Одна твоя улыбка бесценна...

Но я люблю тебя...Очень...

– Я... Твой соулмейт. – скромно выдала Диана и тут же устремила взгляд в пол.       Лëша замер на месте, стеклянными глазами смотря на черную макушку сестры Нурлана. Это резкое признание не вызвало у него никаких других эмоций, кроме лёгкого шока. Он мог бы даже поверить, что его соулмейт - педик Нурлан, но не она. Да и на 16 лет девочка не выглядит... Хотя..в современных реалиях утверждать это нельзя. –Чем докажешь – пытаясь словить последнюю надежду на то, что это обман, блондин задумчиво поерзал на кровати. Но и на это у Дианы был готов план. –У меня болят ноги, живот, всë лицо и руки. Но при этом травм я не получала. – звучала она довольно убедительно, но Щербаков продолжал гнуть свою палку. – Тебе нет 16... Не похоже – ну не может такого быть. Или сам парень не хочет в это верить? –Есть – наглая ложь, но что не сделаешь ради невзаимной симпатии к красивому, немного наглому и задумчивому голубоглазому блондину. А как же летние романы? Без них, по мнению Дианы, лето нельзя прожить по-настоящему. "ПиздецПиздецПиздец" – пронеслось в голове парня, пока он пытался найти очередную отмазку, чтобы отвязать от себя и своей персоны сестру Нура.        Он не хотел верить в то, что это правда. Это будет предательство, согласись Лëша встречаться с Дианой. А предавать, возможно, первого и последнего друга в его жизни не очень то и хотелось. –Я подумаю. А сейчас кыш, и дай мне поспать. – после долгих раздумий и внутренних войн, Щербаков удостоил девочку лишь этим ответом, плюхнулся на кровать Нура, отвернулся к стенке и закрыл глаза, стараясь уснуть. –Ну ладно... От судьбы не убежишь, зайка – беззаботная улыбка, и сестра уже лежит на своей кровати, переписываясь с подругой.       Это "зайка" ударило по слуху парня, заставили его сжаться внутри. Мало того, что её слова звучали как самая настоящая угроза, так ещё и слышать такое обращение от почти незнакомого тебе человека - как минимум странно.       Списав это всë на переходный возраст, парень уткнулся лицом в подушку, стараясь расслабиться.       Сон не шёл уже около часа. Парень лежал с закрытыми глазами, прекрасно слыша постукивания ногтей Дианы по экрану планшета, тиканье часов в углу и редкие скрипы полов. Но вскоре к этому набору прибавился ещё один. Шаги. Они тихо прошли в комнату, остановились у кровати, где лежал Щербаков, а затем тихий голос казаха произнес: –Спит? Давно? –Да. Около часа. – так же тихо ответила Диана.       Послышались звуки одежды, шкафа и возобновились шаги. Но стоило им затихнуть, как кровать прогнулась у самого края. Нур лëг рядом с Лëшей, но повернулся к нему спиной –Даже будить его не будешь? – поинтересовалась Диана, видимо, посмотрев на эту картину. –Не-а, он слишком много пережил. Пусть отдыхает..– тёплые руки казаха, едва касаясь, пробежали по спине блондина, пустив следом волну мурашек.

***

      –Не трогай! Дай мне уйти! – горло адски жгло от продолжительных криков. –Ну уж нет, сучонок, ты ответишь за это! Больше и в голову не влезет такая мысль! – щелчок. Запястье обожгло такой болью, словно к ней приложили раскалённый нож. Парень едва сдержал крик, понимая, что получит, если издаст хоть писк. –Нельзя. Уходить. Из. Дома! – каждое слово сопровождалось ударами. На руках уже не осталось свободного места - они покраснели, где-то лопнули капилляры, а в некоторых местах начинали появляться следы будущих синяков.       Жалобный хруст кожи. Ремень выдержал последний удар и порвался. Мужчина лишь разъяренно кинул остатки в парнишку и засучил рукава. – В глаза смотри! – рявкнул старший, схватив младшего за шкирку и тряхнув несколько раз.       Лëша поднял мокрые глаза на отца, за что тут же получил в губу –Мужики не плачут, педик! – злобно улыбнулся отец, вытирая каплю крови, что образовалась на губе блондина.       Осмотрев красное пятно на большом пальце, мужчина отпустил парнишку, взял его запястье и, посмотрев на него с нескрываемым удовольствием, размазал кровь по руке, буквально пытаясь вдавить её в кожу.       Но Лëша даже не сощурился. Лишь молча следил за действиями отца и мечтал чтобы это закончилось, пытаясь сдержать животный крик и слезы. –Слабак! – парню прилетела пощёчина.       Это была последняя капля в терпении блондина. Он тут же направил кулак в живот отца и, собрав всю ненависть с болью, ударил. Старший взвыл от резкой боли, ослабил хватку, и Лëша выскользнул из его рук.       Бросившись к окну, он обнаружил, что оно заперто. Вот же черт! Отец в это время отошёл от шока, схватил с рабочего стола Щербакова лезвие и помахал им перед сыном. –Любишь резаться, ненормальный? Значит тебе понравится! – он начал наступать на блондина, забившегося в угол, занеся лезвие и готовясь к удару

