще и абсолютное безразличие к чувствам партнера. Мерзость. — О нет, спасибо. — Леша несколько раз открывал и закрывал рот, словно решаясь на что-то неожиданное и странное для него. —Леш… — Да? — блондин обернулся на парня и вопросительно склонил голову набок — Ты для меня больше чем друг — тяжелый выдох. Он не боялся быть отвергнутым, он боялся лишь реакции Щербакова. — К черту правила, давай будем вместе!       Это признание заставило парня впасть в ступор на пару секунд. Он и сам уже давно начал подозревать, что что-то чувствует к Нурлану. Что-то, что явно больше, чем очень близкие отношения. Он хотел быть рядом с ним, хотел, чтобы они везде были вдвоем. Но внутренний голос, говорящий "Ты станешь пидором" его останавливал. А сейчас... Да хоть дважды пидор, плевать! — К черту правила! — Леша сложил руки на груди — Ты для меня тоже.       Парни синхронно потянулись друг к другу и обнялись.       Леша впервые за долгое время смог так искренне улыбнуться. Не издевательски, а от счастья. Самого настоящего человеческого счастья. Ему никто больше не нужен. Только Нурлан, объятия и долгие часы наедине. А лучше вообще переехать подальше от своей семьи и всей этой чертовой деревни. Но отец не отпустит, да и Нур не согласится.       Остаток дня и до самого рассвета они провели на крыше заброшенной стройки, поедая клубнику, украденную с какого-то огорода, и разговаривая о всем, начиная с учебы и заканчивая планами на будущее. Все это время с лица Щербакова не спадала даже самая легкая улыбка, а пальцы крепко переплелись с пальцами Нурлана.       Оба были счастливы, оба не хотели, чтобы это заканчивалось. Но даже самое искреннее счастье омрачил факт того, что будет дома. Сабурово надо будет долго объясняться перед бабушкой за разбитую кружку и погром а кухне, после убираться и отбывать наказание, рода "огород, мой кухню итд"       Ну Леше надо выкручиваться перед Дианой и как-то ее отшивать. Разбивать сердце, в любом случае,придётся, но вот как сделать это наиболее мягко - хороший вопрос.

***

Появился повод улыбок, но внешние проблемы не ушли. Их, парням предстоит разгребать вдвоем, справляясь со всем, на этот раз, вместе и поддерживая друг-друга в трудных моментах. Неизвестно, сколько всего их ждет впереди, но общая цель - уехать отсюда вдвоем и начать нормальную жизнь, не оглядываясь по ночам и не менять направление пути, завидев бейсболку "Адидас" или нецензурные выражения.