***

      Лëша резко проснулся, ловя ртом воздух, словно пару минут назад задыхался. Проведя рукой по лбу, инстинктивно зачесывая чёлку назад, парень обнаружил пот. Это был всего-лишь кошмар. Очередной кошмар... Спокойно, ты это пережил.        Услышав резкий скрип кровати, Щербаков дёрнулся и занёс кулак, готовый отражать любое нападение. –Спокойно, я не причиню тебе вреда – нежные, но в то же время властные руки взяли запястья парня и опустили на кровать. Это был Нурлан. –Прости – буркнул Лëша и уже хотел отворачиваться, но его остановил сонный голос казаха. –Кошмар? – утвердительное бормотание от Лëши – Можешь меня обнять - вдруг не приснится больше. Тебе надо отдыхать, а не кошмары смотреть. –Вот ещё. Я не педик. – отрезал блондин и закрыл глаза, укутавшись в одеяло. –Как хочешь – зевнул Нур, отвернулся и закрыл глаза.       Но через пару минут ворочаний в кровати и выбора удобной позы от соседа, казах почувствовал, как в его руку легла рука Лëши. Улыбнувшись своим мыслям, он сжал его руку в своей. Так ласково, но при этом дал понять, что теперь Щербаков находится под его защитой. "педик. Я педик" – кричал внутри себя Лëша, но разрушить их крепкий замок рук не осмелился. Слишком уж уютно, тепло и надёжно, чтобы просто так ломать этот прекрасный момент. Ну... Никто же их не видит... Так что не считается!       Остаток ночи прошёл спокойно. Лëше не снилось кошмары, он впервые смог нормально выспаться, не боясь, что в любую минуту может нагрянуть выпивший отец и продолжить "воспитание". Он под защитой. Пока что.

***

      Проснулся парень один. Ладонь лежала на месте, где спал Нур. Оно было холодным, значит ушёл давно.       Парень поднялся и оглядел комнату. Она теперь казалась менее устрашающей : шкаф не казался громадным монстром, окно не скрипело как в фильмах ужасов, а половицы не гнулись под каждым шагом. –Проснулся? – раздался ещë слегка сонный голос у входа. Лëша настолько сильно пытался изучить комнату, что не услышал, как в комнату вошёл Нурлан и сейчас тихо за ним наблюдал. –Ага – не было ни сил, ни желания язвить –Пойдём накормим тебя. – впервые его голос звучал так спокойно и успокаивающе, будто с ним разговаривала мама.       Лëша молча поднялся с кровати, встал перед зеркалом и критично осмотрел свою одежду. После той ночи на ней остались следы от травы, где-то на рукаве запеклась кровь, а где-то и вовсе образовались большие дырки. Нурлан подошёл сзади и тем же взглядом окинул внешний вид парня, а потом, всё ещё ничего не сказав, приблизился к шкафу и выудил оттуда футболку с джинсами. –Стоять – Нур увидел руки блондина, что потянулись к одежде – Только после душа. –Да плевать, Нарик, и так сойдёт. – Лëша попытался выхватить хотя бы футболку, но Нурлан сделал шаг в сторону и поднял вещи над головой –Не допрыгнешь. А сейчас, топай в ванную. Полотенце принесу.       Раздражённо вздохнув, Щербаков ушёл в душ, а Нурлан, взяв полотенце, направился на кухню, что примыкала к ванне. – Я не смотрю! – предупредил казах и зашёл в ванную. Парень кинул вещи и полотенце на стиральную машинку, а сам вышел. –Да я ещё не раздевался, успокойся. – хмыкнул Алексей, включил воду, скинул с себя грязную одежду и залез под горячие струи. –Тебе чай какой? – Нур увидел Лëшу, что вышел из ванны и повернулся к нему, положив на ладони, как на весы, пачку чёрного и зелёного чая. –Зелёный, без сахара – парень повесил мокрое полотенце сушиться на дверь, а сам сел за стол. Нур положил пачки чая,назад на стол, взял чёрный чемоданчик, напоминающий аптечку, и вернулся к парню. –Поднимай футболку. Надо обработать раны – казах кинул красноречивый взгляд на футболку подростка, и тот беспрекословно её поднял, оголив пресс. –Будет больно – Нур открыл пузырёк, смочил в нём вату и начал обрабатывать ещё не затянувшиеся раны.       Лëша, на удивление парня, вёл себя спокойно, терпел и даже иногда отпускал колкости.       Вскоре, раны на торсе, руках, ногах и лице были обработаны, а пузырёк с жидкостью закончился. Тогда казах вернулся к кухне и наконец сделал чай. –Есть... Пирожки с картошкой, салат, жареная картошка, борщ. –Ничего. Я не голоден. – блондин задумчиво помешал чай, наблюдая за воронкой, что создал ложкой.       Казах протяжно вздохнул, вытащил из холодильника тарелку жареной картошки и поставил греться в микроволновку, а как только она запищала, поставил еду перед блондином. Лëша съел около половины, а после так и не произнёс ни звука, пока в кружке оставался чай, а потом, задумчиво постучав по стеклу чашки, выдал: –Спасибо... Что вытащил оттуда... –Да ладно тебе, ничего сверхъестественного – друг неопределённо махнул ложкой в воздухе.       Она блеснула в свете солнечных лучей, и Лëша тут же дёрнулся. Воспоминания сделали своё. –Эй, спокойно – Нурлан аккуратно подошёл к парню, повернул его стул лицом к себе и сел на корточки, скрепив их ладони вместе. – Я не причиню тебе вреда. Слышишь меня? В этом доме ты в безопасности.       Он говорил это тихо, неспеша, показывая своё спокойствие и контроль над ситуацией, надеясь, что это поможет парню справиться с паникой. При этом, он и сам ощущал весь страх, что сейчас испытывает парень.       Дрожь в теле Лëши не прекращалась, поэтому Нур, вполне понимая, чем это обернётся, встал сзади парня и аккуратно обнял. Он был готов к удару, но его не последовало. Блондин отстранился, встал со стула и уже сам обнял Нурлана. "Я грёбаный пидор.." – Щербаков действовал не разумом, а желанием. И сейчас ему хотелось обнять кого-нибудь и не отпускать.       А Нур ещё несколько секунд ожидал, что сейчас получит в живот за "поведение пидора", но нет. Блондин лишь сильнее прижался к казаху, восстанавливая дыхание. Сабуров чувствовал, как уходит его дрожь, сердебиение приходит в норму, а тело расслабляется. – Не засни только – хмыкнул Нур, аккуратно, словно боясь спугнуть, провёл рукой по спине друга. –Размечтался... – буркнул Лëха и тут же отстранился.       Нурлан отвёл взгляд куда-то в окно, сёл за стол и задумчиво побарабанил по нему. Выглядело это так, словно он решал, говорить или нет. – Две новости. Первая. Можешь остаться у меня на время. Я не позволю тебе вернуться домой. Это опасно. Бабушка согласна. –А вторая? – Лëша заинтересованно склонил голову набок, наблюдая за неуверенностью, что впервые появилась на его лице. – Есть подозрение, что... мы соулмейты. Как бы ты это сильно ни отрицал. – казах посмотрел прямо в голубые глаза Лëши, ожидая хоть какой-нибудь малейшей реакции. И увидел лишь непонимание. –Мне твоя сестра говорила, что мы с ней соулмейты. Не может же у меня быть две вторые половинки. Это бред! – глаза забегали по столу, цеплялись за каждую мелочь и долго останавливались на ней. –С этим разберёмся, как она придёт. Так что насчёт первого? – задумчиво поправил волосы Нурлан –Да... да, я сам не очень хочу туда возвращаться...       Вот так Нурлан и Лëша нашли себе новую проблему. А Лëша поселился у Нура в комнате.